Глава 10

— То есть у вас всё хорошо? — спросил я, оглядываясь по сторонам.

— Да, Алекс… То есть да, ваше сиятельство…

— Володь, вот давай без лишних расшаркиваний, ладно, — чуть ли не закатив глаза, попросил я его. — Пожалуйста. Меня и так каждый день теперь сиятельствуют. Хоть ты-то не начинай.

Владелец кофейни лишь виновато улыбнулся в ответ и кивнул.

— Да, Александр, — немного смущаясь, продолжил он. — В остальном всё отлично. Да ты и сам видишь.

Ещё как видел. Все столики заняты. У стойки очередь из пяти человек. А ведь обеденный час давно прошёл.

— Ну и славно. Тогда я поеду. Плату, как и раньше, можете переводить на мой счёт…

— Да насчёт этого…

Примерно раз в месяц я заезжал в эту кофейню и проверял, что тут да как. В конце концов, место же принадлежало мне, а они снимали помещение под свой бизнес. Как раз этих денег мне более чем хватало на оплату бензина и мелкие траты, что позволяло не трогать свои запасы.

И вот с того момента, как я переступил сегодня порог кофейни, владелец заведения вёл себя как-то… Не знаю, пожалуй, лучшее слово, которое тут можно было подобрать, было бы «зажато». Словно он хочет о чём-то попросить, но всё никак не мог найти слов, чтобы мне это сказать.

— Давайте, наверно, лучше обсудим это у меня в кабинете? — наконец предложил он, на что я охотно согласился.

Скорее всего, попросит снизить арендную плату ещё больше. А ведь и так они платили очень мало. Я даже узнавал — ниже, чем кто бы то ни было в районе. Либо же, что, возможно, даже более вероятно, захочет выкупить помещение. Я ещё в то время, когда мы обговаривали договор аренды, просматривал их журналы. Выручка у них была очень неплохая. В деньгах, конечно, они не купались, но заведение приносило стабильный доход.

Мы прошли в подсобные помещения. Владимир завёл меня в то, что гордо именовал своим «кабинетом», хотя по размерам место это имело размеры чуть больше средней кладовки. Тут как раз хватало пространства для стола, пары стульев и шкафа для бумаг.

— Прошу, садись…

— Володь, у меня, к сожалению, не так много времени, чтобы долго сидеть, — мягко прервал я его. — Так что давай. Что ты хотел мне сказать?

Он немного помолчал, прежде чем начать.

— Я хочу открыть вторую кофейню, — наконец выпалил он. — Под тем же брендом.

— Что? — не сразу понял я. Нет, про второе заведение, конечно, понял. Только не понял, для чего именно. — Зачем? Хотя нет. Не так. На что?

— Понимаете, у нас и раньше всё было не так уж и плохо с выручкой. А когда вы, давайте уж по-честному, снизили нам аренду, то мы смогли увеличить доход. Я нанял ещё пару сотрудников. Новое оборудование купил. Вот, смотрите!

Он шустро оказался рядом со шкафом и вынул с полки какой-то журнал. Открыл страницу с закладкой, что уже демонстрировало, что к этому разговору он готовился заранее, и протянул его мне.

Заинтригованный, я взял его в руки и принялся смотреть.

Признаю, это неплохо. Даже впечатляюще, если так подумать. И нет. Все эти слова не означали, что они тут начали золотые горы лопатой грести. Нет. Даже не близко. Но! Если верить этим бухгалтерским отчётам, то выручка у них выросла почти в два с половиной раза. При этом, если верить этим цифрам, то они ещё и расходы смогли оптимизировать.

— Откуда такой прирост?

— Если посмотрите, то там… Ой, простите, он же не полный. В общем, как я и сказал, с уменьшением арендной платы я смог больше вложить в само заведение. Мы увеличили количество апселлеров. Расширили количество сиропов и топингов для кофе. Они же дешёвые в закупке. Там маржа высокая…

— Володь, добавление лишней пятёрки сиропов и зефирок к кофе не увеличивают выручку в два с половиной раза.

