Глава 21

Так и знал, что эта шаманка легко не сдастся. Следом за ударом по стене зазвенели колбы, что стояли на полках.

«Тебе со мной не справиться!» — снова прокричала она в м, и посуда полетела на плиточный пол, разлетаясь на мелкие осколки.

Мне даже пришлось прикрыться рукой, чтобы в лицо не вонзились осколки. Хотя они даже по какой-то причине не долетали до меня, хотя были совсем рядом. Я даже не подозревал, что Нарантуя такой мощный призрак. Обычно духи могут проникать лишь в сознание и насылать различные видение, но для того, чтобы двигать реальные вещи, нужна огромная энергия.

Вопреки тому, что творилось в лаборатории, в круге, прочерченном солью, даже пламя свечи не колыхнулось. Не знал, что соль на них так влияет. В прошлой жизни я использовал красную землю, добытую у подножья Пика Небесного Дома, чтобы запереть призрака.

«Я же сказал, что не следует мне угрожать. Я сильнее тебя!» — отправил я ей мысленное послание.

«Чтоб тебя сгрызли черти подземного мира! Чтоб ты сгнил в пасти болотного демона.! Чтоб ты…»

«Не стоит разбрасываться словами», — усмехнулся я и воткнул иголку в палец.

Капля крови выступила на коже. Как и написано в книге, я вытер палец о кусок черной ткани и начал произносить слова заклинания:

— Велеса трийна, мориэль саль…

«Р-р-р-а-а-а!!!» — прокричала ведьма, и в лаборатории задрожали не только колбы, но и полки и даже металлические столы с расставленными на них приборами.

Я же продолжал читать заклинание, не обращая внимания на беснующийся дух.

Когда я уже дочитывал заклинание, в дверь забарабанили, и послышался голос одного из охранников.

— Александр Дмитриевич, что происходит⁈ Вы в порядке!

— Всё хорошо! Не обращайте внимания. Просто провожу эксперимент! — прокричал я в ответ.

— Я должен зайти и убедиться, что с вами всё хорошо. Откройте дверь! — велел он.

— Нет, не сейчас! Я занят!

— Открой дверь!!! — взревел он, и на дверь снова посыпались удары.

И тут я понял, что это совсем не охранник. Он бы не стал себя так бесцеремонно вести. Это проклятая шаманка хочет заставить меня выйти из круга.

«Ничего у тебя не получится», — отправил я мысленный сигнал и продолжил ритуал.

Удары тут же прекратились, а осколки, что лежали на полу, поднялись в воздух и закружились, всё сильнее ускоряясь. Если честно, то на мгновение мне показалось, что ей удастся пробить защиту из соли, и сотни осколков вонзятся в меня. Я решил ускориться.

После того как прочёл слова заклинания, я окунул пальцы в воду и прикоснулся ко лбу и к груди. Затем скрутил черную ткань и поднёс к свече, чтобы сжечь, но тут начало происходить что-то странное.

Свет от пламени свечи осветил чёрный дым, проникающий в лабораторию через щели в двери и окнах. Дым ничем не пах, это явно был не пожар, о котором я подумал сначала. Следом завибрировал пол, а потом и всё здание. Я вскочил на ноги, вытащил пробирку с «Пурпурным отравителем» из патронташа, который прихватил с собой и замер, наблюдая за тем, как чёрный дым кружится, превращаясь в фигуру. Почему-то мне кажется, что это не шаманка.

Вжух-х-х! Прямо передо мной пролетело острое лезвие клинка. Чёрный дым исчез, а вместо него появился гигантский скелет, упирающийся головой в потолок. В его руках сверкнул меч, которым он замахнулся на меня.

Я уже было хотел откупорить пробковую крышку и плеснуть на него, но тут вспомнил, что это всего лишь призрак или видение, но точно не реальное существо, хотя очень похоже.

Скелет раскрыл зубастую пасть, заорал дурным голосом и принялся размахивать мечом у меня перед носом. На всякий случай я отошёл подальше от него, но не вышел за пределы круга.

«Зря стараешься, Нарантуя, ничего у тебя не выйдет», — усмехнулся я.

«Ты ошибся, алхимик! — ответил скелет гортанным мужским голосом. — Я — хан Алтан Хасар!»

Скелет снова взревел и меня обдало ледяным ветром. Я взглянул на свечу — даже не шелохнулась. Похоже, ветер тоже видение.

Поняв, что до меня не добраться, скелет сначала превратился в огромного буйвола с острыми рогами, затем в тигра. Хищник, ощерившись, принялся бегать вокруг меня в надежде найти брешь в солевом круге, но очень быстро понял, что ни в каком из образов на меня нельзя повлиять, и я добровольно не выйду из круга.

Тогда он принялся образ хана. Он очень походил на рисунок из книги в библиотеке.

«Зачем ты мучаешь мою любимую? Что ты хочешь с ней сделать?»

Я пытался ответить, но тут почувствовал неимоверную усталость. Пошатнувшись, едва не рухнул на пол, но вовремя опустился на одно колено и глубоко задышал. Прямо на глазах на левой руке, которой я опирался о пол, появилась глубокая кровоточащая рана. Кожа просто лопнула.

Я сначала подумал, что это снова видение, но эфир, ударивший в нос, подсказал, что это не так. Рывком распахнув рубашку, я увидел, что ранами покрывалось всё моё тело. Проклятье шаманки делало своё дело. Скорее всего прямо сейчас она усиливает его и влияет на мою ауру. Нужно действовать быстро.

