глава 21

— Но, это же… — Данирис в изумлении уставился на брата.

— Древний ритуал. Магия крови. А ты имеешь что-то против? Вы ведь все равно решили пожениться. Так что эта мера более чем оправдана. И, еще… можешь считать, что я говорю от имени Тамиэля. Право у меня такое есть. Я, если ты не забыл, пока Ксандриэлю не исполнится четырнадцать лет, я являюсь старшим принцем. Мы не примем в род демоницу, преданность, которой стоит под вопросом. И либо она здесь и сейчас докажет мне, что готова ради тебя на все, либо…

— Натан…

— Не спорь! Я свое слово сказал. Выбор за ней.

— А что такое «клятва веры и единения жизни»?

Эрналин вопросительно посмотрела на своего жениха, но ответил ей не он, а все тот же Натаниэль:

— То, на что лично я бы ни за что не согласился. «Клятва веры и единения жизни» — вещь не слишком приятная, но надежная. Никто не посмеет сомневаться в тебе. Потому что после проведения ритуала ты не сможешь действием или бездействием навредить, что-то утаить или солгать. Ты станешь для него открытой книгой до конца своих дней. А попробуешь предать — умрешь. Мучительно.

— Danataryel, — выдохнула девушка. — Так у нас называют ритуал полного единения.

— Это не обязательно, — твердо сказал Дани, нежно проведя кончиками пальцев по щеке своей невесты. — Достаточно и того, что я тебе верю. Для того, чтобы пожениться нам не нужно благословение моей семьи. Они не смогут нам помешать, даже если будут хоть трижды против. Но тебе придется подождать меня где-нибудь, пока мы не вытащим Лиру.

— Нет! — Эрналин так вцепилась в рукав его куртки, что костяшки пальцев у нее побелели. — Я принесу эту клятву. И эту. И еще сотню, если надо. Но я не отпущу тебя одного. Слышишь? Не отпущу!

Она смотрела на Дани с упрямой уверенностью, и я бы даже сказал, с вызовом. Видимо, ожидая отказа или возражений. Но ни того, ни другого не последовало. Малыш молчал. Но выражение его глаз мне не понравилось. Мой младший родственник явно что-то задумал. Вот только что? И чем нам это грозит?

— Ну, так что, Дани, примешь мою клятву?

— Приму, — севшим голосом произносит младший принц.

— Люблю тебя, — задорно улыбнулась Эрна, словно отрезая своей улыбкой все страхи и сомнения. — Одолжишь кинжал? У меня вот… своего нет.

Малыш кивнул и вытащив из ножен кинжал с темным, почти черным лезвием — подарок Тамиэля на четырнадцатилетние и протянул его ей рукоятью вперед. Она приняла его и трясущейся правой рукой полоснула по запястью левой. На каменные плиты пола упали первые рубиновые капли.

— Len ras lene sangon a quan. — Сначала голос ее звучал тихо и, я бы даже сказал, надтреснуто, но с каждым произнесенным словом он словно бы набирал уверенность и силу. — Lene anim estas via. Lene vive estas en via. Lene vive an potenco. Lene anisent vi via. Tiel estu!1

 

##1 Я клянусь своей кровью, жизнью и магией. Моя душа отныне твоя. Моя жизнь в твоих руках. Мои мысли открыты для тебя. Я живу, пока живешь ты. Да будет так!

 

А потом… мы и опомниться не успели, как Данирис выхватил из рук невесты кинжал, полоснул по своему запястью и быстро протараторил, видимо опасаясь, что мы попытаемся его остановить:

— Len ras lene sangon a quan. Lene anim estas via. Lene vive estas en via. Lene vive an potenco. Lene anisent vi via. Tiel estu!

— Боги, — простонал Натан. — За что мне это наказание? Ты хоть понимаешь, что натворил дурак малолетний?

— Да.

— И что с тобой за это сделает Таль?

