Глава 15

Залив, на берегу которого стоял порт Осаки, больше напоминал огромное озеро — от открытого моря его ограждал длинный изгибающиеся остров. Получался овальный водоём с двумя проливами на двух концах этого самого острова.

Ближайший пролив находился у западной окраины порта. Он был уже второго, что пролегал южнее, и потому британских кораблей там стояло меньше. Но всё же…

— Что-то их как-то дохрена. Не находите, Ваше Сиятельство? — с иронией прошептал Медведь.

На ширину всего пролива цепью стояли британские корабли.

— Согласен, Ваше Благородие, — подыграл я. — Хотя я бы применил куда более яркое слово.

— Полагаю, вы имеете в виду доху?..

— Ваш-бродие, началось! — прервал нас по рации рядовой Гусев, наш связист.

По морю до нас докатились раскаты взрывов. Вдалеке горизонт очертился светом пламенных вспышек. Основную часть британской флотилии уже атаковали, пора и нам вступить в бой.

— Пошла жара! — прорычал я, оскалившись.

И вместе с этими словами огонь осветил и наш берег. Чуть поодаль, словно пламенная птица, с обрыва взлетел Соколов, а за ним последовал отряд отборных магов огня и ветра. Графу дали именно то, чего он так жаждал — полное опасностей и рисков задание — сжечь британские корабли.

На первый взгляд это казалось безумием… Да что там! Оно и было безумием!

Огненный маг Александр Соколов должен был ринуться в окружении своей стихии и с неба обрушиться на врага.

И в этом сумасшедшем плане его смущало только одно — наличие того самого отряда отборных магов, которые помогали ему.

Так что за Александра я не беспокоился. Лучше уж пускай беспокоятся британцы. Ночка сегодня выдалась холодной, особенно на воде. Но скоро им станет очень жарко.

Пока «Жар-Птица» Соколов взял на себя всё внимание корабельных орудий, три инженерные роты, в том числе моя, ринулись к береговой линии на грузовых транспортёрах, которые везли модульные блоки укреплений. А за нами сразу рванули артиллеристы с орудиями.

Сюда согнали почти все составы Южной армии. Это был риск, мы оставили тылы незащищёнными, но сейчас иначе нельзя. Только один шанс. Стремительное нападение.

Победа или ничего!

Быстро, слаженно развернули баррикады. Всё как на учениях, во время которых я загонял парней до седьмого пота, а потом ещё немного.

Я вспоминал историю взятия Измаила. Насколько я знаю, в этом мире тоже был Суворов, но именно этого великого штурма не случилось.

Тогда Суворов изрёк свою знаменитую фразу «Тяжело в учении, легко в бою», когда воссоздал ров и стены крепости и заставлял свою армию раз за разом отрабатывать штурм, до автоматизма.

И вот его наука пригодилась мне и теперь.

Парни не совершали ошибок, работали спокойно и уверенно на фоне громыхающих кораблей, которые всё пытались прибить Соколова сотоварищи, словно назойливую, шуструю муху, которая больно жалила и плевалась огнём. Один из кораблей скоро загорелся, но волны вдруг поднялись, начали загораживать судна — это британские маги защищались от отбитого графа.

Я тоже рванул к берегу. Работали мы под прикрытием темноты, поэтому приходилось использовать приборы ночного видения. Однако даже с ними было неудобно разгружать тяжёлые блоки, активировать творцы, использующие стихию земли, чтобы врыть в землю фундамент.

На бегу мы почти наощупь подключали генераторы, активировали магические щиты, а затем помогали артиллеристам занимать позиции.

Вдруг неподалёку случилась заминка. Мы с Медведем поспешили туда, где увидел, что тяжеленную металлическую баррикаду пытаются поднять сразу десять бойцов.

— Левитатор полетел! — со злостью, сквозь зубы прорычал Медведь.

— Сеня! — крикнул я, и через пару секунд рядом со мной появился Арсений.

— Я тут!

— Помогай, кати эту хреновину по земле!

Я поднатужился, напитал мышцы магией из кольца…

— Р-р-ра-А! — хором выдохнули все вместе.

И нам удалось сдвинуть заграждение.

Оно глухо ударилось о землю, но затем поднялось на выросших снизу каменных столбах.

Арсений перекатами дотащил блок до подготовленного места неподалёку от обрыва, а затем все вместе мы поставили его куда следует.

Но вдруг в нашу сторону полетело несколько снарядов.

Заметили, зараза!

Но навстречу выдвинулись мои самураи. Они пламенем бросили себя вперёд и атаковали на опережение, взорвав снаряды ещё на подлёте.

