глава 15

Ночь прошла относительно спокойно. То есть не случилось ничего экстраординарного. На нас никто не нападал. Мы ни от кого не убегали. Громких ссор тоже не было. Зато появилось молчаливое отчуждение. Руалин, как мне показалось, жалел о своем недавнем откровении. Он стал необычайно тихим, даже мрачным. Натану почему-то передалось его настроение.

Младшие совершенно по-детски отказывались разговаривать друг с другом. Майрин обижался на Зару за то, что она ясно дала понять, что считает его идиотом, неспособным даже заметить, как его кусает змея. Наша рыжеволосая красавица обижается на Дани за то, что он не поддержал ее версию развития событий. А Данирис отказался принимать чью бы то ни было сторону. Он не хотел выбирать между первым в его жизни другом и любимой девушкой. В результате все трое демонстративно друг друга игнорировали и выглядели при этом совершенно несчастными.

Не почувствовать изменений в настроениях нашего отряда, было невозможно. Гвардейцы, правда, пытались делать вид, будто бы все чудесно. Но это было не так. Из нас словно вытащили стержень, который поддерживал нас все эти дни. Сколько же оказывается, сил дарили нам заразительный смех и искренние улыбки.

В общем, боевой дух упал ниже некуда. И я признаюсь, не знал, как его можно поднять. Про то, что мы теперь не могли друг другу доверять, вообще молчу. Из дружного отряда мы превратились в непонятно что. Я, допустим, верил Руа и обоим тер Рейсам. Руалин явно подозревал Майрина и Зару. Он постоянно бросал на них настороженные взгляды. Натан был с ним абсолютно солидарен.

Это все было настолько паршиво, что и словами не описать. Если честно, я уже не раз пожалел, что поддался на уговоры и не пошел за дочерью один. Но какие бы не бродили в наших головах сомнения и подозрения, к полудню мы добрались до каменных холмов, которые были буквально испещрены ручейками, стекающими в удивительной красоты озеро, расположившееся в низине. Я застыл в немом восхищении перед этой картиной. Озеро показалось мне каменной чашей, до краев наполненной водой в котором как в зеркале отражалось голубое небо.

— Как красиво, — выдохнул Данирис. — Зара, ты когда-нибудь видела нечто подобное?

— Да, — рассеяно отозвалась девушка.

— Где?

— Дома. Только у нас озеро больше.

— Что? — вспыхнул Майрин и с негодованием уставился на девушку. — Нет у вас никаких озер! Я не раз бывал во владениях семьи Сиэн.

Зарина смерила мальчишку, как мне показалось, ненавидящим взглядом, но достаточно быстро взяла себя в руки, сказав уже достаточно спокойно:

— И, разумеется, знаешь их лучше хозяйки. Арана, я была о тебе лучшего мнения.

— Там нет озер, — упрямо повторил Май.

— Конечно-конечно. Кому как не тебе это знать?

— Уймись, — раздраженно шикнул на него Дани. — Ну что ты как маленький?

— Но там…

— Хватит! — бросил младший тер Рейс раздраженно, а потом повернулся ко мне. — Эндрю, мы на привал становимся?

— Да. Нужно коней напоить, самим воды набрать. Да и обедать пора.

— Едем к озеру?

— Зачем? Ты к нему нормальную дорогу видишь? Я тоже не вижу. Вон тем ручейком обойдемся.

— Хорошо, — отозвался Дани, спешиваясь. — Как скажешь.

Обед так же, как и первая половина дня, прошел в тягостном молчании. Мне это не нравилось, но я не понятия не имел, как это изменить. Оставалось лишь надеяться, что мы немного успокоимся, и все вернется на круги своя. Но ничего не менялось. Мы почти не разговаривали. А мои спутники становились все мрачней и мрачней. Дорога становилась все тяжелей. Преодолеть холмы, больше напоминающие каменные насыпи мы смогли только ведя в поводу лошадей. Ехать верхом было невозможно. Но, даже двигаясь пешком, приходилось выверять каждый шаг.

