Глава 20

о. Хоккайдо, дворец императора Российской империи, лекционный зал.

— Медицина в Российской империи в основном носит немагический характер. Это связано с тем, что носители подобного дара крайне редки, и развитие шло, так сказать, натуральным путём. Однако с развитием магоснабжения, маготроники и прочих смежных областей началось внедрение магии, даже минуя носителей дара.

Все собрались в огромном крытом амфитеатре. Таких точно не было здесь до прибытия русских. Новые столы ещё пахли древесиной и лаком, мраморные ступени выглядели так, словно их только поставили и отполировали. И, несмотря на количество слушателей, голос преподавателя был слышен всем без исключения даже без применения магического оборудования.

Его звали Георгий Артурович. Чернявый молодой человек с проступающей щетиной и густыми бровями. Он имел ласковый голос, постоянно улыбался и, казалось, не мог не нравиться всем и каждому просто благодаря своему природному обаянию. Азуми слышала, что некоторые девушки по уши в него влюбились. И среди них было немало японок.

— Скажите, есть ли в здесь владеющие магией исцеления?

Никто не поднял руку. Азуми не хотела привлекать лишнее внимание. Георгий Артурович пожал плечами:

— Как я и говорил, крайне ред…

— Есть, есть у нас лекарь! — воскликнула Ольга, насильно подняв руку Азуми.

— О, правда? — обрадовался преподаватель. — Как вас зовут, барышня?

Все обернулись в сторону девушки, отчего она покраснела от смущения.

— А-азуми, — тихо ответила она, но акустика донесла до преподавателя звук.

— Прошу, подойдите ко мне! — с явным энтузиазмом воскликнул Георгий Артурович.

— Давай, давай, — слегка пихнула локтем Ольга.

Азуми одарила её недовольным взглядом, запыхтела, но пришлось встать с места и спуститься по ступеням в самый низ, к преподавательской кафедре.

А они ведь специально выбрали места повыше, чтобы шептаться о своём, девичьем, и не стоять в очереди на выход…

Взгляды провожали её до самой последней ступени. Русские ребята смотрели в основном заинтересованно, а вот японцы разделились. Одни с гордостью кивали, мол, вот она — гордость самурайских кланов! А другие недовольно фыркали.

— Будет как обезьянка развлекать их, — прошептал Иоичи Нагао.

— Ага, точно, — вторил Акира Имагава.

Они почему-то сдружились, хотя Дэйчи и Сора в хороших отношениях не были замечены. А вот их сыновья нашли общий язык в своём недовольстве нынешним положением. Им претило находиться в заложниках. И всё новое, что привнесли русские во дворец, они воспринимали в штыки.

Но сейчас поднимать шум не стоило. Азуми сосредоточилась и подошла к преподавателю, ступив на широкий помост.

— Думаю, стоит сразу начать с демонстрации, не так ли? — с улыбкой спросил Георгий Артурович.

— Да, но… — Азуми слегка удивилась, потому что больных или раненых тут не было.

Но затем изумленно уставилась на преподавателя который достал кинжал и внезапно от души полоснул себе по ладони.

Хлынула кровь, по залу прокатились ахи. Но Азуми не стала медлить. Шок отошёл на второй план, она видела слишком много ран и то, как их наносят в настоящих схватках не на жизнь, а на смерть, чтобы растеряться от такой мелочи.

Несмотря на брызги крови, она обхватила ладонь преподавателя и мигом направила магию в рану.

А Георгий Артурович стоял всё с тем же добродушным выражением лица, будто ничего не происходило.

Когда рана затянулась, оставив после себя тонкий бледный шрам, он убрал кинжал, вызвал сгусток воды, чтобы вымыть руку, а затем поднял её над собой.

— Вот! Магия исцеления позволяет лечить такие мелкие раны буквально на глазах. Как видите, если рядом с вами маг, обладающий этим замечательным даром, вам нечего…

— Что вы себе позволяете⁈ — вдруг прервала его Азуми.