Яркие вспышки осветили берег. Стало светло как днём, отчего глаза заболели из-за приборов ночного видения. Но мне удалось вовремя его снять, а при нормальном освещении подключить баррикады было куда проще, и скоро нас накрыло плотным куполом щитов. Следующие снаряды уже разбились о силовое поле.

— Теперь наша очередь! — прорычал капитан Глебов, подкативший орудие наравне со своими подчинённым.

— Бей гадов! — воскликнул я.

А затем загремела канонада. Сотни крупнокалиберных орудий залпами обрушили на британский флот всю мощь русской артиллерии. Казалось, само море объяло пламенем.

Но это ещё не всё. Наша боевая задача не закончена.

На нас тоже обрушились залпы корабельных орудий, и барьеры будут ломаться, слабеть, разбиваться. Но мои бойцы будут латать бреши, заставляя врага раз за разом впустую тратить боезапас.

Но не все солдаты инженерной гвардейской роты Его Императорского Величества оставались на берегу. Особый отряд ещё до атаки Соколова приступил к другой боевой задаче.

Бат и Батар сейчас пересекали пролив, оставляя за собой подводные мины. Небольшие плавучие шарики, начинённые магией под завязку. Делать это приходилось без использования магического снаряжения, опираясь на физическую силу и простейшие плавсредства. А потому лучше этих двоих никого не было.

Они огибали корабли с восточной стороны, по направлению к основному флоту британцев. Вот только…

— От «пловцов» нет сигнала! — раздался в рации голос связиста. — Не отвечают!

Зараза!

— Байков, принимаешь командование! — приказал я.

— Есть! — откликнулся Вадим.

— Бахтин, Накамура, Сайго, за мной!

— Есть! — рыкнул Арсений, скривившийся от грохота и взрывов.

Хидзаши, Изао и Сакоку молча ринулись следом.

Сейчас близнецы должны быть у противоположного берега. Но, видимо, что-то случилось.

Мы впятером ринулись через пролив на реактивной тяге магии огня. Я ещё не освоился с полётом, но волноваться было некогда. Просто взял и сделал. И получилось.

Когда мы были на середине, корабли пришли в движение. Они уже потеряли часть своей эскадры и поняли, что отбиться не выйдет.

Это хорошо.

А вот наши пловцы попали под раздачу. Видимо, их слишком унесло в сторону волнами, которые создавали британские маги. И они попали прямо к засевшим на острове вражеским береговым войскам, которые встретили их на штыки. Вели британцев офицеры, владеющие магией, а потому двум немагам в боевой снаряге приходилось нелегко. Их вовсю теснили, обстреливали из ружей и незамолкающего пулемёта.

Мы ворвались в битву. Самураи налетели на офицеров, пока мы с Арсением обрушились на небольшие укрепления, где засели стрелки. Они не ожидали нашего нападения, так что много времени схватка не заняла.

Арсений выпускал огненные шары, и пламенные лучи, способные пробить слабые щиты, а затем мы ринулись на сами укрепления и сошлись с их защитниками в рукопашной.

Приземлившись, я прибил троих пехотинцев, рубанул пулемётчика, и треклятая очередь прекратилась.

Бахтина было не узнать. Он не был самым сильным магом, но родовое воспитание и тренировки у Соколова сделали его приличным бойцом. Он отбивался от штыков, не боялся пропустить выстрелы, понимая, что щиты их остановят. Разил, рубил, колол и сжигал врагов своим окрепшим пламенем.

Думаю, встреться я с ним тогда, в Твери, при таких вводных, до Тунгуса дожил бы вряд ли…

Хотя тогда и отключать этого засранца не пришлось бы.

Скоро всё закончилось. Мы расчистили укрепления, остатки солдат сдались в плен. Накамура добил последнего офицера своим мечом. Второй, что раньше принадлежал Бодо Уэсуги, он больше не носил.

Сказал, что теперь без надобности, ведь Уэсуги больше не существовало. Такеда позволил остальным самураям принести клятву верности русскому императору, но ублюдка Хандана зарубил собственными руками.

После зачистки укреплений на пару минут повисла тишина. Но только здесь, на берегу. Со стороны моря всё так же громыхали взрывы, но, казалось, это было где-то там, на фоне. Мы же наслаждались небольшой передышкой и спокойствием.

— Ну, что, доволен будет маршал Громов? — осклабился я, глядя на Арсения.

— Надеюсь, — хмуро буркнул он в ответ, протирая палаш.

Я отдал ему трофейное оружие, взятое у Эванса. Сегодня был второй экзамен, и Арсений его прошёл. Война ему была не по нраву, но иногда приходится делать то, что не хочется. И, думаю, участие в таком сражении должно успокоить Громова насчёт его племянника.

