Глава 17

Я предельно осторожно, медленно скосил глаза в сторону и увидел, что рядом со мной сидит весьма странного и необычного вида девушка. Смуглая и черноволосая, она была одета в обтягивающий черный блестящий костюм из кожи. Глаза были надежно скрыты за темными, почти непроницаемыми очками. Я осторожно посмотрел вниз… И увидел прижатое к моей шее острие узкой изящной сабли.

Самое странное во всей этой ситуации заключалось в том, что я даже и испугаться толком не успел. Вообще, если честно, воспринял появление этой загадочной девушки в кожаном как-то удивительно спокойно. Что-то во мне, какой-то внутренний голос или интуиция, настойчиво подсказывало: убивать меня точно не собираются.

— Что тебе надо? — тихо прошептал я, стараясь не делать резких движений.

— Ш-ш-ш-ш… Выш-ш… дейсш-ш-штвительно… ш-ш-ш… возш-ш-шодились, — прошипела она странным голосом.

— Да, — я твердо решил, что если уж отыгрывать роль Зевса, то по полной программе. Жаль только, что я совершенно не знаю, кто передо мной. — Убери оружие!

В следующий же миг, словно по волшебству, клинок у моей шеи бесследно исчез. С многозначительными словами — «провшшверимшш» — таинственная девушка медленно сняла свои темные очки.

На меня уставились два темно-зеленых, невероятно глубоких и завораживающих глаза, в которых, казалось, таилась целая вселенная. Сверлила она меня пристальным взглядом несколько минут, после чего на ее красивом лице внезапно появилось выражение глубокого и неподдельного изумления. Глаза ее распахнулись до максимального размера, отведенного природой…

— Это действительно вы, повелитель! — искренне выдохнула она, как-то резко переходя на совершенно нормальную человеческую речь без этого странного и пугающего шипения. — Простите меня за мое неверие!

— Ну что ж, прощаю, конечно… — хмыкнул я, внимательно рассматривая ее.

Надо признать, что выглядела она в своем облегающем костюме действительно очень сексуально и привлекательно. Правда, по моему личному мнению, слишком агрессивно. Еще, блин, плетки с наручниками не хватало для полноты картины.

Впрочем, личико у нее было весьма симпатичное и миловидное. А глаза — это вообще отдельная песня и произведение искусства. И смотрела она на меня, я бы так сказал… Преданно? Да ладно!

— Я Горгона, — представилась она. — Неужели вы меня совсем не узнали, повелитель?

— Конечно же, узнал, — бессовестно соврал я, не моргнув глазом, — а зачем, интересно, саблей-то махала?

— Извините великодушно, повелитель… — в ее мелодичном голосе отчетливо слышались виноватые нотки. — Меня послали убить наглого самозванца, выдающего себя за великого Зевса. Не задавая никаких вопросов, махнуть саблей. Но я слишком долго живу и никогда не принимаю поспешных решений. И обязана была проверить. Лишь настоящие олимпийцы с текущей в их жилах чистой божественной кровью способны выдержать прямой взгляд Горгоны.

О, черт… Опять эти древние мифы.

— А остальные? — поинтересовался я.

— Если это полубоги с разбавленной кровью, то они, конечно, в камень не обратятся, но на какое-то время наступит парализация. А остальные… Эльфы, гномы, люди, они слабые смертные существа.

— Значит, если бы я был человеком, то сейчас превратился бы в безжизненный камень?

— Да, — скромно ответила девушка, вновь надевая очки, — но это если я захотела бы. Я могу контролировать свою способность. Тем не менее привыкла уже ходить в очках… Чтобы не подвергать себя соблазнам наказать какого-нибудь смертного хама! И моя способность действует сравнительно короткое время, после чего жертва возвращается в свое прежнее состояние. Только вот за психическое здоровье ее я поручиться не могу. И, к сожалению, после этого нужно время на восстановление моей силы.

— А… — собирался я задать еще вопрос, но не успел.

В этот самый момент дверь машины резко открылась, и на водительское место приземлилась Атропос. Увидев гостью, она сразу изменилась в лице, и словно из ниоткуда, в руке моей верной телохранительницы мгновенно появилась уже знакомая мне сабля.

