Глава четырнадцатая
«Праздник к нам приходит»

Летт, на котором нас доставили на этот самый императорский вечер, тоже был императорским. Мало того. Он был личным леттом великой княжны, которая не поленилась сама прилететь, чтобы забрать, как она заявила, своих друзей. То есть нас! Надо было видеть лица присутствующих при этих словах. Мне показалось, что вся моя пятерка просто лопнет от удовольствия. Пришлось и мне нацепить благодарное выражение.

Полет прошел, как это принято говорить в моём прошлом мире, в теплой и дружеской обстановке. А учитывая, что летт Софьи был практически готовой квартирой с холодильником, баром, мягкими креслами и прочими прелестями цивилизации, в нём можно было практически жить. Так что наш путь до Кремля прошел весьма ненапряжно.

Приземлились мы непосредственно перед Большим кремлевским дворцом. На этот раз я удостоился чести увидеть его лично, а не в здешнем Интернете. И да, вживую выглядел он гораздо солиднее.

Софья отправилась переодеваться «к выходу», как она заявила, и передала нас пожилому представительному мужчине, который представился как Афанасий, второй распорядитель бала. Меня так и подмывало уточнить количество этих распорядителей, но я подавил в себе это желание, решив, это будет нескромно.

Вместе с ним мы и направились во дворец. Поднявшись по широкой лестнице, прошли в гостеприимно распахнутые массивные двустворчатые двери и оказались в огромном фойе. Здесь находились, как понял, раздевалка и туалетные комнаты. В каком-то явно творческом беспорядке по нему были разбросаны диваны, на которых расположились гости. Кстати, их уже было немало. И да, на их фоне наши девушки точно не терялись. Даже, я бы сказал, могли дать фору, учитывая, что, как и те, нацепили всевозможные украшения.

В общем, бриллианты сверкали в ушах, на запястьях и груди. Про великую княжну я вообще не говорю: то изящное колье, которое украшало её шею, было настоящим произведением ювелирного искусства. И, судя по восхищенным взглядам моих спутниц, стоило, видимо, целое состояние. Я в драгоценных камнях не разбирался, но к образу Софьи оно подходило идеально. По крайней мере, на мой взгляд, оно идеально гармонировало с её воздушным светло-голубым платьем.

Скользили официанты с подносами, разнося напитки. Но задерживаться здесь мы не стали. Софья сразу повела нас к ещё одним распахнутым, щедро украшенным позолотой белым дверям, за которыми, как я понял, находился главный зал. Из него доносилась негромкая музыка, и, как выяснилось, народ периодически перетекал из одного зала в другой.

— Двадцать минут до начала, — сообщила мне Софья, раскланиваясь на ходу с присутствующими, которые привставали, едва завидев великую княжну. Но получалось, что и нас они таким образом приветствовали. Странное знакомство происходило. Однако на себе я чувствовал любопытные взгляды — сейчас все потянутся в большой зал. Так что не будем задерживаться.

Сам же зал меня сильно не удивил. В принципе, его убранство я уже видел в Интернете, так что ничего нового. Лишь рябило от позолоты гораздо сильнее, чем на фотографиях. В одной половине несколько рядов столов, накрытых белыми, щедро накрахмаленными скатертями. Сверкающий, до блеска начищенный фарфор и хрустальные фужеры, игравшие разноцветными красками в ярком свете висевших под сводчатыми потолками массивных люстр, на которых горело множество магических огней.

Ну а немного дальше, на небольшом возвышении, можно сказать, в центре зала располагался, как я понял, императорский стол. И вот где было изобилие еды… даже запеченный целый поросенок на огромном серебряном блюде. И за ним, кстати, никого не наблюдалось.

Великая княжна подвела нас к одному из столов. Сейчас около них народу было немного.

— Здесь каждому отведено место, — сообщила нам Софья, — у вас оно здесь.

Я осмотрелся. В принципе, неплохо. Не на самых задворках и не перед императорским столом. В общем, самое, на мой взгляд, грамотное расположение. Княжна удалилась, сообщив, что к нам подойдет после официальной части. Ну и ладно.

