Глава 23

— Шурик, какого лешего ты здесь натворил? Ещё и дрыхнет на полу. Вставай давай, — меня потрясли за плечо.

Приоткрыв один глаз, я увидел над собой старика Филатова. Он несколько секунд внимательно осматривал на меня, затем всплеснул руками и в негодовании воскликнул.

— Опять двадцать пять! Ты только глянь какую шишку набил! Откуда на этот раз свалился?

Я сел, почувствовав легкое головокружение, и дотронулся до головы. Действительно шишка. Странно. Не помню, чтобы падал.

— А это что за копоть? Ты чего здесь жёг?

Вокруг меня вся мебель, пол и даже потолок покрывал чёрный налёт. Это явно не от свечи. Вообще я плохо помню, что происходило ночью. Всё-таки я сильно истощил свой источник, когда снимал заклятье с хана. Интересно, у меня получилось или нет?

— Шурик, ты что… ведьмаком сделался? — дед ошарашенно уставился на ведьминскую книгу, которая лежала раскрытой рядом со мной.

Затем перевёл взгляд на потухшую свечу, круг из соли и статуэтку.

— Признавайся, что ты делал?

— Ничего особенного, — пожал я плечами, подобрал книгу с пола, взялся за щетку и начал подметать.

Делал всё машинально, и никак не мог собраться с мыслями.

— Шурик, не нравятся мне эти дела. Сначала гробница того хана, потом книга ведьмаков. Боюсь, как бы не навлёк ты беду на наши головы, — сокрушенно покачал головой дед, намочил тряпку и начал оттирать копоть.

Я хотело ответить, что у меня не было другого выхода, но все же промолчал. Не хочу пугать старика.

Прибравшись в лаборатории, приготовил для себя эссенцию «Золотой нектар», чтобы убрать шишку, воспаления и вернуть ясность уму. Когда выпил сладкий напиток, то сразу почувствовал себя лучше. Приятное тепло разнеслось по телу, шум в голове пропал, а шишка прямо на глазах уменьшилась.

Мы с дедом вернулись домой. Из столовой слышались голоса. Родные уже собрались за столом. Настенные часы показывали пол восьмого утра. Поднявшись к себе, спрятал книгу и статуэтку в шкаф, а сам принял душ, надел форму академии и спустился к столу.

— Чем ты занимаешься в лаборатории по ночам? — строго спросил Дима, после того как Лида покашляла и многозначительно посмотрела на него. — Мне сегодня охранники доложили.

— Ночью лучше всего работается. Никто не мешает, — пожал я плечами.

— Над чем ты работаешь? — вмиг заинтересовался Дима, перестав изображать из себя строгого отца.

— Да так. Пытаюсь придумать лекарственные средства, для использования которых пригодятся артефакты Коганов, — соврал я. — Кстати, надо бы съездить и проверить те, что они уже изготовили.

Дима одобрительно кивнул и принялся за кашу. Дед же недовольно покряхтел, но не стал говорить, в каком виде он нашел меня утром.

Позавтракав, я поднялся к себе, взял ключи от седана и уже собрался спуститься вниз, но сначала решил попробовать вызвать Нарантую. Я не знал, как это делается, поэтому просто мысленно обратился к ней

«Нарантуя, явись ко мне!»

Ничего не произошло. Я оглянулся, но комната была пуста. Ну ладно, чуть позже разберусь, как это делается. Возможно, о вызове духов написано в ведьминской книге.

Я уже взялся за ручку двери, намереваясь выйти, но тут краем глаза уловил какое-то движение и резко обернувшись увидел её — Нарантую. Только выглядела она совсем по-другому: волосы распущены и локонами лежат на плечах, легкое цветастое платье облегает тонкий девичий стан.

«Ты звал меня, алхимик?» — прошелестел её голос.

«Ты… изменилась».

