Глава восьмая
«Князь Остерман»

К обеду к нам приехали гости. Управляющий представил мне Сергея Сергеевича Остермана. Человек, конечно, интересный. Мне сразу вспомнилась фраза одного героя старого фильма из моего родного мира: «Я старый солдат и не знаю слов любви» — ассоциация стопроцентная. Этакий суровый и сухой вояка с морщинистым лицом и холодным взглядом голубых глаз. Он оценивающе окинул меня взглядом и слегка приподнялся, приветствуя. Я кивнул и уселся на своё традиционное место во главе стола.

— Ефграф сказал мне, что у вас амнезия, — хрипловатым голосом осведомился тот у меня, после того как обед подошёл к концу. На этот раз в столовой стояла тишина, нарушаемая только звоном приборов.

— Именно так, — подтвердил я.

— Но, как я понял, сегодня вы сразились на дуэли и выиграли у соперника, превосходящего вас в силе?

— Разрешите, Сергей Сергеевич, — вмешался Ефграф. — Я не думаю, что превосходящего. В опыте — да, но в силе… Результат дуэли говорит сам за себя, причём я лично видел её.

— О, выигрывает не обязательно сильнейший, — философски заметил князь, — но всё может быть. Вы как, Павел? Готовы пройти со мной и показать своё умение?

— Почему нет?

И мы вновь отправились в парк. Князь Остерман придирчиво осмотрел слегка запущенные угодия князей Черногряжских, саркастически хмыкнул и укоризненно посмотрел на управляющего.

— Уважаемый Ефграф, так не пойдёт. Надо будет сделать тренировочную площадку. Вы же не хотите изуродовать этот пусть и запущенный, но вполне симпатичный парк?

— Только скажите, князь, и мы сделаем всё как надо, — поспешно заверил его гном, бросив на меня вопросительный взгляд. Я же только кивнул в ответ. — Всё сделаем.

— Что ж, тогда давайте прогуляемся по всему имению. Вон тот лес ваш? — Остерман махнул рукой в направлении выстроившихся вдали деревьев.

— Частично… — признался управляющий. — Этот мы делим с Вишневецкими. А вот тот, на противоположной стороне парка, — с Волконскими.

Блин, это какая же тут площадь земель у каждого имения? Я еле сдержался, чтобы удивлённо не присвистнуть. Это ж по несколько гектаров на каждое. Прилично!

— Тогда давайте осмотрим вон ту поляну. Как раз перед лесом. Вполне подойдет, — предложил Сергей Сергеевич. Мы отправились к указанной им поляне, что как раз располагалась между ровным рядом живой изгороди и лесом. Вот на ней довольный князь и распорядился разбить площадку.

— Хорошее место, — деловито сообщил он и улыбнулся, — но давайте не будем утомлять молодого человека подробностями. Мы с вами позже обсудим отдельно, что нужно для площадки. После вводного занятия и моей беседы с учеником. Сами понимаете, создание тренировочного мини-полигона — задача непростая. Всё надо сделать по уму. С защитными заклинаниями… Но это потом…

Управляющий сразу взял указание «под козырек» и удалился.

— Князь, — повернулся ко мне Остерман, — показывайте вашу раритетную колоду.

Я не стал медлить, быстро создал звезду, и вокруг меня закружились карты.

— Хм, не думал, что когда-то увижу Тёмную колоду, — признался наставник.

— Она настолько редкая? — уточнил я,

— Абсолютно редкая, — кивнул Остерман. — Веков семь-восемь назад родов, которые обладали такими колодами, было куда больше. Однако судьба их сложилась незавидно. Аристократов попросту уничтожили. Колоды были утеряны. Думаю, Черногряжские — единственный оставшийся род.

— Но, почему? Кто их уничтожил?

— Точно не император. Сдаётся мне, Ефграф уже говорил вам, что никаких запретов на фамильные колоды, даже на подобные, не существует.

— Тогда кто?

