Глава 21

Как только я скомандовал всем назад, тут же почувствовал, что некоторые не успеют убраться на достаточное расстояние. Бат был рядом со мной, самураи Сайго занимали круговую оборону, защищая меня — их точно заденет яд Гроздина.

Бомба внутри Кленового вот-вот должна была взорваться. Я уже подхватил его, собирался взлететь, чтобы хоть как-то уменьшить урон для остальных, но вдруг передо мной промелькнули руки Азуми. Она прижалась к Кленовому, надавив пальцами на живот.

— Азуми, что ты!..

— Нет, Игорь! — прервала она меня.

И я почувствовал, что магия, которая должна была вот-вот разорвать всё здесь к чертям ядовитым облаком, начала устаканиваться.

Но вокруг уже раздались цепочки взрывов — не ядовитых, а вполне себе обычных. И наши бойцы вступили в бой с неизвестным противником.

Заревел Буйвол. Затараторил пулемёт Бояра. Медведь по-звериному зарычал, бросаясь пламенными серпами в темноту тайги.

Но я не видел врага, лишь краем глаза подмечал мелькающие тени, но не мог его определить. Даже чутьё магического поля улавливало только следы траекторий. Неужели он настолько быстрый, что даже заметить его стоит усилий?

Вдруг волосы на затылке стали дыбом, предупреждая об опасности, а мгновением позже одного из самураев Сайго сбило внезапным ударом. Следующий удар должен был прийти по мне, но я успел среагировать и отбил его клинком.

Сталь звякнула. Я нанёс ответный удар, но он прошёл по воздуху — рядом со мной уже никого не было.

— Азуми, что там? — прорычал я, оглядываясь.

Она не ответила, сосредоточившись на Кленовом.

Взрывы, удары, всхрипы разносились то тут, то там. Я нихрена не понимал, что происходит. Точнее, что на нас напали — это ясно. Но кто? И сколько их?

Складывалось такое ощущение, что противника нет, и мы просто шмаляем вокруг, словно в белой горячке. Но враг точно был. Однако не чувствовал, чтобы их здесь было много. Но если это так… как они могли создать такую обстановку?

Чертовщина какая-то.

На меня снова напали. Я отбился, но опять не заметил ничего, кроме самого удара. Ни того, кто его наносил, ни чем он это сделал.

— Зар-р-раза…

Кажется, я столкнулся с тем, кто значительно сильнее меня. Если я прав, и он действительно один, то ему хватает сил сражаться сразу со всеми нами.

Как же, сука, вовремя приехал Медведь с доспехом!

Я активировал кольцо. Багажник «Барса» отворился, и оттуда вылетел по частям мой доспех. Однако что-то словно помешало ему, сбивая с траектории.

Наколенники, наручи, шлем — их бросало в воздухе, хотя они постоянно пытались прорваться ко мне.

И, что немаловажно, в остальной части поля боя шум немного утих.

Тут до меня кое-что начало доходить. Но чтобы проверить свою гипотезу, нужно облачиться в доспех.

— Батар, Бат, Сакоку! Защищайте Азуми!

— Есть! — хором откликнулись они.

— Аи, за мной!

И мы ринулись в сторону «Барса».

Я чувствовал части доспеха. На бегу смог подхватить левый наколенник, потянулся к правому наручу, но его вдруг перехватила мелькнувшая тень.

Однако теперь я видел его траекторию и ринулся за ним. Аи быстро понял свою роль и помогал мне, отбивая части доспеха от этой тени.

Вдруг противник усилил натиск на меня. Мы обменялись ударами. Кажется, я даже смог разглядеть силуэт, однако он был очень быстрым. Такими быстрым, что я действовал исключительно благодаря чутью.

Я просто не видел движений — только их след. Один удар я пропустил, но повезло — передняя часть панциря успела приземлиться на мою грудь и приняла урон на себя.

— Гадство!

Я попытался задеть ублюдка молнией. Он увернулся.

Ещё один наруч. Левое плечо. Правое…

Этот гад снова вмешался, теперь уже напал на Аи, который едва-едва увернулся от удара, но упустил шлем, и теперь его отбросило от меня на полсотни метров.

Вдруг по всему полю прогремела новая волна взрывов. Нашу беседку снесло к чертям, баня подлетела в воздух.