«Благодаря тебе. Теперь мы все свободны и хотим поблагодарить тебя»

Вдруг за ней начали появляться другие призрачные фигуры. Моложые красивые женщины заполонили всю комнату.

'Они не могут говорить с тобой, поэтому передают послание через меня, — проговорила она. — Мы — несчастные жёны ведьмака Алтана, наконец-то обрели свободу и покой. Мы не знаем, сколько времени прошло, но нам казалось, что целая вечность. Мы безмерно благодарны тебе за помощь. Ты всегда можешь обратиться к нам за помощью. Наши имена: Найгуль, Аргиза, Динара… — она перечислила имена всех тринадцати жён.

Все духи одновременно низко поклонились и пропали так же внезапно, как и появились.

Когда Нарантуя тоже начала исчезать, я крикнул ей вслед:

«Ты обещала рассказать, как убила своего мужа!»

Шаманка улыбнулась, будто это было чертовски приятное воспоминание.

«Я сначала устроила ему такую бурную ночь, что он, вымотанный, уснул только под утро. А затем уколола его палец иглой толщиной не больше конского волоса и взяла каплю крови. Дальше — легче легкого. С помощью ритуала „Кровавой жатвы“ я отсоединила его душу от тела. Никто даже не догадался, что я его убила», — усмехнулась она.

«Почему ты не сбежала?»

«Хотела. Но к каждой из нас была приставлена охрана, которая не только защищала, но и следила за нами. Меня перехватили, когда я попыталась улизнуть из дворца через канал со сточными водами».

«И они не поняли, что ты причастна к смерти хана?» — удивился я.

«Конечно нет! Я подговорила всех жён одновременно попытаться сбежать, поэтому подозрение на меня не пало. Но я всё равно поплатилась. Ведьмак, как выяснилось, завещал после своей смерти сжечь его жён. Его верные люди, те ещё твари, так и сделали», — она зло поджала губы и сжала кулаки.

«Есть ли магические силы у других жён?»

«У всех есть силы. Но все они ведьмы или маги, а я… Ха, с такими, как я, он ещё не сталкивался и не знал, что я намного опаснее всех его врагов», — она явно была довольна собой.

«Ты — дочь шамана?»

«Все мои родные были шаманами, но лишь я обладала силой, о которой они даже мечтать не могли. Меня сделали шаманкой нашего поселения в десять лет. Уже тогда я была намного сильнее своего отца. Я благодарю тебя за помощь, но ты меня не обманешь. Я знаю, что ты из корысти помог хану и нам заодно».

«Одно другому не мешает», — пожал я плечами. Не хватало ещё оправдываться перед этой бестией.

«Больше не вызывай духов посреди дня. Лучше в полночь», — предупредила она.

«Почему? Любите нагнетать атмосферу и постращать живого?» — улыбнулся я.

«Полночь — это час духов. Именно в это время граница между живым миром и миром мертвых истончается».

«Ясно. Тогда до встречи в полночь», — подмигнул я шаманке и вышел из комнаты.

Весь день в академии прошёл без происшествий. Даже Харитонов вёл себя тихо и лишь на перемене между первой и второй парой бросал в мою сторону затравленный взгляд. Неужели до сих пор переживает из-за того случая, когда я облил его «Оковами»? Ерунда какая. Да я после всех его выходок должен был на время превратить его в тупое животное, но не сделал этого. Пусть скажет спасибо.

У меня из головы не выходили слова шаманки про духа-следопыта. Нужно попробовать найти Щавелева с помощью него, но может понадобиться личная вещь профессора, поэтому после занятий я зашёл в деканат и протянул цветок, сорванный с куста из вазона, секретарю декана.

— За что? — насупилась она, не торопясь принять подарок.

— Просто так, — улыбнулся я. — Чтобы поднять вам настроение.

— Оно у меня и не падало, — буркнула секретарша, по-прежнему настороженно глядя на меня. — Что вам надо?

