Глава 12

— Куда? А ну, хорош! — шёпотом остановил я Лизу. Её светящиеся шары летали под дном нашей посудины и ярким светом нагревали газ внутри, заставляя его расширяться. — Заметят же… Василиса, опусти нас обратно!

— Поняла! — громко шепнула княжна.

Вместо исчезнувших Лизиных шаров… как-то странно звучит, но ладно. В общем, холод Онежской заставил газ сжаться и опустить судно.

Нас снова скрыло облако, и большой дирижабль, пришвартовавшийся к ветвям на несколько метров выше, растаял в нём.

— Подождём немного, пусть соберут побольше добычи.

— Звучит не очень честно, — нахмурилась Лиза. — Мы что, воры какие-нибудь?

— Всё честно, — хмыкнул я, — когда ты пират. Бери всё и не отдавай ничего!

— Правда? Мы пираты? — обрадовалась княжна, а её глаза сразу загорелись. И мне это ой как не понравилось. — Мы возьмём их на абордаж, а потом скормим акулам!

— То Лакросса хочет племя птицелюдей вырезать, то Василиса предлагает акул человечиной кормить, — пробормотал я. — Вы чего у меня такие кровожадные стали⁈

— Из-за тебя! — хором ответили они, ткнув в меня пальцами. Сговорились, засранки.

Но… может, и есть в их словах доля правды. Особой щепетильностью к врагам я в самом деле не страдал.

— Фиг с вами. Но никаких акул! Их тут вообще не водится. А вот на абордаж мы пойдём… но потом! А пока…

Внутри облака ветра почти не было. Зато был холод и высокая влажность, от которой шерсть Лютоволка обвисла сосульками. Он потряс всем телом, обдав нас освежающими брызгами, но помогло это ненадолго.

Но всё же небольшой ветерок был, и Лакросса успешно ловила его мокрым парусом. Вскоре из тумана показались пышные ветви, и княжна наколдовала что-то вроде ледяной пристани, к которой мы и пришвартовались. Верёвками закрепили судно и спустились на поверхность толстой ветки. Она была скользкой от влаги, но вполне широкой.

Быстро нашли несколько гнёзд и обчистили их. Подозреваю, что золотые яйца — один из источников дохода рода Лесниковых. Вот только кто эти яйца несёт, мы пока не увидели. За полчаса набрали пару корзин и перетащили на своё судно. По моим подсчётам, Броков и его команда должны были набрать уже куда больше добычи.

— Ну, поднимай нас, — шепнул Лизе, когда все поднялись на борт.

Как только последний из нас ступил на палубу, ледяная пристань начала быстро таять.

Лиза запустила дюжину светящихся шариков, и они юркнули под дно воздушного корабля.

— Раньше я могла призвать максимум семь! — похвалилась она. — Но никогда не думала использовать их… так.

— Я же говорил, что свет — тоже энергия, а ты не верила, — отвечал я, глядя, как расступается над нашими головами туман. Дирижабль Брокова всё ещё был на месте. — И это всего лишь наука, а не магия! Ну… почти.

Мы поднимались всё ближе к дирижаблю. В ветвях выше сновали неясные силуэты, но у трапа никого не было.

— Давая, Синяя Борода, идём на абордаж! — ухмыльнулся я княжне.

— Сам ты борода… — шикнула она, притворно насупившись. — Но ты прав. На абордаж!

Когда два судна выровнялись, между нашим и их Василиса создала ледяной мост, по которому я перебежал на скинутый трап. Им была металлическая доска с приваренной арматурой в качестве ступенек. Они меня и спасли, когда я на льду поскользнулся. А Онежская пожала плечами, типа она не причём. Ага, как же. Я ей это припомню. Нет, я не злой, но память хорошая.

Княжич Броков конкретно раскошелился на всякие приблуды для дирижабля, а на двери сэкономил. Я её даже не взламывал, просто дёрнул как следует, и она открылась. Правда, замок развалился, ну да и фиг с ним.

Внутри испуганными глазами на меня посмотрела Метельская. Шатенка с ветровым Инсектом.

Это многое объясняет…

— Меня заста… — попыталась сказать она, но я зажал ей рот рукой, сунул кляп, а потом ещё и связал. Благо верёвки тут были.

Мы же пираты! Она теперь тоже наша добыча.

