Глава 22

Декан открыл конверт и вытащил бумаги, находящиеся в нём. Я подбежал и взглянул на содержимое. Это был какой-то документ с печатями и подписями, а также наскоро написанная нетвердой рукой записка.

«Клавдий, ты должен отдать этот документ главе тайной канцелярии Роману Дмитриевичу Демидову. Только ему лично в руки! Нельзя никому доверять! За мной охотятся. Я ранен, но жив. Не могу сказать тебе, где сейчас нахожусь. Как только получишь письмо, найди способ связаться с Демидовым. Олег». Рядом его подпись.

— Он ранен, — ужаснулся декан. — Бедный. Где же он теперь? Почему ко мне не пришёл?

— Наверное чтобы вас не подвергать опасности, если за ним охотятся, — предположил я.

— Но кто и зачем?

— Думаю, всё дело в этом документе. Кстати, что это такое?

Клавдий Тихомирович развернул документ, на котором сверху в шапке был нарисован вычурный вензель с загогулинами и надпись: «Сумеречный Орден».

Дальше находилась таблица с именами людей, должностями, видами магии и подписями.

— Не может быть, — изумлённо выдохнул декан. — Как он смог его достать?

— Что это такое? Кто эти люди? — я просмотрел все пять листов. Было больше двухсот имён.

— Это члены «Сумеречного Ордена», — он многозначительно посмотрел на меня.

— Всё равно не понимаю. Что в этом такого важного?

Декан быстро перелистал и ткнул пальцем на одно из имён. Это был Распутин Василий Денисович.

— Распутин был членом «Сумеречного Ордена», также как и Боткин с Мичуриным, — он снова показал на знакомые имена. — Как и множество высокопоставленных людей и советников императора, — встретившись с моим напряженным взглядом, он пояснил. — Все знали, что обычные лекари не могли без поддержки извне провернуть такую аферу с покушением на наследника. Были ещё причастные, притом люди очень высоких должностей.

— То есть, если мы отдадим Демидову список, то он займётся остальными членами Ордена и найдёт тех, кто прикрывал лекарей? — догадался я.

— Совершенно верно! Только не «мы отдадим», а я отдам. Вам в это дело лучше не лезть, — строго проговорил он.

— Вы знаете, как найти Демидова? — уточнил я.

— Нет, но я могу узнать, — проговорил он.

— У меня есть номер телефона главы тайной канцелярии. Кроме того я знаю, где располагается их управление. Думаю, нам лучше действовать сообща и как можно быстрее передать документ, — с нажимом проговорил я.

Клавдий Тихомирович с сомнением покачал головой, но я не отступал.

— Если кто-то узнает, что вы ищете встречи с Демидовым, то могут возникнуть подозрения, что документ у вас. И тогда ваша жизнь будет в опасности.

Он недовольно поморщился и кивнул.

— Ну ладно. Только давайте как можно быстрее передадим список, а то я не смогу жить нормально, пока он у меня.

— Поехали прямо сейчас? — предложил я. — По пути позвоню ему и предупрежу.

— Ладно, — решительно кивнул он. — Едем!

Он убрал документ и записку обратно в конверт, спрятал его во внутренний нагрудный карман и встал.

Предупредив секретаршу, что уезжает по делам, декан кивнул мне, и мы торопливо двинулись по коридору. Я чувствовал нервозность Клавдия Тихомировича. Он напряженно всматривался в лица мимо проходящих преподавателей и студентов, будто ожидал нападения.

— Может, взять с собой кого-нибудь из службы безопасности? — шепнул он мне, когда мы спускались по лестнице.

— А вы уверены, что среди них нет того, кто работает на Орден?

— Нет, не уверен, — ответил он и поджал губы. — Теперь я понимаю Олега. Он наверняка тоже никому не доверял. Сумеречный Орден, как Кракен, пустил свои щупальца во все структуры, чтобы всё контролировать.

— Кракен?

— Мифическое морское существо из скандинавских легенд. Обычно описывается в виде гигантского осьминога. По легенде он топит корабли и вызывает бури.

— Ясно, — кивнул я.

Встречался я однажды с подобным Кракеном. Правда, аборигены называли его Кладархом. Пришлось поджечь море, чтобы с ним справиться.