— Да я знаю, — он замялся. Так, словно не хотел говорить мне правду. И нет, судя по его эмоциям, именно что врать он не хотел. Просто причина, по которой он скрывал правду, была какой-то… стыдливой, что ли.

— Володя…

— Это всё Лидия.

— Кто?

— Девчонка, которую я нанял вторым менеджером, — сказал он. — У неё сегодня выходной. Но это всё она. Придумала разные комбо-наборы. Акции на утреннее и вечернее время и прочее. Это она расширила наше меню, включив в него разные маленькие пирожные и прочее.

Он вздохнул и покачал головой.

— На самом деле расширить список дополнений для напитков — тоже её идея. У нас и раньше здесь хорошая репутация была. Сами же знаете, сколько тут людей живёт. А сейчас народу стало ещё больше. Пару месяцев назад ещё один корпус сдали. Трафик посетителей сильно вырос. Это, кстати, одна из причин, почему я нанял ещё двух ребят в зал.

Так, любопытно.

— А её ты для чего нанял? — уточнил я.

— Ну…

— Потому что понял, что не справляешься? Или чтобы самому поменьше работы было?

Это важный вопрос, между прочим.

— Ваше сият… Алексадр, я ведь и так раньше тут каждый день работал, — наконец признался он. — Без выходных. Два года почти, от открытия до закрытия. Просто…

— Просто тебе захотелось больше свободного времени, — сделал я вывод. — Ты не подумай, я тебя пристыдить не хочу.

— Ну, в целом, да. Так.

Ясно. Ну хоть честно признался и не стал вешать мне лапшу на уши, что тоже хороший показатель. В общем, молодая девчонка начала наводить тут свои порядки. В целом, а почему нет? Энергия и запал в… одном месте есть, так почему бы не использовать их в конструктивное русло?

В целом, неплохо. Даже эта идея с сиропами. Сколько там одна литровая бутылка сейчас стоила? Рублей шестьдесят вроде? А хватало одной такой чашек на шестьдесят-семьдесят. Притом, что одна порция сиропа стоила рубля четыре. В итоге выручка с одной полностью «проданной» бутылки колебалась в районе от двухсот до двухсот пятидесяти рублей. И это только сироп. А ведь выпечка куда более маржинальная.

— Итак, ты хочешь открыть ещё одну кофейню? — спросил я.

— Да. И я хотел спросить у вас… Нет, не деньги. Можете выступить моим поручителем по кредиту?

— Поручителем? Это ещё для чего?

— Ну, сейчас, если за человека поручительствует аристократ, то банки дают меньший процент и условия там лучше.

Я немного подумал. С одной стороны, лишняя возня мне сейчас ни к чему. И так дел по горло. С другой — если там нужно только выступить поручителем, то в чём проблема? Впрочем, соглашаться сразу я не собирался в любом случае.

— Я подумаю, Володь, — пообещал я, на что тот радостно закивал головой.

— Спасибо вам, Александр! Огромное спасибо! На большее я и рассчитывать не мог!

Попрощавшись с ним, я вышел на улицу, сел в машину и поехал дальше.

Как бы смешно это ни прозвучало, но сегодня у меня что-то вроде выходного. Нет, не потому, что делать нечего. Совсем нет. Просто всё, что нужно было сделать, — уже в процессе. Собственное предпринимательство я открыл. Смородин всё ещё проверял документы. Мы созванивались с ним вчера, и он пообещал дать ответ завтра. В крайнем случае — послезавтра. Поиски места для будущего офиса… Ладно, вот тут затык. Они затягивались.

Причина? Я банально не мог найти подходящего места. Чтобы и достаточно презентабельно, и не высосало из меня все деньги до последней копейки. А их не так чтобы много у меня осталось. С учётом всех трат, покупки квартиры и всего прочего — чуть более полумиллиона рублей. Крохи, на самом деле. Нет, конечно же, с точки зрения обычного человека — деньги огромные. В моей предыдущей жизни они равнялись бы пяти, может быть, шести с половиной миллионам. Но для моих целей этого мало. Очень мало, если говорить по-честному.

Так что я уже постепенно начал приходить к выводу, что мне придётся влезть в долги. Пока не знаю, к кому именно, но придётся. Всё-таки хороший офис — лицо фирмы. И кладовка в очистном здании на отшибе города тут поможет слабо.