— Ой, да что он сделает? — легкомысленно отозвался мальчишка. — Ну, поругается немного. Подумаешь взаимная вассальная клятва. Да, имея такой багаж, светлоэльфийским правителем не стать. Традиции не позволят. Но мне и так престол не светил никогда. Передо мной стоишь ты, Ксан и новый малыш.

— Какой малыш?

— Так Алери снова в положении. Правда, я не уверен, что будет мальчик. Срок еще слишком маленький. Не понятно. Но в том, что у брата в семье ожидается пополнение, сомневаться не приходится. У нашей невестки уже две ауры. Потом ты женишься. У вас с Тали именно к этому все идет. И тоже малыши будут. Так что поступок мой никаких особых проблем нам не принесет.

— Он слишком умный для своих лет, — хмыкнул Сен. — Всегда у него есть оправдание собственного идиотизма. В целом, это, конечно, неплохо. Но иногда бесит. Даже меня.

Я согласно кивнул, а потом поинтересовался ни к кому, собственно, не обращаясь:

— Какие у нас планы на ближайшее время?

— Андреаса ждем. Отдыхаем, — выдвинул предложение Дани.

— Можно попробовать открыть портал. Но вряд ли получится. Я почти всю свою магию израсходовала, чтобы вовремя попасть сюда. Остальное ушло на Danataryel. То, что у меня есть сейчас… это сущие крохи. А гривмерит частично блокирует магические потоки. Мне просто нечем подпитаться. И нужно дня два для полного восстановления резерва. Но попробовать можно. В крайнем случае, посидим тут дня два. Потом я вас выведу.

— Я за то, чтобы попробовать открыть портал, — сказал Натаниэль.

— Тогда нужно осторожно разбудить остальных. Или лучше подождать, пока они проснуться сами? Вдруг эта настойка ниспослала-таки на них озарение, как отсюда выйти?

Эрналин расхохоталась. Дани отвел глаза, изобразив смущение. А мои друзья обменялись удивленными взглядами.

— Неужели ты до сих по не понял, Эндрю, что это была за настойка и зачем он вам ее дал?

— Эрна, — сквозь зубы прошипел младший принц. — Прекрати.

— Да нет уж, братец, — ласково сказал Натан. — Пусть продолжает, раз уж начала.

— Вы выпили снотворное. И не сказать, чтобы сильнодействующее. Поэтому вы трое и проснулись.

— Но почему ты не дал нам настойку?

— Потому что белой лилии и дороникума у меня было мало. Да и переводить его на вас… ну, это же глупо. Толку все равно бы не было. Тут некоторый навык нужен. Чтобы организм был приучен к подобного рода эликсирам. Предвосхищая твой вопрос о снотворном. Да, мне не хотелось, чтобы мне помешали сделать то, что я считал правильным. И не смотрите на меня так. Во-первых, мой план сработал. А во-вторых, ничего страшного же не произошло, — а потом без перехода поинтересовался. — Так остальных будить станем или пусть пока спят?

— Если не сможем выбраться отсюда, лягут еще раз. Все равно кроме сна нам тут заняться нечем, — решил я. — А если сможем, думаю, они только рады будут провести остаток ночи где-нибудь в другом месте.

И если гвардейцы проснулись достаточно легко и увидев Эрналин не только сумели сдержать свое удивление, но и любопытство, то как мы будили Майрина — отдельная история. Быстро введя братьев Линиэля и Арлиса в курс дела, я присоединился к Дани, который уже минут пять пытался привести своего приятеля в чувства.

— Я бы рекомендовала перейти с деликатных прикосновений, перейти к оплеухам, — нежно пропела девушка. — Жаль, ледяной водички нет. Была б у меня магия, организовала бы ему внеплановое купание.

— Да ладно тебе, — попытался урезонить девушку Данирис.

— Нет. Я, между прочим, не забыла его гнусных обвинений.

— Подумаешь, обвинил, — насмешливо протянул Натан. — Ну, ошибся он немного. Так неужели за вами никакого грешка не было, прекрасная моя леди? Ну, кроме того, что вы назвались чужим именем и довольно долго нас обманывали. Это, так уж и быть, мы вам простим.