— Ну ладно, раскусили, — я растянул губы в улыбке. — Подскажите, за каким из столов сидел профессор Щавелев? — попросил я и указал на столы, расположенные рядами.

Рядом с ними крутились студенты и другие преподаватели аптекарского факультета.

— Зачем вам? — продолжала допытываться она.

Я выдохнул, пытаясь скрыть раздражение. Ну что за любопытная мадам.

— Просто хочу забрать свою ручку, которую давал ему на занятии. Это ручка мне очень дорога. Мне её подарил… дедушка.

Девушка встала из-за стола и бросила через плечо.

— Идёмте покажу.

Мы прошли к столам и остановились у того, что стоял у окна. На нём творилась полная неразбериха: книги, тетради, журналы, какие-то листочки, пустые бутыльки из-под ингредиентов и прочее. Всё лежало в беспорядке, что совсем не походило на профессора. Скорее всего здесь рылись охранники из службы безопасности. Я взял из стакана с ручками первую попавшуюся и быстро убрал в карман.

— Нашёл! Спасибо, — улыбнулся я и двинулся к выходу.

— Ваш дедушка подарил вам обычную шариковую ручку? — спросила она мне вслед.

— Да, а что такого? Главное внимание, — бросил я через плечо и вышел из деканата.

Нарантуя сказала, что не стоит звать духов днём, поэтому придётся дождаться полуночи, хотя я очень хотел как можно скорее решить этот вопрос. Если все спецслужбы города не могут найти Щавеля, то последняя надежда на духов.

Я вышел из академии и двинулся к парковке, когда в кармане зазвонил телефон. Номер незнакомый. Хотел сбросить звонок, ведь от неизвестных номеров одни неприятности. Но звонивший был очень настойчив, поэтому я решил ответить.

— Саша, здравствуйте. Это Давид Елизарович, — послышался голос патриарха Коганов. — Звоню с телефона лечебницы. Просто хотел уточнить, как ваше здоровье? Может, помощь нужна? У нас есть хорошие обезболивающие артефакты.

— Здравствуйте, Давид Елизарович. У меня всё хорошо.

— А-а-а, вы, видимо, принимаете ваши средства. И как? Помогают?

— Да, чувствую себя отлично.

— Понятно… Но я бы всё равно хотел ещё раз проверить ваше состояние, — настойчиво проговорил он.

— Сейчас подъеду, — ответил я и сбросил звонок.

У меня была уйма времени до полуночи, поэтому я решил согласиться на сканирование. Заодно проверю, что там с моей аурой. Хотя с тех пор, как я провёл ритуал избавления от проклятья, больше не принимал «Исцеление», ведь чувствовал себя хорошо.

Давид Елизарович встретил меня на первом этаже у регистратуры и повел в ближайший свободный кабинет.

— Я так несчастен из-за всей этой ситуации, — проговорил он, с сочувствием глядя на меня. — Вы ещё так молоды. К тому же наша договорённость по поводу выпуска артефактов может провалиться. Сомневаюсь, что ваш дед или отец смогут придумать что-то похожее на то, что мы уже создали по вашему запросу. Кстати, хотите проверить?

Он запер за нами дверь кабинете и указал на кушетку.

— Хочу. Очень интересно, как справились мастера, — ответил я и опустился на жёсткую кушетку.

— Когда вам станет совсем плохо, то лучше переделать договор. Вы не против, если мы начнём продавать артефакты от нашего имени, а не от вашего? Вам же уже будет всё равно, — смущенно улыбнулся он.

Вот же жук! Сразу видно в кого такой ушлый Авраам Давидович. Хотя ему ещё далеко от его отца.

— Боюсь вас огорчить, но я не собираюсь умирать в ближайшее время, — с усмешкой ответил я.

— К сожалению бывают такие случаи, когда от нас ничего не зависит, — развёл он руками, покачал головой и присел на стульчик рядом со мной. — Ну что ж, посмотрим, как разрушается ваш организм под воздействием проклятья.