— Клановые войны, Павел, — князь как-то печально на меня посмотрел. — Насколько мне известно, здесь есть вина именно владельцев колод. Карты — это лишь существа, которыми управляют люди. Они не зло и не добро. Они просто существа, подчиняющиеся приказам. Правда, кто-то считал, что именно существа из Тёмных колод и влияют на своих владельцев, заставляя их совершать безумные поступки. Впрочем, я в это не верю. Тот факт, что их обладатели постепенно сходили с ума и устраивали кровавые войны на пустом месте, разумеется, проще всего объяснить безумством. Но всё постоянно повторялось. Конечно, на первых этапах подобный кровавый подход имел успех, но на одной крови и жестокости не выиграешь. В результате сценарий был один и тот же. Собирался союз родов, и взбунтовавшееся семейство совместными усилиями вырезалось под корень. Тоже жестоко. Но то была плата кровью за кровь.

М-да. Его голос звучал настолько мрачно и торжественно, что я реально проникся.

— А вот Черногряжские стали единственным исключением — продолжил Остерман. — Правда, до Викентия Черногряжского об этой колоде никто и не слышал. Ну а после него она и вовсе исчезла, и всё было спокойно…

— Откуда же тогда она появилась? Когда эти колоды были созданы? И подождите… Если я владелец этот колоды, то я тоже должен обезуметь? — меня охватила нервная дрожь.

— Павел, у вас очень много вопросов, — укоризненно заметил мой собеседник. — Насчёт колод… Нет, никто не знает, когда и как они появились. Говорят, что самые первые сделаны богами. Впрочем, как всё обстояло на самом деле, непонятно. Поэтому давай-ка оставим историю… И вернёмся в настоящее. Во время боя вы её использовали? Тёмную колоду?

Я кивнул в ответ на его вопросительный взгляд.

— Итак, Павел, — произнёс князь, несколько раз обойдя меня по кругу и внимательно разглядывая карты. — какие интересные арканы, — пробормотал он.

— Арканы? — чет какое-то знакомое слово.

— Так называются уникальные карты в колодах. Это название не распространено среди аристократов. В подавляющем большинстве для них карты в колодах это просто карты. А вот старые аристократы, художники и ученые, называют подобные карты именно так! Но о них тебе расскажут в Академии. Не забивай голову подобными терминами, это просто слова!

Он продолжил осмотр и это продолжалось добрых десять минут, после чего он наконец обратил своё внимание на меня. — Будьте добры, опишите мне ваш бой с Вишневецким-младшим подробно.

Я детально пересказал нашу схватку, причём не убирая зависших в воздухе карт. После, собственно говоря, начался наш первый урок. Мастер (именно так просил называть себя князь, меня же он стал величать учеником) велел вызвать все карты. Сначала человеческого вида. Причём, к моему удивлению, никто из них, даже ведьма, не произнёс ни слова. Помимо Эльзы оказалось ещё трое вполне человеческого вида бойцов.

Первый — какой-то высокий и мощный рыцарь, с ног до головы закованный в чёрные доспехи. Ну, если у Федора подобный товарищ, только похлипче, назывался Белым рыцарем, то мой логично назывался Чёрным.

Второй была лучница. Причём выглядела она даже поэффектнее, чем ведьма. И носила имя Милфа. Как по мне, очень странное. Так-то, насколько я знал, милфа чуть отличалась от высокой и статной фигуристой девчонки в обтягивающих кожаных штанах и кожаной же блузке. Да и лук оказался прямо-таки «ростовым». Несмотря на свой юный вид, смотрелась барышня грозно.

Третьим был… гоблин. Да, натуральный такой толстый полуголый зеленокожий карлик с уродливым лицом, кривыми ногами и руками. Зато вооруженный двумя шарами-бомбами с тлеющими фитилями. По имени Эугых.

Ну а четвертым оказался бородатый гном по имени Гром в чёрных доспехах, которые явно создавались вместе с доспехами чёрного рыцаря: уж больно стиль у них был похож. Только оружие рыцаря — меч и щит, у гнома заменял внушительных размеров молот.