Ну, за баню он у меня ответит!

Да, я уже убедился, что это был всего лишь один умелый засранец. Хрен его знает, как он это сделал, но вроде люди особо не пострадали.

Вдруг я понял, что тень устремилась в сторону Азуми. Подхватив нижнюю часть доспеха, я со вспышкой пламени из ног рванул к жене на помощь.

Не успел. Всего секунду, но Бат и Батар щитом встали над ней и приняли удар на себя.

Оба здоровяка от столкновения отлетели и протаранили джип, на котором приехал Кленовый. Сакоку попытался достать тень, но та уже улизнула, а до меня наконец-то добрался шлем, в котором я активировал прибор ночного видения.

— Но теперь ты у меня не уйдёшь! — прорычал я.

Панцирь на спине схлопнулся с нагрудником, оба наруча встали на место. Закрылись плечи, шея. Я полностью облачился в доспех, почувствовав, как магическое поле пронизывает тело, и рванул за противником, которого теперь видел куда лучше. На нём была балаклава с отпечатком руки прямо на лице, но глаза я видел.

Холодный и расчётливый взгляд. Ощущение опасности мурашками пробежало по коже. Но пошло оно нахрен. Я сейчас куда опасней!

Мы схлестнулись в обмене ударами и магическими снарядами, однако схватка длилась совсем недолго, и этот гадёныш вдруг исчез. Какого, мать его, хрена⁈

С этого момента шум начинал затихать. Турель перестала тараторить раньше всех, и скоро всё стихло.

Мы собрались возле «Буйвола». Были раненые. Несколько в тяжёлом состоянии.

Это были бойцы Сайго и Нагао. Те, что одними из первых принял удар. Только щиты, которыми я заставил пользоваться всех самураев, сохранили им жизни. Двое уже потеряли сознание, ещё один изо всех сил старался сдержать стон боли и корчился на носилках возле «Буйвола».

— Сука… — прошипел я.

Пробить щиты и так ранить самурая… Похоже, мы столкнулись с настоящим монстром.

— Игорь, кто это был⁈ — взволнованно спросил Генка.

Все смотрели на меня. Кроме Азуми — она продолжала корпеть над Кленовым.

— Не знаю, — помотал я головой. — Но это был чертовски сильный ублюдок.

Алёна ринулась ко мне:

— Игорь! Ты цел? Не ранен?

— Нет-нет, я в порядке, — приобнял её и слегка прижал.

— Азуми… Он в порядке? — спросил я.

— Да… — усталым голосом протянула Азуми. — Мне… мне удалось закупорить яд. Пока что он в безопасности. Но… это не конец. Извини, Игорь, мне нужно заняться остальными.

— Да-да, конечно, — кинул я.

Я огляделся. Бойцы были сосредоточены и злы. Особенно Сакоку, чьих людей задело больше остальных. Мы справились, но нас застали врасплох, чего быть не должно. И самое трудное ещё впереди.

Я крепко сжимал кулаки, слушая стоны раненых, треск пламени догорающей бани и обломков беседки.

Похоже, у Загорских ещё остались козыри в рукаве…

Что ж, это означает, что действовать надо жёстче. А такое мы умеем, сомневаться не стоит.

━—━—༺༻—━—━

 

г. Тунгус, квартира Елизаветы Загорской.

Тук…

Тук…

Тук…

Тук…

Напольные часы маятником отсчитывали время, заполняя тишину просторного помещения. Граф Константин Гроздин стоял неподвижно возле кресла, на котором разместилась княжна Загорская. Ему было очень паршиво на душе. В горле стоял ком. Хотелось то ли рвать и метать, то ли отмыться в ванной, соскребая кожу наждачкой.

«Сеня… Не верю… Неужели ты и правда?..»

— Если Длань сказала, что Приречный — предатель, — тихо, сухо протянула княжна, — то это так и есть, Костя.

В её голосе практически не было эмоций. Они будто высохли. Теперь Гроздин понял, почему княжна так суетилась и спешила разобраться с Разиным самостоятельно.

«Карающая Длань» — особый отряд самого князя, который подчинялся только ему и всегда выполнял своё задание. Константин только слышал о них. И то, что он слышал, больше походило на страшные байки для безумцев, которые решат подвести род Загорских.

