Глава 18

Прошедший разговор не выходил у меня из головы. Я всё думал и думал над ним, прокручивая его в голове. Снова и снова. Фразу за фразой. Вот вроде, если по лицу судить, то Павел был искренен. Но…

Ага, так я и поверил. Такие резкие изменения в планах не могут происходить просто так. Хотя нет. Я неправильно выразился. Они никогда и не происходят просто так. Для этого нужен стимул. Нужен мотив. А я ни за что не поверю в то, что Павел Лазарев мог принять такое решение, не имея для этого веского повода. А значит, что? Значит, этот повод есть. Вопрос только в том, какой именно.

А вот то, что я этого не знаю, меня не слабо так раздражало.

— Александр, ты слушаешь меня?

— Прошу прощения, — немного рассеянно ответил я, возвращаясь к разговору. — Задумался.

— Уверен, что не заснул? — на всякий случай спросил Владимир, присмотревшись к моему лицу. — А то у тебя такой вид, будто ты всю ночь не спал.

— Нормально всё, — отмахнулся я. — Значит, всем всё выплатили? На этом конец?

— Да, — Владимир кивнул и показал мне банковские документы.

Быстро просмотрев их, я убедился, что это выписки со счёта, куда поступили деньги от Лазарева. Скворцов предоставил мне все бумаги, из которых следовало, что ни одна копейка не ушла мимо целей. Впрочем, похоже, что и сам Владимир своей выгоды не упустил. Помимо покрытия судебных расходов, а также денег на работу его фирмы по этому делу, я так и не понял, куда именно пропали пятьдесят тысяч рублей. Нахмурившись, бросил взгляд на абсолютно спокойного Скворцова и вновь просмотрел документы.

— Что-то не так? — уточнил он.

Странные, однако, у него эмоции.

— Хороший вопрос, — вздохнул я и вновь поднял свой взгляд на него. — Скажи мне, если я ошибаюсь, но я не вижу, куда ушли ещё полсотни со счёта.

На его лице появилась улыбка.

— Лучше вместо объяснений я дам тебе это.

С этими словами он достал из кармана прямоугольный листок и протянул его мне. Теперь понятно. Банковский вексель. Наподобие тех, которыми пользовались аристократы. Вон и печать банка, и все прочие отметки на дорогой бумаге. И сумма — пятьдесят тысяч рублей.

— И что это?

— Твой гонорар, — пояснил Скворцов. — Мы в любом случае выбили с них куда больше денег, чем я рассчитывал. Больше, чем я мог даже мечтать, если уж говорить начистоту.

— Я работал…

— Да-да-да, — торопливо прервал он меня. — Ты работал потому, что Марина попросила тебя об этом. Я помню.

При этом всё радостное предвкушение, которое он испытывал до этого момента, резко оказалось омрачено другими, куда более тёмными и неясными эмоциями, едва только речь зашла о его дочери.

— Но я всё равно хочу, чтобы ты взял деньги, — продолжил он. — И давай не будем делать вид, будто ты их не заслуживаешь, Александр. Если уж говорить по-честному, то я сейчас держу в руках этот вексель только благодаря тебе. И все мои клиенты получили свои деньги именно благодаря твоему плану.

— Потому что мы для этого и работали, — не преминул я ему напомнить. — Владимир, всё это и затевалось ради ваших клиентов.

— Именно, — закивал он. — И потому я поговорил с ними, чётко объяснив, насколько важным было твоё участие в положительном исходе нашего дела. И все они согласились с тем, что ты заслуживаешь награду.

А вот теперь я удивился.

— Что, прямо все?

— Да, то, что я держу в руках, это не сумма, которую я вычел. Это деньги, которые каждый из моих клиентов согласился отдать тебе.

— Что, прямо вот ровно пятьдесят тысяч вышло? — с лёгкой улыбкой спросил я, чем вызвал ответную ухмылку на лице Скворцова.

— Не совсем, — покачал он головой. — Каждый отдал столько, сколько счёл нужным. Тут уж я ничего поделать не могу. Вышло тридцать девять с небольшим. Остальное я добавил уже из своего кармана. Поступить иначе я счёл бы несправедливым по отношению к тебе.

