Глава 16

— Кто здесь⁈ Охрана! — заорал Юсупов и, вскочив на ноги, начал крушить всё вокруг себя.

Я хотел приблизиться, но мощная разрушительная магия снова сбила меня с ног. Хорошо, что я ещё и зелье защиты от магического воздействия выпил. Оно-то меня и спасло.

— Охрана! — продолжал орать Юсупов. — Всё сюда! На меня напали!

В это время за дверью послышались тяжёлые шаги, и в комнату влетели пятеро охранников в черных костюмах.

— Он здесь! — проорал Юсупов. — Найдите его! Немедленно!

Он тяжело дышал и весь покрылся испариной, пытаясь добраться до того, от кого получил звонкую пощечину.

Охранники недоуменно переглянулись и разошлись по комнате. Один заглянул в туалет. Второй распахнул двери большого платяного шкафа и принялся шарить руками по полкам, сбрасывая на пол подушки, покрывала, постельное белье. И кого он там искал?

Третий опустился на корточки и заглянул под кровать. Четвертый подошел к окну и сначала посмотрел за шторами, затем открыл балконную дверь и выглянул на улицу. Когда убедились, что в комнате никого нет, то пятый, который всё это время стоял у двери и зорко следил за всеми, обратился к Юсупову.

— Фёдор Дмитриевич, здесь никого нет. Может, вам приснилось?

— Приснилось⁈ — вытаращился Юсупов на него. — А вот это тоже приснилось?

Он повернул голову и продемонстрировал красный отпечаток ладони на его пухлой щеке.

— Ну тогда ему удалось как-то отсюда бежать, — предположил пятый и ещё раз обвёл взглядом комнату.

— Куда он мог сбежать, если дверь не открывал, и балконная была закрыта? Куда, я тебя спрашиваю⁈ — Юсупова прям трясло.

Уж не знаю от страха или от возмущения. А, может, от того и другого.

Охранник принялся строить ещё догадки и даже носком ботинка откинул угол ковра, будто думал там найти нападавшего, но Юсупов лишь сильнее распалялся.

— Как он вообще сюда проник⁈ Где вы всё это время были? А, может, вы с ним заодно⁈

— Фёдор Дмитриевич, мы как обычно делали обход, когда услышал ваши крики… — начал было один из них, но мне уже надоело стоять, прижавшись к стене, и наблюдать за олухами. Поэтому я вытащил пробирку с «Оковами», подошёл к охраннику и капнул за шиворот. Тот поднял руку к шее да так и замер.

— И? Дальше что? Что ты застыл, как истукан? — раздраженно проговорил хозяин поместья, но охранник ему не ответил.

Он был бы рад, но не мог даже моргнуть.

— Эй, Витя. Ты чего? — встревожился его товарищ, но не успел сделать и пары шагов, как тоже замер.

Юсупов и маги поняли, что дело нечисто, и начали настороженно оглядываться, одновременно начиная использовать магию. У одного прямо из ладони поползли усики вьюна. Второй зажёг кулаки голубым огнём. Юсупов медленно отступал к своей кровати, выставив перед собой руки. И только третий, к которому я почти подобрался, ринулся к балконной двери и закричал во всё горло:

— Тревога! Все сюд… — слова застряли у него в горле, а сам он не успел подставить ногу и рухнул, гулко ударившись лбом о пол.

Я выглянул в окно. Горгоново безумие! Маги, что толпились у ворот, услышали крик и бежали сюда. Их не меньше пятнадцати человек, а у меня в запасе всего одна пробирка зелья от магического воздействия. И «Оков» хватит человек на пять, не больше. Неужели весь мой план пойдёт под хвост смеющейся гиене⁈

Я уже подумывал над тем, чтобы незаметно выскользнуть из дома и прежним путём вернуться до машины, но тут услышал выстрелы и крики. Часть магов развернулась и, создав магическую защиту, двинулась в сторону леса. Кислота раствори! Ведь это же наверняка дед! Какого дьявола он делает⁈ Его же убьют!

Я рассердился не на шутку и, обездвижив оставшихся двух магов, перехватил Юсупову руку, заломил назад и, приставив пистолет к виску, зло прошептал:

— Если хоть пискнешь, твои мозги разлетятся по всей комнате.

