Глава 7

Жилы переливались багрянцем, словно качали кровь. Туннель сужался, искривлялся. Приходилось опираться на выступы, и те отзывались обжигающим выбросом магии.

Магия окружала меня, она пронизывала воздух, проникала сквозь кожу, попадала в кровь, лёгкие, питала мышцы.

Металлический привкус исчез, и вместо него появилось странное ощущение пульсирующей чистой энергии. Но до конца было непонятно, это моё сердце качает кровь, или магия движется.

Или же мой пульс стал единым с этой чистой, необъятной энергией.

Не знаю, сколько мне удалось пройти, но я остановился. Дальше туннель сужался настолько, что пришлось бы ползти. В ушах уже стоял непрерывный звон, предвещающий опасность.

Главного я уже достиг. Моё тело наполнилось магией, и я это чувствовал. Наверное, потому и пропал привкус, что спала какая-то защита. Однако устойчивости хватало, чтобы выдерживать прилив энергии.

Я сел и сосредоточился. Пытался вспомнить те ощущения, с которыми удалось пересечь пруд. Тогда пришлось неделю изнурять себя тренировками, чтобы дать энергии кристалла проникнуть в тело, которое просто боролось с магией и не пропускало её.

Похоже, это обратная сторона моей стойкости. Не знаю, кем были предки моего нынешнего тела, но неудивительно, что род перестал существовать. Какой прок от такой способности, если не можешь использовать магию?

Но сейчас…

Сейчас я действительно ощущал себя магом.

Это отдалённо напоминало тренировки с железом. Возьмёшь слишком малый вес, и проку не будет. Даже не почувствуешь. Но стоит подняться хотя бы до рабочего, и дело пойдёт куда бодрее.

Было больно, приходилось стискивать зубы, сдерживать рычание, но теперь я мог чувствовать, как прошибает каждую частичку моего тела. Магия расходилась по нервной системе, это походило на вязкие разряды электрического тока. Неприятные ощущения, если честно, но я старался привыкнуть к ним, научиться управлять потоками внутри.

Однако быстро понял, что ничего не выйдет, ведь я не знаю, как вызвать огонь или воду. Даже не знаю, к какой стихии у меня предрасположенность.

Кажется, мимо кто-то прошёл. Очень большой. Он задержался на пару секунд, удивившись моему присутствию, но затем исчез. Однако я не испытал даже малейшего беспокойства, потому что слился с окружением, растворился разумом и всё равно ничего не смог бы сделать. Тело будто вросло в землю.

Но вдруг что-то заставило очнуться.

Обретающее ясность сознание уловило резкое колебание магического поля, идущее со стороны выхода.

Вскочил на ноги, понёсся во извилистому туннелю. Вновь почувствовал металл на зубах и машинально схватился за рукоять пистолета в кобуре.

Скоро донеслись звуки битвы. Это заставило ускориться, и я выхватил оружие. В левой руке пистолет, в правой — сияющий багряной клинок.

— Стреляй, стреляй в ублюдков! — кричал Медведь.

Неужели демоны напали⁈ Чёрт это совсем хреново. Тогда Исток будет куда тяжелее освоить.

Снова выстрелы. Залпы из множества ружей. Что-то не так…

Я выскочил наружу. Солнечный свет ударил в глаза, пришлось прищуриться и сходу уклоняться от выстрела, летящего в мою сторону.

Что здесь, мать вашу, происходит⁈

В ответ на немой вопрос в меня снова начали стрелять. Медведь заметил меня, рывком перебрался из своего укрытия к дереву, за которым спрятался я.

— На нас напали!

— Я заметил! Кто это⁈

— Пёс их знает! Ты где пропадал столько времени⁈ Мы думали…

Ещё один выстрел заставил его прерваться и со звериным рыком выстрелить в ответ. Кажется, он попал, потому что раздался грохот падающего тела и какие-то крики на японском.

Наконец-то удалось рассмотреть нападавших. Это были десятки обмотанных в тёмные тряпки людей, скрывающие лица. Они были вооружены ружьями со штык-ножами на стволах. Стреляли не очень метко, но вели заградительный огонь, схожий с тем, что использовали в армии, но не такой отработанный. Что-то здесь не так…

Мы продолжали перестрелку, но с каждым выстрелом колебания магии в Истоке били меня по затылку.

— Нужно заканчивать с ними, — прорычал я. — Иначе нагрянут гости!

Медведь обернулся и понял, что я имел в виду.

— Изаму! — воскликнул я.