За следующие пятнадцать минут мы перетаскали все восемь корзин с золотыми яйцами на наше судно, верёвки с крючьями, провиант, баллоны с газом и странного жёлтого монстра, который спал так крепко, что не проснулся, пока мы не отчалили от дирижабля. Да и потом он продолжил спать. Судя по проводам, он у них вместо электрогенератора был. Без Метельской и жёлтого монстра Броков отсюда не скоро уйдёт.

Да, точно! Мы же ещё взяли пленного! Княжна настояла. Чтобы абордаж стал по-настоящему пиратским, мы забрали связанную Метельскую.

Вдруг снизу раздался злой пронзительный рёв.

— Кажется, кто-то обнаружил, что его обокрали, — сказала Лакросса, выглядывая вниз. — И это не Броков.

Следом взревело ещё несколько невидимых тварей. Судя по звукам, вряд ли они отличались какой-то особой добротой или лаской. Зато наверняка отличались размерами.

В ответ на мои мысли из облака внизу вынырнула большая птица, смахивающая на птеродактиля из учебников по истории древнего мира. Жуткая тварь с перепончатыми крыльями под два метра в размахе, с короткими коричневыми перьями, когтями на сгибах и острой зубастой мордой.

Она замерла на месте, вздымая крыльями клочья тумана, и уставилась на нас крохотными чёрными глазами. Очень и очень злыми. Будто я у неё детей спёр. Хотя так и было…

— Блин, это же Острокрыл! — воскликнула Лиза. — У нас под Омском их просто орды. Каждый год охотники отсреливают, но всё без толку. Они яйца сносят каждую неделю.

Острокрыл ринулся на нас. Раскрыл пасть, издавая яростный рёв, похожий на звук цепной пилы. И летел он достаточно быстро.

— Вниз! — рявкнул я, прижимая к полу Лакроссу и Лизу. Княжна упала сама, а Метельская и так лежала связанная.

И как раз вовремя! Тварь пролетела над самой головой, пропоров когтем наш парус.

Вот зараза…

— Эй, какого хрена⁈ — донёсся возмущённый вопль.

Я поднял голову и увидел возле дирижабля самого Брокова с полупустой корзиной. Нас разделяло пару десятков метров, поэтому он тут же заметил наши корзины с яйцами.

— Ублюдок! Ты нас ограбил! — заорал он, открывая портал.

Одно овальное окно открылось возле него, а второе на нашей палубе.

— Ты мне за всё заплатишь, тварь! — проорал княжич мне почти в самое лицо, когда я вскочил, чтобы его встретить. — Все сюда! Расправимся с ворами!

— Мы благородные пираты! — возразила ему княжна, потрясая ледяным мечом.

На зов княжича уже бежало несколько человек, а сам он одной ногой ступил на наш корабль.

Позади раздался яростный рёв. Я толкнул княжича в грудь и, резко развернувшись, прыгнул на княжну. У остальных хватило мозгов не вставать. Над головой пролетела большая тень, царапнув меня по спине. Хорошо, что я был в купленной броне.

— Ах ты ж… — договорить княжич не успел. Острокрыл влетел в его портал и вцепился в плечо острыми зубами. — А-а-а!!!

Портал закрылся, и крик Брокова теперь стал слышен со старого места.

— Отвали от меня, тварь! — орал он, выронив корзину с яйцами. Несколько разбилось, и это добавило птице ярости.

Ещё несколько Острокрылов выскочило из облака внизу. Они увидели своего товарища и бросились на подмогу. А затем стали появляться всё новые и новые птицы.

— Нам бы свалить отсюда по-быстрому… — пробормотал я, поднимаясь.

Броков отбился от птицы и взбежал по трапу, закрыв за собой дверь. Несколько его дружков попытались тоже сбежать от кровождных монстров, но княжич с той стороны заблокировал дверь.

Ну, с кем поведёшься… Чего они от него ожидали?

Птицы переключились на остальных членов команды Брокова, потому что они тоже, пытаясь скрыться, побросали корзины и разбили несколько яиц.

— Ветра нет! — взмолилась Лакросса, пытаясь поймать хоть какой-то поток воздуха.

Лиза выпустила светящиеся шары, которые начали поднимать нас, нагревая подушку.

Всё равно что мёртвому припарки. Вопрос времени, когда Острокрылы переключатся на нас.

