Глава 15

Василий Денисович Распутин сидел в кресле на балконе, когда услышал, как из глубины комнаты раздаётся звонок его телефон. Он со вчерашнего дня ждал новостей от Мурада, поэтому торопливо бросился в комнату, на бегу теряя домашние тапки.

— Алло! Слушаю! — воодушевленно выпалил он. — Всё получилось?

— Э-э, я звоню сказать, что… не могу подобрать слов, — по голосу наёмника Василий Денисович понял, что операция провалилась.

— Говори как есть. — приказал он

— Ну-у, в общем, в доме Филатовых была засада. Мои люди погибли, — нехотя ответил собеседник.

Ему самому очень было не по себе из-за произошедшего. Ещё никогда он не подводил заказчика и до этого случая имел безупречную репутацию.

— Засада? Погибли? — машинально повторил за ним Распутин. — А Филатовы? Филатовы убиты?

— В том-то и дело, что нет. Люди, которые выдавали себя за родственников, оказались боевыми магами. Поэтому…

Распутин сбросил звонок и с силой швырнул телефон об стену, понаблюдав за тем, как разлетаются осколки.

— Подонки! Мерзавцы! Сволочи! — проорал он и запустил вслед за телефоном хрустальную вазу.

На этот раз осколки попали и в него, но в запале внимания он на это не обратил.

На шум прибежала его жена.

— Васенька, что случилось? — встревоженно спросила она, увидев осколки и раскрасневшееся лицо разъярённого мужа.

— Убирайся отсюда! Тебя только не хватало! — проорал он в ответ.

Женщина, привыкшая к порывам ярости супруга, развернулась, вышла и плотно закрыла за собой дверь. Позже она отправит служанку прибрать осколки, а сейчас лучше не попадаться Распутину на глаза. По-видимому, случилось что-то очень плохое, ведь уже несколько лет он был спокоен, как удав, и не позволял себе подобного.

На днях краем уха она слышала фамилию Филатовых и поняла, что дело опять в них. Снова эти Филатовы! Будь неладен этот чёртов род!

Распутин же, оставляя на полу кровавые следы от ран, полученных от осколков, вышел на балкон и грузно плюхнулся обратно в кресло. Он так надеялся на результативность османа Мурада, что даже не продумал «плана Б», и теперь просто не знал, что делать. Но делать что-то надо было обязательно.

Так уж получилось, что он — Распутин, принимал все решения, а Мичурин и Боткин лишь поддерживали его и соглашались со всем, что он предлагал. Они будто тем самым признавали его своим главой, хотя по статусу все были равны. Звонить и рассказывать им о неудаче Василий Денисович совсем не хотел, но и сидеть сложа руки было настоящим преступлением против здравомыслия. Только подмяв под себя аптекарей они могут быть на вершине.

Он снял с руки браслет с черными бусинами из магических камней с гербом рода и принялся перебирать, погружаясь в состояние наподобие транса. Этому его научила бабка, которая занималась медитациями и подсказывала деду, тогдашнему главе рода, решения в сложных вопросах.

После получасового погружения в себя, когда Распутину удалось унять раздражение и злобу, ему в голову пришла отличная идея. Просто замечательная идея!

Он открыл глаза, неспешно поднялся с кресла и хотел пойти за телефоном, но потом вспомнил, что разбил его.

— Эй, здесь есть кто-нибудь? — крикнул он, перегнувшись через высокие перила балкона.

— Так точно, Ваше Сиятельство! — послышался зычный голос, и перед ним появился один из его охранников — бравый вояка, некогда служивший на границе.

— А-а, Артур, вели принести мне новый телефон и мою записную книжку из кабинета. Только быстро!

— Будет сделано! — Артур грузно побежал к дверям дома, а Распутин вернулся на место и с наслаждением вытянул ноги на мягкий пуф.

Замечательная идея так и крутилась в его голове, улучшая настроение. И как он сразу об этом не подумал? Ведь решение было на поверхности, и совсем не требовалось связываться с никчёмными наёмниками, которые не смогли расправиться со слабыми ничтожными аптекарями.

Вскоре Василий Денисович уже набирал номер артефактора. Того самого, который изготовил жезл «Убывающей жизни».