Такеда кивнул. Он тоже знал об опасности и отбивал выстрелы клинком, словно грёбаный джедай. Изредка он швырял в обратную сторону ветряные лезвия, но почти всё внимание занимала защита Азуми и Алёны — они не умели сражаться и прятались за торчащим возле входа куском скалы.

Только Аико отстреливалась, явно перебарывая собственный страх. Кажется, она до сих пор мстила британцам за смерть отца и сожжённый дом. И в каждом противнике видела именно тех жестоких ублюдков, что пытались её изнасиловать.

Ещё был Слава. Он засел ниже по склону, в овраге, и сбивал стрелков по левому флангу. И, надо отметить, очень умело стрелял. Явно с опытом.

Из пещеры раздался ленивый рокот. Ёкаев начала беспокоить наша вечеринка.

Такеда тоже понял, что больше ждать нельзя. Он выпустил в нападавших языки пламени, которые скорее загораживали обзор, чем поражали цель. И под прикрытием пламени мы втроём ринулись в атаку, чтобы сойтись в ближнем бою.

Противники не ожидали такой дерзкой вылазки. Я сразу вклинился в группу из пяти человек, сходу порезал двоих, третьего убрал из пистолета, четвёртого сбил с ног пяткой, а пятому разрубил череп надвое.

Медведь с диким рыком ворвался в ещё бóльшую группу и чуть не раскидал их голыми руками. Стрелял, бил прикладом, резал ножом, сворачивал головы, повергая их в ужас перед своей яростью.

А Изаму даже не использовал магию. Он разил клинком, словно сама смерть. Все вокруг него истекали кровью и падали по следам его шагов.

Похоже, кто-то переоценил себя, напав на нас с небольшим преимуществом. Наверняка надеялись, что Такеда не станет использовать магию вблизи Истока и окажется беспомощным. Что ж, это заблуждение стоило немало жизней.

Внезапная гибель подельников посеяла панику в тех, кому повезло находиться дальше. Они дрогнули — ближайшие к нам уже пятились, сбивая остальных. И я уже праздновал победу, как позади раздался сдавленный крик.

— Игорь!..

Хотел обернуться, но один из ублюдков оказался храбрецом и кинулся на меня со штыком наперевес.

Уклон, шаг в сторону, взмах. Острый клинок разрезал тёмную ткань, вспорол плоть, прошёл рёбра и окунулся в лёгкие с такой же лёгкостью, с которой потом вынырнул наружу и раскидал капли крови по земле. А я наконец-то увидел, что происходило в нашем тылу.

Трое налётчиков куда-то тащили Азуми.

— Изаму! — воскликнул я.

Алёну и Аико не было видно. Сердце забилось так часто, словно вот-вот выскочит. Наотмашь рубанул какого-то урода, раздался хрип, а я рванул вверх по склону, за троицей похитителей.

Но не успел. Когда добрался до места, передо мной прогремел заграждающий взрыв. Ослепляя, вспыхнули чёрные клубы грязи, дыма и гари. Грохот оказался оглушительным, с огромным выбросом магии, от которого снова почувствовался сильный привкус металла.

Я ещё чувствовал похитителей, пока взрыв развеивался, но они стремительно удалялись.

Когда облако осело чёрным слоем на землю, показались две новости. Одна хорошая, а другая хреновая.

Хорошая — Алёна и Аико были живы.

А хреновая…

— Р-р-р-р-р-ру-у-уа-а-а-ар-р-р-р! — огромный ёкай показался в проходе пещеры.

Очень злой монстр. Словно он спал, а мы тут врубили на всю катушку какой-нибудь «чёткий» рэпчик посреди ночи.

Алёна, покрытая пеплом, прижалась к скале. Она была жива, и это главное. И так напугана, что не двигалась с места. Это тоже хорошо, потому что её пока не заметили. А вот Аико…

Выстрел из ружья угодил твари прямо под костлявый подбородок. Ёкай пошатнулся, обрушился о стену пещеры, рявкнул.

Ещё один выстрел попал прямо в разинутую пасть. Аико снова нажала на спусковой крючок, но ружьё пыхнуло холостым. Заряды магии закончились.

— Беги! — крикнул я и бросился на демона.

Ёкай бросился было на Аико, но я перетянул его внимание на себя. Меч резонировал с сущностью демона и легко входил в его плоть, причиняя адскую боль, судя по тому рёву.

Чёрт. А я хотел использовать Исток для тренировок… Теперь вряд ли получится спокойно прогуляться по пещерам. Этого демона придётся убить, а из туннелей уже доносились рокотания его собратьев.