Вдруг возле моих ног задёргалась, как выброшенная на берег рыба, шатенка. Она перевернулась на живот и, кося одним глазом на парус, что-то изобразила связанными за спиной руками. Парус надулся, и судно сдвинулось с места.

Крики птиц и тех бедолаг скоро затихли вдали. Я подключил к нашей воздушной подушке баллоны с газом, благо под небольшим люком возле мачты был предусмотрен переходник с системой клапанов и вентилей. Поэтому наш крейсер легко поднимался и опускался.

Под нами проплывала крона Облачного Древа, а над головой синело безупречное небо. Мы были на самом верху.

Здесь гуляли сильные ветра, так что проблем с передвижением тоже больше не было. Лакросса ловко управлялась с парусом, а княжна, нацепив ледяную треуголку, вовсю изображала пирата.

— Брасом фокарей! — кричала она, размахивая ледяной саблей на носу. — Вперёд, сухопутные крысы! Якорь мне в бухту!

— Книжек своих перечитала, — беззлобно буркнула оркесса. — Сама-то хоть поняла, что сказала?

— Не перечь капитану, не то подарю пеньковый галстук! — Онежская наклонила голову и высунула язык, изображая человека на виселице.

Вид княжны, которая ещё где-то и повязку на глаз раздобыла, был столь грозен, что я заржал. А со мной и все остальные. Даже связанная Метельская. И нет, её смех не был связан с тем, что я щекотал ей пятки. Она же пленница! Значит, надо её пытать. Обычно ещё вопросы задают, но сейчас не тот случай.

Проснулся жёлтый монстрик и с любопытством огляделся вокруг. Возле корзин с золотыми яйцами нос к носу столкнулся с Лютоволком. И между ними проскочила искра. В буквальном смысле. Альфачик аж подпрыгнул от неожиданности и чуть не вылетел за борт. Судно сильно качнуло, и княжна почти выпала за борт, но Лиза успела её поймать.

— Уф, похоже, воздушное пиратство — это не моё, — покачала мокрой головой Василиса, сняв треуголку.

Я заметил ещё несколько гнёзд с золотыми яйцами внизу и дал команду спускаться. Затем вынул кляп изо рта шатенки.

— Может, тебя развязать? — спросил Метельскую.

— Не-а, — мотнула она головой. — Броков держит мой род в заложниках. Пусть думает, что я твоя пленница. К тому же вы вроде с пленниками неплохо обращаетесь.

— Ну как скажешь, — пожал я плечами, снова заткнув ей рот кляпом. — Желание такой красотки — для меня закон!

— Ммпфммф! — ответила она, всем видом показывая, что не договорила.

Снова вытащил кляп.

— Спасибо, — улыбнулась она, покраснев. — Вот только… Я в туалет хочу.

— А чего на дирижабле не сходила?

Она наморщила свой милый носик.

— Броков на туалет очки тратить зажопился. Ну и не подумала как-то. Меня, кстати, Нина зовут.

Я представил себя и остальных.

— Вот, — кивнула она и подмигнула, — теперь тебе, Дубов, будет не так неловко меня за борт вывесить. Всё-таки не чужие люди.

Я аж глаза раскрыл от такого предложения.

— Может, всё-таки тебя развязать? Отлетишь в своём вихре подальше и…

— Нет-нет-нет!!! — хором запротестовали все четыре девушки.

А я понял, что сказал.

— А, ну да. Так себе золотой дождь получится. Ладно, так и быть, помогу.

— Только обещай не смотреть! — смутилась Нина. — Я бы потерпела, но не могу больше…

— И в мыслях не было.

Я развязал ей руки и ноги и дал свою ладонь, чтобы она за неё держалась, когда будет свою пятую точку вывешивать за борт. Затем послышался звук снимаемых штанов, а потом… Не стану рассказывать, потому что неприлично. Скажу только, что, когда девушка закончила свои дела, снизу раздался крик:

— Суки!!! Я до вас доберусь!

Мы кинулись к борту — даже Лакросса выпустила парус, чтобы посмотреть, — и выглянули вниз. Там серел дирижабль всё того же Брокова с мокрым пятном на серой обшивке. Оно блестело на солнце, стекая вниз.

— Блин, теперь ещё и опустили княжича… — почесал я голову.