Все эти, как говорила тогда ведьма — «носящие имя», просто молча взирали на нас с Остерманом, явно ожидая команды. Но не дождались. По приказу мастера я отозвал их. Затем настала очередь уже обычных тварей. Ну как обычных… Пока, кроме Тёмного вепря, Ворона и Эльзы я никого живьем и не видел. Среди карт присутствовала ещё змея — гигантская кобра с глянцевой чёрной чешуей телом длиной метров пять, не меньше. Был ещё какой-то трехголовый пес по имени Цербер (неудивительно, блин) размером со взрослого быка и покрытый змеиной чешуей, ну и ещё с пяток монстров, способных украсить в моём мире любой зоопарк. Из летающих, помимо Ворона, ко мне явилась и мантикора. Вот в ней было всё, что я представлял себе, когда слышал это слово. Здоровенный крылатый лев в блестящих чёрных доспехах. Смотрелось, конечно, убойно. Вообще, тот, кто создавал мою фамильную колоду, явно старался показать, что она не просто так называется Тёмной.

Когда я отозвал всех и развеял звезду, то не стал демонстрировать атакующие энергетические заклинания. Князь заявил, это лучше делать после постройки площадки.

Закончив с Колодой, мы прогулялись по парку.

— Итак, — начал Остерман, — насколько понимаю, вы сражались на дуэли практически интуитивно. Не зная тактики и… победили. Это похвально. Но вам, думаю, просто повезло, Павел. Ваш соперник, скорей всего, вас попросту недооценил.

— Возможно, — кивнул я.

— И, как мне сообщил Ефграф, в этом году вы собираетесь поступать в Академию. Что же, это серьёзный шаг. Учитывая, что род Черногряжских сейчас, мягко говоря… — он замялся.

— Нерукопожатный? — помог я.

— Именно. Хм, и вас, я вижу, не удивляет и не раздражает такое положение дел… — взгляд мастера стал заинтересованным.

— А должно? — улыбнулся я. — У меня как раз стоит задача избавиться от этого ненужного расследования. Тем более мы — не изгои.

— Похвально, ничего не скажешь — довольно хмыкнул мой собеседник, — но для этого нужны тренировки. И самое главное — опыт. Сдается мне, узнав о вашей победе, появятся желающие испытать вас… Думаю, до академии ещё будут дуэли.

— А зачем они? — не понял я. — На дуэль вызывают за что-то. Они что, в имение ко мне приедут? Сомневаюсь.

— Логично, — саркастически подтвердил мои мысли Остерман. — В имение они не сунутся. Хотя, тот же самый Вишневецкий искал вас? Искал. И другие могут. Но вы ведь не собираетесь оставшиеся три месяца до академии проторчать дома? Я бы категорически не рекомендовал вам этого делать, Павел… Где вы ещё наберетесь опыта, как ни на дуэлях. На вашем месте я бы не избегал их, а наоборот радовался.

Кхм… Странный подход, однако. Или… Почему странный-то? Если так подумать, логика в словах Остермана есть.

— Понятно, что прежде чем участвовать в дуэлях, вам необходимо хотя бы неделю поработать на базовые навыки. Да, вы что-то прочитали в Магги и посчитали себя опытным бойцом. Увы, но нет. Опытными бойцами так не становятся. К тому же карты обычно развиваются вместе с магом. Чем сильней маг и мощнее его источник, тем сильнее его колода. И опыт в боях получает не только маг, но и создания.

— Интересно, — задумчиво поинтересовался я. — Допустим… Ну вот сколько лет колодам? Если они передаются по наследству, то… сколько же боев они провели?

— Правильный вопрос, Павел. Разумеется, очень много, — кивнул князь. — Но только они не могут быть сильнее, чем их хозяин.

— Но мои карты были явно сильнее карт моего противника! — возразил я.

— Это говорит лишь о том, — нравоучительно заметил мастер, — что противник был слабее вас. И о том, что вы потенциально сильный боец. Учитывая род ваш и заслуги ваших предшественников, это совершенно не удивительно. Чем выше уровни карт, тем медленнее они развиваются. И самое главное — в руках слабака сильные карты становятся слабее. Поэтому сила мага в его развитии!