Георгий Артурович ошарашенно уставился на неё. Да все присутствующие замерли, с интересом наблюдая за происходящим.

— П-простите, но… — попытался ответить преподаватель, однако…

— Магия не для развлечений! — прервала его Азуми. — Она не для демонстраций, шуток или таких вот представлений!

Азуми чувствовала, как внутри полыхает праведный гнев. Эмоции, которые приходилось до сего момента подавлять, страх, смущение, обида, горечь разлуки с отцом и…

Подумав об Игоре, она почувствовала захлестнувшую ярость.

— Нельзя использовать магию так бездумно! Если вы ещё раз позволите себе нечто подобное, я оставлю вас истекать кровью, Георгий Артурович. Мы не применяем свой дар без надобности, тем более на потеху публике. Вот что вам стоит знать о японской медицине!

Преподаватель не сразу нашёлся что ответить. На какое-то время воцарилось молчание, и Азуми слышала собственное учащённое дыхание.

Но затем Георгий Артурович тихо произнёс:

— Прошу прощения, Азуми. Я не знал. Но мы для того и собрались, чтобы познакомиться друг с другом, не так ли? Огромное спасибо, что помогли мне в этом нелёгком деле.

Он почтительно поклонился. Не на японский манер, а на русский. Плавно, с лёгким кивком, приложив к груди правую руку, которую только что излечила магия.

 

━—━—༺༻—━—━

 

Спустя час.

Лекция закончилась, приближалось время обеда. Поэтому и русские, и японцы в едином порыве направились в столовую. Разных людей объединяло желание утолить голод после насыщенного утра.

— Ольга, зачем ты это сделала⁈ — топнула ногой Азуми.

— Да ладно тебе. Круто же вышло! — без единого намёка на раскаяние воскликнула та.

— Ага… — вяло протянула Тихомира. — Не тебе же пришлось стоять на виду у всех. Хотя… Ты бы только рада была, думаю.

Азуми надула губы и двинулась вперед быстрым шагом, оторвавшись от них. Оля наконец-то что-то поняла и устремилась за ней.

— Азуми, не обижайся! Я ведь хотела как лучше, твоя магия такая чудесная!

— А мне понравилось, как ты его приструнила, — хихикнула на японском Хоши.

— Вот-вот! — закивала Ольга, тоже на японском. — Классно ведь получилось!

Но тут им путь преградили несколько молодых человек в чёрных кимоно. Азуми пришлось резко остановиться, и Ольга едва в неё не врезалась.

— Азуми… — мрачно сказал один из них.

— Иоичи? Тебе что-то от меня нужно?

— Почему ты позволила делать из себя посмешище⁈ — выскочил вдруг из-за его спины Акира.

Парни, которых собрали вокруг себя Нагао и Имагава, выделялись заметным недовольством. Им не нравилось находиться здесь в качестве заложников. Никому, конечно не нравилось, но они были из тех, кто не хотел принимать своё положение и практически открыто об этом заявлял.

— Посмешище? — ледяным голосом ответила Азуми. — Следи за своим языком, Имагава. Или его придётся укоротить.

— Может, ты ещё их учить будешь своему дару⁈ — воскликнул один из ребят.

— Или лечить! — поддержал его ещё один.

— Эй, вы! — вдруг рыкнула Ольга, выступив вперёд. — Прочь с дороги! Вы мешаете нам пройти!

— Заткнись, — прорычал в ответ Акира. — Иначе…

— Иоичи! — прервала его Азуми, пока идиоту и правда язык не оттяпали. — Почему ты считаешь, что кто-либо из вас имеет право указывать мне, как поступать?

Вопрос заставил парней немного растеряться. Только Иоичи как уставился на неё, так и продолжал глядеть тяжёлым взглядом. Он знал, что обязан ей жизнью своего отца. Это Азуми спасла Дэйчи, когда тот оказался при смерти.

И неважно, что рану нанёс Изаму. Это вообще другая история. Тем более, что клан Нагао перед этим похитил Азуми…

В общем, наследнику дома Нагао было некомфортно стоять напротив неё. Особенно сейчас, когда Азуми решила надеть рубиновое колье — фамильную драгоценность клана Нагао, дарованную ей отцом. Символ, обязующий защищать владельца этого колье всеми силами.