— Только попробуй снять свои проклятые очки, тварь, — угрожающе и зло прошипела она сквозь зубы, — я быстрее тебе башку снесу, чем ты успеешь моргнуть!

— Не успеешь, дорогая, — спокойно и даже несколько насмешливо произнесла Горгона. — Можешь особо не переживать по этому поводу. Ты же прекрасно знаешь, что нашему великому повелителю мой взгляд никакого серьезного урона не нанесет, а тебя лишь замедлит…

— И что же дальше? — голос Атропос звучал напряженно, она по-прежнему не убирала грозное оружие, не отводя пристального и подозрительного взгляда от нашей незваной гостьи.

— Я искренне хочу встать на сторону Повелителя, — медленно произнесла Горгона, словно взвешивая каждое свое слово.

— Ты? Серьезно? — моя верная телохранительница не скрывала своих чувств. — Да ты же всегда была верной шавкой Аида, его преданной прислужницей!

— Осшторошшней, мойра, — внезапно зашипела наша неожиданная гостья вновь, и я почувствовал, как атмосфера в машине накалилась, но как-то быстро пришла в норму.

Горгона взяла себя в руки, а из ее дальнейшей размеренной речи раздражающее шипение полностью исчезло:

— Ты всего лишь дочь Зевса, простая полубогиня, а вот моей почтенной бабкой была сама великая Гея, мать всего сущего! Я живу на этом свете гораздо дольше тебя, скороспелка неопытная!

— Что же ты тогда столь поспешно заняла сторону правителя Тартара? Добровольно отреклась от истинного бога? — весьма ехидно и язвительно осведомилась Атропос. — А, старушка древняя?

— Я вообще-то не занимала ничью конкретную сторону в этом извечном конфликте, — возмущенно и с достоинством ответила Горгона, — я всегда сама выбираю, кому именно оказывать свою помощь и поддержку… А вот за обидное слово «старушка»…

— Так… — строго и решительно произнес я, отчетливо почувствовав, как атмосфера в тесном салоне машины снова стала стремительно накаляться до предела. — Успокоились уже обе, прекратите немедленно. Итак, ты действительно хочешь встать на мою сторону? — я вопросительно и внимательно посмотрел на нашу гостью, пытаясь прочитать правду в ее лице. — Но почему, объясни мне?

— Во-первых, вижу, что Гера постепенно начинает терять контроль над сложившейся ситуацией, — произнесла та, нахмурив брови, — и мне категорически не нравится то, что она в последнее время делает с нашим миром. Во-вторых, не люблю когда меня используют «втемную».

— И вы действительно ей верите, повелитель? — голос Атропос буквально сочился желчью и недоверием. — Горгоне ни в коем случае нельзя верить на слово!

— Это еще почему же, интересно знать? — искренне и даже несколько обиженно удивилась ее оппонентка. — И вообще, не тебе это решать за повелителя.

Обе женщины одновременно посмотрели на меня и практически синхронно повернулись ко мне, ожидая моего окончательного решения.

И вдруг я совершенно неожиданно для себя самого понял, что Горгона на самом деле говорит чистую правду. Она действительно искренне хотела помочь. Почему я вдруг был в этом так уверен? Ну вот просто уверен, и все. Ладно, решил я, это наверняка последствия и побочные эффекты того факта, что я теперь типа Зевс.

— И готова поклясться по всем правилам? — между тем не унималась упрямая Атропос, которую явно совершенно не успокоил мой строгий и предупреждающий взгляд.

— А чем именно клясться? — уточнила Горгона.

— Стихией и самим Хаосом, не меньше!

Я, честно говоря, не знаю, что там за такая серьезная и страшная клятва была, но Горгона заметно напряглась.

— Что же, боишься? — нарочито ехидно уточнила торжествующая Атропос. — Или слабо, признайся?

— Нет, ни капельки, — предельно коротко ответила девушка в коже, выпрямив спину, — я клянусь Великой Стихией и Первозданным Хаосом быть абсолютно преданной вам, повелитель, всегда и во всем, что бы ни случилось.