— Кто ты такой? — выдавил он.

— Неважно. Иди вперёд! — прикрикнул я.

Мы вышли в коридор, и я заметил, что из комнаты напротив выглядывают две старухи, из следующей двери показалась встревоженная пышнотелая блондинка лет сорока и такой же пухлый пацан примерно возраста Жорика.

Они меня, конечно же, не видели, поэтому блондинка, недобро сдвинув брови, двинулась к нам.

— Федя, потрудись объясниться. Что происходит? Почему твоя охрана носится по всему дому, громыхают своими тяжелыми ботинками и хлопают дверьми? Пусть у себя дома так себя ведут, а мы здесь ценим тишину и спокойствие…

— Иди, — шепнул я Юсупову и подтолкнул к лестнице.

— Ты куда это собрался? Я с тобой разговариваю! — она довольно резв о обежала нас и встала поперек дороги. — Федя, я требую объяснений!

— Оленька, я потом… Иди к себе, — плаксиво произнёс он, ведь я сильнее вжал дуло в его висок.

— Ни-за-что! Ты сейчас же…

Пару капель «Оков» успокоили её. К рухнувшей, словно поваленное дерево, женщине ринулись старухи и пацан, я же подтолкнул Юсупова к лестнице. Один раз он дёрнулся и выпустил в мою сторону мощный поток разрушительной энергии, но промазал, а я в ответ нажал на его плече болевую точку, и правая рука повисла плетью.

— Шевелись, — процедил я ему на ухо, но едва мы начали спускаться по лестнице, как в дверь вбежали трое охранников.

Увидев Юсупова, он бросились нему с вопросами.

— Фёдор Дмитриевич, что происходит? Где нападавшие?

— Мы слышали крики. Все живы?

Я дал несколько указаний, после чего Юсупов, натянув неестественную улыбку, произнес:

— У нас всё хорошо. Ошибочка вышла.

— Ошибочка? — нахмурил лоб бравый вояка и с подозрением посмотрел на него. — Но ведь кто-то стрелял со стороны леса. Воронов вместе с остальными побежали проверять.

В это время мы с Юсуповым спустились по лестнице, и я плеснул на магов оставшееся зелье. Всё, «Оковы» закончились. Если ещё кто-то встанет на моём пути, ему достанется «Пурпурный отравитель». Но я очень не хочу бессмысленных жертв.

Я повел его к заднему выходу, а оттуда через дыру в ограде в лес.

«Шустрик, принеси кандалы!» — велел я зверьку, мысленно связавшись с ним.

Он приехал вместе с нами, но я оставил его в машине с дедом, а один из савельевских магов дал мне на временное пользование кандалы, которые полностью блокируют магию того, на кого они надеты.

Шустрик явился через несколько секунд с кандалами, и я, заковав Юсупова, повёл его в самую чащу подальше от поместья, чтобы нам никто не помешал. Однако мысли о старике Филатове не давали покоя, поэтому я изменил свой первоначальный план и решил записать показания Юсупова прямо здесь.

— Кто ты такой и куда меня ведёшь? — подал он голос.

— Мы пришли, — я посадил его на поваленное дерево, вытащил из кармана телефон и установил его напротив, на ветке дерева. Затем подсветил Юсупова фонарем и включил запись.

— По чьему приказу ты заманил Дмитрия Филатова в свою анобласть?

— Ч-что? Я не понимаю…

— Отвечай на вопросы, иначе сдохнешь прямо здесь и сейчас! — я не намерен был церемониться с врагом, поэтому с силой залил ему в рот сыворотку «Правды» и для острастки мысленно велел Шустрику придушить его немного.

Зверёк появился на плече Юсупова и, обмотав шею хвостом, принялся душить. Только когда Юсупов захрипел и начал открывать рот, безуспешно пытаясь набрать в легкие воздуха, я велел Шустрику отпустить его.

Юсупов упал на колени, принялся жадно дышать и испуганно озираться.

— Кто ты? Почему я тебя не вижу? — хрипло спросил он.

— Не твоё дело. Кто приказал тебе заманить Филатова?