Аико и Алёна наконец-то пришли в себя и убежали. И хорошо — мне не придется заботить об их безопасности. И я уже приготовился схватиться с ёкаем лицом к морде, как вдруг что-то меня резко отшвырнуло назад.

Сгруппировался, перекатился, вскочил на ноги. Уже хотел рвануть вперед снова, но тут увидел спину Изаму, стоявшего перед ёкаем… С мечом в ножнах.

— Такеда!

— Стой! — махнул он мне, не оборачиваясь.

Ёкай навис над ним, изрыгая алое пламя и рыча, но не переходил в атаку, хотя выглядел действительно рассерженным. Несмотря на голый череп, казалось, я мог видеть его оскал.

— Да он сумасшедший… — процедил Медведь.

Позади нас не осталось врагов. Только трупы. Причём меньше, чем должно быть, а значит, они специально утаскивали погибших.

— Ты посмотри на это, Бригадир… — ахнул Медведь.

Такеда… поклонился.

Ёкай уже разинул пасть, рычал, готовился оторвать ему голову, а самурай, с которым хотел сразиться сам маршал Российской империи, смиренно поклонился!

И ёкай отступил.

Он отходил назад, в пещеру, грозно рыча. И повернулся, только когда оказался в метрах двадцати от Изаму, после чего исчез.

— Охренеть, — тихо сказала Алёна.

И я был с ней полностью согласен.

━—━—༺༻—━—━

 

— Пушки наши, прямо со складов, — сказал Медведь. — Но за тряпками одни японцы.

Он передал мне ружьё одного из налётчиков. Да, таким вооружали русскую армию, размещённую в Японии.

— И клеймо свежее… Кто бы это мог быть?

Спрашивал я уже Изаму, который пребывал в удивительно спокойном состоянии для человека, у которого похитили дочь.

Судя по всему, это и было целью нападения. Кто-то пожертвовал десятками человек, устроил засаду возле Истока, где Изаму не мог полноценно использовать магию, чтобы похитить Азуми.

Но для чего?

И кто были те трое? Они использовали магию, причём не совсем обычную. Что-то вроде смешения стихий. И, если это японцы, наверняка они были природными магами.

Зараза. Опять, вместо того чтобы строить грёбаную магосеть, мне приходится возиться со всякой чертовщиной. Тайфун, британцы, Крубский, теперь ещё эти проклятые ниндзя, или как их там!

Всех порешу.

Когда мы вернулись в поместье Такеды, Изаму уединился в своих покоях. Он молчал всю дорогу и только у порога попросил через Аико его не беспокоить.

Мне же предстояло разгребать причины и последствия произошедшей херни. Провёл изыскания, чтоб их…

— Нужно узнать, с какого склада были добыты эти ружья, — сказал я. После чего добавил: — И каким способом.

Мы сидели в общей комнате дома. Разместились вокруг низкого стола с горячими чашками чая. На этот раз ритуалы и приличия не соблюдали. Из японцев оставалась только Аико, но и ей было не до манер.

— Будет непросто, — Медведь почесал затылок. — Не думаю, что нас допустят до такой информации.

— Особенно если кто-то самостоятельно отдал налётчикам оружие, — добавила Алёна.

Одежду Алёны пришлось отдать в стирку, а сама она долго отмывала с себя грязь и копоть. И сейчас сидела в юкате — лёгком домашнем кимоно. Надо сказать, ей шла такая одежда, особенно вкупе с распущенными мокрыми волосами.

Но не будем отвлекаться.

— Если кто-то так и сделал, он наверняка хотел подставить Соколова, — сказал я.

Александра назначили ответственным за снабжение. Склады и оружейные тоже входили в его ведомство, и он признался, что Державин вызывал его на ковёр за какой-то проступок. Не связаны ли эти события между собой?

— Или он сам отдал ружья. Может, продал, — пожал плечами Медведь. — Слышал, у него с деньгами сейчас туговато — играть любит, но не умеет.

А вот это уже вызывало подозрения. Если мне не лгало чутьё на людей, Соколов таким бы не стал заниматься. Но отметать возможность нельзя.

— Я соберу данные насчёт Соколова, — сказал Слава. — Если он замешан в этом деле, что-нибудь, да найдётся.

— Хорошо. А я позже отправлюсь к нему и постараюсь разузнать что-нибудь. Алён, найди небольшие Истоки вокруг Токио. Как в тот, где мы были. У меня появилась кое-какая идея.

— Полагаю, прежний план можно выбрасывать? — угрюмо спросила она.

— Положи в архив. Мою идею ещё надо проверить.