— Вы как, целы? — кинул я близнецам.

— Ага! — радостно скалясь, кивнули они.

Да им в кайф, блин!

А затем…

Сработали мины.

Поднялся дикий грохот. Корабли охватывало пламенем, до нас доносились крики моряков, осознавших, что сейчас пойдут ко дну.

В корму им била наша артиллерия, мелкие, но вредные мины оставляли пробоины. А Соколов всё пытался насытиться битвой, паря над кораблями и сжигая их в адском пламени.

— Мы справились, — ухмыльнулся я.

Хотя грохот стоял такой, что сам не слышал собственных слов.

━—━—༺༻—━—━

 

Южный берег Осакского залива, капитанская рубка британского флагманского линейного корабля «Бог морей».

Адмирал Катберт Краген был вне себя от ярости.

— Да что они о себе возомнили⁈ — рычал он, глядя на огни внезапно развернувшегося сражения.

Русский флот появился будто бы из ниоткуда и стремительно атаковал позиции Крагена. Их было значительно меньше, но нахрапом удалось прорваться вглубь построения и внести такой хаос, что численное преимущество теперь не имело значения.

— Милорд, эскадру Гларсона атаковали! — обеспокоенно воскликнул связист.

— Чего⁈ — ахнул Катберт. — Ты издеваешься⁈ Как? Откуда у них ещё один флот⁈

— Эм, Милорд… — потупился связист. — Сообщают, что атаковал небольшой отряд огненных магов.

Нет, ну, это совсем ни в какие ворота! Эти русские — полные безумцы.

Сначала они малыми силами атаковали флот самого лучшего адмирала во всей Британской… Да что там, самого лучшего адмирала во всём этом треклятом мире! Британская империя — владычица морей!

А теперь ещё и вот это…

Сумасшедшие!

— Разнесите эти корыта ко всем демонам! — прорычал Краген.

Он был очень зол. Так, зол, что едва сдерживал себя. И потому не сразу заметил, как со стороны кормы появился шустрый манёвренный крейсер раза в два меньшего размера, чем «Бог морей».

БАХ!!!

Судно сотрясло от дикого взрыва. Щиты затрещали и ослабли, создавая брешь.

Катберт устоял на ногах и тут же гаркнул:

— Восстановить щиты! Право на борт! Я отправлю это ведро на грёбаное!..

ГР-Р-РА-А-АХ!!!

Снова корабль затрясло, но куда сильнее. Катберта подбросило вверх, по стенам прокатила волна вибрации и скрежета. Обшивка застонала низким режущим звуком.

— К-какого…

Русский крейсер взял линкор на таран и носом вонзился в корму, пока щиты не успели восстановиться.

«Безумие!» — промелькнуло в голове адмирала.

А в следующую секунду в помещение ворвались противники во главе с молодым офицером, который слёту отсёк противнику руку с родовым кольцом.

Удар — и лучший адмирал всего этого треклятого мира валяется у ног русского офицера.

— Позвольте представиться, сэр Краген, — осклабился тот, держа острие палаша у глотки Катберта.

По кораблю снова прокатилась дрожь. Корпус накренился, оба сцепленных корабля начали медленно уходить ко дну.

— Капитан первого ранга, Михаил Ушаков! А теперь простите мою спешку, мне ещё вытаскивать свой корабль из вашей задницы!

Лёгкое движение рукой, и голова, видимо, всё-таки не лучшего адмирала Британской империи, покатилась по палубе.

━—━—༺༻—━—━

 

Не успело затихнуть сражение у берегов Осакского залива, как мы оставили капитану Ушакову добивать уцелевшие корабли британцев, а сами отправились для соединения с частями Южной армии, которую Такеда вёл на генеральное сражение с Глостером.

— Демоны, а нравится мне это Ушаков! — воскликнул Александр.

— Ещё бы! — хмыкнул я. — Он, кажется, смахивает на тебя.

— Да он же водник! — возмутился граф. — Хотя…

— Вот-вот! Такой же долбанутый.

— Ну, тогда и ты смахиваешь на меня, — усмехнулся Александр.

Я не нашёлся что ответить. Думаю, он прав.

Мы мчались на моей «Мощи» к месту генерального сражения — долине, где расположился городок Фукусаки, где Глостер развернул лагерь для подготовки к последнему рывку.

Оно уже должно начаться. По плану Державина, очень рискованному, надо заметить, атаковать британцев решили тремя волнами.

Первой в бой ринулась Северная армия. Она напала на лагерь Глостера, хотя тот ожидал иного.