Длань посылали в самые тяжёлые места решать самые сложные проблемы. Если к делу приступали они, значит, кто-то не справился. И «Карающей» Длань прозвали так не только потому, что враги рода всегда получали возмездие.

Она наказывала и тех, кто допустил такую угрозу.

Теперь Гроздин понимал, что те слухи о вассальном роде, который был полностью уничтожен из-за грубой ошибки — это правда. Разговоры ходили разные, кажется, они пытались договориться с немцами за спиной князя, будучи торговыми представителями в Берлине.

Но в одно прекрасное утро мир проснулся без следа от их существования.

Даже империя не стала задавать вопросов. Их место заняли другие, получившие наглядный пример, что бывает с теми, кто пытается обмануть Загорских. Но… неужели Сеня действительно предал княжну?

Нет, это было просто невозможно. Константин знал, что его товарищ по уши влюблён в свою госпожу. И был предан настолько, насколько это вообще возможно. Вдруг его мысли прервал скрип дверных петель. В комнату вошёл высокий человек в чёрной форме и чёрной балаклаве, на которой был отпечаток руки.

Елизавета вздрогнула, сжала подлокотники кресла.

Человек пару секунд молча стоял, но затем протянул руку и указательным пальцем показал на Константина:

— Ты. За мной.

Гроздин почувствовал, как подкашиваются колени. Но выстоял. Нервно сглотнул и шагнул вперёд. Вдруг его руку перехватила княжна. Он оглянулся, посмотрел в её испуганные глаза. Елизавета, кажется, хотела что-то сказать, но не смогла.

— Не волнуйтесь, Ваше Сиятельство, — прохрипел Гроздин. — Всё будет хорошо.

Княжна криво попыталась улыбнуться. Получилось у неё это не очень.

Константин вышел из комнаты. Человек в балаклаве провёл его в соседнее помещение, где собрались остальные члены из Карающей Длани. На первый взгляд они выглядели одинаково — форма, снаряжение, отпечатки рук. В комнате к тому же был выключен свет, поэтому в полумраке от уличных фонарей сложно было их даже разглядеть.

Однако Константин мог различать их по мелким деталям в снаряжении, голосу и внешности. Например, тот, кто его привёл, был высоким и жилистым. Его звали Стилет. Голос — молодой, наглый, будто с постоянной ухмылкой.

— Я привёл его, Перун, — кивнул он человеку, который стоял в центре комнаты, с убранными назад руками.

Перун.

Это был их лидер, самый грозный и опасный. Он же пугал до усрачки любого, кому приходилось просто стоять рядом. Он был чуть пониже Стилета, но явно крупнее и мускулистее. Гроздин остановился напротив него, а Стилет проследовал дальше и встал позади своего командира, рядом с остальными.

Перун махнул рукой, и вперёд вышел третий человек. Заметно меньше Перуна, с кривыми короткими клинками в качестве холодного оружия. Его звали Аштар.

— Говори, — бросил Перун.

— Ну, попробовал я их на зуб… Что сказать — крепкие ребята. Но ты нас подвёл, граф!

От этих слов у Константина перехватило дыхание.

«Неужели они заметили? — промелькнуло в голове. — Нет, нет, не может быть. Я ведь сделал всё очень тонко».

— Почему? — спросил Перун.

— Там была девчонка, Азуми. У неё было время, чтобы предотвратить взрыв.

Константин выслушал это и не знал, что чувствовать. Он очень испугался за себя, но вместе с этим накатила волна облегчения — всё-таки Арсений выжил.

Он же выжил, верно?

— Интересно, интересно… — протянул четвёртый человек, стоявший позади. По грубоватому низкому голосу Гроздин узнал в нём Драуга. — И ты, значит, допустил это, Аштар?

— Взрыв должен был начаться двумя секундами раньше, всё было выверено под это, — пожал тот плечами.

Пот облил Гроздина. Да, его всё-таки раскрыли. Он… Он не мог просто взять и обречь старого товарища на смерть, поэтому оставил маленький шанс выжить. Допустил незначительную ошибку, чтобы немного отсрочить смерть. Вдруг этого хватило бы, чтобы сохранить ему жизнь?

Похоже, хватило. Вот только цена…

— Что скажешь в своё оправдание? — спросил Перун.

— Это… — заикаясь, начал Константин. — Это всего лишь погрешность. Я не мог настроить всё так точно, как вы требовали.