Мы вышли на улицу, и я повел декана к своему старенькому седану. Он постоянно оборачивался, будто чувствовал слежку, но слежки не было. Уж я-то бы точно заметил. Похоже, Щавелеву удалось провести своих преследователей и незаметно отправить письмо по почте. К тому же я обратил внимание, что на конверте не был указан отправитель, что было очень предусмотрительно.

Как только сели в машину, я набрал номер телефона Демидова. Ответил он не сразу. Я даже успел подумать, что не дозвонюсь.

— Алло. Кто это? — послышался его напряженный голос.

— Роман Дмитриевич, это Александр Филатов. У меня к вам срочное дело. Мы можем встретиться?

— А… а что случилось? — он явно не хотел отвлекаться от своих дел.

— Хотим передать важный документ.

— Хотим? Кто ещё с вами? — насторожился он.

— Декан аптекарского факультета Московской магической академии Клавдий Тихомирович, — ответил я, выезжая с парковки.

— Свиридов?

Я мельком взглянул на притихшего декана и спросил:

— Ваша фамилия Свиридов?

— Да, совершенно верно, — кивнул он, но уже через секунду забеспокоился. — А откуда глава тайной канцелярии знает моё имя? Они что, интересовались мной?

Я пропустил его слова мимо ушей.

— Да, Свиридов.

— Хорошо. Подъезжайте к управлению. Я на месте и предупрежу своих людей.

Я хорошо запомнил путь до старинного обветшалого здания Архива. Декан с сомнением посмотрел на здание через окно и осторожно спросил:

— Вы уверен, что мы приехали по нужному адресу?

— Уверен. Я здесь уже бывал. Выходите, нас ждут.

У входной двери Архива стояли двое бравых вояк. Я их помнил, они приезжали к нам в Торжок как раз во время нападения Распутина.

— Приветствую, — кивнул один из них, внимательно осмотрев нас придирчивым взглядом. — Прошу за мной.

В сопровождении боевых магов мы поднялись на второй этаж и подошли к кабинету главы тайной канцелярии Демидова.

— Ждите здесь. Я доложу, — сказал маг и исчез за дверью.

Ждать пришлось недолго, но декан за это время покрылся испариной. Он постоянно крутил головой и прижимал руку к тому месту, где в кармане лежало письмо. Вел себя так, будто ждал нападения.

— Проходите. Вас ждут, — сказал боец, показавшись в дверях.

Демидов встал нам навстречу, представился и поздоровался с деканом. Затем кивнул мне и предложил присесть на небольшие довольно жёсткие кресла.

— Слушаю вас, — глава тайной канцелярии сел за свой стол и, сцепив пальцы, внимательно посмотрел на нас.

— Может быть вы не знаете, но совсем недавно в нашей академии случилось неприятное происшествие…

— В курсе, — прервал его Роман Дмитриевич. — Продолжайте.

— Пропал профессор Щавелев…

— Его ищут. И мы в том числе, но пока безрезультатно.

— Хорошо, — кивнул Клавдий Тихомирович. — Сегодня от него пришло письмо…

— И что там? — глава тайной канцелярии весь обратился в слух.

— Вот оно. Посмотрите сами, — декан вытащил конверт, потянулся через стол и отдал ему.

Роман Дмитриевич сначала рассмотрел конверт. Даже понюхал его. Затем осторожно заглянул внутрь и, удостоверившись в том, что там нет ничего, кроме бумаг, вытряхнул их на стол.

Перевернув карандашом неровный оторванный кусок бумаги, он прочёл записку профессора и только после этого взял в руки документ.

— Откуда у него список членов «Сумеречного Ордена»? — спросил он, когда просмотрел все фамилии и рассмотрел подписи.

— Я этого не знаю, но Олег был очень возмущен тем, что остальным фигурантам дела с наследником удалось избежать ответственности, — понизив голос, ответил декан.

— Откуда он мог знать, что был ещё кто-то замешан?

— Дело в том, что старший сын Распутина учился у него и как-то проговорился, что хочет вступить в «Сумеречный Орден», членом которого является его отец. Сообщество тайное, поэтому они все очень хорошо скрывают причастность к нему. Но даже «Лику Безликих» далеко до них по сплоченности. Поэтому Олег, да и я, считаем, что нужно проверить всех членов Ордена.