— Распутин, — упавшим голосом ответил он.

— Хорошо. А теперь давай всё с самого начала и как можно подробнее…

В течение пятнадцати минут Юсупов послушно отвечал на вопросы. Начал с того, как Распутин похлопотал и выбил ему кусок земли. С этого момента Юсупов стал его должником и каждый день ждал, что тот позвонит и о чем-то попросит. Ждать пришлось недолго. Вскоре потребовались избавиться от Филатова, но так, чтобы никто следов не нашёл.

О том, как лучше это сделать, тоже подсказал Распутин. Именно он очень обрадовался, когда на участке появилась аномалия. Это произошло внезапно, и никто не мог этого предвидеть, но было так на руку Распутину, который уже давно вынашивал идею избавиться от Дмитрия Филатова.

Затем Юсупов рассказал, что Распутин нанял менталиста, который, пообщавшись на одном официальном вечере с Сергеем Орловым, потом изобразил его по телефону, полностью скопировав тембр голоса и интонацию мужчины. Именно поэтому у Дмитрия Филатова не возникло никаких вопросов — он узнал голос друга. Друга, который нуждался в помощи и молил о спасении.

Как только Дмитрий вместе с чемоданчиком, полным лекарств, оказался на территории аномальной области, ворота тут же заперли и закрыли магическим куполом. На следующий день Юсупов дал указание добить Филатова, если он ещё жив, но аптекаря не нашли. На всякий случай расставили маячки, реагирующие на его магию, и вышли. Всего пару раз Юсупов давал указание проверить маячки, но ни один из них не сработал, и все решили, что Дмитрий мёртв.

Машину и деньги, которые он вёз с собой, Юсупов забрал себе, чему был очень рад. Как оказалось, на счетах Филатовых лежали довольно большие суммы, которые Дмитрий снял и вёз своей семье.

Я узнал имена всех причастных, включая мага и охотников, расставляющих маячки. Юсупов всех выдал под действием сыворотки.

Остановив запись на телефоне, я убрал его в карман и двинулся по лесу в сторону машины. На Юсупова я больше не взглянул, чтобы не поддаться соблазну и не облить этого гада каким-нибудь ядрёным зельем. В это время вдали слышались крики охранников. Они нашли дыру в ограде и теперь прочёсывали лес в поисках своего хозяина. Надо убираться побыстрее, пока не нашли машину.

К тому же меня волновало, что с дедом. Шустрик доложил, что с ним всё хорошо, но я всё равно волновался. Хоть старик ворчливый и вечно недовольный, но я к нему уже привязался.

Когда добрался до машины, начало светать, действие эликсира «Невидимки» закончилось, а старик нервно слонялся вокруг машины, встревоженно вглядываясь в лес и бросая долгий взгляд на узкую дорогу, на которую мы съехали с основной.

Увидев меня, он с облегчением выдохнул.

— Заставил же ты меня понервничать. Уж думал, убили тебя юсуповские бандиты, — признался он и бегло осмотрел меня.

— Со мной всё хорошо. Ни царапины, — заверил я.

— Это хорошо. Молодец, что поберёгся… А запись? Признался Юсупов?

— Куда же он денется? — усмехнулся я. — Садись в машину, по дороге посмотришь его признание. Кстати, что ты делала, пока меня не было? Что за выстрелы?

— Да я сразу понял, что у тебя не всё гладко получилось, когда маги рванули к дому. Поэтому пришлось действовать, — он вытащил из кармана и показал тот самый револьвер, который я когда-то отобрал у бандитов. — Выпустил в воздух все пули из обоймы и бегом сюда. А они там ещё долго что-то крушили и взрывали, — с довольным видом добавил он.

Мы сели в седан, я отдал деду свой телефон и поехал в сторону трассы.

— Твари! Какие же они твари! — дед сжал кулаки до хруста в суставах, посмотрев видео. — Распутин — скотина! Поехали в Москву! Я знаю, где этот гад живёт. Зайду и… придушу собственными руками.

— Нет, дед. Мы же договаривались, что всё должно быть официально, иначе с нас не снимут запреты.

— Да, конечно. Но что-то государь не торопится заняться нашим делом, — с раздражением произнёс он.