Вдруг пятый человек растворился в полумраке и в следующий миг оказался за спиной Константина. Холодок смерти будто лизнул его по затылку. Острие клинка чуть ужалило прямо в основание черепа.

Константин задрожал.

Это был Оньи, самый низкорослый из Длани. На первый взгляд его можно было принять за самого слабого, но, как ни странно, после Перуна именно этот человек больше остальных пугал Константина.

— Он врёт, — сказал Оньи.

— Это так? — спросил Перун, обращаясь к Константину.

Ответить получилось не сразу, но когда клинок Оньи двинулся чуть вперёд, резко нашлись силы, чтобы заговорить:

— Да… Простите меня. Но… но я не мог просто так… Он был мне другом.

— Он — предатель, — с усмешкой в голосе хмыкнул Стилет. — Ты пожалел предателя рода?

— Правда? Тогда ты ещё глупее, чем я ожидал, — прорычал Драуг.

Перун медленно поднял правую руку со сжатым кулаком и замер на пару секунд, которые показались Константину вечными.

Он понял, что от следующего движения зависит, останется ли он жив… или наступит конец. Дыхание перехватило, хотя страх уже исчез. Просто бояться не осталось сил.

Наконец, Перун поднял большой палец кверху.

Абсолютно беззвучно Оньи снова появился в полумраке, позади Перуна, а Константин почувствовал, как по шее стекает тонкая струйка горячей крови.

— Это твой последний проступок, — сказал Перун. — Подведёшь нас ещё раз, и твой род ответит за это.

Константин рухнул на колени. Не сам — просто от страха, облегчения и ужаса, перемешавшихся друг с другом, окончательно подкосились ноги, и он не смог это контролировать.

— Ну-у, — воскликнул Стилет, — не надо падать ниц!

— Прочь, — скомандовал Перун.

И Гроздин, подскочив, убрался из комнаты.

«Надеюсь, ты действительно выкарабкался, Сеня, — думал он про себя. — Второго шанса я тебе дать не смогу!»

━—━—༺༻—━—━

 

— Карающая Длань… А мне нравится! Стильное название, — осклабился Медведь.

— Ага… — закивал Батар.

— Так и хочется эту Длань переломать, — добавил Бат.

Мне пришлось обратиться к Славе, чтобы нарыть информацию о том, кто мог на нас напасть. Хорошо, что я смог разглядеть отличительную черту этого особого отряда Загорских — отпечаток руки прямо на морде балаклавы. Вроде как каждый боец ставил свой отпечаток.

Однако Слава не смог раздобыть много деталей. Только то, что отряд состоит из пяти человек. Ну, типа как пальцев на руке, всё такое… Медведь прав — стильно придумано.

Но кто они, неизвестно. И способности тоже неизвестны. Тот, с кем мы схлестнулись, явно обладал очень высокой скоростью и навыками подрыва. Наверняка он был в роли разведчика и собирал о нас информацию.

Аркадий Загорский, князь, отправляет этих ублюдков решать самые сложные проблемы рода, и они никогда не терпели поражений. Что ж, это даже лестно… Но нам придётся прервать череду удачных заданий «Карающей Длани». Подыхать я не собираюсь. А возмездие…

Возмездие будем нести мы.

— Только вот что это было? — нахмурился Арсений. — Игорь, ты уверен, что там был всего один противник?

Я кивнул.

— Ну нихрена ж себе, — хмыкнул Медведь. — Всего один — и такую бучу навёл!

А близнецы затрещали костяшками пальцев. Им очень не нравилось, что какая-то тень отшвырнула их как котят, и те нихрена не смогли сделать.

— Это была разведка боем, — сказал я. — Теперь они знают про нас, наши способности и возможности. Так что вторая встреча будет решающей.

Конечно, они знают о нас не всё, но очень многое. Во время битвы мы все показали свои стороны, сражаясь с невидимым противником и шмаляя по пустому пространству.

А вот мы о них не знаем практически ничего.

— И что мы будем делать? — спросил Сакоку.

Он был мрачен. Я его отлично понимал. Один из раненых самураев оказался в крайне тяжёлом состоянии, и сейчас Азуми боролась за его жизнь.

— Единственное, что может принести нам победу, — ответил я. — Нападём первыми!

Отправить