Глава 24

Я подошёл к столу, на котором лежал сложенный лист бумаги. Не знаю, почему, но была уверенность, что это послание для меня.

В это время в дверях появился Ярослав.

— Всё хорошо? — прошептал он, осматриваясь. — Я волновался. Вас долго не было.

— Грачёва здесь нет и, судя по эфиру, уже несколько дней.

— По эфиру? — переспросил Ярослав, но я не стал ничего объяснять. Всё моё внимание было приковано к белому листу.

Первым делом, я наклонился к нему и втянул носом. Ощущается только эфир бумаги, чернил и самого артефактора. Ни яда, ни другого опасного вещества не было.

Закупорив пробирку, убрал её в карман и взялся за лист. Осторожно развернул и увидел уже знакомый аккуратный почерк.

«Если ты читаешь это, Александр Филатов, значит, ты уже активировал мою чернильную сферу. Советую начать молиться своим богам».

Чернильная сфера? Что это такое?

Я осмотрелся, но ничего не увидел. Грязный пол, в углу завалы хлама, на единственной полке остатки заплесневевшего хлеба и пара банок рыбных консерв.

— Это что такое? — Ярослав перешагнул через разбитый порог и склонился над черным пятном на сером бетонном полу.

— Осторожно! — выкрикнул я.

В то же мгновение что-то черное, напоминающее сгусток энергии, вырвалось из черного пятна и окутало Ярослава.

— Что это такое? — замахал он руками, отступая и отмахиваясь от черной субстанции. — Фу-у-у, пахнет сероводородом. Господин Филатов, как думаете, что это может быть?

Я ринулся к Ярославу, хотя не понимал, что можно сделать с черным сгустком, парившим в воздухе. Однако не успел сделать несколько шагов, как чернота пропала, а на полу остался лежать медный медальон с черным камнем в центре.

— Как ты? — я подбежал к Ярославу и бегло осмотрел его.

На первый взгляд с ним всё хорошо, но это же Грачёв, а от него добра не жди. Тем более он посоветовал молиться богам. И что бы это значило?

— Со мной всё хорошо, — заверил мужчина.

Я втянул носом, стараясь определить, что же представляло собой черное облачко, но эфира не почувствовал. Это явно неживое.

— Дай руку, — велел я. — Это была ловушка артефактора. Либо она не сработала так как должна была. Либо…

Я не стал договаривать, а приложил пальцы к запястью Ярослава и окунулся в его мир эфиров. Хм, никаких изменений или сбоев. Все органы работают, отравления нет. Тогда, в чём же смысл?

— С тобой точно всё хорошо? — с нажимом спросил я. — Ничего нового не чувствуешь?

— Нет, — пожал он плечами. — Только пахло то ли газом, то ли ещё какой-то дрянью, — он сморщил нос. — Кстати, на улице, недалеко от входа, тоже чем-то воняет. Может, канализацию прорвало?

— Нет, это не канализация, — ответил я и протянул Ярославу лист бумаги. — Эту записку написал Грачёв. Бери. Вдруг тебе понадобится.

Он взял записку, прочёл текст и испуганно вытаращился на меня.

— «Советую молиться своим богам»? Почему? Что должно произойти?

— Не знаю. Но если ты говоришь, что ничего не чувствуешь, то, возможно, его артефакт не сработал, — предположил я.

Ярослав рассеяно кивнул, прислушиваясь к себе, затем убрал лист в карман и первым вышел из полуподвального помещения.

Я последовал за ним.

Мы сели в машину, и я повёз Ярослава в гостиницу. Он сидел весь на нервах, будто ждал, что вот-вот с ним должно что-то произойти.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил я в очередной раз, когда мы остановились у двери в кафе на первом этаже гостиницы.

даже напуган.

— Если что-то почувствуешь — сразу звони мне.

Ярослав кивнул и открыл дверь машины.

— Сегодня отдохну, а завтра продолжу искать Грачёва, — сказал он мне на прощание и вышел.

Я смотрел ему вслед, пока он не скрылся за дверью. Было наивно полагать, что артефакт не сработал, ведь Грачёв искусный мастер, и в качестве его изделий я убеждался не раз. Но, с другой стороны, он пришёл сюда после серьёзного ранения. А ведь его артефакт, который он использовал, чтобы создать брешь на магическом куполе, разорвало на части. Значит, и он может ошибаться?