Впрочем, была у меня одна мысль, где я мог бы раздобыть себе офис. И даже так, что должником не останусь.

* * *

— Ваше сиятельство?

Услышав голос своей помощницы и тихий стук в дверь, Дмитрий поднял взгляд.

— Да, Вероника? Что-то случилось?

— Нет, ваше сиятельство, — покачала она головой. — Но к вам гость. Не запланированный. Его сиятельство, граф Лазарев.

Смородин позволил себе потратить несколько секунд на удивление, после чего быстро взял себя в руки.

— Ну что же. Тогда не будем заставлять графа ждать. Пригласи его, Вероника, будь добра.

— Конечно, ваше сиятельство, — кивнула она и тут же скрылась за дверью.

Через полминуты дверь вновь открылась. Дмитрий в тот момент уже встал с кресла и успел оценить свой внешний вид в зеркале, полностью его удовлетворивший. А потому встретил вошедшего «коллегу» в лучшем виде.

— Павел, — улыбнулся хозяин кабинета. — Признаюсь, я удивлён. Обычно ты имеешь привычку заранее предупреждать о своём визите.

Лазарев с короткой усмешкой пожал протянутую ладонь.

— Что поделать, Дима. Старею, видать. Вот привычки и меняются.

— У тебя? Меняются? Я скорее поверю в то, что ад замёрзнет, — Смородин указал в сторону стоящего у стены кабинета невысокого кофейного столика с парой удобных кресел. — Прошу, присаживайся. Может быть, хочешь кофе? Или предложить тебе чего покрепче?

— Нет, Дим, спасибо. Откажусь от того и от другого. У меня сегодня довольно напряжённый график, так что предпочту обождать с отдыхом до вечера.

— Ну, тогда тем более удивительно, что при таком напряжённом графике ты нашёл в нём время на то, чтобы посетить меня, — хмыкнул Смородин, сделав из полученного ответа некоторые выводы.

Они опустились в кресла, и Дмитрий сложил руки на груди в ожидании.

— Ну так что? Может быть, расскажешь мне о том, что тебя привело ко мне?

— Как это ни странно, бизнес, — ответил Павел, но, услышав его, Смородин лишь поморщился. — Можешь называть это деловыми интересами, если хочешь.

— Паша, наши с тобой «деловые интересы» не пересекаются. Я это знаю. Ведь я приложил достаточно усилий для того, чтобы именно так оно и было. Поэтому не вешай мне лапшу на уши.

— И тем не менее, они пересеклись, — возразил ему Лазарев. — Точнее, могут пересечься в будущем. И именно поэтому я к тебе приехал.

Смородин смерил своего гостя пристальным взглядом.

— Я так понимаю, что сейчас разговор пойдёт о неком молодом адвокате, я правильно понимаю?

— Ты ещё фамилию его назови, — Павел скривился. — Какие у тебя дела с Рахмановым?

— Не думаю, что тебя особенно должен интересовать этот вопрос, Паша. Мои дела с ним никак тебя не касаются…

— Пока не касаются, — перебил его Лазарев. — Пока, Дима. И поверь мне, я очень хотел бы, чтобы именно так и оставалось в дальнейшем.

— Так, может быть, расскажешь мне о причинах столь сильной озабоченности? — предложил ему Смородин. — Потому что даже если между нами и есть какие-то «дела», тебя они никак не касаются. И я не вижу ни единой причины для того, чтобы что-то тебе говорить.

К его удивлению, Лазарев ответил ему не сразу. Прошло почти с десяток молчаливых секунд, прежде чем Павел заговорил вновь.

— Видишь ли, Дмитрий, не так давно я допустил серьёзную ошибку.

— Даже так? Павел Лазарев признаёт, что совершает ошибки?

— Да, бывает и на моей улице праздник, — хмыкнул в ответ Лазарев. — И тем не менее, я её допустил. Я недооценил одного молодого человека. Сильно недооценил. И это могло выйти мне… давай просто скажем, что я мог получить от этого куда больше проблем, чем когда-либо мог ожидать.