Мда-а-а-а. Однако. Вот вообще не ожидал, если честно. Я в это дело влез без задней мысли. Абсолютно не думая о деньгах. Моей мотивацией было помочь Марине. Точнее, помочь её отцу, но именно по её просьбе. Короче, о прибыли я тут не думал. Да, немного идеалистично, но не всё в мире измеряется деньгами.

Поэтому такой жест со стороны Скворцова, который, вообще-то, не должен был этого делать, выглядел приятно.

— Ну, раз уж так обстоят дела, то не вижу смысла отказываться, — сказал я и, протянув руку, забрал у Владимира вексель. — Благодарю.

— По-хорошему, это мне надо тебя благодарить, — произнёс он, глядя на то, как я поднимаюсь на ноги. — Александр, прежде чем ты уйдёшь, я хотел бы спросить тебя…

— Нет, Владимир Викторович, — произнёс я, надевая собственную куртку. По его эмоциям мне слишком легко было догадаться, о чём именно он хочет спросить.

— Да-да, я помню, что у тебя нет лицензии, — напомнил он, вставая из кресла вслед за мной. — Но, насколько я знаю, ты собираешься получить её…

— Я получу её, — поправил я его. — Но я не пойду работать к вам.

На его лице появилось недоумение.

— Могу я спросить почему?

— Можете. Я не хочу работать на вас, — сказал я и тут же добавил: — И нет. Не в вас дело. Я понял, что не хочу работать на кого бы то ни было. Я собираюсь открыть свою собственную фирму. И буду работать самостоятельно.

Кажется, что мой ответ его неслабо так удивил.

— Но какой в этом смысл? Без репутации, клиентов…

— Репутация и клиенты, Владимир Викторович, дело наживное, — пожал я плечами. — Я молодой. Времени у меня полно. Наработаю. В остальном же моя позиция неизменна.

— Ясно…

— Но это не значит, что я не смогу помочь, если такая помощь потребуется, — добавил я и улыбнулся. — Если только…

— Если что? — не понял он.

— Если вы соизволите поговорить с Мариной и прояснить ваши вопросы, — уже холодно сказал я, глядя ему в глаза. — Я понятия не имею, что случилось в вашей семье. На самом деле, если уж говорить честь по чести, я и знать этого не хочу. У меня своих проблем столько, что я только и занимаюсь тем, что бегаю из угла в угол и тушу пожары. Но!

Я поднял указательный палец.

— Марина мне небезразлична.

Мои слова заставили его нахмуриться.

— Небезразлична? Как…

— Как очень близкий друг, — перебив его, я дополнил свой ответ, чтобы не оставлять недосказанностей. — И поэтому мне чисто по-человечески тяжело смотреть на то, какую боль ей приносит ваше к ней отношение. Примиритесь…

— Я не ссорился со своей дочерью! — куда резче, чем ему в действительности хотелось, воскликнул он, опять не дав мне договорить.

— Владимир, я не хочу, чтобы вы мирились с ней. Она тут не причём. Примиритесь сами с собой и своим прошлым, если уж на то пошло. Или не делайте этого. Мне наплевать, если говорить по правде. Но прекратите вываливать свою злость на неё. Она этого не заслуживает.

Он ничего не ответил, да я и не ждал, что он что-то скажет. Учитывая, что он чувствовал в этот момент, тема явно эта была слишком болезненна, чтобы обсуждать её с кем-то.

— Всего вам хорошего, Владимир Викторович, — произнёс я на прощание и вышел из его кабинета. Пройдя через офис и не особо обращая внимания на остальных сотрудников, я вышел в коридор, а затем спустился вниз на лифте и покинул здание.

С этим делом вопрос решён, и это хорошо. Да, конечно же, было бы очень здорово добиться вот прямо полной справедливости. Красивой такой, в блеске правосудия и всего прочего. Чтобы Харитонова посадили за устроенную им же аварию. Чтобы тех, кто пытался скрыть его преступление, осудили и упекли в камеры следом за ним. Чтобы всё его семейство подверглось осуждению. Чтобы прохожие на улице кричали: «Гоните их, насмехайтесь над ними».

К несчастью, мы живём в реальном мире, и не всегда можно добиться всего, чего тебе хочется. В нашей ситуации мы сделали всё, что было в наших силах. Голицына и Харитоновы отозвали все свои претензии. Пострадавшие получили компенсации таких размеров, что, если не сорить бездумно деньгами, некоторые из них смогут по несколько лет жить вообще не работая. Хорошо это?