— Алло, Платон. Это Василий Денисов. Мне нужно с тобой поговорить. Дело срочное. Буду ждать тебя в своём имении, — проговорил он, едва заслышал знакомый голос.

— Здравствуй, Вася. Что за срочность? Вечер на дворе, — лениво ответил Платон.

— Нужно расправиться кое с кем. Без тебя никак, — признался лекарь.

— Расправиться? С кем это?

— Приедешь, тогда всё и обсудим. Если хочешь, могу отправить за тобой машину.

— Не нужно, сам доберусь. А ты уверен, что твоё дело до утра не подождёт?

— Уверен. Ты должен немедленно сесть за изготовление артефакта, но мы сначала должны всё обсудить.

— Ладно, но тебе это будет дорого стоить, — предупредил артефактор.

— Деньги найдутся. Главное проблему решить.

— Еду. Готовь задаток, сам знаешь сколько, — Платон сбросил звонок, а довольный Распутин откинулся на спинку кресла и с наслаждением втянул носом аромат летнего вечера.

Артефакты никогда не подводят, в отличие от людей. А Платон Грачёв лучший артефактор империи. Его изделия стоят очень дорого, но всегда справляются с любой, даже самой сложной задачей.

* * *

Прошло уже несколько дней с тех пор, как письмо попало к императору, но до сих пор ничего не изменилось. Я даже позвонил Ираиде и спросил, не слышно ли что-нибудь о нас, но женщина ответила, что всё по-прежнему, и о Филатовых никто ничего не говорит. Но в мусорном ведре письма не было, в отличие от писулек наместника Камчатки.

— Может, ещё одно написать? — предложил дед за завтраком.

— Зачем? — пожал я плечами. — Письмо он получил. Теперь должен как-то отреагировать. Может, полицию к нам отправит, чтобы проверили, правду мы написали или нет. Или вызовет на разговор.

Тут Дмитрий тяжело вздохнул и покачал головой.

— Всё напрасно. Я прекрасно знаю нашего государя. Он не из тех, кто долго раздумывает или колеблется. Если бы он захотел заняться нашим делом, то тотчас бы вызвал всех министров и раздал указания. А те, в свою очередь, уже отправили бы к нам своих помощников. Но… никто не стоит у наших дверей. Никому мы не нужны, — он с трудом поднял кружку с тёплым молоком и отпил. — Не простит нас государь. Никогда не простит.

— Мы ничего плохо не сделали, чтобы нас прощать, — сухо ответил я. — Как бы то ни было, но это его дело, верить нам или нет. А наше дело — наказать тех, что участвовал в заговоре против тебя.

— Как же мы их накажем? Что же мы можем-то? — Дмитрий подтянул к себе пиалу с медом.

— Многое, — ответил за меня дед, сурово сдвинув брови. — Шурик Сорокина к ногтю прижал, и остальных сможет.

— Не нравятся мне ваши разговоры, — настороженно проговорила Лида. — Больше я не позволю никому из вас рисковать собой.

Мы с дедом переглянулись, поняв друг друга без слов, и уткнулись в тарелки. При ней лучше ничего не обсуждать. Уж очень она впечатлительная. Диму пока тоже не стоит ни во что вмешивать. Он только второй день как начал есть за столом, а не лежа в постели. Пусть лучше сил набирается, а с остальным я сам разберусь. Ну, может, ещё и деда подключу.

После завтрака мы с дедом и одним из магов поехали в лавку. После произошедшего князь Савельев велел сопровождать нас повсюду. Я, конечно же, сразу попытался пресечь это, но деду понравилось ходить с охраной. Он признался, что так он чувствует себя богатым и успешным аптекарем, каким был раньше.

Валерка уже был на месте и готовился к приходу покупателей. Маг занял диван у окна и бдительно следил за всем, что происходит вокруг. Мы же с дедом заперлись в подсобке.

— Ну, что будем делать? — с воодушевлением прошептал дед и потёр руки.

— Начнем с Юсупова. В прошлый раз он юлил и ничего толком не рассказал. Надо выбить из него правду и записать признание на видео. Только жаль, что убить его нельзя. Если император начнёт расследование, то именно Юсупов должен стать свидетелем, который расскажет о том, что патриархи лекарей заказали убийство отца.

— Правильно говоришь, Шурик. Юсупов хоть и редкостная гнида, но убивать его рано. Когда выдвигаемся?