— И потому ты здесь? — удивился Дмитрий, и Павел кивнул.

— Да, Дима. Я хочу тебя предупредить. Не играй с ним. Не пытайся обмануть или переиграть. Рахманов почует твою ложь задолго до того, как у тебя появится шанс ею воспользоваться…

— Паша, у меня нет привычки вести двойную или тройную игру со своими партнёрами, — резко, с укором, произнёс Смородин. — Как ты верно заметил — у меня есть с ним дела. Но условия нашего сотрудничества будут отражены чернилами. На бумаге, Паша. И мне этого будет достаточно.

— Потому что он Разумовский? — полюбопытствовал Лазарев, на что Смородин лишь усмехнулся.

— Потому что он молодой, хитрый и чертовски хороший адвокат, Паша. По крайней мере мне так кажется. На то, что он Разумовский — мне плевать с высокой колокольни. Дети не должны быть ответственны за грехи своих отцов. Ты знаешь моё мнение на этот счёт. Если бы предыдущий Император считал иначе, я бы никогда не получил титул, который принадлежал моему отцу.

На последних словах голос Смородина дрогнул, и в нём прорезались яростные нотки. Крошечное, едва заметное отражение уже утихшего, но всё ещё остававшегося в его душе гнева. Он не стал добавлять, что если бы дела обстояли именно так, то, скорее всего, он давно бы уже лежал бы в земле, рядом с могилой своего отца.

— А потому, я буду вести с ним дела так же, как вёл их с любым из своих деловых партнёров.

— То есть, если я попрошу тебя отказать ему в помощи по созданию собственной юридической фирмы, ты этого не сделаешь?

— Что я сделаю или не сделаю, Павел, тебя волновать не должно. В любом случае это решение будет принято только мной.

* * *

Едва только стоило мне войти в холл, как стоящая внутри охрана моментально повернула головы в мою сторону. Забавно, но сейчас, возможно, впервые за все мои визиты в этом месте в меня не тыкали оружием.

Почему? Да потому, что я впервые заранее договорился о своём визите.

— Ваше сиятельство? — поприветствовала меня довольно красивая девушка за широкой стойкой из чёрного мрамора.

Тут я не смог удержаться от смешка.

— Как вы быстро меня опознали.

Эти слова вызвали у неё короткую, но крайне холодную улыбку.

— Его сиятельство уже проинструктировал нас на ваш счёт, — произнесла она. — Можете пройти к лифтам. Вас проводят к нему в кабинет.

Кивнув в знак благодарности, я направился к лифтовому холлу и вызвал себе кабину. Поднимался лифт не так уж и долго. Уже через полминуты я вышел на шестидесятом этаже здания. В этот раз обошлось без сюрпризов и эксцессов. Когда двери лифта открылись, меня уже ждали.

— Прошу за мной, ваше сиятельство, — сказал высокий мужчина в строгом костюме, возможно, один из охраны. — Граф уже вас ожидает.

Вместо ответа я сделал приглашающий жест рукой, и охранник повёл меня по коридорам, пока мы не дошли до широкой и открытой с одной стороны галереи с выходящими на улицу панорамными окнами, откуда открывался вид на город.

Впрочем, долго видами я не любовался. Мой провожатый довёл меня до закрытых двойных дверей, приоткрыл одну створку и указал рукой внутрь помещения.

— Прошу вас.

— О, какие люди! — весело воскликнул сидящий в кресле за столом граф при виде меня.

— Константин, — кивнул я в знак приветствия.

— Заходи, садись, — усмехнулся Браницкий. — В общем, чувствуй себя как дома. Хочешь вниз, в клуб спустимся?

— Спасибо, но от твоего гостеприимства я воздержусь. Может быть чревато, — ответил я. В памяти всё ещё были свежи мерзкие, затуманенные наркотиками и алкоголем эмоции отрывающихся в клубе людей. Тот раз я запомнил надолго. — Да я и не развлекаться к тебе пришёл.

— Очень зря, Александр, — пожурил меня он. — Очень, очень зря. Отдыхать важно! Отдыхать полезно!

— М-м-м, слова знатока.