Я поехал в сторону дома, надеясь, что артефактор просто-напросто не доработал свою чернильную сферу, и на Ярославе никак не отразиться встреча с ней. Всё же артефакт на меня даже не сработал. И если бы следопыт не приблизился к нему и не начал рассматривать, то все бы обошлось. Сам же я прошел мимо темного пятна, так как мне показалось, будто это просто пятно от машинного масла.

Я решил поехать в особняк и навестить Филатовых. Лида каждое утро пишет мне сообщение с пожеланием хорошего дня и удачи. Скучает. Дима обычно звонит вечером и рассказывает о том, как продвигаются дела в лаборатории и почти не задает вопросов. Только дед никак себя не проявляет. Ему трудно радоваться, ему больше по нраву недовольство и выдуманные проблемы.

Я остановился у ворот особняка. Из сторожки охранников мне навстречу вышел Кирилл Попов.

— О, рад видеть! — он пошёл навстречу, протягивая руку. — Смотрел, как ты сегодня в одиночку быстро что-то смешал, а потом вас объявили победителями с лучшим результатом. И как это у тебя получается? Неужели аптекари такие умные?

Я усмехнулся, пожимая крепкую руку нашего начальника службы безопасности.

— Не все умные.

— Я так и знал, что ты уникум, — ощерил он здоровые белые зубы. — Давно тебя здесь не было. Ты уж не обижайся, но мы изредка присматриваем за тобой. Конечно, у нас с тобой договоренность и всё такое, но мне так спокойнее, — признался Кирилл.

— Снова отправил своих людей следить за мной? — я обернулся, думая, что увижу машину с охранниками, но рядом никого не было.

— Нет, слежу только за твоей машиной. Вот сегодня ты в пригороде был. Что там делал?

— Встречался с другом, — пожал плечом

Я не соврал, ведь встречался с Ярославом.

— Ну-ну, — подозрительно прищурившись, он с сомнением покачал головой. — Я не хочу, чтобы ты рисковал. Если нужна помощь, ты всегда можешь к нам обратиться. У меня служат опытные бойцы и сильные маги. Они окажут поддержку в любой ситуации.

— Понял. Буду иметь в виду, — кивнул я и двинулся в сторону дома.

Возможно, мне понадобится их помощь когда-нибудь, но явно не с Грачёвым. У нас идёт борьба один на один, и привлекать кого-то слишком опасно. Алхимик против артефактора. Мастер против мастера.

Дома меня встретили так, будто я вернулся из долгого путешествия. Я знаю о чём говорю, ведь в прошлой жизни почти не сидел дома, а постоянно перемещался по всему миру, изучая растения, народы и государства.

Лида расцеловала в обе щёки и побежала на кухню готовить угощения. Дима деловито доложил, что те рецепты, что я продиктовал, на практике проявили себя очень хорошо, поэтому этими препаратами уже заполнили аптеки. Настя рассказал, что готовится к Новогоднему балу, где её выбрали Снегурочкой, которая будет открывать бал. А также похвасталась, что сшила для Шустрика шубку на зиму.

Шустрик, который будто почувствовал, что я пришёл, появился у меня на плече и, радостно щебеча, так крепко обнял хвостом, что чуть не задушил.

— Явился не запылился, — ворчливо проговорил дед, взглянув на меня поверх газеты.

Он сидел в гостиной у камина и, подслеповато щурясь, читал новости.

— Здравствуй, дед. Как ты? — я зашёл в комнату и опустился напротив, на диван.

— Как-как? Каком кверху, — он убрал газету и потёр уставшие глаза. — Дел по горло, а ты совсем к нам дорогу забыл.

— Как же забыл, если недавно приезжал? — я взял газету и увидел, что на первом же листе были написаны результаты турнира.

— А по мне так уже давненько не появлялся… Смотрели сегодня, как ваша команда радовалась победе, только тебя не нашли. Куда девался?

— Уезжал по делам, — пожал я плечами.

— По делам прямо во время турнира? Что это за дела такие важные? — нахмурился он.

— С одним приятелем договаривались встретиться.