— Азуми! — взвизгнул Акира. — Не смей больше!..

— Заткнись, — гаркнул Иоичи. — Захлопни рот, Имагава.

Акира опешил и удивлённо уставился на него.

— Т-ты чего?..

— Пошли. Пуст делает, что хочет.

Иоичи махнул рукой, развернулся и пошагал прочь. Почти все ребята последовали за ним, но несколько задержались рядом с кипящим от злобы Акирой.

Азуми с подругами уже прошли мимо них. Ольга тоже хотела задержаться, чтобы высказать засранцу всё, что она о нём думала и подтвердить это крепкими магическими тумаками. Но Тихомира и Хоши подхватили её под руки и потащили за собой.

— Предатели… — прошипел им вслед Акира. — Убью.

Азуми услышала его, и мурашки пробежали по спине.

Он действительно собирается это сделать?

━—━—༺༻—━—━

 

Сердце трепетало. От следующих минут зависело очень многое, поэтому я затаил дыхание и пристально наблюдал за установкой, которую мы собрали и подключили в Истоке Такеда. Самом первом Истоке, который заработал в системе магоснабжения Японской губернии. Мне показалось правильным сделать именно так.

Антитворец вышел меньше, чем я ожидал. Из-за примеси Чёрной руды — так мы её назвали — он сам выглядел как тёмная коробка, установленная на пирамидальной основе. Всё вместе жутко напоминало зиккурат, но давать такое название не хотелось из-за старой стратежки, где зиккураты принадлежали нежити. Особенно в мерцающей алыми переливами пещере рудника, где мы сейчас стояли.

— Жаль, Оливер не увидит, — вздохнул Иннокентий, стоявший рядом со мной.

— Ага… — вздохнул я.

Оставалось только запустить Исток в работу. Старую линию оставили, потому что кристаллы тоже нужны, а новый способ добычи предполагал выкачку магии сразу в виде поля. Это был одновременно поглотитель энергии и генератор, передающий её дальше по толстому кабелю, идущему по бронированному кабель-каналу.

— Что-то я волнуюсь, — признался Иннокентий.

— Почему? — удивилась Алёна. — Вы же проверяли его. Даже материал запатентовали.

Назвали «Сплав САР». То есть Смита-Аверьянова-Разина. Хотя моего участия в создании самого сплава было очень условным, они настояли включить мою фамилию в название.

Моя идея, основная логика, техническое задание и прочее, но главным разработчиком оказался Оливер, который очень хотел наконец-то посмотреть, как заработает его детище…

— И всё же волнуюсь, — вздохнул Иннокентий. — Вдруг что-то пойдёт не так?

— Всё будет нормально, — уверенно заявил я.

Но всё же палец никак не нажимал на кнопку на дистанционном пускателе. Будто что-то останавливало.

Зараза. Ну, хватит тянуть.

— Приготовились! — Я коснулся прохладной гладкой пластмассы клавиши…

— Подождите! — вдруг раздалось из туннеля за спиной. — Подождите меня! Не начинайте! Я хочу увидеть!

Мы все обернулись и увидели запыхавшегося Оливера с защитным оборудованием, надетым прямо на классический костюм с пиджаком и отполированными туфлями. На такой глубине без проблем могли находиться только я и два самурая. Один из клана Сайго, другой от Накамуры. Иннокентию, Алёне и другим немагам приходилось пользоваться оборудованием, защищающим от воздействия поля.

— Ты чего тут делаешь? — удивился я. — У тебя ж ещё до конца дня…

— Я уговорил их закончить пораньше! — выпалил он, остановившись перед нами.

Оливер запыхался, раскраснелся и пытался выровнять дыхание, сверкая счастливой улыбкой.

Мы с Алёной переглянулись и ещё сильнее удивились.

— Ты… уговорил закончить пораньше советника императора? — тихо, словно кто-то мог услышать, уточнила Алёна.