Я почувствовал, как воздух еле уловимо задрожал и по моему телу прокатилась горячая волна. Судя по всему, клятва была магической.

И от меня определенно не укрылось искреннее удивление, внезапно появившееся на обычно непроницаемом лице моей опытной телохранительницы. Похоже, она совсем, ну абсолютно не ожидала такого поступка от Горгоны.

— Что ж, хорошо, принимаю, — удовлетворенно кивнул я головой. — Анна, скажи-ка, что там вообще за столпотворение такое творится?

— А? — очнулась ошеломленная клятвой Атропос. — Да там, к сожалению, все очень и очень плохо, — голос ее звучал откровенно мрачно и безрадостно, — ваша квартира стала недоступной.

— Что случилось?

— Мне удалось пройти через оцепление и услышать разговоры полицейских, — сообщила девушка, — в квартире сработало какое-то мощное заклинание. Был взрыв. Так что она очень сильно пострадала. И сдается мне, что это заклинание специально ждало именно нас? Так ведь, Горгона? — неприязненно уточнила она у нашей новоиспеченной союзницы.

— Честное слово, я совершенно не знала об этом, — как мне показалось, немного растерянно и даже виновато ответила та.

— Ага… Так я тебе сразу и поверила…

— Клятва, Атропос… Помни о священной клятве! — хмуро и весомо напомнила ей та, сверкнув глазами.

Моя бдительная телохранительница заметно поморщилась, судя по всему, с крайней неохотой принимая ее правоту и вынужденно соглашаясь с логикой.

— Это, скорее всего, коварные и подлые проделки Харона, — продолжила тем временем размышлять вслух Горгона, — и точно с подачи Геры.

— Я ничего подобного не ожидала, — недовольно проворчала себе под нос Атропос.

— Повелитель, — между тем почтительно обратилась ко мне Горгона, слегка склонив голову, — позвольте мне помочь вам в этой непростой ситуации. В этом аватаре я ношу имя Галина Семецкая. Графиня Галина Семецкая, если быть точнее.

Судя по всему, эти имя и фамилия определенно должны были меня впечатлить. Но, если честно, не впечатлили, так как имя и фамилия мне были неизвестны.

Но Анна знала, поэтому оперативно пояснила, опередив уже открывшую было рот Горгону:

— Вы просто не знаете, повелитель, кто это такая на самом деле, — несколько мрачно сообщила она, покачав головой, — с ней лучше не связываться.

— Ну да, конечно, не надо наговаривать на меня, — весело фыркнула Горгона, кстати, уже окончательно успокоившись после недавней перепалки. Надо честно признать, что улыбка ей очень и очень шла… — я возглавляю самую известную и успешную адвокатскую контору в столице.

— И что здесь такого особенного? — удивленно уточнил я.

— Ваша любящая дочь, повелитель, просто-напросто наслушалась разных сплетен и слухов о том, что загадочное «Адвокатское бюро Семецкой» якобы способно за соответствующие деньги справиться абсолютно с любой проблемой, — ехидно заметила Горгона, — причем не всегда законными и чистыми методами.

— А разве это не соответствует действительности? — возмутилась Атропос, сверкнув глазами. — Ведь вы действительно беретесь абсолютно за любое дело без разбора. А как же нашумевшее дело СБГСС против корпорации «Аристов и К»? Ты же тогда защищала в суде главного нашего заклятого врага! Тебя после этого громкого процесса очень многие справедливо считают предательницей…

— Пусть себе считают, что хотят, — равнодушно пожала изящными плечами невозмутимая девушка в коже, — мне лично от этого не холодно и не жарко, если честно. Но, признаться, было весьма забавно встретиться тогда с самим Орловым. Влиятельный князь даже не понял, кто на самом деле стоит перед ним. Это было… — она мечтательно улыбнулась, погрузившись в воспоминания, — … это было по-настоящему волнующе и захватывающе. Но сейчас все это уже не важно и не имеет значения. Повелитель, — вновь посмотрела она на меня, — все, что я имею в этом мире — полностью к вашим услугам. Окажите великую честь и извольте стать желанным гостем в моем скромном доме…

— Чтобы отца там сразу же повязали и схватили? — резко перебила ее недоверчивая Атропос.