Как я уже сказал, мы живём в реальном мире, так что это куда лучше того, на что они могли надеяться.

Теперь осталось лишь одно дело, и решать его следовало прямо сегодня. Тем более, что сообщение от Лара я уже получил.

Достав телефон, я сначала вызвал себе такси, и только потом набрал Ксюшу.

— Привет, — через несколько секунд ответила она.

— Привет, Ксюша. Не помешал?

— Не, бар же ещё закрыт.

А, точно. Сейчас же ещё даже двенадцати нет, и суббота. «Ласточка» не работала до двух вроде или трёх. Не помню точно. Да и неважно это сейчас.

— Ксюша, скажи, там Эри рядом?

— Да, что с ней станется? — тут же фыркнула в телефон сестра. — Дрыхнет, наверно, или снова свои сериалы смотрит. Опять отказалась со мной и Пушком пойти гулять утром…

— Так, стоп, — перебил я её. — Пушок?

— Ну да. Ты же…

— Так, проехали. Хватит давать имя моему псу…

— Ты же всегда говорил, что он тебя раздражает, — тут же упрекнула меня она. — Даже имя ему дать не сподобился. А я…

— Я сказал, хватит, Ксюша. А не то…

— Что? — сразу же спросил она, и я услышал веселье в её голосе.

А ведь и правда, что?

— Короче, Ксюха, скажи Эри, что я еду домой и скоро буду. Чтобы была готова.

— А к чему она должна быть готова… — тут же попыталась спросить сестра, но отвечать я не собирался.

— Просто передай ей, хорошо? Она знает, о чём я.

— Ладно, передам.

Вот и отлично. Пришла пора разобраться с этим делом.

* * *

— Эри, успокойся, — попросил я, когда она снова едва не начала скандалить прямо в машине.

Впрочем, слово «скандалить» тут подходило так себе. Скорее уж рвать и метать.

— Я не понимаю, почему мы должны тратить время и добираться на этой проклятой машине, вместо того чтобы я просто телепортировала нас на место! — вскинулась альфа, зло скрестив руки на груди.

— Потому что Лар сказал тебе не использовать магию за несколько часов перед этим, — практически слово в слово повторил я ей слова племянника.

Правда делал я это уже в третий раз, кажется. Помогало слабо.

Едва только я приехал в «Ласточку», как взбесившаяся альфа едва не накинулась на меня с требованиями ехать вот прямо сейчас! К счастью, мне удалось несколько поумерить её пыл. Нет, конечно, я понимал, что ей не терпелось избавиться от этой проклятой во всех смыслах печати, что сковывала её свободу. Но дурить из-за этого и сходить с ума на пустом месте не позволил. Так что мы дождались ещё одного сообщения от Лара с нужным адресом и поехали.

Что бы он там не собирался делать, проводить подобную «операцию» в своей мастерской он отказался наотрез. На вопрос о том, почему, ответил довольно просто. Во-первых, по его же собственным словам, подобное он делал впервые и не знал, к каким именно последствиям может привести насильное снятие столь сложной печати. Во-вторых, это была ЕГО ЛЮБИМАЯ мастерская. Ему её жалко было.

Указывать на то, что эта фраза как бы приводила к мысли о том, что Эри ему жалко в куда меньшей степени, я не стал. Не собираюсь я лезть в эти сложные семейные альфарские отношения.

— Успокойся, — почти что приказал я ей. — Лар сказал, что он готов, значит, он готов. Всё равно без него ничего не выйдет, и ты должна это понимать. Так что сиди и терпи.

Она ничего не ответила, вместо этого надувшись и отвернувшись в сторону окна. Эмоции её я читать не мог, но уже успел достаточно хорошо узнать Эри, чтобы заметить мелкие признаки тяжёлого нервного напряжения и едва сдерживаемого порыва к действиям.

С другой стороны, кто я такой, чтобы её осуждать? Вряд ли на её месте я бы вёл себя по-другому.

Машина свернула пару раз и въехала на территорию портового района. Не нравилось мне тут. Несмотря на прошедшее время, всё ещё свежи в памяти воспоминания о той ночи, когда я впервые познакомился с харутом. Правда, в тот раз он явно собирался нами поужинать.

Короче, мне тут не нравилось.

Таксист повернул налево и остановился у обочины. Поблагодарив его, мы выбрались наружу. Эри тут же втянула носом воздух и поморщилась.