— Ага! — кивнул Оливер. — Ну, давайте начинать!

Он встал рядом с нами. Счастливый человек, который готовился увидеть, как его мечта вот-вот исполнится. Волнение как рукой сняло, даже Иннокентий взбодрился.

Эванс пытался его переубедить, но ничего не вышло.

— Это писали не они, — рассказывал мне потом Оливер. — Точнее, писала моя сестра, это видно по почерку. Но слова не её. Я это сразу понял.

Ему выпал нелёгкий выбор между корнями, которые держали его и не давали «взлететь», и мечтой. Свободой заниматься, чем он хотел сам, и не испытывать угрызения совести из-за угнанных в рабство крестьян, уничтоженных Истоков и прочего.

Но я бы не сказал, что он выбрал Россию или хотя бы меня.

Оливер выбрал… себя.

Он официально получил подданство Российской империи. И так как личность он важная, случай требовал, чтобы присягу принял представитель самого императора, которым оказался князь Орлов Станислав Владимирович, старший брат Ярослава, министра безопасности губернии. Он присматривал за самурайскими заложниками на Хоккайдо.

Лично нам встретиться не довелось, но, по слухам, это не тот человек, которого можно заставить поторопиться. А мы, к сожалению, не могли откладывать запуск, потому что время поджимало. Скоро нужно будет оборудовать Антитворцами ещё несколько Истоков.

Поэтому…

— На. — Я протянул ему пульт.

— А? — удивился Оливер. — Т-ты чего?

— Запускай. Ты заслужил это больше всех.

Оливер на это не ответил. Принял пульт и взглянул такими глазами, что они говорили куда больше слов.

А затем он нажал на клавишу.

Загорелись сигнальные огоньки, Антитворец еле слышно загудел. Но этот звук будто растворялся в шуме пещеры, в дыхании, в далёком рокотании ёкаев, которые заметили изменения магическом поле. Я тоже их заметил, как и самураи. Но для остальных этот знаковый момент прошёл довольно тихо.

Лишь спустя несколько секунд Оливер с Иннокентием одновременно, с придыханием, произнесли:

— Работает…

А затем вдруг взорвались эмоциями:

— Работает! Работает! Работает!

Все принялись хлопать, радоваться, обниматься и поздравлять друг друга. Алёна прижалась ко мне, чмокнула в щёку, улыбнулась. В алом сиянии забавно отсвечивали блики на её очках, а глаза, казалось, стали немного похожи на демонические. Но в положительном смысле этого слова.

— Нам пора, — прошептала она.

Я взглянул на часы. И правда, нам с ней пора выдвигаться.

— Поздравляю! — вскочил на меня с объятиями Оливер. — Я так рад! Так рад!

— Да, да, дружище, — я похлопал его по спине. — Празднуйте. Иннокентий!

— Да! — тут же откликнулся тот.

— Остаёшься за старшего. Мы уходим.

— А? Куда?

— По очень важным делам.

Иннокентий удивлённо распахнул глаза.

— Важнее этого⁈

— Да, Иннокентий. Важнее.

━—━—༺༻—━—━

 

Женщина с замысловатой причёской и в красном, в пол, платье стояла напротив нас с папкой в руках и торжественным голосом объявила:

— Объявляю вас мужем и женой!

Мы повернулись друг к другу и поцеловались. Нежно, долго и сладко. Я прижал Алёну к себе, провёл рукой по спине и задержался на узкой талии. Цветочный запах её волос, мягкие влажные губы, упругое тело…

С трудом оторвался от поцелуя и нетерпеливо спросил:

— Это всё? Мы свободны?

— Д-да… — ответила она немного растерянно.

А я взял Алёну за руку, и мы вместе отправились прочь.

— Ишь, резвые, — хмыкнул нам вслед Медведь.

— Счастливые… — вздохнула Аико.

Они стали свидетелями на церемонии, но их роль на сегодня закончена.

Мы выскочили из здания, спустились по ступенькам к байку. Мотор жадно заревел, Алёна прижалась ко мне, и я рванул с места.