Слава с Алёной в моё отсутствие разработали первоначальный проект будущего магоснабжения. Он предполагал соединить крупные Истоки между собой и запитать от них всю Японию. В общем-то тем же самым занимались британцы, но у нас дело ещё не дошло даже до исследования на местах. Но теперь не уверен, что это вообще можно реализовать, не перебаламутив всю губернию.

В Истоке Такеды меня посетила мысль, которую многие могут воспринять в штыки. Но, возможно, это позволит учесть все нюансы и даже оказаться в некотором выигрыше.

Дверь в помещение раздвинулась, и в проходе показалась одна из служанок. Она что-то сказала, глядя на меня.

— Господин Такеда просит тебя зайти к нему, — перевела Аико.

Все замолчали и посмотрели на меня. Ну, кроме Медведя — этот хлебал из чашечки, будто ничего не произошло.

Я встал и последовал за служанкой. Аико прошла с нами.

Изаму сидел в углу небольшой спальни, в полумраке, напротив стойки с древними доспехами.

Сквозь тонкие белые стены из рисовой бумаги едва пробивался свет коридора. А за открытым окном уже смеркалось, раздавалось стрекотание каких-то насекомых.

— Это броня моих предков, — сказал Изаму, не оборачиваясь.

Сам сказал, без Аико. Ему было трудно, но понять было можно.

— Корни, что держат меня в этой земле. Они не дают упасть, но также не дают подняться в небо.

Говорил он тяжело, но поэтично. Похоже, Такеда всерьёз занялся изучением русского языка, и скоро переводчики не потребуются. Но дальше он продолжил на японском:

— Я знаю, кто послал похитителей. И знаю, какие требования они выдвинут.

— С вами связались?

Изаму вздохнул, встал, поклонился доспехам и наконец-то повернулся ко мне. На его лице была какая-то обреченная мрачность.

Он протянул мне небольшой свёрток.

— Это лежало у подножия доспехов, когда я пришёл.

Бумажный свиток, перевязанный белой лентой и скреплённый белой восковой печатью.

— Вы его не открывали?

— Я и так знаю, что там.

А вот я не знал. И Такеда, судя по всему, не хотел или не мог говорить. Думаю, он боялся узнать, что догадки оказались правдивы.

Я разломил печать, снял ленту и протянул свиток Аико. Всё равно на японском ничего не понимал.

— «Одна жизнь», — прочитала она.

— Что это значит?

— Одна жизнь, — ответил по-русски Изаму. — Я или моя дочь.

— Суки…

Шантаж, значит?

— Вы знаете, кто именно это сделал?

— Возможно.

Так, уже неплохо. Значит, мы ближе к цели, чем я думал.

— Игорь-сан, самураи не захотят так просто отдавать Истоки, — продолжил Такеда с помощью Аико. — И не будут терпеть нарушение древних устоев. Я надеялся, у нас ещё есть время их убедить, однако…

— Время будет, — твёрдо отрезал я.

Сэнсэй с удивлением взглянул на меня, но промолчал.

— Вы были правы, Изаму-сан, когда сказали, что самураям нужен пример. Выгода от сотрудничества с нами. Но им нужно кое-что ещё…

Я подошёл к доспехам. Древние, но в идеальном состоянии. В них чувствовалась магия, и наверняка они до сих пор были не бесполезны. В пустых глазницах зубастого забрала мне на миг померещились чьи-то разгневанные глаза. Рука сама потянулась коснуться заострённых рогов, украшающих шлем. И кончики пальцев будто ужалило статическим электричеством.

Тёмные стальные полосы, переплетённые красной шнуровкой, переливались тусклым багровым отблеском. Наверняка в них была примесь магической руды, как в моём мече. Рельеф напоминал грубую шкуру ёкая, а с рогатым шлемом и вовсе казался демоном, принявшим облик, похожий на человека.

— Им нужен и другой пример. Того, что будет, если мешать нам.

— Они не потерпят вмешательства русской армии, — помрачнел Изаму. — Это лишь настроит их против…

— Не будет армии.

И Такеда, и Аико в замешательстве посмотрели на меня.

— Они хотят сохранения традиций? Будут им традиции. У моего народа принято наказывать воров. Не думаю, что у вас с этим дело обстоит иначе, так ведь?

Изаму кивнул.

Я повернулся к нему лицом и протянул руку. Сэнсэй немного растерялся, но быстро понял, что от него требуется, и протянул свою в ответ.

— Мы вернём вашу дочь, сэнсэй, — я крепко обхватил его запястье. — Клянусь.

Отправить