— А ты-то мне зачем? — удивился я. — Справлюсь без тебя.

— Нет! — он строго посмотрел на меня. — Без меня никуда не поедешь. Понял? Или вместе, или сиди дома.

— От тебя толку не будет. Только мешаться будешь под ногами, — предпринял я ещё одну попытку отговорить его.

— Шурик, ты как с дедом разговариваешь! — он потянулся, чтобы дать мне подзатыльник, но я ловко увернулся. — Взял моду со мной спорить! Мал ещё. Если я сказал, что вместе поедем — значит, так и будет. Я с ума сойду от беспокойства, если здесь останусь.

— Ладно. Поедем вместе, но ты будешь делать то, что я говорю, — твёрдо произнёс я, многозначительно глядя на старика.

— Ну это мы ещё посмотрим, — уклончиво ответил он. — Давай лучше план продумаем. Так оно как-то надёжнее и спокойнее.

— А что тут продумывать? Будем действовать как с Сорокиным. Только с одним существенным отличием — Юсупов жив останется.

— Погоди, а как же его охранники?

— Их я тоже возьму на себя.

— В смысле? А я-то чем буду заниматься? — возмутился он.

— Будешь сидеть в машине и ждать моего возвращения.

— Ну не-е-ет, так не пойдёт. Ты не смотри, что я старый. Сил во мне ещё о-го-го! Я жилистый и выносливый. По десять километров почти каждый день по лесу прохожу — никто в моём возрасте столько не двигается.

Я невольно улыбнулся. Храбрится дед, хотя видно, что боится. Он мне, конечно же, никак не сможет помочь. Но зато компанию в дороге составит. Всё-таки до Юсупова ехать не так уж и близко.

Мы решили выехать после обеда в сторону Балашихи, где находилось поместье Юсупова. Затем я оставлю машину в лесу, не подъезжая к его территории, и дальше пойду пешком. Дома мы скажем, что поедем в Москву в лечебницу Когана, чтобы помочь вылечить очередного больного.

— Слушай, Шурик, может, одного из магов с собой возьмём для подстраховки? — предложил дед, когда я уже хотел выйти из подсобки и отправиться в лабораторию готовиться к поездке к Юсупову.

— Нет. Чем меньше людей знает, что мы задумали, тем лучше. Если маг обо всём доложит Савельеву, то князь вмешается, и плану конец. Он не отпустит нас одних к Юсупову, а я не хочу подставлять его. То, что я собираюсь сделать, нарушает сразу несколько законов. Поэтому не надо в наши дела вмешивать близких. Я и тебя-то не хочу брать с собой…

— Это даже не обсуждается! Если сбежишь без меня, то я машину найму и поеду следом, — предупредил дед.

Вот ведь приставучий старикан. Вечно лезет не в своё дело. Ну ладно, пусть едет. Главное, чтобы не мешался под ногами и не отсвечивал.

Я вышел из подсобки и поехал в лабораторию. Не знаю, с чем столкнусь на чужой территории, поэтому нужно всё учесть и хорошенько подготовится к различным неожиданностям. У Юсупова наверняка целый отряд боевых магов, поэтому нужно быть осторожнее.

Во время обеда мы предупредили домашних, что поедем в Москву. Маги тут же вызвались сопровождать нас, но мы наотрез отказались.

— Вам надо Диму охранять. Это за ним сволочи охотятся, — сказал дед. — Если бы мы им мешали, нас давно бы уже убрали.

— Владислав Андреевич будет недоволен, — предупредил боевой маг по фамилии Коршунов.

— А вы ему ничего не говорите. Мы с Шуриком туда-обратно. Задерживаться не будем.

— Ну ладно. Ждем до завтрашнего вечера. Если не объявитесь — доложим князю.

— Договорились. Братцы, вы, главное, Диму берегите.

— Сделаем всё что в наших силах, — кивнул Коршунов.

На дорогу Лида приготовила нам термос с бодрящим чаем и целую гору бутербродов.

— Ох, неспокойно мне как-то, — сказал дед, когда мы выехали из города и мчались на седане по трассе.

— Возвращайся домой, — предложил я.