— А чего нет? — развёл он руками. — Я отдыхать люблю. Но что-то мне подсказывает, можешь называть это интуицией, что ты ко мне не отдыхать приехал. В противном случае мы бы с тобой уже ехали в «Орхидею».

Угу, интуиция. Я ведь ему это только что сказал.

— Опять ты со своим борделем…

— Эй, ты давай в голос восхищения добавь немного, да, — пригрозил он мне пальцем. — Я, между прочим, в это заведение всю душу свою вложил! Столько сил на него потратил! Девочек подбирал! Начальницу им подходящую искал. Такую, какой в рот… В общем, ей туда лучше ничего не класть. Откусит к чертям. И остальное сожрёт. Но не суть.

— Именно, что не суть, — фыркнул я. — Но ты не теряй надежды. Может я когда и соглашусь. А сейчас я хотел бы поговорить о деле. Точнее о двух.

Константин поудобнее сел в кресле.

— Давай, Александр, я слушаю тебя. Удиви меня.

— Мне нужен офис.

— Что?

— Что слышал. Я скоро открываю свою фирму, и мне нужно будет место для работы. Достаточно хорошее и дорогое для того, чтобы пустить людям пыль в глаза при первой встрече…

— Потому что ни чем другим ты ослепить их не сможешь, — весело ткнул меня он. — Да? Жирка не набрал. Веса у репутации и имени маловато.

— Да, — не стал я спорить. — Пока что дела обстоят именно так.

— Перебьёшься.

Его слова прозвучали почти капризно. Как у маленького ребёнка, которого родители просят не шуметь, а он всё равно продолжает стучать в недавно купленный барабанчик, несмотря на то, что на часах уже половина второго ночи.

Правда чего-то такого я от него и ожидал. По крайней мере в виде первой реакции.

— То есть даже Николай пошёл наперекор себе и оплатил свой долг перед тобой, а ты… отказываешься? — полюбопытствовал я. — Я ведь тебе жизнь спас. Забыл?

— Помню. И даже слишком хорошо.

— И?

— А я не хотел, чтобы ты меня спасал, — выдал он. — Вот дал бы сдохнуть, тогда другой разговор.

— Дал бы сдохнуть, тогда никакого разговора бы не было, — парировал я.

— Справедливо.

— Так что давай не ерепенься. Ты знаешь, что должен мне.

Заметив, как скривилось его лицо, я решил подсластить пилюлю. Нет, я знал, что он всё равно выполнит условия. Как бы это смешно ни прозвучало, но я не сомневался в том, что понятие «долг» для него важно. Другое дело, что на торте, пусть и горьковатом, всегда должна быть вишенка.

— И чтобы тебе было не так печально, — продолжил я. — Я хотел бы кое-что узнать. Насчет твоего хранителя.

Едва только мне стоило это произнести, как Браницкий тут же оживился, а в его глазах загорелся интерес.

— Что именно?

— У тебя он тоже сидит в странном… месте?

Другого слова я тут подобрать просто не смог.

— Да, — кивнул Константин, и его лицо исказилось в гримасе отвращения. — Бесконечная пустыня. С одним единственным грёбаным деревом, на котором чёртова курица сидит.

— Курица?

— Ну, там птица такая, здоровая, — пояснил он. — Фениксом себя зовёт. Ей богу, была бы возможность — придушил бы собственными руками.

— А, понятно. В общем, у меня есть несколько вопросов к тебе по этому поводу…

Разговор занял почти сорок минут, за которые я… нет, конечно же не узнал всё, что хотел. Но кое-что Константин для меня прояснил. Во-первых, с ним тоже случалось такое. Его собственный Хранитель переносил его в собственное, назовём это «пространством». И да, как и мой, он там тоже властвует в полной мере.

Видимо мой в этом плане не исключение.

Но в первую очередь меня волновало несколько другое. Самый главный и важный вопрос — может ли Хранитель следить за тем, что я делаю? Ответ Браницкого меня не обнадёжил — выходит, что да. Может. Конечно же в том случае, если учесть, что в этом отношении их возможности одинаковы. Выходит, что люди для источников своей силы нечто вроде проводников. Константин поведал мне о том, как несколько раз пытался сам решить свою проблему, но каждый раз Феникс останавливал его от этого действия, ставя одно и тоже самое условие — дать ему нового проводника взамен. Вроде звучит и логично, но вот Браницикий, в силу одному ему известных причин, делать этого не собирался. По его словам, каждый раз, когда он не просто размышлял об этом, а предпринимал конкретные действия, Хранитель останавливал его.