— Ну да, вы же забрали у него баллоны с газом. Без них он и не поднимется, — сказала Нина.

— Да не, не в этом смысле…

— А в каком? — не поняла шатенка. Кстати, глаза у неё были красивого карего оттенка. И вдруг до неё дошло. — Оу! Оу… я поняла. Так, погодите, а что значит «ещё и»?

Три стервочки ехидно поржали, и Лиза наклонилась к уху Метельской и что-то прошептала.

У той глаза на лоб полезли.

— Капец, вы жёсткие…

Нину я всё-таки связал обратно. Странно, но судя по томным взглядам, ей это даже понравилось. Жёлтый монстрик не проявлял какой-то агрессии, только с любопытством оглядывал то нас, то палубу, то по сторонам глазел, изредка выдавая своё «пика». Совсем скоро мы снизились к новым гнёздам, где были тут же атакованы ещё более крупными Острокрылами, когда пришвартовались к толстой ветке. Эти имели размах крыльев под четыре метра, да и зубы в два раза крупнее. От такого и кожаный нагрудник мог не спасти.

К счастью, и им, и нам мешали густые ветки, в которых они расположили свои гнёзда. Тварям приходилось садиться и ползком добираться на нас, либо же ловить нас там, где густота ветвей спадала.

Сражение вышло коротким. Нескольких Острокрылов ослепила Лиза своими светящимися шарами, Лакросса отогнала целую дюжину взрывающимися копьями, окончательно превратившись в наше самоходное ПВО. Тишина и точность здесь были не нужны, так что лук она не использовала. Ещё три Острокрыла рухнули ледяными статуями. Двоих поразил молнией жёлтый монстр, за что был немедленно мной поглажен. Милаха разулыбался от удовольствия. Мне вообще достался всего один враг, и тот спёкся от одного удара кулаком по кумполу.

Даже обидно как-то…

После таких потерь стая Острокрылов взмыла в воздух и улетела, оглашая окрестности возмущёнными криками. Ничего, через неделю новые яйца снесут.

Под стать монстрам яйца тоже оказались здоровыми. Минимум в два раза больше, чем те, что мы собрали внизу или стащили у Брокова. Значит, и очков за них должно быть больше!

После ещё пары рейдов палуба воздушного крейсера «Варяг», названного так с лёгкой руки княжны, ломилась от добычи. Даже пришлось часть сунуть в пространственное кольцо, чтобы нам хоть стоять места хватило.

Без проблем не обошлось. С десяток соперников на мётлах объединились и напали на нас, пытаясь выкрасть яйца. Подлетали и пробовали схватить то одно, то два прямо из корзин. Безуспешно. Одному поджарило зад молнией пушистика, и он полетел вниз, отчаянно дымя прутьями метлы и матерясь. Остальных опять отогнало наше ПВО.

Княжна снова примерила на себя роль морского волка — на этот раз адмирала. На плечах сверкали на солнце ледяные эполеты, на голове — фуражка, а в руке — ледяная сабля. Она размахивала ею, отчего Лакросса с Лизой вообще сели, чтобы их случайно не обезглавили. И нараспев кричала вслед улепётывающим соперникам:

— Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг»! Пощады никто не жела-а-ае-е-ет! Ура-а-а, товарищи!

— У неё всё хорошо? — спросила связанная Нина.

— Она из Якутска, — пожал я плечами. — Видать, крымское солнце ей головку напекло. Капитально.

Повстречали ещё двух духовных практиков, когда опустились в густую крону Древа. Они, едва завидев нас, предпочли свалить на другую сторону Нирвалариона. Ну или куда-то очень далеко.

После полудня, порядочно устав, сделали привал на небольшой площадке. Здесь их было предостаточно. И все заброшенные и заросшие — нам в самый раз. На горелке сварили кофе и разогрели консервы из сухого пайка. После этого от него уже ничего не осталось. Зато мы перекусили и теперь блаженно отдыхали, наслаждаясь припекающим, почти летним солнцем и свежим высокогорным воздухом. Хотя технически это не гора, но я никогда не слышал о высокодревесном воздухе.

Нина не пожелала быть развязанной даже тут. Боялась, что вдруг княжич проплывёт где-нибудь неподалёку и увидит, что она с нами. И тогда конец её роду. Сволочь этот Броков, короче. Совсем девчонку запугал.