Вот это да! Последние слова наставник произнёс с каким-то невероятным пафосом. Но я только кивнул головой, сдержав рвущийся наружу предательский смешок. Вот это точно было бы не к месту. Остерман подозрительно взглянул на меня, но промолчал.

Чуть погодя мы вернулись в дом, где Остерман привел меня в выделенные ему гостевые апартаменты (надо сказать, весьма приличные, на мой взгляд) и торжественно вручил флэшку.

— Это обучающий курс, — сообщил он мне. — Здесь краткая выжимка того, что нужно магу. В МГС или Магги вы этого не найдёте. По крайней мере, настолько конкретной информации. Изучайте, Павел Иванович. Даю вам два дня. Сегодня и завтра. Всё равно соорудить площадку быстрее не получится, да и мне потребуется проконтролировать её строительство. А послезавтра начнутся уже непосредственно занятия. И помните: не стоит тыкать в карты пальцем. Их вызывают силой мысли. Первым делом следует вызубрить свою колоду. И понять, на что способна каждая из карт.

— И как мне это понять? — я растерянно посмотрел на князя. — Из МГС описания брать?

— МГС даст общее описание, а колода у тебя фамильная, — менторским тоном продолжил Сергей Сергеевич. — А о Тёмной колоде я вообще сомневаюсь, что ты найдёшь хоть что-то. Тебе надо изучить эти карты самому. К концу нашего обучения ты должен будешь знать их досконально и вызывать не жестом, а просто мысленно. Только тогда ты будешь готов для учебы в академии! И да, ещё небольшой нюанс… — в его голосе князя звякнули металлические нотки. — Я взялся обучать вас, князь Черногряжский, практически бесплатно, из уважения к памяти ваших родителей. Если я увижу, что вы учитесь спустя рукава, наши занятия тут же прекратятся. Теперь идите!

Хм… Очень интересный мужик. Оставив мне напутствие, Остерман повернулся и гордо удалился. А я отправился к себе, по пути встретив Катю, которая, как мне показалось, с нетерпением ждала, когда я освобожусь, и составила мне компанию до кабинета. Кстати, узнал от неё кое-что о своём учителе. Остерман слыл закоренелым холостяком, жил один и вообще был «большим букой». Кхм… Девушки есть девушки

— Ты-то откуда всё знаешь? — уточнил у служанки.

— Я езжу в город за продуктами, — объяснила Катерина, — а у меня очень хорошие отношения с поставщиками еды. В основном то милые женщины, с которыми мы частенько трепемся просто так. Так что это всё правда!

Понятно. Сплетни неистребимы. Правда, если посмотреть на Остермана, в них начинаешь охотно верить.

— У нас есть фургон? — поменял я тему. — Ну, такой, на воздушной подушке?

— На какой подушке? — не поняла она. — А, летт у нас есть!

Точно. Совсем вылетело из головы название здешнего транспорта на магическом движке.

— Летт, значит летт, — хмыкнул я. — И кто на нём летает? На фургоне?

— Я летаю! — гордо заявила девушка. — Только фургон уже старенький, но всё равно надежный! «Волга» — это знак качества!

— «Волга»? — сначала мне показалось, что я ослышался. — В смысле «Волга»?

— Что значит в смысле? — снова не поняла меня Катюша. — «Волга ГАЗ 7257».

— И что, такая хорошая машина?

— Ага, — кивнула зардевшаяся Катя. — Это вам не какой-то там иностранец. В Российской империи лучшие летты!

Ну ты посмотри! Не тойота там или мерседес, а «Волга» — знак качества'. Прямо-таки гордость испытал за свою новую страну. Надо, кстати, посмотреть на них цены. Вообще, я отчего-то и не глянул на уровень здешних цен. Да и гном вроде о ценниках не заикался.

У кабинета я расстался со словоохотливой служанкой, героически отказавшись от её предложения взбодрить молодого барина и сообщив, что до ужина буду занят. Нет уж, «первым делом самолеты», как говорилось в одном старом фильме.