Вот ведь настырный старик. Вечно без мыла лезет туда куда не просят.

— Ох, чувствую я, Шурик, недобрым делом занимаешься, — потряс он крючковатым пальцем.

— Ничем таким не занимаюсь, — с раздражением мотнул головой. — Ты мне лучше скажи, когда твои хвалённые строители оранжерею закончат? Что-то затянули они со стройкой.

— Дак два дня назад уже сдали. Можешь сходить и посмотреть, — предложил он.

— Пойдём, посмотрим, — кивнул я.

Вместе мы вышли из дома и двинулись в сторону лаборатории. Слева от неё и возвышалось новое стеклянное сооружение. Эта оранжерея была намного меньше тех, что стояли в поместье, но мне много места не надо. Здесь я намерен высаживать только те растения, которые использую чаще всего, а также в отдельной секции опасные манаросы типа «Венца смерти».

Мы зашли в оранжерею. Вокруг царила полутьма.

— Растениям нужен свет, — с укоризной сказал я.

— Погоди, будет тебе свет. Просто всё выключил. Всё равно здесь пока ничего не растёт, кроме сорняков.

Дед нажал на рычаги в небольшой коробке на стене у двери, и всё заработало. С потолка с двух сторон подул тёплый влажный воздух. Со всех сторон полился теплый слегка желтоватый свет, освещая подготовленные ящики для рассады, вазоны и горшки разных размеров.

— На выходных мы с Сеней здесь всё рассадим, — сказал я, прохаживаясь по узким проходам.

Работы были выполнены качественно: ниоткуда не дуло, аппарат для полива был исправен, а от теплого влажного воздуха я уже весь взмок, но это был идеальный климат для молодых растений.

— Зачем же Сеню беспокоить? У него и так дел в поместье хватает. Я сам тебе помогу, а то меня отовсюду уже вытурили: в лавках Лида распоряжается, в лаборатории Дима начальник, а я? Мне куда податься?

Дед выглядел растерянным. Я подошёл к нему и чуть приобнял за плечи.

— Так ты же глава рода. Вот и распоряжайся родом.

— Что ими распоряжаться? Сами всё знают. Привыкли за пять лет на себя полагаться и советов у меня не спрашивать.

— Ну тогда просто отдыхай. Всю жизнь работал, можно и отдохнуть.

— Не умею я отдыхать, да и не хочу. На том свете отдохну.

— А аптеки? Дима сказал, что почти всё готово к открытию. Вот ими и займись.

— Чего ими заниматься? — развёл он руками и опустился на добротную деревянную лавку. — Управляющих уже назначил. Они и будут работать. А мне совершенно нечем заняться. Иногда мне хочется вернуться в Торжок и снова встать за прилавок. Там меня все знают, уважают, за советом обращаются.

— А что, хорошая идея! Езжай в Торжок, а мы к тебе в гости будем приезжать. Сам же сказал, что вассалы дом восстановили и теперь как новенький.

— Тебе лишь бы от деда избавиться, — зыркнул на меня из-под кустистых бровей.

— Делай, как знаешь, — махнул я рукой и вышел из оранжереи.

На самом деле я приехал сюда не только ради того чтобы повидать близких. Я задумал создать одно зелье. Если Грачёв хотел устроить мне подлянку, то пусть готовится к тому, что и у меня есть для него кое-что интересное. То, что он наверняка оценит… если жив останется.

Я заперся в лаборатории и принялся творить.

Во время инициации мне передались знания всего рода, именно это позволяет мне так быстро создавать и придумывать зелья, ведь я пользуюсь не только своими знаниями, а знаниями многих поколений алхимиков. Лучших алхимиков моего мира.

Вот и теперь я выловил из многообразия различных зелий то, что поможет поразить Грачёва даже на расстоянии. Это зелье придумал мой дальний родственник по отцовской линии. Он служил при дворе и занимался поиском злейших врагов империи.

Зелье называлось «Призрачный охотник». Достаточно расплескать или вылить зелье на землю, в воду или в огонь, и его магия начинает действовать. Эфирные частицы зелья устремятся к цели, где бы она не находилась, преодолевая любые расстояния и преграды. Достигнув жертвы, они проникают в тело и вызывают выбранный эффект: паралич, лихорадку или даже медленную смерть.