И даже это не могло уберечь нас от падений. Особо отличились Линиэль и Дани. Первый оказался самым ловким из нас и упал только однажды, поскользнувшись на камешке. Второй, четверть часа назад, сгорая от стыда, повалился на землю в одиннадцатый раз. Малышу сегодня явно не везло.

Зара пыталась его подбодрить, но делала этим только хуже. Младший принц лишь раздраженно от нее отмахивался и пытался сделать вид, будто бы все в порядке. Даже рассеченные в кровь ладони обработать не дал. И надо отметить, внимательнее или осторожнее это его не делало.

Еще одним испытанием для нас стала узкая каменная тропка, проходящая в опасной близости от обрыва под которым весело плескалась вода. Вниз смотреть было, не то чтобы страшно. Высота не такая уж и большая. Да и речку бурной назвать нельзя. Но оступившийся гарантированно бы в нее нырнул. Конечно, для того чтобы серьезно расшибиться при падении нужно быть потрясающе невезучим, но и купание в наши планы не входило.

Да только, как говорится, мы предполагаем, а боги располагают. Без купания не обошлось. И ведь именно тогда, когда мы почти преодолели этот проклятый обрыв. Сам я почти ничего не видел, так как шел впереди. Да и внимание мое было приковано к зеленой полоске, замаячившей впереди. В мыслях я уже лежал на траве, но отдохнуть не получилось. Сразу, по крайней мере.

Сзади послышался испуганный вскрик. Я обернулся, но успел разглядеть лишь, как Дани, поднимая кучу брызг, падает в реку. Сердце мое тревожно сжалось. Отпустило лишь когда я увидел что малыш вынырнул и бодро поплыл к берегу. Мальчишка мгновенно выбрался из воды. После чего он, запрокинув голову и глядя на нас, выкрикнул:

— Я живой! Только как отсюда выбраться, понятия не имею.

— Стой где стоишь! — рявкнул на него старший брат, доставая из своего мешка веревку. — Сейчас мы с Сеном поможем тебе подняться. Стой, тебе говорят. А теперь обвяжи себя вокруг пояса. Да, так. Молодец.

Вернули на тропинку этого горе-скалолаза достаточно быстро. После чего молча двинулись дальше и буквально через три минуты в изнеможении рухнули на небольшую полянку, устеленную ковром зеленой травы.

Когда мы немного отдышались, я задал вопрос который мучил меня, а наверное, и не только меня весь сегодняшний день:

— Дани, несчастье ты мое ходячее, что с тобой творится?!

— Подожди минутку, — ответил младший тер Рейс поднимаясь на ноги. — Я сейчас. Одежду только высушу. А то так ведь и простыть недолго. Вода в реке ледяная. Ужас просто.

Мальчишку на несколько мгновений окутало золотистое сияние. Исчезло оно так же быстро, как и появилось. И самое любопытное, он же ни слова не произнес. Ни единого! А магия слушалась его, как никогда, наверное, не будет слушаться меня. Правда, после магической просушки Дани стал еще больше смахивать на Владыку Теней. Мышиного цвета волосы, которым он так и не удосужился вернуть данный им от природы цвет, стали еще темней и теперь не просто топорщились в разные стороны, а стали заметно завиваться.

— Не знаю, — сказал мальчишка, снова садясь на землю. — Вроде нормально все.

— Сначала я думал, что просто день у тебя неудачный. Такое тоже бывает. Но это вот… перебор даже для неудачного дня.

— Ты ничего необычного в последнее время не ел? — встрял в разговор Руалин. — Ягодок незнакомых? Грибочков?

— Нет, конечно!

— Тогда ты, возможно, что-то выпил? Не нарочно. Проблемы с координацией могли быть вызваны…

— Намекаешь, что я в великой рассеянности взял, да и глотнул вина из фляги Натана вместо водички?

— Это бы многое объяснило, — ответил друг, пожимая плечами.

Дани покачал головой, а потом сказал:

— Даже если бы я действительно выпил, на моем поведении или самочувствии это никак бы не сказалось. Мы с Андреасом как-то провели эксперимент.

— Он что? Тебя еще и спаивал? — простонал я. — Бездна, кому мы доверили ребенка?!