— Тут воняет, — немного капризно заявила она.

— Спасибо, Капитан Очевидность. Это порт, — пожал я плечами. — Тут должно пахнуть рыбой, так что нечего удивляться.

— А гнилой рыбой тут тоже пахнуть должно? — уточнила она, на что я, опять-таки, просто пожал плечами.

— Пошли, — сказал я, накинув капюшон куртки, чтобы прикрыть голову от падающего снега. — Тут идти недалеко.

Понятия не имею, за каким чёртом Лар выбрал это место. Кажется, он нашёл его в самом паршивом месте всего портового района, на самом отшибе складской зоны. И запахи тут, несмотря на холодную погоду, были, мягко говоря, не самые приятные. Впрочем, как я уже сказал, мы сюда не наслаждаться свежим воздухом приехали.

Свернув по улице, дошли до огороженной складской зоны. Я ещё раз сверился с картой и нашёл нужное строение. Что-то вроде небольшого пакгауза, стоящего поодаль от основной массы строений. Быстро найдя вход, я подошёл ближе к железной двери и увидел на ней огромного вида тяжёлый замок. Да и вообще, дверь эта выглядела так, словно её никто не открывал лет пять. Или десять.

— Ну и? — недовольно спросила Эри. — Что дальше?

— Отличный вопрос, — хмыкнул я, доставая телефон и набирая номер. — Сейчас и спросим.

Ответили мне быстро.

— О, Александр! — радостно воскликнул альф. — А я уже думал тебе звонить. Вы где?

— Стоим у входа в здание, адрес которого ты мне дал, — сообщил я, оглядываясь по сторонам.

— О! Вообще замечательно! Я уже почти всё подготовил. Заходите.

— Лар, тут замок на двери…

— Да, заходите.

— Я тебя услышал. Как? Говорю же, тут замок на двери.

— Александр, ну не тормози. Ну через дверь же. Чего тут непонятного…

— Что он говорит? — спросила Эри.

— Говорит, чтобы мы через дверь зашли, — немного раздражённо передал я ей слова Лара, не совсем понимая, в чём смысл бодаться головой об эти железные ворота.

А вот Эри, похоже, быстро смекнула, что нужно делать. Присмотрелась к двери, а затем кивнула.

— Всё поняла. Ловко он это сделал.

— Что сделал… — не понял я, но даже закончить не успел, как она схватила меня за руку и потащила за собой. Прямо в дверь.

Я даже возразить ей не успел. Эри шагнула вперёд и просто прошла сквозь нее. Стальное полотно пошло рябью, как если бы кто-то кинул камень в воду. Альфа протащила меня за собой следом, и я даже осознать не успел, как оказался на другой стороне. Ощущение было такое, будто через тепловую завесу прошёл, которые на входе в торговые центры ставят. Только наоборот. Как если бы через поток холодного киселя прошёл. Короче, так себе ощущения.

Зато после этого сразу стало тепло. И пахло тут приятно. Травками какими-то.

— Офигеть, — я оглянулся по сторонам. — Так, значит, вот где он живёт?

— Не живу, — поправил меня голос откуда-то сбоку. — Скорее просто провожу здесь, так сказать, личные эксперименты.

Лар подошёл к нам, как всегда с довольной и весёлой улыбкой. А я осмотрелся по сторонам. Больше всего это место напомнило его мастерскую в аукционном доме, как бы смешно это ни прозвучало. Много свободного пространства. Столов и верстаков, заставленных разного рода предметами. И если одни выглядели довольно обыденно, как, например, компьютеры, блокноты и разного рода инструменты, то вот назначение других я даже угадывать не взялся бы.

В остальном же общий дизайн, в котором было выполнено место, подходил ближе всего к определению «лофт». Это если забыть о том, кто здесь жил.

— Всё готово? — требовательно спросила Эри.

— Почти, — кивнул Лар. — Осталось только пару мелочей подготовить, и минут через пятнадцать-двадцать можем начать. Можешь пока раздеться и подготовиться. Я позову тебя.

Сказав это, он указал в сторону одной из дверей.

Эри не стала терять время. Просто кивнула и направилась к ней.

— Пойдём, — позвал меня Лар.

— Ты уверен, что всё сработает? — на всякий случай спросил я, идя рядом с ним.