Мы остановили одного из фланирующих между столами официантов и слегка разгрузили его поднос. Учитывая отсутствие рядом моей палочки-выручалочки в подобной ситуации — Иви, я решил ударить по белому сухому. Остальной народ, за исключением Игоря, поддержал мой выбор. Мы выпили за наступающий Новый год и закусили какими-то тарталетками и бутерами с чёрной икрой. Надо же… стол, конечно, не ломился от еды, на нём типа всё было красиво разложено и нарезано… но голодными тут точно никто не останется.

Следующие десять минут я наблюдал, как в зал начал вливаться народ из фойе. Неспешно шествовал цвет аристократии Российской империи. Рядом со мной оказалась Холмогорова, которая, как оказалось, гораздо более подкована в светской жизни, чем остальные. Так что она взяла на себя проведение ликбеза, шёпотом поясняя, кто есть кто. Хотя один хрен запомнить всех этих Разумовских, Дашковых, Кутузовых, Суворовых и тому подобных я не смог. Ну вот всегда у меня была плохая память на лица. И в Рочестене, в новом теле, она осталась такой же плохой.

В общем, передо мной прошла вся первая десятка здешнего аристократического рейтинга. Ну а последним появился император. Василий Шуйский был одет в военный мундир с пышными эполетами. Почему-то он напомнил мне гусара. Правда, этакого постаревшего и тучного. При его появлении сразу наступила тишина. Его сопровождала уже хорошо знакомая мне свита. Судя по всему, она не менялась совсем.

Хотя нет, я не прав. К трем отпрыскам императора и его двум женам добавились кроме Воронцова ещё Бенкендорф и несколько человек, которых я не знал. Если верить Насте, ими были глава МИД Российской империи Иван Велизаров, невысокий худой человек в очках, с явно еврейским лицом и каким-то цепким и проницательным взглядом, и глава имперской канцелярии Роберт Брюс. Надо же, какая известная мне фамилия… ну выглядел он чем-то похожим на своего аналога из моего мира по имени Яков. По крайней мере, каким того изображали на портретах. Я вообще уже говорил, что увлекался историей… и вот как раз петровское время меня интересовало больше всего. И знал я его довольно хорошо.

Вся эта представительная процессия остановилась и очень медленно стала пробираться через выстроившуюся перед ней толпу, которая прямо-таки горела желанием поприветствовать самодержца всероссийского. И в этот момент рядом с нами появилась великая княжна.

— Павел, — улыбнулась она мне, — тебе надо идти со мной.

— В смысле? — не понял я, недоуменно переглянувшись с друзьями. Те так же недоуменно смотрели на Софью.

— Ну мой отец приглашает тебя за наш стол.

Эта фраза произвела эффект разорвавшейся бомбы. Я-то думал, что моя пятерка уже привыкла не удивляться всему тому, что происходило со мной. Но, видимо, пока ещё этот момент не наступил.

— Хм… — Я покосился на своих спутников. — Как-то оставлять…

Мои слова произвели ещё большее впечатление чем первые.

— Да ты что! — выпалила Холмогорова. — Мы подождем! Вот точно не переживай. Тебя император приглашает!

И в глазах смотревших на меня друзей было такое искреннее непонимание, что я невольно улыбнулся.

— Ладно, пошли, — пожал плечами.

Вот, честно говоря, сам себе удивляюсь. Вроде император. По идее, я должен в любом случае испытывать перед ним если не священный трепет, так всё равно что-то в этом роде… но не испытывал. Сам не знаю почему.

Итак, меня отвели за императорский стол и посадили рядом с Софьей. Это не то чтобы с краю, просто где-то недалеко. Первые места от императора, который сидел во главе стола, заняли обе жены, наследник с моим заклятым «другом» Сергеем, и только потом мы. А я оказался между Софьей и Воронцовым. Блин, лучше не придумаешь. К тому же глава имперской СБ, по-моему, многозначительно посматривал на меня. Вот же… честно говоря, нахрен такая честь… надо будет после официальной части к своим свалить. В баню всю эту императорскую кодлу.