Вставил флэшку. Принцип её работы оказался таким же, что и на Земле. На носителе оказалась практически интерактивная видеоэнциклопедия по картам… Но прежде, чем погрузиться в изучение, я всё же решил взглянуть на здешние цены.

И, честно говоря, слегка прифигел. Какой-то странный разброс. Еда, например, и шмотки стоили недорого. Как я понял, при средней зарплате в шесть-семь тысяч рублей можно в принципе нормально жить, даже ездить на отдых. Здесь, кстати, всё те же крымские да сочинские курорты. Да и египетские с турецкими тоже. Правда, последние тоже были российскими. Константинополь ведь входил в Российскую империю. Ух ты… Мечта всех русофилов с Земли свершилась.

Но вернёмся к вопросам финансов. Итак, одежда, еда и прочие предметы первой необходимости стоили недорого. Но как только речь заходила о сложных маго-технических устройствах, цены росли с астрономической скоростью.

Теперь я понимал, почему у Черногряжских на всё поместье всего два устаревших телефона и престарелый компьютер. Нормальный телефон, ничем не отличавшийся от привычного мне смартфона, стоил десять тысяч рублей! О том, сколько стоили местные летты, я даже говорить не буду. На самые простые модели ценник начинался от ста тысяч… Вот уж действительно средство передвижения — роскошь. Но, исходя из таких цен, в этом мире была развита сеть летт-такси. Берешь в аренду и стрижешь бабло, благо заказов всегда хватает.

Ладно… Я бросил маяться дурью и вновь вернулся к флэшке, погрузившись в мир магических карт и битв. И даже слегка увлёкся одной интересной темой. Создание карт. Ей, кстати, уделялось много внимания. Так я выяснил, что чисто теоретически можно создать любую карту. Теоретически, потому что ещё нужно найти талантливого и опытного Художника и запастись парой-тройкой миллионов рублей. Да… Профессия Художника была крайне востребована. Мне такое, естественно, не светило. Задумавшись, я и сам не заметил, как взял лист бумаги и карандаш…

А очнувшись, с изумлением вылупился на лист бумаги, на котором был нарисован трехглавый дракон. Или, точнее сказать, Змей Горыныч из русских народных сказок. Карандашный набросок получился невероятно точным и каким-то живым. Блин, да что за хрень⁈ Я вообще-то никогда особыми художественными талантами не отличался. Нет, мог, конечно и дом нарисовать, и дерево, и человечка в стиле «палка, палка, огуречик», но что бы так…

Мне вдруг показалось, что одна из голов нарисованного Горыныча повернулась ко мне…

Тьфу! Померещится тоже… Или не померещится? Я взял себя в руки и ещё раз присмотрелся к рисунку. Нет, в нём точно есть что-то магическое. Но как? Мне передался талант Художника? Бред какой-то… Тем не менее оторваться от своего произведения я не мог. На моих глазах рисунок вдруг стал покрываться краской, превращаясь в настоящего зелёного трехголового Змея. Лист бумаги с рисунком вдруг стал видоизменяться. Он уменьшился и стал плотнее… Я завороженно наблюдал, как на моих глазах появлялась новая карта. Ещё несколько минут — и передо мной лежит карта Тёмной колоды, изображающая то самое трехголовое чудо-юдо. Я мысленно приказал ей вернутся в колоду, и она исчезла. А сам откинулся в кресле и растерянно уставился в потолок.

Это что? У меня открылся талант Художника? Вот же… Надо будет поговорить с Остерманом. Не знаю почему, но тот внушает мне доверие. Кстати, я вдруг почувствовал, как закрываются глаза… Спа-а-ать…

Из дрёмы меня выдернул деликатный стук в дверь

— Барин, — в кабинет осторожно заглянула Катя, — на ужин пора.

Я вздохнул. Так и не заставил девушку обращаться ко мне просто «Павел» или на крайняк «ты». «Господин», «барин» и только на «вы». Вот что значит здешнее воспитание.

Вот только когда я попытался встать, то почувствовал, что ноги у меня ватные. И если бы вовремя не подскочила Катя, точно завалился бы на пол.

Отправить