Глава 18

Однако в последний момент каким-то чудом Атропос сумела вывернуть руль, избежав столкновения с медленно пыхтящим мусоровозом. Наградой нам стали истеричные гудки едущих рядом машин.

— Смотри за дорогой! — вырвалось у меня. — Угробить нас решила⁈

И, по-моему, я немного перебрал со строгостью в голосе, так как Анна буквально вжала голову в плечи. Но и меня можно было понять. Столкновение казалось неминуемым.

Но Горгону, к моему, удивлению столкновение, обещавшее нам в лучшем случае серьезные травмы, занимало меньше, чем последние слова нашего водителя.

— Я? Старая грымза, говоришь? — искренне и весело рассмеялась та, и вдруг, резко нахмурившись произнесла: — Мое терпение не вечно, девочка! Не советую его испытывать…

— Ой, ой, ой! — в притворном ужасе воскликнула Анна. — Я уже испугалась…

— Все! Заткнулись обе немедленно! — строго прикрикнул я, теряя терпение, и женщины сразу же послушно притихли, словно нашкодившие дети. — Я хочу доехать целым и невредимым. Если мы сейчас все вместе в одной команде, то я категорически запрещаю вам собачиться и грызться между собой по пустякам. Это вам понятно?

— Да, повелитель, — они вновь ответили практически хором, синхронно склонив головы.

И, кстати говоря, мы уже благополучно приехали к месту назначения.

Улица, носившая столь пафосное название, действительно производила сильное впечатление. Она представляла собой широкий проспект, вдоль которого тянулись коробки высоток, похожих друг на друга как две капли воды.

Кстати, мне они практически сразу напомнили незабвенные футуристические башни знаменитого комплекса Москва-Сити. Стекло и бетон, одним словом — типичная современная архитектура. И, кстати, как я понял, располагалась вся эта красота территориально примерно в том же самом месте, что и в моем родном прежнем мире.

Наша машина остановилась перед одной из таких громадин.

Терпеливо подождав, пока медленно откроется автоматический шлагбаум, мы осторожно въехали на просторную подземную стоянку.

Ну вот, словно вернулся обратно в привычную Москву, подумал я с ностальгией. Стандартная подземная парковка, похожая на типичные стоянки под многочисленными торговыми центрами в моем прошлом, безвозвратно утраченном мире.

Сначала из машины предусмотрительно выбралась бдительная Атропос, внимательно осмотревшись. За ней последовала Горгона. Обе девушки минут пять внимательно изучали полупустую стоянку, проверив каждый угол, после чего наконец-то позволили и мне спокойно покинуть тесный салон автомобиля.

— Кстати, а что это вообще за жуткая рухлядь? — неожиданно произнесла Галина, с явным недоумением уставившись на мою потрепанную развалюху, словно только сейчас впервые ее увидела.

— В каком смысле? — искренне не понял я. — Ты же ехала на ней вместе с нами…

— Да я что-то внимание обратила только сейчас, честно говоря, — несколько виновато заметила она, — совершенно недостойно, повелитель, вам на подобном унылом «корыте» разъезжать по столице.

— Полностью согласна с ней, — неожиданно солидарно проворчала Атропос, скривив губы, — «корыто» действительно еще то, хуже не придумаешь. Но я, между прочим, хотела найти новую достойную машину. Завтра уже была бы, если бы не сегодняшние неожиданные приключения…

— А у меня как раз есть именно то, что нужно! — с нескрываемой гордостью заявила Горгона, явно довольная возможностью помочь. — Слишком шикарной и броской машиной особо светиться не стоит, привлекать лишнее внимание опасно, но вот этой…

Девушка выразительно махнула рукой в сторону стоявшего недалеко от нас весьма симпатичного темно-синего седана среднего класса, который мне чем-то отдаленно напомнил «Шкоду Октавию».

— «Орел третий», отличная модель, — со знанием дела сообщила она, — надежная, проверенная временем машина. Настоящая «рабочая лошадка», как говорится. Надежная, неприхотливая и не особо приметная для посторонних глаз.