— Уверен ли я в этом? — переспросил он, склонив голову набок, будто мой вопрос вызвал у него недоумение. — Нет, конечно. Александр, что за чушь? Конечно же я не уверен. Раньше я не работал с такими техниками, так что буду действовать почти на ощупь…

Я сразу же вспомнил то, что он мне говорил ранее по телефону.

— Подожди, Лар, но ты же сказал, что…

— Что я могу это сделать? — вспомнил он свои собственные слова. — Да. Думаю, что могу. Но вот получится ли у меня с первого раза — это совсем другой вопрос.

На это мне оставалось лишь вздохнуть.

— Просто потрясающе.

— Добро пожаловать в мир настоящей магии, Александр, — негромко рассмеялся он.

Угу, спасибо, как-нибудь обойдусь.

Мы подошли к одному из столов, что стоял перед полностью расчищенным от мебели местом в центре помещения. На столе стояли на первый взгляд абсолютно случайные предметы. Куча белых, как первый снег, листов бумаги. Заполненные непонятной темно-синей жидкостью пузырьки. Многоразовые маркеры для рисования. Какие-то камушки — каждый в своём футляре из прозрачного пластика.

Подойдя ближе, я взял один из маркеров и повертел его в пальцах.

— Это зачем?

— Чтобы рисовать, разумеется, — не глядя на меня, сказал Лар, взяв со стола листы.

Он вышел перед столом и начал аккуратно раскладывать их по полу, явно следуя одному ему известному плану.

— Маркеры?

— Ну не кистями же это делать, — весело фыркнул он. — Неудобно же. На дворе двадцать первый век, Алекснадр. Так проще, быстрее и удобнее.

Блин, если он сейчас скажет, что нужное заклинание в приложении на телефоне подсмотрел, то, наверно, я и не удивлюсь вовсе.

— Слушай, Лар, а как вообще всё это работает?

— Что именно?

— Ну, ваша магия.

Альф положил один из листов на пол. Отошёл на пару метров. Присмотрелся. Затем подошёл обратно и переложил его на пару сантиметров левее.

— Магия, Александр, это сложная штука.

Тут бы глаза закатить, но я сдержался.

— А я и не догадывался, — негромко пробормотал я, но он всё равно услышал.

Оно и не мудрено, с такими-то ушами…

— Ничего удивительного, — пожал он плечами, продолжая делать свое дело. — Вам, людям, в каком-то смысле повезло и не повезло одновременно. Дарованная вам связь с источниками ваших сил в большой степени упростила для вас взаимодействие с магической энергией. Источник вашей Реликвии даёт вам и возможность, и энергию для её использования. По сути, всё, что от вас требуется — это проявить желание использовать эту силу. У нас же всё иначе. Каждый альфар обладает врожденным источником этой энергии. Она есть в каждом из нас. Да, у кого-то ее больше. У кого-то меньше. Но есть она у всех. И это чистая сила. Без чужих примесей и посредников. Понимаешь?

— Ну, давай предположим, что понимаю, — хмыкнул я.

— Отлично! Так вот, для того, чтобы взаимодействовать с ней, есть много способов. Но самым распространённым и одновременно наиболее функциональным остаются руны. Мы их называем по-другому, но у вас, людей, наиболее популярно именно такое название.

Я вспомнил, как видел магию Эри в действии, когда мы оказались заперты в сознании Елизаветы. Кажется, она создавала какие-то структуры из символов на поверхностях.

— Именно, — кивнул Лар, когда я рассказал ему об этом. — Эри — это хороший пример. Она заучила несколько комбинаций и способна вырезать их на материале с помощью собственной энергии и силы воли.

Мне в голову вдруг пришла мысль.

— То есть, если я выучу ваш язык, то могу сделать то же самое? У меня ведь есть источник силы. Люди же могут делать артефакты, разве нет?

Услышав это, Лар весело рассмеялся.

— Александр, ну не говори ерунды, прошу тебя, — он снисходительно посмотрел на меня. — То, что делаете вы, люди, — это всё равно, что решать математическое сложение примеров наподобие «два плюс два» или что-то в этом роде. То, что сейчас собираюсь сделать я, это высшая математика в самом суровом её проявлении. Пока вы, люди, складываете из буковок коротенькие слова, я собираюсь написать прекрасную поэму со сложной структурой. Так мало того, в этой поэме каждое слово может означать сразу несколько значений, пока у вас «стул» это «стул». Понимаешь?