Демидов не ответил. Он снова просмотрел список и задумчиво уставился в окно, будто совсем забыл о нашем существовании. Мы с деканом не стали отвлекать его и просто ждали, что будет дальше.

— Я подозревал некоторых из этого списка, но многие стали полной неожиданностью, — глухо проговорил он и повернулся к нам. — Благодарю вас. Вы правильно сделали, что послушались профессора Щавелева и привезли список мне. Уж я-то знаю, как им распорядиться.

— Меня волнует Олег. Найдите его уже, пожалуйста, — взмолился Клавдий Тихомирович. — Он ведь такой беззащитный. Боюсь, если его найдут преследователи, то его… Его просто…

— Мы постараемся всё выяснить. Никому не говорите о письме, — Роман Дмитриевич поднялся на ноги и двинулся к двери, провожая нас.

Мы попрощались, и он ещё раз заверил, что постарается найти Щавеля раньше, чем бандиты, что гоняются за ним. Я бы, конечно, поспорил насчёт бандитов. Судя по тому, что членами Ордена являются высокие чины, то за профессором гоняются не бандиты, а сама власть. По крайней мере некоторые структуры.

Я отвез декана в академию, после чего забрал Семена, и мы вместе поехали ко мне домой. Он настоял на том, чтобы я остановился сначала у цветочного салона, а потом у кондитерского магазина. С двумя букетами цветов и большим морковным тортом, он зашёл в наш особняк и не смог сдержать восхищённого возгласа:

— Ты здесь живёшь⁈

— Да. А что такое?

— Это же просто дворец какой-то!

— Ты преувеличиваешь. Видел бы ты, что творится в особняках лекарей, наш дом не стал тебе казаться таким уж богатым, — усмехнулся я.

В это время у перил второго этажа появилась Настя с Шустриком на плече.

— Привет! — махнула она рукой.

— Привет. Знакомься, это мой друг Сеня. Семён Афанасьев, — представил я.

— Привет, Сеня, — улыбнулась Настя. — А кому цветочки?

— Тебе, — улыбнулся он, отдал мне торт и один букет, а со вторым взлетел вверх по лестнице и вручил Настя.

— Спасибо. Очень приятно, — она прижала букет к груди и вдохнула аромат цветов. — Вот мой братец почти никогда мне ничего не дарит, — она украдкой показала мне язык. — Мог бы статуэтку мне отдать. Зачем тебе эта лошадь?

— Ты снова её трогала? — строго спросил я.

— Да, а что такого? — вздернулся она подбородок. — Она мне нравится.

Я ничего не ответил. Меня эта вещица сильно настораживала, поэтому я бы не хотел, чтобы сестра до неё дотрагивалась. Надо бы избавиться от лошади. Но куда её деть?

Сеня забрал у меня букет и двинулся знакомиться с остальными членам моей семьи. Лиде он вручил второй букет и даже руку поцеловал. Деду отдал торт, а Диме долго тряс руку и говорил о том, что они с отцом очень переживали за него и обрадовались, когда его нашли живым.

Короче, Сеня хоть скромный и застенчивый парень, но нашёл подход к каждому, и все остались им довольны. К моему удивлению, дед так расщедрился, что пообещал, что будет платить ему за работу пятьсот рублей в месяц. Услышав такую большую сумму, Сеня так расчувствовался, что поклялся в вечной преданности. Смешной такой.

После ужина, я отвёз Сеню в академгородок и всю обратную дорогу думал о Щавелеве. Если бы его поймали, то выбили бы из него правду, куда он дел список. И тогда охота пошла бы на декана, но за время нашей поездки к Демидову я не заметил слежки.

Даже вернувшись домой, переодевшись в пижаму и укутавшись одеялом, я не мог выкинуть из головы профессора. Он где-то прячется. Возможно голодает. К тому же в записке он указал, что ранен. Нужно обязательно найти его и помочь. Как ни крути, а он рискует своей жизнью из-за списка членов Ордена. Из-за людей, которые прикрывали темные дела лекарей. Он на нашей стороне.