— Не спаивал. Просто сказал, что лучше уж я дома свою меру определю. Так хоть под присмотром и не натворю ничего. Ты же понимаешь, я вполне способен сделать что-то такое, о чем впоследствии даже вспоминать страшно будет. А он, в случае чего, вполне способен меня остановить.

— И…

— Да ты не беспокойся. Все нормально было. Но опытным путем мы установили, что пьянеть я начинаю только после третьей бутылки. Да и то не сильно. Но больше трех я просто физически выпить не могу.

— Это радует. Но все равно, что с тобой происходит? Как ты умудрился вниз сорваться?

— Не знаю. Честно, Эндрю. Вот иду я себе, под ноги смотрю. А потом раз, и уже не иду, а лечу головой вниз.

— Ты нас ужасно напугал, — с укоризной в голосе произнесла Зара, кончиками пальцев касаясь его плеча.

— Да ладно тебе. Все нормально. Жить буду.

— Но долго ли? — зло бросил Майрин, поднимаясь на ноги.

— Надеюсь что да, — с улыбкой отозвался Дани, но потом более спокойным тоном продолжил. — Май, прекрати.

— Нет! Твое нежелание смотреть правде в глаза…

— Мы это уже обсуждали. И возвращаться к тому глупому спору у меня нет никакого желания.

— Что вы обсуждали? — спросил я.

— Ничего, — торопливо сказал малыш.

— Твоя жизнь — это «Ничего?»

— А вот с этого места поподробнее! — присоединился к нам Натаниэль.

— Это все она! Она нас обманывает и хочет убить! Я видел, что Дани столкнули. А кто шел сразу после него? Зара.

— Май, с ума сошел! — простонал младший принц.

— Арана, ты — идиот, — припечатала девушка, а потом повернулась ко мне и наиграно-жизнерадостным тоном спросила. — Привал здесь устаивать будем?

— Зарина, подожди. Ты ничего не хочешь сказать в ответ на это обвинение?

— А должна?

— Нет, но…

— Но ты хотел бы послушать. Так Эндрю? Ладно. Слушай. Если бы я хотела вас убить, то не проще ли было подлить что-нибудь в котелок? Мне бы не составило труда отравить вас всех. Но я этого почему-то не сделала. Что еще было на повестке дня? Моя попытка убить Дани. Это, вообще, смешно. Во-первых, Данирис — единственный из вас, кого я согласна даже из Бездны вытащить. А во-вторых, он же сказал, что просто оступился. Никто его не толкал, как бы не хотелось Майрину обратного. Ну что? Допрос окончен?

— Да. И давайте разбивать лагерь. Нужно отдохнуть перед тем, как идти дальше.

— И вы так просто ей поверили? — взвился юный Владыка.

— Май, да замолчи уже, — раздраженно рявкнул Данирис.

— И почему это я должен молчать? Не знаю, чем она тебя околдовала, но ты последний разум потерял. Предано в глазки ей заглядываешь. А вокруг себя ничего не видишь. Она ведь тебя даже не замечала. Но стоило пальчиком тебя поманить…

— А тебе завидно, да? — вспыхнул младший принц.

— Да чему тут завидовать?

— Тому что выбрала она не тебя, а меня.

— Не больно-то и хотелось стать послушным Стражем, готовым выполнять любой приказ хозяйки. Смотреть противно!

— Так не смотри! Не заставляет никто. И, вообще, тебя тут никто не держит. Можешь проваливать…

— Вот, значит, как ты с друзьями.

— Друзьями? — холодно поинтересовался Данирис. — Не уверен, что вижу перед собой друга.

— Что?! Я хочу тебя спасти, а ты…

— Дружба подразумевает уважение. Даже если ты старше. Даже если ты Владыка Теней, а я эльф. И не надо спасать меня от меня же самого. Обойдусь.

После чего малыш демонстративно отвернулся от приятеля и поинтересовался у Зары, не нужна ли ей помощь. Та, разумеется, ответила, что очень нужна. Майрин заскрипел зубами. Но гордость не позволила ему продолжать этот спор. И юный Владыка сделал вид, будто бы всецело занят своей лошадью, которую необходимо было срочно расседлать.