— Да нет, вроде. По крайней мере, не помню, чтобы я вам чем-то намеренно вредила. А вот помогала, и не раз.

— А как же мой сон про Элейну и Андреаса? Да и отравление Мая тоже невинной шалостью назвать нельзя.

— Мая никто не травил. Этот недотепа, правда, на змею наткнулся. Самой интересно, где он ее нашел. Но я ему в этом не способствовала. А сон… ну, кинула я на тебя ментальную вуаль. Она гарантировала тебе один кошмар за ночь. Проснуться ты должен был в холодном поту. Но это было совершенно безопасно. Я тебя защитой окутала на всякий случай. И даже если бы ты во сне колдовать начал, магия бы рассеялась, не причинив ни тебе, ни нам никакого вреда. Что там тебе снилось, я не знаю. Все вопросы к твоему собственному подсознанию.

— Но зачем?

— Тут скорее, почему. Я разозлилась на то, что ты не одернул своего темного друга, хотя я и намекнула, что это сделать необходимо.

— Я не одернул Руа?

— Да.

— Но что такого он делал, чтобы я должен был его останавливать?

— Он рассказывал, как весело провел время с одной… леди.

— А… — я покачал головой и переглянулся с Натаном. Тот лишь пожал плечами. Даже Дани, по-моему, с удивлением посмотрел на девушку. Что уж говорить об остальных…

— А почему и на каком основании я должен был его останавливать?

— Да брось Эндрю, — махнул рукой Натан и улыбнулся. — Не ищи в женских поступках логики. Демоницы в этом недалеко от эльфиек ушли…

Эрна совсем стушевалась особенно увидев, как на нее укоризненно смотрит Дани.

— Возможно, я была не права, извини, — наконец выдавила она, не глядя на меня. — Если сильно напугала, то мне жаль. Я просто разозлилась.

— Да чего уж там, — хмыкнул я. — Ты скажи, вот чего на меня эту свою вуаль кидала, а не на Руалина? Это же он рассказывал, а не я.

— Я и на него кинула, но потом убрала. Жалко его стало. Он ведь историю эту так переврал, что она за выдумку бы сошла.

— Да?

— Ну… то есть вроде он и не солгал. Данное… происшествие действительно имело место. Но вот умолчал о том, у Лилии, Лидии, или как там звали ту леди, было лицо той, которую он не можешь забыть вот уже двадцать лет. И голос был похож. И манеры. Но это была не она. Ему было больно видеть, как рассыпается в прах его надежды. Поэтому он обозлился и перестал верить в то, что те, кого мы действительно любим, никогда не покидают нас насовсем. Хотя нужно просто подождать, и ты снова встретишь того, тебе так тебе дорог.

— В следующей жизни? — раздраженно поинтересовался Натан.

— Может в следующей. А может и в этой. Кто знает?

Я почувствовал себя немного неуютно. Не люблю, когда мне становятся известны сокровенные тайны посторонних. Кажется, что я без спросу в душу залез и хорошо там потоптался. А это мне чести не делает. Да и обсуждать личную трагедию друга в его отсутствии — не самый достойный поступок. Поэтому я попытался сменить тему:

— Дани, может он слишком много снотворного выпил?

— Нет, — уверенно отозвался малыш. — Я ему совсем чуть-чуть дал. Он, наверное, просто устал сильно. Вот его и вырубило. Ладно, сейчас он у меня сам подскочит. Серебристая росянка его быстро в чувства приведет.

— Как этот сорняк ему поможет? — удивился Натан. — Росянка же совершенно бесполезна.

— Зато семена ее, если их правильно собрать имеют весьма специфический запах. Действует лучше любых нюхательных солей. Проверено на наших фрейлинах. Когда я у Таля гостил последний раз, придворные леди завели моду чуть что в обмороки падать. Думали, что я над ними хлопотать начну, да руки заламывать, умоляя прийти в себя. Наивные. Кстати, Алери для лечения придворных симулянток при себе теперь всегда такой флакончик носит. Прости, Май, но ты не оставил мне выбора.