Наверное, это и есть удача — встретить своего человека. Мы не собирались устраивать церемонии и звать гостей. Только мы вдвоём, друг с другом. Больше никого и ничего не нужно.

Мы сели на байк и…

Впрочем, неважно. Там мы тоже будем только вдвоём.

━—━—༺༻—━—━

 

г. Киото, дворец сёгуна Токугава, главный зал.

Хиро Токугава и Куроями Хаттори стояли рядом в мрачном молчании. Вырезанная из камня карта Японии изменилась, но не в их пользу.

— Твои атаки провалились, Куроями. И мы до сих пор не достигли цели, несмотря на огромные потери!

— Погибли только Уэсуги, — пожал тот плечами. — Они выполнили свою задачу, и этого достаточно.

— Недостаточно! Мы должны были стравить их! Чтобы самураи и русские начали грызню. Но даже разрушенные Истоки не заставили этих проклятых трусов действовать!

Хиро был очень зол. Он надеялся на другой исход. Надеялся посеять смуту, ослабить врага. Но получил только крохи от заданной цели.

— Ещё не всё потеряно, Токугава-сан, — холодно заметил Куроями. — Недовольство растет, и нужно только подтолкнуть их. Мы смогли переманить несколько кланов, и они только ждут сигнала. А на Истоках Разина уже дежурят воины Накамура.

Хиро хмыкнул, услышав это имя. Кто бы мог подумать, что слабый, практически уничтоженный клан, столетиями хранивший верность проклятым Такеда, станет его главным козырем?

Судьба действительно забавная штука.

— Изаму сдерживает гнев кланов, — проговорил он мысли вслух. — Но, судя по всему, он не сможет делать это долго. Нам действительно нужно нанести решающий удар.

— Только мы должны подгадать момент, — вставил Куроями.

Как и все Хаттори, он предпочитал бить один раз, но выверено, продуманно и метко.

И вдруг их прервал звонкий, раздражающий голос, исходящий будто отовсюду:

— Не спешите, друзья! Вы же не хотите сделать неверный ход, не правда ли?

Из тени за колонной появился Хамелеон.

В чёрном костюме, с чёрной безликой маской на лице, он каждый раз заставлял обоих самураев быть настороже. Опасность от этого человека исходила особенная, затрагивающая что-то на подкорке.

— Твои демоны не справились, Хамелеон, — процедил Хиро. — Так что не тебе указывать нам…

— Я и не собирался! — Хамелеон поднял руки в примирительном жесте. — Однако ОН будет не просто указывать. А приказывать.

— Он? — нахмурился Куроями.

Вдруг распахнулись входные двери, и генерал Магнус Глостер быстрым шагом ворвался в зал.

Токугава с Хаттори встретили его взглядами, полными удивления, ненависти и… смирения. Генерал был сейчас для них недосягаем.

Они знали, что Хамелеона послал именно он, но что Глостер сам явится к ним… Этого не хотел никто.

— Перейдём сразу к делу! — воскликнул Магнус, остановившись у торца карты. — Пришло время нанести главный удар.

— Нам нужно убить Разина, — вставил Хамелеон, шагнув поближе. — Я прав?

— И Смита тоже, — прорычал Магнус. — Гадёныш предал нас окончательно.

— Но главное, что они закончили свою разработку, — хмыкнул Хамелеон. — Очень жаль, что всё так обернулось. Признаться, я надеялся, что их получится оставить в живых.

Хиро и Куроями переглянулись. Они вмиг перестали быть здесь хозяевами, и это уязвляло их гордость. Но приходилось терпеть.

— Вы сказали — главный удар? — спросил Хиро.

Он постепенно осознавал, что был лишь частью чужого плана, начиная от титула сёгуна и заканчивая диверсиями на русских территориях. От этого хотелось рвать и метать.

— Да! — звонко, басовито воскликнул Глостер. — Раз уж они не хотят поддаваться на провокации, что ж… Мы не оставим им выбора.

Отправить