Судя по одобрительному выражению лица моей опытной телохранительницы, та была полностью согласна с ее словами. Хм… Ну что ж, я тоже особо спорить не стал, мне было без разницы.

Мы организованно отправились в сторону лифта. Анна внезапно растворилась в воздухе. Точнее исчезла, но не совсем. Внимательно присмотревшись и напрягая зрение, я с трудом заметил едва различимый призрачный полупрозрачный силуэт, плавно скользивший впереди нас, словно бесплотная тень.

Так вот какова в действительности ее уникальная способность! А вот Горгона, судя по ее равнодушному поведению, ее совершенно не видела. Ну, видимо, это только мое особое божественное свойство и привилегия… Искренне надеюсь.

На просторном лифте, который, кстати, выглядел изнутри весьма «дорого и богато», мы плавно поднялись на восьмидесятый этаж. Как вскоре выяснилось — последний, самый верхний. Во время неспешного подъема я мельком увидел себя в огромном зеркале, которое полностью занимало одну из стенок элегантного лифта, и, честно говоря, совсем не обрадовался своему теперешнему внешнему виду.

Какой-то я был помятый, взъерошенный и измученный. Ну вот никак я сейчас не тянул на величественного и грозного Зевса. На того самого могучего бородатого мускулистого сурового мужика с молниями в руках.

Так что на фоне своих элегантных и ухоженных спутниц я выглядел, мягко говоря, весьма бледно и непрезентабельно. Но, как говорится, статус позволяет… Хотя надо, конечно, привести себя в порядок.

Роскошная квартира, о которой с гордостью говорила Горгона, оказалась поистине шикарным двухуровневым пентхаусом. М-да… После моей скромной съемной квартиры это действительно можно было смело назвать царскими палатами.

На первом уровне располагалась просторная прихожая с гардеробной и зеркальными панелями, за ней — огромная гостиная с панорамными окнами от пола до потолка и здоровенным плазменным телевизором практически на всю стену.

Отдельная столовая зона как минимум человек на двенадцать.

Помимо современой кухни-студии, на первом уровне имелся еще и кабинет с отдельным входом.

Но больше всего меня поразил не второй уровень, подумаешь, две спальни с отдельными душевыми кабинами, а то, что на крыше имелась терраса с зоной барбекю под открытым небом.

В пентхаусе, кстати говоря, нашелся и мощный современный ноутбук, который, честно признаться, на фоне того древнего агрегата, что был у меня, выглядел примерно как старенький запорожец по сравнению с совершенным гоночным болидом «Формулы 1».

Галина, окончательно убедившись, что меня действительно все полностью устраивает и я доволен, вскоре ушла, оставив свой личный номер телефона и предупредив, что лучше мне пока никуда не выходить из квартиры. И вежливо попросила сказать Авроре, что она с ней свяжется в ближайшее время.

— Вы слишком доверяете ей, повелитель, — с явным осуждением произнесла Атропос, когда мы наконец устроились на огромной кухне. — Категорически нельзя доверять Горгоне. Она, конечно, не такая сумасшедшая и непредсказуемая, как ее печально известные сестры, но личность весьма ненадежная.

— А как же то, что она священную клятву дала? — резонно напомнил я ей.

— Она, безусловно, будет действовать, — нехотя согласилась девушка, поджав губы, — но все равно настоятельно прошу быть предельно осторожным с ней.

Ну что ж, с этим спорить было бы действительно глупо.

Атропос набрала номер Авроры и поставила телефон на громкую связь. О том драматичном событии, что произошло на моей злосчастной квартире, Алена пока не знала ровным счетом ничего. Поэтому, выслушав подробный рассказ, заметно разволновалась.

— Простите великодушно, повелитель, — расстроенно произнесла она, — к сожалению, не могу сейчас приехать к вам… Родители вернулись домой, и не поймут моего отсутствия. Завтра обязательно в школе встретимся и все обсудим. Анна, очень надеюсь, что сейчас все действительно нормально?

— Да, — саркастически хмыкнула та, — если не считать того, что мы в пентхаусе, принадлежащем Галине Семецкой.

— Что? Как? — голос Алены мгновенно и заметно похолодел, в нем появились отчетливые тревожные нотки.