— Ещё чего! Не дождёшься! — возмутился он. — Слушай, Шурик, может, ты мне тоже дашь то средство невидимости? Я бы с тобой пошёл.

— Нет.

— Почему? — он сурово сдвинул брови.

— Самому мало. Для создания этого средства нужно много маны. Пришлось несколько раз наведаться в лес с артефактом Завьяловой. Если я поделюсь с тобой, то эффект быстро пройдёт, — терпеливо пояснил я.

— А-а-а… Ну если так, то ладно.

Доехали до поместья мы уже поздно вечером, что было очень даже на руку. Время действия зелья «Невидимки» ограничено, поэтому применю я его только возле дома Юсупова. А темнота прикроет меня на случай, если у Юсупова есть дозорные.

— Сиди здесь и не высовывайся. Ясно? — я строго посмотрел на деда, когда пристегнул патронташ и засунул пистолет за пояс.

— Ясно-ясно. Только ты это… не задерживайся, — он прижал руку к груди. — Что-то на сердце неспокойно.

— Всё-таки зря я взял тебя с собой, — я недовольно посмотрел на него. Только впечатлительного старика мне не хватало на таком важном деле.

— И ничего не зря! Ну ладно, иди, — тяжело вздохнул он.

Я быстро добрался по лесу до ограды, опоясывающей участок Юсупова. На воротах стояла охрана. Её было больше, чем во время нашего прошлого приезда. Ага, боится падлюка и правильно делает. Если гадишь, то будь готов к тому, что придёт ответочка.

Я двинулся вдоль ограды, выискивая место получше, чтобы перелезть. Нашёл. Как раз напротив задней двери для прислуги. В доме огни не горели. Значит, все уже спят.

Я вытащил из патронташа пробирку с эссенцией «Разъедающего прикосновения» и плеснул на решетку. В ту же секунду, как эссенция попала на чугун, он начал таять как мороженое. Через пару минут в ограде образовалась большая дыра, через которую проехал бы даже вездеход.

На полусогнутых я добрался до дома и осторожно потянул дверь на себя. Заперто. Ну ничего, для меня это не препятствие. На этот случай я оставил в пробирке немного «Разъедающего прикосновения».

Вылив на себя эликсир «Невидимка», я плеснул на замок эссенцию, которая вмиг начала разъедать дерево и замок.

Бесшумно открыв дверь, я проскользнул внутрь и двинулся вглубь дома. В окна бил холодный лунный свет, поэтому я разглядел в холле огромную хрустальную люстру и большие напольные часы. Когда я приблизился к лестнице, ведущей на второй этаж, часы принялись звонко бить, оповещая о наступлении полуночи. Я даже вздрогнул от неожиданности.

Я начал подниматься по лестнице, которая предательски заскрипела при каждом шаге. Чёртов Юсупов даже собственную лестницу не может отремонтировать.

На втором этаже было всего четыре комнаты. Во всех четырех кто-то был, скорее всего семья Юсупова, но я запомнил его эфир при нашей последней встрече, поэтому без проблем определил нужную дверь. Приоткрыв её, я увидел, что Юсупов храпит, укутавшись в пуховое одеяло, а балконная дверь настежь открыта.

Я услышал неподалёку разговор двух охранников, прохаживающихся под окнами. На тот случай, если Юсупов будет кричать, я подошёл и закрыл балконную дверь. Теперь можно взяться и за дело.

Вытащив пробирку с сывороткой «Правды», я подошёл к кровати и откинул одеяло. Тучный Юсупов в розовой шелковой пижаме, лежащий на темно-коричневой простыне, напоминал борова в грязи.

Мне так хотелось придушить этого гада, но я знал, что он — ценный свидетель, поэтому признания будет достаточно. Если даже после того, что он расскажет мне на видео, император ничего не предпримет, тогда я просто убью всех причастных к предательству Филатовых.

Я размахнулся и дал ему звонкую пощёчину. Храп тут же прекратился, а Юсупов подскочил, прижал руку к щеке и принялся озираться.

— Кто это⁈ Что…

Я уже хотел схватить его за горло и влить в рот сыворотку «Правды», но он взмахнул рукой и меня буквально смело с места и больно припечатало о стену. У меня даже дыхание перехватило. Горгоново безумие! Надо было действовать быстрее, ведь он всё-таки боевой маг…

Отправить