Правда, для приготовления «Призрачного охотника» нужно использовать то, что принадлежит цели: волос, кровь, кусок кожи или даже ноготь.

У меня ничего такого не было, но я надеялся использовать его вещи: артефакт или лист бумаги. Вдруг получится.

Для приготовления зелья у меня имелось всё необходимое, поэтому вскоре оно было готово. Я поднял к глазам колбу с мутно-зеленой жидкостью, в которой плавали крошечные светящиеся частицы.

Позвонил Ярославу. Хотел предупредить, что сейчас подъеду, но он не взял трубку. Спит, наверное.

— Шурик, ты уже уходишь? — послышался голос старика Филатова.

Укутавшись в меховую накидку, он сидел на крыльце и дымил трубкой с остатками табака.

— Нет. Скоро вернусь, — махнул я рукой и ускорился.

— На ужин не опоздай. У Лиды уже всё готово! — крикнул он мне вслед.

Я доехал до гостиницы и поднялся на второй этаж. Постучал в дверь. Тишина. Постучал ещё раз. Снова нет ответа. Позвонил — он не ответил. Та-а-ак, мне это уже не нравится.

Спустился на первый этаж и подошёл к девушке-администратору.

— Не могу разбудить друга. Можете открыть дверь его номера?

— А из какого он номера? — тоненьким голоском ответила она и открыла дверь ключницы.

— В пятом.

— А, так оба ключа здесь. Значит он запер дверь, сдал ключ и ушел. Как он выглядит?

Я принялся описывать Ярослава, а она задумчиво уставилась перед собой.

— Я его вспомнила! Час назад выходил. Сказал, что ненадолго, и спросил, нужно ли мне что-нибудь из продуктового магазина.

— Он ушёл и на телефон не отвечает, — в груди неприятно кольнуло, но я постарался себя успокоить.

В конце концов он мог забыть телефон в номере, а сам сейчас сидит в кафешке или гуляет по города. А может, до сих пор ходит в магазине или стоит в очереди на кассу.

— Вы не знаете, в какой магазин он пошёл? — на всякий случай спросил я.

— Нет, он не говорил, — мотнула она головой, потом подняла указательный палец, будто что-то вспомнила, и добавила. — Наши постояльцы часто отовариваются в магазине «Яблочко». Вон там, на перекрёстке. Там недорого и большой выбор.

Я кивнул и поспешно вышел из гостиницы. «Яблочко» нашёл быстро. Яркая светящаяся вывеска была видна издалека. В магазине народу было немного, поэтому я быстро прошёл через весь магазин и удостоверился, что Ярослава здесь нет. Куда же он делся?

Попытался выйти на след его эфира, но где там. Вокруг столько народу, что пойти по следу будет трудно. Мне придётся на каждом шагу вычленять его эфир из множества других.

Я уже хотел вернуться к машине и подождать возвращения Ярослава, как в кармане зазвонил телефон. Я надеялся, что это он, но звонил лекарь.

— Приветствую вас, Авраам Давидович. Вы по делу?

— Здравствуйте, господин Саша! Я таки несказанно рад слышать ваш мужественный голос! К сожалению, ви правы, и я звоню вам по очень срочному делу.

— Слушаю, — я прижимал телефон к уху и осматривался, окидывая внимательным взглядом каждого прохожего.

— К нам попал очень необычный больной. Мы ещё не смогли определить, что именно с ним случилось, но дело не в этом.

— А в чём? — в груди неприятно кольнула догадка.

— Не знаю, почему, но он повторяет ваше имя. Хотя я таки не совсем уверен, что ваше. Просто твердит: «Александр Филатов. Позовите Александра Филатова». Больше ничего не говорит. Может он имеет в виду другого Александра Филатова, но я на всякий случай решил оповестить вас.

— Документы у него с собой есть? — сглотнув ком в горле, спросил я.

— Есть. На имя… э-э-э, а вот: Пахомов Ярослав Геннадьевич.

— Ясно. Я его знаю. Сейчас приеду.

Я сел в машину и рванул в сторону когановской лечебницы. Похоже, чернильная сфера Грачёва всё же подействовала.

Отправить