Тем временем началась официальная часть. Поднявшийся Василий IV Шуйский задвинул невероятно пафосную речь. Но надо признать, что голос у императора был вполне себе поставленным, да и вообще говорил он очень убедительно и красноречиво. Думаю, без магии тут точно не обошлось.

Само содержание речи несложно было предугадать. Пафосный пафос, короче. Но, с другой стороны, вполне логично. Что ещё может говорить император? Но его речь, как и полагается, слушали стоя и в полной тишине. А после того как он закончил, музыка заиграла уже громче. Да и теперь она была уже традиционной. Вальсы, вальсы, вальсы…

Софья о чем-то разговорилась с братом, а я, покосившись на Воронцова, который деловито что-то тыкал в своём мобе, не обращая ни на кого внимания, пожал плечами и отдал должное еде и вину. К тому же и первое, и второе были на очень высоком уровне. Но несмотря на это чувствовал себя я за этим столом не в своей тарелке. Инородным телом, можно сказать. К тому же периодически ловил на себе взгляды здешних придворных, что сидели близко к императорскому столу. Блин, ощущение, словно в зоопарке. Сначала думал, что мне будет по барабану, но постепенно ситуация начала бесить. Народ, кстати, веселился… смех, звон бокалов, музыка, разговоры…

Прошло полчаса. Я не то чтобы любитель активного общения, но что-то напрягало. К тому же великая княжна после разговора с братом как-то неожиданно переместилась на другой край стола и вела беседы ещё с какими-то незнакомыми мне богато одетыми девушками. Воронцов тоже с кем-то там разговаривал… В результате меня это всё окончательно достало, и я по-тихому свалил.

Самый парадокс, что сильно занятые аристократы за этим столом моего исчезновения и не заметили. Хотя, по-моему, от внимательного взгляда начальника имперской СБ мой уход не укрылся. Ну вот и ладушки. Какого вообще дьявола мне нужно было сюда идти? С другой стороны, престиж и авторитет. Но, думаю, я уже достаточно лицом посветил. Можно и расслабиться. Один хрен никому за этим императорским столом я не нужен!

Так что со спокойной душой вернулся к друзьям. К ним присоединились молодой модно одетый парень и двое весьма откровенно одетых девушек. Скажем так… у двух блондинок грань между красивой полупрозрачной ночнушкой и вечерним платьем была очень зыбкой. Но опять же, учитывая их внешние данные, хоть в дерюгу одень, один хрен красивыми будут.

— А мы знаем, кто этот красивый молодой человек! — радостно выпалила одна из них, с голубыми глазами с поволокой и длинными волосами. У второй была короткая прическа-каре. И эта вторая смотрела на меня так же, как и подруга.

— Надо же, — невольно улыбнулся в ответ, — не знал, что я такой популярный.

— Вы не просто популярный, князь, — усмехнулся сопровождавший их смуглый и черноволосый аристократ, чем-то напомнивший мне Демидова. Ну кавказская кровь в нём точно была, хотя и поменьше, чем в Акинфии. — Человек, победивший Сергея Шуйского! Это, знаете ли, сразу делает вашу фигуру достаточно значимой при дворе. По крайней мере, сейчас.

— А с кем я вообще честь имею? — осведомился, и последовала процедура знакомства, во время которой я узнал, что длинноволосую блондинку зовут Юля Скуратова, а ту, что с каре, — Светлана Милославская. Во время наших «раскланиваний» девушки умудрились шепнуть мне, что Скуратова — дочь военного министра, а Милославская — министра финансов Российской империи. М-да… оба рода в топ–10. И родители, блин, крутыши.

Парень же оказался родным братом Скуратовой, Андреем. Но понятно, что они от разных матерей. Понять почему столь знатные господа и дамы вдруг решили подойти к весьма скромным студентам магической академии, выяснилось буквально через пять минут.

— Рада познакомиться! — заявила Юля, которая, судя по всему, была более общительной, чем её подруга. — О вас столько говорят, князь!

— Кхм… — кашлянул я. Сексуальной энергией, конечно, от девушки просто накрывало. Магия, что ли, какая… но я-то уже закаленный.