Чтобы её взбодрить, снова щекотали ей пятки. Она хохотала и изворачивалась, но мы не прекращали. Даже жёлтый пушистик пару раз кольнул её лёгкими разрядами, радостно «пикая».

Да, вот такие мы жестокие садисты. Не стоит связываться с нами. Защекочем.

К несчастью, наши пытки прервало нашествие жуков-древоточцев. Мелкие, размером с таксу, и пронырливые гады ползли к нам со всех сторон. А у нас, между прочим, половина судна из дерева или лозы. Поэтому мы покинули поле боя. Уж слишком их много было. Тут даже ПВО не поможет.

К вечеру наш «Варяг» пришвартовался туда, откуда отчаливал утром. Грузно и степенно. Альфачик с явным облегчением на морде сбежал на большую ровную поверхность, а мы принялись таскать нашу добычу. Несколько слуг и человек из рода Лесниковых пересчитывали яйца. Последней сгрузили Нину, положив её на одну из корзин с яйцами.

— Всё записываю на Дубова? — спросил Лесников.

Он чем-то был похож на других своих родственников. Такой же высокий, а улыбка лукавая. С лёгкой сединой на висках и волевым подбородком.

— Пока да, — кивнул я. — Там сами поделим.

— Эй, а мне? — крикнула Нина. — Я же тоже с вами была!

— А пленницам доля не полагается.

— Что-о-о? Полагается! Ещё как полагается! Ай! — Девушка начала елозить на корзине и упала.

— Может, стоит её развязать? — потёр подбородок Лесников.

— Она сама пожелала быть связанной, — пожал я плечами.

— Ладно! Я согласна! Развяжи меня!

Я наклонился над ней и развязал сначала ноги, а потом руки.

— И вообще, — говорила Нина, потирая затёкшие руки, — я вам помогала.

— Ну да, опустила княжича, — рассмеялся я и подтолкнул к ней корзину с яйцами. Обратился к Лесникову: — Запишите на Метельскую.

Лесников улыбнулся и кивнул, дав знак своим слугам пересчитать яйца.

— А с ним что будем делать? — спросила княжна.

Девушки склонились над жёлтым пушистиком и в три пары рук почёсывали ему пузико. А тот искрил от удовольствия.

Ответить я не успел. На деревянную площадку, выбеленную солнцем и временем, вдруг упал дымящий дирижабль. А затем в полудюжине метров от меня открылся портал, который вёл во внутренности дирижабля, потерпевшего крушение. В лицо ударил запах гари и… мочи. Броков тут же пролез через портал.

— Дубов! Ты мне за всё заплатишь! Я сотру твой род с лица земли, и твой тоже, Метельская! Ты пожалеешь, что встала на его…

— ПИ-КА!!!

Мимо меня пролетел жёлтый шар. Через миг он обратился молнией и шарахнул по княжичу.

Брокова затрясло, волосы встали дыбом, а через секунду он упал, дымясь и всё ещё подёргиваясь.

Пушистик испуганно оглянулся на меня, а когда я сделал шаг ему навстречу, он сорвался с места и убежал вниз по тропе. Жаль.

Я печально вздохнул.

— Думаю, мы его больше не увидим.

— Да, — кивнула подошедшая Нина. — Но оно и к лучшему, поверь. Монстрам лучше на воле. Особенно этому.

Я оглянулся на Альфачика, который катал лапами большое золотое яйцо. Почуяв мой взгляд, он навострил уши и посмотрел на меня. Как он думал, незаметно толкнул яйцо в сторону, будто не при делах.

— Может, ты и права, — покачал я головой.

Лесников склонился над телом Брокова и положил руку ему на затылок. Из-под ладони появилось мягкое свечение. Целитель. Княжич дёрнулся и вскоре поднялся.

— Грёбанная жёлтая тварь, — озирался он. — Найду — прикончу! Но сперва… — Броков остановил свой взгляд на мне, — я разберусь с тобой, Дубов!!!

В его руке вдруг появился длинный изогнутый кинжал. Опа, да у него тоже есть пространственное кольцо!

А потом этот кинжал, сверкнув красными рунами, полетел в меня.

Пф, какая банальность… Такой чепухой меня даже не поцарапа…

Стоявшая рядом Нина вдруг прыгнула, закрывая меня, и кинжал вонзился ей в грудь.

Да твою мать!

Отправить