Анна поспешно рассказала о нашей неожиданной встрече с Семецкой, периодически украдкой бросая на меня опасливые взгляды, словно боясь моей реакции. С чего это вдруг такая осторожность, интересно.

Кстати, Алена окончательно успокоилась только тогда, когда подробно узнала о том, что Горгона произнесла клятву. И, по моим внимательным наблюдениям, в отличие от Анны, она скорее обрадовалась появлению такой влиятельной и могущественной союзницы.

После довольно долгого телефонного разговора я вдруг совершенно отчетливо понял, что очень хочу есть. Незаметно приближался вечер, так что мы решили устроить этакий поздний обед или ранний ужин. Благо, огромный современный холодильник, к моему приятному удивлению, оказался щедро набит разнообразными свежими продуктами.

Анна охотно взяла на себя обязанности повара и занялась приготовлением ужина. Я же устроился на мягком кожаном диване в просторной гостиной и включил телевизор.

Короче говоря, почувствовал себя настоящим барином… Ну, или, если быть более точным, — «богом», окруженным заботой.

Хотя, надо признаться, пока было сложно по-настоящему привыкнуть к тому, как кардинально изменилось ко мне отношение как Алены, так и Анны.

Последняя просто-напросто лезла буквально из кожи вон, стараясь мне во всем угодить и предугадать каждое желание. Несмотря на мою настоятельную просьбу обращаться ко мне просто по имени, она упорно этого не делала.

По-прежнему раз за разом звучало — повелитель и повелитель. Но что ж, хорошо хоть перестала называть меня «божественный отец», а то от этого торжественного и пафосного названия у меня каждый раз мурашки по коже шли, и становилось не по себе.

Примерно через полчаса усердной работы она аккуратно накрыла стол в гостиной, и я наконец-то сумел по достоинству оценить недюжинные кулинарные способности своей новоиспеченной преданной телохранительницы. Я буквально силой усадил ее рядом с собой за стол и заставил нормально поесть.

Во время нашей неспешной приятной трапезы с ее лица не сходило гордое выражение, которое я без труда расшифровал бы примерно как — «вот, люди, смотрите и завидуйте, с кем я вместе за одним столом сижу».

С другой стороны, это вполне объяснимо. В ближний круг главных богов она не входила. Насколько я знал, главных могущественных олимпийцев было двенадцать.

После сытного и вкусного ужина меня оставили одного. Анна молча ушла в другую комнату и через полуоткрытую дверь я увидел, что она устроившись на мягком диване с телефоном в руках, принялась ожесточенно и активно с кем-то переписываться.

Судя по всему, неожиданное возвращение великого Зевса требовало горячего обсуждения у моих сторонников. Или верных слуг, как они сами себя называли.

Я решил не мешать ей и, немного посмотрев свежие новости, которые на этот раз оказались удивительно скучными и неинтересными, устроился за своим новым ноутбуком. Кстати, обязательно надо старый компьютер обратно сдать в магазин… Хотя, стоп, он ведь остался у меня на пострадавшей квартире.

Пришлось снова звать Атропос, которая, выслушав меня, лишь мягко улыбнулась, спокойно заявив, что «все непременно сделаем», мол, повелителю не стоит беспокоиться о таких мелочах.

Ну, раз не стоит, значит, не стоит. Мне сейчас действительно было что посерфить в интернете. Последнее время на меня слишком много всего сразу навалилось.

А в прямой связи с неожиданным изменением своего божественного статуса… Звучит, блин, это как-то до сих пор странно и нереально, но что поделать — просто жизненно необходимо основательно освежить свои давние и изрядно подзабытые познания в запутанной древнегреческой мифологии, а то я уже начал путаться в ходивших по Москве аватарах древних богов.

Устроившись поудобнее в мягком кресле, я открыл браузер и начал методично искать информацию. Надо было понять, кто есть кто в здешнем божественном пантеоне. Я, конечно, много чего знал об античных богах, но все же мир-то другой. Какие-то отличия должны быть.