Это что тогда получается? Они могут видеть и слышать всё то, что видим мы, но при этом наше собственное сознание для них закрыто? Так что ли?

Тогда как так вышло, что Андрей поехал кукухой? Совпадение? Одни вопросы и никаких ответов. Наверно придётся помучить ещё раз Лара. Или узнать у него имя того ушастого, который сможет дать мне более чёткий ответ на этот вопрос.

Эх, жаль, что Эри ушла и даже номера своего не оставила. Да, может быть она и не особо понимала в устройстве собственных печатей, которые мы с таким трудом с неё сняли, но вот в работе с разумом она была хороша. Это признавал и сам Лар.

Впрочем, есть ещё несколько вариантов, которые я собирался проработать.

Выходя из здания почти час спустя, я раздумывал над тем, чем стоило бы заняться дальше. По идеи самое лучшее — это решить наконец проблему Елены.

Я взял у Виктора номер нового начальника её охраны. После случившегося в клинике они мне… ну, не то чтобы безоговорочно доверяли, но кое-какие доверительные отношения у нас с ними сложились. И даже более или менее хорошие, что не могло не радовать. А потому я объяснил им причину своего беспокойство относительно их госпожи. И попросил сообщить мне, если у той появятся проблемы. Любые. Уж не знаю, сдержат ли они своё обещание, но хотелось верить, что ответ будет «да».

Потому что-то, что мне рассказал Валерий Добрынин — тот самый новый начальник охраны Распутиных, хорошего настроения не прибавляло. По его словам Елена из открытой и доброжелательной девушки постепенно всё больше и больше превращалась в язвительную и нервную особу, которая могла устроить скандал даже по малейшему поводу. Единственными минутами, когда она возвращалась к прежней себе были моменты, когда к ней приезжала Ева. Появление подруги давало ей шанс уцепиться за прошлое двумя руками.

И, что самое важное, на каждую попытку Виктора поговорить или вообще как-то с ней взаимодействовать, она каждый раз находила какие-то оправдания.

М-да. Пахнет бедой. Тут, наверно, следовало бы самому с ней поговорить, да только вот на мои звонки она тоже не отвечала. А если и отвечала, то делала из разряда «на отвали». Привет. Как дела. Нормально. У меня тоже. Всё, прости, мне бежать надо. Пока, Саша. Вот примерное содержание всех наших с ней диалогов за последний месяц. Такое себе.

Примерно с такими мыслями я шёл к своей машине, припаркованной у поребрика, когда, совсем неожиданно для себя, ощутил чужие эмоции. Пристальное чужое внимание, направленное именно на меня.

Огляделся по сторонам и увидел стоящую метрах в десяти машину. Чёрный седан премиум-класса. Водитель обратил внимание на то, что я смотрю в его сторону, и призывно мигнул фарами. Когда я не сдвинулся с места, он повторил, видимо желая показать, что это не было случайностью.

Любопытно.

Убрав ключи от машины обратно в карман, направился к нему. Ещё когда мне оставалось несколько шагов, стекло задней двери опустилось.

— Добрый вечер, Александр.

— И вам не хворать, ваше сиятельство, — по привычке сказал я, глядя на сидящего на заднем сиденье Павла Лазарева. — Знай я вас чуть хуже, то обязательно спросил бы, каким ветром вас сюда занесло, но…

Продолжать я не стал и просто пожал плечами, чем вызвал у графа усмешку.

— Александр, не хочешь ли ты прокатиться со мной? — спросил он.

— Знаете, при всём моём к вам уважении, что-то не хочется.

— А я бы на твоём месте всё-таки согласился бы, — продолжил настаивать он. — Геннадий сделает небольшой круг вокруг района, и через десять минут мы приедем сюда же. Обещаю, наш с тобой разговор не займёт много времени…

Отправить