— И что это было? — сквозь зубы процедил я.

— Обычная мальчишеская ссора, — шепотом отозвался Руа.

— Из-за девушки!

— А ты как хотел? Я же предупреждал тебя о том, что…

— Я не хотел никак! Мы не на увеселительный прогулке. Мне в отряде свары не нужны. Нам, может, завтра в бою спины друг другу прикрывать придется. А они устроили тут… Нет, все же плохая это была идея. Брать с собой Майрина и Зару. Сто раз пожалеть об этом успел. И, знаешь, я уже не так уверен в том, что предатель именно Май. Может ты прав и это она? Явно ведь стравила мальчишек.

— Или Арана пытается таким образом отвести от себя подозрения.

— Ты решил поменяться со мной местами?

Друг улыбнулся и отрицательно покачал головой. А я тем временем продолжил:

— Отношения в отряде становится все хуже и хуже. Как думаешь, мне стоит сделать им внушение? Может отчитать их? Пристыдить?

— Не стоит. Только хуже сделаешь.

— Почему?

— Если мы не станем заострять внимания на их ссоре, им будет проще помириться. Они же еще совсем дети. Неуместной гордости вкупе с упрямством у них гораздо больше, чем здравого смысла. Да и ничего же не произошло. Ну, правда, Эндрю. Поспорили немного. Нам их даже разнимать не пришлось. Сами успокоились. Так что и ты прекрати волноваться. Все нормально. А теперь давай займемся нашими лошадьми? Вон уже Лин костер развел, а Зара вовсю над котелком колдует. Только мы без дела прохлаждаемся.

Ближе к вечеру мы миновали, наконец, холмы и ступили на огромную равнину. Но далеко на востоке виднелось темное пятно.

— Это лес, — сказал Дани, перехватив мой взгляд. — Тот самый.

— Что?

— Ну, тот самый лес, что практически вплотную прилегает к Серой Башне семьи Оран. Минуем его и все. День-два и мы у цели.

— Почему ты так уверен, что это именно «тот самый» лес?

— Потому что он хвойный.

Я попытался найти хоть какую-то логику в его словах. Не преуспел. Видимо, на моем лице это не отразилось.

— Эндрю, ты чем слушал, когда Андреас когда про земли Атрея рассказывал?

— Я, вообще, не слушал.

— Почему? Ах, да… ты же Элейну в это время успокаивал. А зря, как мне кажется.

— Зря успокаивал?

— Зря не слушал. Ее и чуть позже успокоить можно было. Все равно ты в этом, будем уж честны друг с другом, не преуспел. Сестренка, как изводила себя беспокойством за нас всех, так и продолжила этим заниматься. Как будто бы ты ее не знаешь.

— Знаю, — ответил я.

Дани действительно был прав. Эль и правда не может не тревожиться за тех, кого любит. Слишком глубоко сидит в ней страх потери близких. Справиться с ним она просто напросто не может. Но разве моя принцесса в этом виновата?

— Будь осторожен, — сказал я ему тихо.

— Да я всегда осторожен.

— Ты всегда безрассуден. Элейна и Тамиэль мне никогда не простят, если с тобой что-нибудь случится. Я сам себе этого не прощу.

— Да, ладно тебе, Эндрю, — беззаботно отмахнулся Дани. — Все хорошо будет.

— О сестре подумай. Что с ней будет, если ты не вернешься?

— Да что вы все заладили? — зашипел он, и распаляясь все сильней и сильней продолжил. — Вчера Натан решил вспомнить об обязанностях старшего брата и наставить меня на путь истинный. Сегодня — ты. Как с маленьким со мной разговариваете. Это меня бесит!

— Данирис! — возмущенно одернул его я.

Мальчишка мгновенно сник, пробормотав смущенное «Прости». А я лишь покачал головой. Сколько не убеждай его сейчас, не поверит, что он сейчас не прав. В восемнадцать лет мир видится совершенно по другому… проще и сложнее одновременно.

Отправить