— Бездна! — завопил юный Владыка, отпихиваясь от приставленного к его носу флакончика. — Что это? Дани, ты совсем озверел? Ты зачем мне эту гадость в лицо сунул?

— Чтобы разбудить.

— Я тебя убью! — взревел Майрин, подскакивая на ноги. — Нормально разбудить не мог, Бездна тебя побери?

— Да вот… не получалось. Пришлось идти на крайние меры.

И тут взгляд мальчишки остановился на улыбающейся Эрналин. Он зажмурился. Потряс головой. Открыл глаза. Снова зажмурился. Как мне кажется, ему очень не понравилось увиденное и Май до последнего решил своим глазам не верить.

— Скажите, что мне показалось, — взмолился он.

— Не показалось, — радостно сообщила девушка.

— Кстати, — с воодушевлением возвестил Данирис. — Эрналин теперь с нами.

— Надолго?

— Навсегда!

— Но она же демоница! — Май возмущенно воззрился на приятеля. — Как же она может быть с нами?

— Мы обручены. А еще принесли друг другу клятвы веры и единения жизни.

— И она тебе?

— Да.

— И ты ей?

— Май, ты со сна соображаешь плохо? Я же сказал «друг другу».

— Вот же Бездна! Ты понимаешь, во что вляпался?

— Ты так трогательно радуешься за меня, — саркастично бросил Дани.

— Да было б чему радоваться, я бы порадовался. А так… расстройство одно. Ты же теперь с ней на всю жизнь связан. И лишь одно внушает некоторый оптимизм. Не надо беспокоиться, что она тебя на свидания к предкам отправит. Еще бы и нам в этом вопросе не помогала, так вообще замечательно выйдет.

— Вот теперь, — протянула девушка ни к кому, собственно не обращаясь. — Я понимаю леди Сиэн и ее категорическое нежелание выходить за него. Дурак в мужьях это само по себе испытание. А вдруг еще и дети умом в отца пойдут? Я бы тоже от такого женишка на край света сбежала.

Майрин вспыхнул от возмущения и набрал побольше воздуха в легкие, видимо решив это самое возмущение облечь в словесный поток. Но я не дал. Поссориться детки смогут и потом. На свежем воздухе. Ну, или тогда, когда мы будем точно знать, что в ближайшее время нам отсюда не выбраться.

— Эрна, ты хотела попробовать открыть портал, — пришлось напомнить ей недавнюю инициативу.

— Конечно. Сильно на это не рассчитывайте. Сил у меня почти не осталось. Но если получится, быстро прыгайте в воронку портала. Удерживать ее долго у меня вряд ли выйдет.

Девушка торопливо подошла к ближайшей стене и прижалась к ней ладонями. Потом сделала глубокий вдох и быстро зашептала что-то на языке теней. Но я был слишком далеко. Нет, кое-какие слова разобрать удалось, но общий смысл сказанного от меня ускользал. Стена в том месте, где она ее касалась, вспыхнула багровым светом. В следующее мгновение Эрналин отшатнулась и начала оседать на пол. Но Дани успел подхватить ее на руки.

— Не получилось, — в ее голосе звучала горькая насмешка. — Я сейчас телепорт даже открыть не могу, не то, что удержать.

— Тогда нам остается только ждать, — спокойно отозвался малыш. — Пока до нас доберется Наставник. Ну, или пока ты не восстановишь силы. А раз так, то давайте спать? Я устал безумно. Вы, ведь тоже.

Спорить никто не стал. Ведь Данирис действительно был прав. Мы все ужасно вымотались за эти дни. И раз уж у нас появилась возможность отдохнуть, нужно ей воспользоваться. Все равно ничего другого мы сделать сейчас не можем.

Отправить