— Ну, допустим, понимаю, — буркнул я.

— Что, уже захотел ко мне в ученики записаться? — улыбнулся он, отвлёкшись от своего дела.

— У меня своих учеников хватает, — отмахнулся я. — Но, если в двух словах, как это работает? Вот написал ты свои руны, а какой принцип?

Он задумался, а затем повернулся и указал на стол.

— Дай мне один из футляров, пожалуйста.

Удивленный такой резкой сменой темы общения, я взял один из них и передал Лару.

— Вот так это и работает, — сказал он, принимая футляр из моих рук.

— Не понял.

— Я попросил тебя с помощью слов сделать то, что нужно мне, — пояснил он, подбросив футляр в руке. — И ты сделал. Нужно только слова правильные подобрать. Это если упрощать до крайности.

О как. Это что? Получается, что в своем роде тоже маг? Только оперирую законами и лазейками в них?

Попытка раскрутить эту мысль грозила вызвать у меня мигрень, так что я просто выкинул её из головы. Сейчас не до посторонних мыслей.

Закончив, Лар ещё пару раз проверил свою работу, после чего позвал Эри. И, естественно, она не заставила себя ждать. Вышла к нам. Абсолютно голая.

— Ты же уже видел меня голой, — нахмурилась она, заметив мой взгляд.

— Ну видел, — не стал я спорить.

— Тогда чего пялишься?

— Красиво, — пожал я плечами, сказав чистую правду.

Своей наготы она не смущалась ни на мгновение. Но вот, встретившись со мной глазами, взгляд все-таки отвела.

— Я так понимаю, отсутствие одежды — необходимость? — уточнил я, и Лар кивнул.

Он в этот момент аккуратно переливал черно-синюю жидкость в один из маркеров, предварительно сняв с того крышку.

— Конечно, — заявил альфа, закрутив крышку на место и потерев маркер. — Мне же нужно пространство для работы, а тряпки будут лишь мешать. А теперь можешь сесть куда-нибудь. Это займёт время.

Спрашивать что-то я уже посчитал просто бесполезным, так что просто отошёл в сторону, наблюдая за происходящим. Эри по просьбе Лара уселась по-турецки в центре созданной им плоской фигуры из разложенных листов бумаги и расставленных рядом с ними кристаллов в футлярах. Сам же Лар принялся медленно и очень аккуратно наносить на её тело хитрый и потрясающей сложности узор. Лоб, лицо, шея, плечи. Дальше спина, плечи, руки. Линия за линией. Росчерк за росчерком. Когда запас «чернил» подходил к концу, он просто заполнял маркер заново и продолжал. И делал это с аккуратностью и педантичностью художника, пишущего свой лучший шедевр. И продолжал это, пока эти «каракули» не покрыли почти всё её тело.

— Готово, — заявил он спустя почти три с половиной часа, за которые, к собственному стыду, я даже задремать успел. — Я закончил.

— Начинай, — почти сразу же приказала ему Эри.

И вот тут я стал свидетелем крайне удивительного события. Ещё никогда доселе я не видел выражения неуверенности на его лице. До этого самого момента.

— Тётушка, должен предупредить тебя, что процесс не будет ни приятным, ни лёгким, — проговорил он. — Есть риск того, что ты можешь это не пережить. Ты уверена, что…

— Начинай, — повторила она, и в этот раз её тон не терпел возражений.

Лар несколько секунд смотрел на неё, после чего лишь пожал плечами.

— Хорошо. Но, если что, то я предупреждал тебя. Это твой выбор.

Сказав это, он щёлкнул пальцами. Пол под нашими ногами вспыхнул светом. По крайней мере, мне так показалось. Лишь через несколько мгновений я понял, что на самом деле его покрывали крошечные символы. Просто их было так много и светились они настолько ярко, что я сначала не смог их разобрать.

Но уже через несколько секунд свечение стало слабеть, пока наконец не перестало резать глаза.

— Александр, отойди подальше, — приказал мне Лар, и я не стал с ним спорить. Встал из кресла и отошел метров на шесть от них.

— Ну что же, — альфа встряхнул руками, будто заправский пианист. — Давайте начнём.

И хлопнул ладонями.

Её безумный крик в этот момент больше подходил отчаянному воплю дикого животного, с которого заживо снимали кожу.

Отправить