— Надеюсь, ничего плохого? — уточнил у неё спокойным голосом, после чего получил в свой адрес почему-то задумчивый взгляд её брата.

— Конечно, ничего плохого. — На красивом лице девушки проскользнуло легкое недоумение, но она быстро взяла себя в руки. — Как Андрей уже говорил, победа над Великим князем была впечатляющей.

— Ага, я тоже смотрела! — добавила её подруга. — Особенно мне ваш костлявый такой хмурый аркан понравился. Как-то странно его звали… антимагия ещё у него.

— Кощей Бессмертный? — уточнил я

— Вот! — закивала она. — Именно. Очень странный боец.

— Вы среди зрителей были? — поинтересовался у неё.

— Нет, — махнула она рукой, — мне показывали.

— Бой записали на видео… — рассмеявшись, пояснила мне Юля. — Великий князь был очень недоволен.

— Сделал даже попытку изъять его… с помощью своего Агафонова, — презрительно добавил Андрей, — но не тут-то было. Правда, всё равно распространение ограничено узким кругом. В МГС оно не ушло. И вы удивитесь, Павел, насколько внимательно разбирался ваш бой.

Следующие десять минут все трое новых знакомых горячо обсуждали мои арканы, что я использовал в бою. И, конечно, основной вопрос — откуда такие необычные бойцы в моей колоде. Правда, здесь помогло то, что она была тёмной. Этим я и отмазался. Мол, вот по наследству перешло, все дела. Мы подняли бокалы за знакомство, и вскоре как-то незаметно наше общение стало ну уж очень, на мой взгляд, неформальным.

Во-первых, мы перешли на «ты». Во-вторых, мне пришлось танцевать и с Юлей, и со Светланой. И надо сказать, что во время этих танцев… хорошо, что всё же вальс подразумевает какую-то дистанцию между партнерами. А так, видимо, нравы в императорском дворце весьма свободные. Особенно усердствовала Скуратова. У меня сложилось впечатление, что она почему-то поставила перед собой задачу меня соблазнить. При этом ни Скуратову, ни Милославскую совершенно не смущало присутствие Марии, которая ясно дала понять, что она моя девушка.

Но всё же определенные приличия они соблюдали, да и я стойко противостоял их попыткам. К тому же у меня произошел короткий разговор с Андреем, когда женская часть нашей компании в полном составе отправилась «попудрить носик».

— Ты не удивляйся, Павел, — заговорщицким тоном сообщил он мне, — такое поведение для Юлии закономерно. Я вообще удивлен, что ты устоял перед ней. Обычно при её желании практически любой мужчина не устоит…

— Магия? — уточнил я, поняв, что угадал. Мне пришла в голову эта мысль, когда первый раз увидел Скуратову.

— Да, — улыбнулся Андрей, — у сестры такая способность имеется. Правда, использует она её осторожно, отец крайне недоволен, когда узнает о таких фактах. Здесь не удержалась, — он весело хмыкнул, — и мимо! Ты просто задел её гордость этим… как же. Не подействовало!

— То есть она так себя ведет поэтому? — осторожно осведомился я.

— Не совсем, — покачал головой мой собеседник, — ты не представляешь, Павел, какой популярностью стал пользоваться у девушек. Мне вот даже завидно.

Даже не знал, что на эти слова ответить. Просто промолчал.

— Великая княжна… — вдруг поклонился Скуратов, и, обернувшись, я увидел Софью. Мне показалось или девушка выглядела слегка смущенной?

— Вот ты где, — произнесла она, — я…

— Разрешите покинуть вас на некоторое время, — поклонился Андрей и ушёл, оставив нас наедине. Если, конечно, так можно сказать, наедине на шумном празднике.

— Ты так резко ушёл… — тихо произнесла Шуйская.

— Да не резко… — возмутился я. — Что мне там делать-то? К своим пошёл.

— Я… — начала было та, но её прервал громкий пьяный голос.

— А, изгой! Вот ты где! Мою сестру соблазняешь?

Отправить