* * *

Красивая высокая статная блондинка в безупречном и явно дорогом брючном костюме медленно поднялась из-за массивного деревянного стола и неспешно подошла к огромному панорамному окну, которое занимало практически целую стену в ее просторном кабинете, расположенном в одном из самых престижных и дорогих деловых кварталов столицы — в самом сердце Москвы.

Она некоторое время молча и задумчиво наблюдала за впечатляющим пейзажем из стекла и бетона — панорамой из устремленных в небо современных небоскребов и деловых центров.

Но вот, тяжело вздохнув, повернулась к терпеливо сидящим в мягких кожаных креслах напротив ее массивного стола мужчине средних лет в черном костюме и молодой смуглой женщине.

— Ну и что же вы мне скажете на этот раз? — голос у элегантной блондинки был на удивление злым и холодным, буквально сочащимся едва сдерживаемой яростью. — Неужели опять придется выслушивать очередные оправдания и признания в том, что вы в очередной раз бездарно провалили относительно простое задание? Почему я совершенно не удивлена таким исходом событий? Что скажешь, Харон? — она выжидательно посмотрела на мужчину.

— Прости, Гера, — несколько виноватым тоном произнес мужчина, явно пытаясь оправдаться, — но, честно говоря, откуда я вообще мог заранее знать, на что именно способен его аватар и какими силами он в действительности располагает, — он нервно покосился на сидевшую рядом с ним черноволосую смуглую красавицу восточной внешности, одетую весьма вызывающе — в короткую обтягивающую мини-юбку и откровенную полупрозрачную блузку, через которую просвечивало белье. — Насколько мне известно, этим вопросом непосредственно занималась Мелиноя.

— Ну и что с того? — презрительно и даже с некоторой издевкой фыркнула смуглянка, явно раздраженная попыткой свалить всю вину на нее. — Ну да, занималась я этим делом, собирала информацию, и что из этого следует? Я же сделала все, что требовалось — договорилась с Горгоной, как и было запланировано. Она должна была избавиться от этого наглого ублюдка раз и навсегда…

— Молчать! — неожиданно резко рявкнула разозлившаяся не на шутку Гера, и ее обычно спокойное привлекательное лицо на короткий миг исказилось в гримасе настоящего гнева и ярости.

Сидевшая до этого момента расслабленно и даже несколько развязно Мелиноя сразу же заметно побледнела, и ее показное спокойствие и уверенность в себе мгновенно исчезли без следа.

Она испуганно уставилась на грозную блондинку. В воздухе просторного кабинета буквально повисло тяжелое, почти осязаемое напряжение.

— И почему, интересно мне узнать, твоя драгоценная Горгона не исполнила ваш с ней договор? — обманчиво спокойным и даже тихим голосом, в котором, тем не менее, чувствовалась скрытая угроза, уточнила Гера, она же в миру — успешная бизнес-леди Светлана Демидова.

— Честно говоря, я сама пока не знаю точно, что произошло… — несколько растерянно пожала плечами Мелиноя, с явной опаской наблюдая за реакцией своей начальницы, — … она просто позвонила мне и очень коротко, практически на бегу, сообщила, что по личным причинам отказывается от дальнейшей работы над этим заданием. Вот так вот, никаких внятных объяснений или хотя бы намеков на причины не последовало. Но я, разумеется, сразу же попыталась выяснить, что именно там произошло на самом деле…

— Продолжай, — холодно предложила блондинка, не сводя с подчиненной тяжелого пристального взгляда.

— К сожалению, пока достоверно неизвестно, что там случилось, повелительница, — ответила та слегка дрогнувшим голосом и заметно нервничая, — но я обещаю, что обязательно выясню все детали в самое ближайшее время…

— Выяснит она, как же, — с нескрываемым сарказмом проворчала явно недовольная Гера, — а вот я тебе прямо сейчас скажу, что именно сделала твоя драгоценная Горгона, на которую ты так рассчитывала. Она самым наглым образом перешла на сторону Зевса!

— Что⁈ Как это возможно⁈ — буквально остолбенев от неожиданности, уставилась на нее изумленная и шокированная собеседница. И, надо сказать, не только она одна была в шоке. Харон точно так же с видимым недоумением смотрел на Геру.