Мы вернулись в Торжок к вечеру и сразу же связались с Савельевым и Орловым. Они оба подъехали к ужину и просмотрели запись с признанием Юсупова.

— Может, в полицию с этим пойти? — предложил Орлов.

— Не-е-ет, местные ничего сделать не смогут. Надо ехать в Москву и встречаться с министром полиции. Мы с ним знакомы, поэтому от меня не отмахнётся, — сказал Савельев. — Саша, перекинь мне это видео. Я как раз на днях в столицу собирался, вот и покажу министру.

— А если и он отмахнётся от нас? — осторожно спросил дед. — Или он заодно с лекарской бандой?

— Вот как раз и выясню, так это или нет. С таким признанием только бери этого Юсупова и через менталистов всё разузнай. Если он этого не сделает, будем думать дальше. Но я очень сильно сомневаюсь, что Распутин министра полиции смог подмять.

Мы ещё немного поговорили, поужинали, и гости уехали. А я поднялся к себе в комнату и позвонил Лене, от которой за эти дни было больше десятка пропущенных. Проговорили мы пару часов, и я, само собой, ничего конкретного ей не рассказал, но понял, что ужасно соскучился по ней. Похоже, я влюблен. Такого со мной так давно не случалось, что было довольно необычно. Но приятно…

Меня снова посетила мысль о переезде в Москву, но я осадил себя. Сейчас не время. Надо решить проблемы с лекарями и привести в норму Диму.

* * *

Распутин взял телефон и посмотрел на экран. Звонил Юсупов. Неприятно кольнуло сердце. Что понадобилось ему в такую рань?

— Алло, — лениво ответил Василий Денисович.

— Доброе утро, Ваше Сиятельство, — послышался встревоженный голос. — У меня плохие новости.

— Что на этот раз?

— Я… э-э-э… сам не знаю, как, но я всё рассказал.

— Говори яснее, Федя! Что и кому ты рассказал?

— Я не знаю, кому, но рассказал всё что знал о деле Филатова…

Юсупов поведал душещипательную историю о невидимом враге, который вторгся в его дом, расправился с охранниками, чуть не убил жену и его самого. А потом под пытками заставил рассказать о том, что происходило пять лет назад.

— Что же делать? Что же нам делать? — в голосе Юсупова слышалась паника.

— Ничего. Сиди в своём поместье и носу оттуда не показывай, — велел Распутин, едва справившись с приступом ярости.

— Хорошо, Ваше Сиятельство. Как скажете, — с облегчением выдохнул собеседник.

Юсупов боялся звонить Распутину, но после разговора почувствовал себя гораздо лучше. Он как мог усугубил ситуацию, чтобы показать, что у него не было выбора, и именно поэтому он всё выдал. Хотя так до конца и не понял, почему из него мощным потоком лилась правда. Притом он пытался её сдержать и даже хотел обмануть, но ничего не вышло. Рассказал незнакомцу всю правду, не утаив даже мельчайшей подробности.

Ночью, когда он самостоятельно вышел к своему поместью, оказалось, что никто не пострадал. Все были живы и здоровы, кроме того мага, который ударился лицом о пол при падении. Но говорить Распутину о том, что он без реальной угрозы жизни взял и всё выдал, он не мог, поэтому рассказал о десяти убитых, раненной жене и безжалостных пытках, которым он подвергался.

Распутин же всё явственнее начинал ощущать, что его конец близится. Если раньше он воспринимал Филатовых, как поверженных врагов, которые больше никогда не встанут на ноги, то теперь начал понимать, что от засохшего стебля начали распускаться новые ветви. И на этот раз надо уничтожить род под корень

Он набрал номер Платона. На первый звонок тот не ответил. Василию Денисовичу пришлось набирать целых три раза, прежде чем гудки прекратились, и послышался недовольный голос:

— Говори. Только быстро. Я занят.

— Артефакт готов?

— Почти. Скоро закончу.

— Отлично! — Распутин расплылся в улыбке. — У меня как раз есть человек, на котором можно его испытать.

— Хорошо. Но предупреждаю сразу — его будет не спасти.

— А это и не надо. Наоборот, он должен замолчать… навсегда.

Отправить