Он занёс надо мной руку и принялся водить ею просвечивая мое тело. Сначала посмотрел в области груди, затем поднялся до головы. Я внимательно следил за его мимикой и замети сначала недоверие, потом его брови удивленно поползли наверх, и раздался изумленный выдох.

— Что такое, Давид Елизарович? — учтиво уточнил я.

— Ничего не понимаю, — он прикусил нижнюю губу и принялся её жевать. — Я не мог ошибиться… Дело в том, что вы… совершенно здоровы.

Лекарь сокрушенно покачал головой, встал со стула и еле слышно добавил.

— Я ошибся в диагнозе. Как я мог? Пожалуй, мне пора на пенсию.

Я поднялся с кушетки и подошёл к лекарю, который продолжал качать головой и смотреть на свои ладони.

— Успокойтесь, уважаемый лекарь, в этом нет вашей вины, просто я нашёл способ избавиться от проклятья.

Давид Елизарович вмиг оживился и уточнил:

— Что это за способ?

— К сожалению, не могу вам об этом рассказать.

— Жаль, очень жаль. Но я безмерно рад вашему выздоровлению, — он добродушно улыбнулся и пожал мне руку. — Поздравляю с счастливым избавлением от смерти.

— Благодарю. А теперь я бы посмотрел те артефакты, что изготовили в ваших мастерских.

— Идёмте в мой кабинет. Всё лежит там.

Мне понравились артефакты. Они получились именно такими, как я планировал. Мы договорились, что Коганы начнут массовое производство артефактов, а мы со своей стороны оповестим наших вассалов и дадим рекламу о необходимости покупки артефактов для усиления воздействия лекарственных средств.

Вернувшись домой, я рассказал Диме и деду о договоренности с Коганами. Те одобрили моё решение и пообещали, что помогут с продвижением.

Весь вечер я слонялся по дому, с нетерпением поглядывая на часы. В конце концов не выдержал и решил дождаться полуночи в лаборатории, заодно пополнив запас зелий.

Однако, когда в полночь я вновь насыпал солевой защитный круг и зажёг свечу, понял, что даже не представляю, как вызывать духа следопыта. Пришлось позвать Нарантую.

«Чего ты желаешь?» — она вопросительно посмотрела на меня.

«Как мне вызвать следопыта?»

«Ты должен знать, кого вызываешь. Нельзя просто сказать: приди конюх, или приди стряпчий».

«Хм, но в этом мире я не знаю ни одного мёртвого следопыта», — задумчиво почесал затылок.

«Зато я знаю. Отправлю к тебе следопыта своего отца. Однажды батрак сбежал, прихватив наше золотишко. Так и дня не прошло, как Тайган приволок мерзавца и отрезал ему уши».

«Зови своего Тайгана».

Нарантуя поклонилась и исчезла. Вскоре на её месте появился коренастый мужчина с длинными черными усами и резкими чертами обветренного лица. Он был одет в простую рубашку, плотные штаны и мягкие мокасины. За спиной короткая накидка с капюшоном, а на поясе висит кинжал и небольшие кожаные мешочки. Он внимательно уставился на меня черными проницательными глазами.

«Ты вызывал меня, шаман? — спросил он глубоким голосом. — Тайган готов служить».

Одновременно с его голосом послышался звук, будто сильный ветер пронёсся по кронам деревьев.

«Ты можешь найти человека, которому принадлежала эта вещь?» — я вытащил из кармана и положил на пол рядом со свечкой ручку со стола профессора Щавелева.

Тайган лишь мельком взглянул на ручку и пропал. Ждать пришлось почти полчаса. Я уже думал, что ничего не получится, и собирался пойти домой, но тут следопыт явился.

«Я нашёл этого человека».

«Покажи мне, где он находится», — велел я с замершим сердцем.

Отправить