Не придумав ничего лучше, я включил ночник, вытащил из тумбочки ведьминскую книгу и принялся пролистывать вторую часть, которую ещё не успел полностью изучить. Надеялся, что смогу найти заклинание или ритуал, который поможет найти сбежавшего аптекаря.

Пролистав до последней страницы, с раздражением захлопнул книгу. Ничего не подходило. Уже хотел вернуться в кровать, но тут вспомнил про хана. Нарантуя говорила, что, если я помогу ему, он наградит меня. О какой награде идёт речь? Надо бы выяснить.

Надел теплый халат, засунул ноги в домашние тапочки, взял из дома всё необходимое для ритуала призыва духа и вышел на улицу. Ночь была морозной. Луна дарила свой холодный серебристый свет. Изо рта шёл пар. Похоже, правы были провидцы, что работают в газете и предсказывают погоду.

Я зашёл в лабораторию и снова приготовил место для ритуала. Только на этот раз мне не нужна была вода, кровь и темная ткань, зато требовалась вещь того, кого призываешь. Я не знал, чьей вещью является лошадь: хана или шаманки, но решил воспользоваться фигуркой.

Опустившись в круг из соли, я зажег свечу, поставил рядом с собой лошадь и принялся читать заклинание. Как только последнее слово было произнесено. явилась Нарантуя. Она выглядела такой злой, что снова косички на её голове извивались, словно змеи.

«Зачем ты потревожил меня, мерзкий обманщик и воришка⁈» — прокричала она, испепеляя меня взглядом.

«Ты всё ещё хочешь, чтобы я снял с вас заклинание?» — улыбнувшись, поинтересовался я.

Шаманка удивленно посмотрела на меня и уже спокойным голосом спросила:

«Хочу. Ты нам поможешь?»

«Помогу только в том случае, если мне понравится подарок хана. Что я получу от него за услугу?»

«Он может подарить тебе свою магическую способность, которую смог сохранить даже после смерти. Она ему ни к чему».

«Что за способность?»

«Вызывать духов».

«Пф-ф-ф, зачем мне духи? Они бесполезны», — я уже хотел задуть свечу, но шаманка быстро добавила.

'Ты сможешь вызывать любых духов, каких захочешь. Они будут являться к тебе в любое время, в любом месте и выполнять любое распоряжение. Это будут сильные воины, могущественные колдуны, следопыты.

«Следопыты? А это уже интересно».

'С помощью духа-следопыта ты сможешь проследить за своим врагом, найти спрятанное сокровище…

«А человека этот следопыт мне найдёт?» — снова прервал я её.

«Можешь не сомневаться. Для духа нет преград».

«Хорошо. Зови сюда своего муженька, будем заключать магический договор», — махнул я ей рукой.

«Зачем?» — удивилась она.

«Не хочу ходить в дураках. По договору он будет обязан передать мне способность вызывать духов. Если этого не случится, то всё вернётся на круги своя».

Шаманка исчезла, и через пару мгновений на её месте появился Алтан Хасар. В отличие от скелета, в которого он превращался, хан был совсем невысок. Сантиметров сто шестьдесят. Он сурово смотрел на меня, сжимая рукоять меча, висящего на поясе.

«Говори. Что ты хочешь?» — прозвучал его властный голос.

«Твою способность вызывать духов в обмен на свободу».

«Я согласен».

Я тут же перелистнул книгу на нужное заклинание, быстро прочёл его вслух и чётко сформулировал то, что хочу. Хан согласился с моими условиями. Я прочёл ещё одно заклинание, и магический договор между человеком и духом был заключен. По крайней мере так писалось в книге. Надеюсь, я всё верно понял.

Чтобы отменить заклинание хана без помощи сильного магического артефакта, пришлось потрудиться. Два раза я прибегнул к помощи зелья «Исцеления», чтобы восполнить силы. Как оказалось, отменить такое древнее заклинание можно только выдав больше энергии, чем тратилось для его создания. В общем, я изрядно вымотался, читая раз за разом нужное заклинание и вкладывая в слова ману.

Всего нужно было прочесть заклинание тридцать три раза, что я и сделал. Читая последние слова заплетающимся языком, я заметил, что дух хана начал светлеть, пока не превратился в золотистое облако и не исчез. Я же совершенно без сил свалился на пол, ударился головой и потерял сознание…

Отправить