— Тише, девочка. Не забывай о священной клятве. Ты же прекрасно знаешь, что она означает, — снисходительно улыбнулась та и вновь обратилась ко мне, — у меня имеется несколько квартир в разных районах Москвы. О них не знает Гера и слуги. Ну а Аид пока находится в Призрачном Граде… Так что можете совершенно не беспокоиться о безопасности. И опять же, что немаловажно… Я ведь не давала никакой клятвы верности повелителю Царства Мертвых.

— Не смей называть меня девочкой! — справедливо возмутилась оскорбленная дочь, вспыхнув от негодования. — Я…

— Едем немедленно, — твердо и решительно произнес я, внезапно перебив ее на полуслове, увидев, как стоящие примерно в метрах тридцати от нас полицейские начинают бросать на нашу машину, как мне показалось, подозрительные взгляды.

— Но… — хотела было что-то возразить упрямая Атропос, и теперь уже ее саму вновь бесцеремонно перебили. На этот раз инициативу перехватила Горгона:

— Езжай давай, девочка. Аллея Героев Первой Магической, дом номер шесть, запомни. И настоятельно советую поторопиться. Чувствую, скоро здесь будут представители из влиятельного ведомства князя Орлова…

Атропос что-то недовольно проворчала себе под нос, но все же послушно завела машину и предельно аккуратно сдала назад. Ловко развернувшись на ограниченном пространстве, она медленно и осторожно отъехала от злополучного дома.

А когда мы уже окончательно выворачивали на широкую оживленную улицу, навстречу нам с диким визгом шин стремительно пронесся черный внушительный минивэн с полностью затемненными непроницаемыми стеклами.

— Эсгэбээсники, — практически одновременно и синхронно выдохнули Горгона и Атропос.

В общем, убрались мы оттуда действительно очень вовремя. Почти всю дорогу до дома Горгоны, которая настойчиво просила называть ее просто Галей, Атропос упорно молчала.

А я тем временем активно и с любопытством расспрашивал загадочную графиню Семецкую обо всем, что меня интересовало.

Она, надо отдать должное, оказалась весьма разговорчивой собеседницей и охотно делилась информацией.

Благодаря нашей беседе я довольно быстро узнал, что Горгона вообще-то старалась принципиально не влезать в слишком серьезные разборки божественных противоборствующих фракций, предпочитая выгодную и удобную роль этакого независимого наемника.

За мое хладнокровное убийство (она, кстати, совершенно не скрывала этого неприятного факта) ей щедро обещали какой-то невероятно редкий и ценный артефакт…

— Но, клянусь, я шла убить именно самозванца, — горячо заверила она меня еще раз, — меня убедили, что это точно не настоящий Зевс. А вот то, что меня решили столь нагло обмануть и использовать втемную… — раздраженно заметила она и нахмурилась, — … я лично общалась с самой Мелиноей… Именно она давала мне это задание и подробные инструкции.

Мелиноя? Напряженно покопавшись в закромах своей памяти, я наконец вспомнил, что эта могущественная богиня специализируется на насылании ночных кошмаров, сводящих с ума смертных. Вроде бы отцы ее — Аид и Зевс одновременно, что звучит весьма странно, а мать — прекрасная Персефона. То есть, по идее, та самая рыжая Елена.

Как такое вообще может быть физически, хрен его знает, но древнегреческие всемогущие боги, как известно, еще те затейники и оригиналы в подобных делах.

— Эх, если бы не повелитель… — проворчала себе под нос Атропос, но так, чтобы услышала Горгона. — Я тебя без головы оставила бы… Давно мечтала об этом…

— Девочка, девочка, — тоном, которым обычно обращается воспитательница к детям из младшей группы детского сада, произнесла Горгона, — не обольщайся. Мы с тобой в разных весовых категориях, как любят говорить в этом мире.

— Ах ты старая грымза! Прекрати немедленно меня называть девочкой! — вскинулась раздраженная Атропос, и машина внезапно вильнула. И на этот раз я понял, что столкновения не избежать.

Отправить