— Да, вы оба просто законченные идиоты, ничего не скажешь, — с презрением и злостью практически выплюнула в ответ разгневанная хозяйка роскошного кабинета, после чего вернулась обратно за свой массивный стол и тяжело опустилась в кресло руководителя, — хотелось бы мне понять, почему это именно мне об этом известно, а не вам, тем, кто непосредственно должен заниматься сбором информации и следить за ситуацией!

Харон с Мелиноей быстро и красноречиво переглянулись между собой, обменявшись многозначительными взглядами, но при этом благоразумно промолчали, не решаясь ничего возразить. Они оба прекрасно знали из своего долгого опыта, что сидевшая сейчас за массивным столом грозная женщина на самом деле и не ждала каких-либо комментариев или объяснений на свои гневные слова. Это был скорее риторический вопрос.

— Итак, господа. Слушайте меня сейчас очень внимательно и запоминайте каждое слово, — довольно тихо, но при этом очень четко и с нажимом произнесла она, наклонившись вперед и сложив руки на столе. — Во-первых, благодаря вашей откровенно грязной и непрофессиональной работе мы совсем недавно чуть было не нарвались на князя Орлова, а это, как вы сами прекрасно понимаете, могло иметь катастрофические последствия для всех нас… Да, именно так, молчите и не перебивайте меня! — резко и повелительно махнула она рукой, останавливая явно хотевшего было что-то возразить Харона. — Но, к счастью, слава древнему Хаосу и великой Стихии, этого крайне нежелательного столкновения не произошло. Однако надо четко понимать, что эсгэбээсники сейчас буквально землю роют, проверяя каждую зацепку и каждый след. Ситуация накалена до предела. Так что, Харон, я приказываю тебе немедленно связаться со всеми без исключения слугами. Прикажи им срочно свернуть абсолютно все операции до особого распоряжения… И ты, Мелиноя, тоже. Действуем по тому же принципу — полная заморозка всех активных действий.

Она сделала небольшую паузу, давая своим словам как следует дойти до сознания подчиненных.

— Что касается твоей недавней оплошности, Мелиноя, — продолжила Гера уже более спокойным, но от этого не менее опасным тоном, — то сейчас, в виде исключения, я тебя великодушно прощаю и сделаю вид, что этого досадного инцидента не было… Но при этом ты должна очень хорошо запомнить одну простую вещь… — в еще больше побледневшую и съежившуюся в кресле девушку буквально уперся невероятно тяжелый, пронизывающий насквозь взгляд разгневанной Геры. — Еще один такой прокол в будущем, и последствия будут самыми печальными для тебя, уверяю. Сейчас конкретно твоя задача — следить неотступно за каждым шагом графа Соболева! Используй любые доступные методы, делай абсолютно что хочешь, задействуй все свои связи и возможности… Но ты просто обязана знать буквально каждый его шаг, каждую встречу, каждый разговор. Докладывать о его передвижениях и контактах будешь мне лично каждый божий день, причем в строго установленное время. Я предельно ясно выразилась?

— Да, повелительница! Все абсолютно понятно! — поспешно и даже несколько испуганно заверила ее та, закивав головой.

— Прекрасно. А теперь вопрос — почему ты все еще здесь находишься?

Мелиноя мгновенно вскочила со своего кресла и, почтительно поклонившись своей грозной начальнице, максимально поспешно, почти бегом покинула кабинет, явно опасаясь задержаться хотя бы на секунду дольше необходимого.

— А теперь, мой дорогой и такой ненаглядный Харон, — медленно перевела свой не менее тяжелый и пристальный взгляд на все еще терпеливо сидящего в кресле мужчину Гера, — давай-ка мы с тобой наконец обсудим еще один очень важный и деликатный вопрос. Тот самый, который я все время откладывала.

— Хорошо, — кивнул тот, — но сразу предупрежу тебя, что все операции я остановить не смогу…

— Что? — уставилась на него Гера. — Что это значит?

— Это значит, что есть те, кого ни я, ни ты не остановишь, — пожал тот плечами, — и с этим надо смириться.

Гера грязно выругалась.

Отправить