Наш главнокомандующий упорно делал вид, что готовится к долгой осаде Киото. Мы укрепляли оборону, настраивали «Железный щит», завозили провизию. Всё выглядело так, будто Северная армия решила запереться в городе, ожидая прихода вражеских войск, а Южная не могла покинуть Осаку из-за стоявшего в заливе флота.

Мы неплохо потрепали британцев, но Глостер вёл куда более крупную армию, чем каждая из наших двух по отдельности. Он хотел уничтожить Державина в Киото и наверняка имел там кучу шпионов, которые помогли бы взять город.

Если бы Такеда ринулся на помощь, флот Крагена высадил бы десант и захватил Осаку, и тогда наши силы оказались бы зажаты с двух сторон. А не помог бы, так после Киото Глостер выдвинулся бы на Осаку и вместе с Крагеном уничтожили наши войска.

Но теперь его ждал сюрприз.

— Похоже, там вовсю идёт веселье, — предвкушающе прорычал Александр.

Впереди, над горными хребтами, вместе с рассветом поднимались отсветы магической битвы. Гремели взрывы, молнии вспышками очерчивали верхушки гор.

— Такеда уже должен был вступить в бой, — проговорил я мысли вслух.

Изаму с Южной армией должен был нанести второй удар, когда Северная наведёт шороху.

Будто в подтверждение моих слов, к небу устремились огромные столбы огня.

— Это точно он! — воскликнул Александр. — Я это пламя узнаю даже в Аду!

Тут по рации со мной связался Медведь.

— Бригадир, уверен, что не хочешь нас подождать, а?

— Да, уверен. У вас всё в порядке?

— Да. Вот только эти черепахи еле тянутся. А «Бурый» требует скорости!

Мы с Соколовым оторвались от нашей группы, чтобы разведать обстановку. Последний, третий удар, нанесёт артиллерия, но для этого нужно выбрать подходящее место, откуда можно бить прицельным огнём. Провести разведку заранее не удалось, поэтому выбирать придётся в спешке.

— Скажи «Бурому», что его скоро ждёт жара, так что пусть не спешит!

— Принял… — пробурчал он в ответ. — Конец связи.

И вот мы добрались!

Я даже застыл на несколько секунд от вида. Это было одновременно завораживающе, пугающе и волнующе.

В алое скопище британских войск слева, клиньями, будто разрывая их на куски, и справа вонзились два тёмно-зелёных клыка русских армий. Алые мундиры врага казались потоками крови от страшных ран, нанесённых нашими солдатами.

Повсюду выстрелы, магические вихри нарушали строй солдат, сталкивались и вспыхивали ещё ярче.

Разглядеть Державина и Такеда было невозможно, но их магия накрывала поле боя бушующим пламенем и сверкающими молниями. В ответ на наших летели мириады ледяных снарядов Глостера, снежные бури закрывали обзор.

Кровь закипала от одного вида, внутри проснулось желание ворваться поскорее в гущу сражения, будто каждая секунда промедления лишала меня чего-то особо ценного. Я не любил войну, но обожал сражения. Это противоречие, но оно так и было.

Однако торопиться нельзя. Я окинул взглядом долину.

Британцев было больше, но на нашей стороне сражались два сильнейших мага, что позволило уравнять силы. Чаши весов держались в равновесии, но нарушить его могла любая сила. И мы будем такой силой.

— Зараза! — рыкнул я. — Надо спешить!

На пологом холме, откуда был отличный обзор на всё поле боя, британцы начали разворачивать орудия. Похоже, они хотели сделать то, что собирались мы.

Э, нет! Хрен вам!

— Гони, гони! — воскликнул Соколов.

Я вдавил педаль газа в пол и рванул к холму. Британцы уже расчищали место, устанавливали артиллерийские гнёзда. Может, не спешить, и пускай за нас всю подготовку сделают, а?

Шальная мысль промелькнула в голове, но тут же улетучилась, когда прямо перед нами выросла толстая стена льда.

Сцепление! Тормоз!

Руль в сторону, и «Мощь» с отчаянным рёвом заворачивает вдоль заграждения, протаранив лёд боковой стенкой.

Мы остановились, и машину тут же охватили ледяные наросты.

Я попытался вырваться, но ничего не получалось. Лёд продолжал охватывать машину, поэтому нам пришлось выскочить наружу.

— Какого хрена⁈ — сквозь зубы прорычал Соколов.

И ответ не заставил себя ждать.

— Господа, господа! — раздался сверху до скрежета зубами знакомый голос.

На ногах скатившись со стены, перед нами предстал предатель, Михаил Андреевич Крубский.

— Рад вас всех видеть! Как прошла свадьба? Торт был вкусный?

Отправить