«Твоя любимая жена убила тебя, а теперь пытается убить меня», — мысленно ответил я, подобрал с пола чёрную ткань и поднёс к свече.

Ткань начала тлеть, но никак не загоралась. Горгоново безумие! Надо было найти шерстяную ткань, а это какой-то искусственный шёлк. Похоже, придётся долго возиться, чтобы сжечь дотла.

«Алхимик, ты врешь!» — заорал хан.

«Что ты помнишь о своей смерти?» — спросил я и полез в патронташ за зельем.

Алтан Хасар не ответил. Он замер, будто пытался вспомнить, но потом начал таять и пропал. Наверняка вернулся к себе и устраивает разборки с шаманкой. Получается, что даже после смерти души не могут упокоиться и продолжают враждовать друг с другом.

Мне же становилось всё хуже. В глазах потемнело, я начал задыхаться. Нестерпимо захотелось выбежать на улицу и вдохнуть полной грудью прохладный ночной воздух, но этого нельзя делать. Нужно закончить ритуал, иначе ведьма меня убьёт.

Из последних сил вытащив пробирку с «Пирсидой», положил кусок ткани на пол и капнул на него зельем. Ткань вспыхнула и сгорела в считанные секунды.

Подобрав пепел, я высыпал его в воду и с последними слова заклинания снова обмакнул пальцы и прикоснулся ко лбу и груди. Затем сдул пламя свечи и устало лёг на пол.

На этом ритуал был окончен. Теперь осталось только ждать. Либо я сейчас избавлюсь от проклятья, либо утром найдут мой труп.

«Куда же ты пропала, Нарантуя? Почему больше не запугиваешь меня?»

Шаманка не ответила. Даже странно, куда они оба подевались?

Время шло, ничего не происходило, и я просто-напросто заснул так и не выйдя из круга.

Проснулся от яркого луча, который бил из окна в глаз. Приподнялся на локте и осмотрелся: всё цело. Ничего не сломано и не разбито. Шаманка просто творила видения, а я принимал их на веру. Сильна, нечего сказать.

Тут я вскочил на ноги и осмотрел себя: ничего нет. Неужели раны тоже были видением? Вполне возможно.

Прошёлся по лаборатории и понял, что чувствую себя хорошо, даже не приняв зелье «Исцеления». Получилось!

«Нарантуя, я тебя одолел, проклятая шаманка!» — отправил я мысленное послание, но ответа не получил.

Щеткой смёл соль в мусорное ведро, вылил воду с пеплом в раковину, поставил столы на место. Теперь ничего не говорило о том, что здесь происходило ночью.

Зажав книгу под мышкой, вышел на улицу и зябко поёжился. Сильно похолодало. Всё вокруг покрывала изморозь. Ледяные кристаллики блестели на солнце, как миллиарды кристаллов. Красота! Как же хорошо жить!

Я улыбнулся и направился к дому. По пути встретился охранник, который доложил, что сейчас шесть утра. Я чувствовал себя бодрым и отдохнувшим.

Приняв душ и надев форму академии, я спустился к столу. Ещё никого не было, поэтому я завтракал в одиночестве. Когда допивал чай, к столу спустился дед, а за ним Лида.

— Ты чего такой счастливый? — спросила Лида.

Оказывается, я сидел за столом с улыбкой на лице и даже сам этого не замечал.

— День сегодня хороший, солнечный, — ответил я.

Не признаваться же, что спасся от близкой смерти.

— Морозы обещают, — сказал дед, выглядывая из-за газеты. — Не успеем оглянуться — зима придёт. Насчёт оранжерей на территории поместья я уже договорился. Потороплю строителей, чтобы сегодня-завтра начали строительство. А ты, Шурик, составь список трав, которые нужно посадить, — он отложил газету в сторону, посыпал черным перцем яичницу и принялся есть. — Нам бы кого-нибудь ответственного, чтобы за растениями следил.

— Поливать? — спросила Лида.

— Не-е, поливка будет автоматическая. Надо будет ездить один-два раза в неделю и чистить от сорняков, удобрять, если понадобится, следить за ростом растений. Нужно тот, кто хорошо разбирается в растениях.

И тут мне в голову пришла отличная идея.

— У меня есть такой человек. У него энциклопедические знания о растениях.

— И кто же это?

— Однокурсник мой — Семён Афанасьев. Он ответственный и дотошный. Будет на выходных заниматься растениями.

— Афанасьев? Хм… Если согласится — я буду только рад. Афанасьевы хороший род. Хоть звёзд с неба не хватают, но работают честно и другим козни не строят. Поговори сегодня с этим Семёном. Если согласится, то пригласи к нам на ужин. Познакомимся и всё обсудим.

— Хорошо. Но только сразу предупреждаю: он мой друг, и не пытайся на нём сэкономить, — строго сказал я. — Он парень скромный, поэтому постесняется просить заплатить побольше. Поэтому сам предложи ему достойную оплату.

Старик что-то невнятно пробубнил и вновь принялся за еду. Я же поблагодарил за вкусный завтрак и поехал в академию.

Сеня махнул мне рукой, едва я зашёл в аудиторию. Боярышников, сидящий за преподавательским столом, лишь исподлобья взглянул на меня и снова уткнулся в свои записи. Сегодня, как назло, было две пары по Фармакологии, первой и четвертой. Благо между ними История империи и предмет Щавелева, который сейчас временно ведёт Виктория Сергеевна.

— Так-так, Филатов, снова прогуливаете мои занятия? — проговорил Боярышников, едва прозвенел звонок.

— Уезжал по делам, — пожал я плечами.

— Вам не кажется, что у вас слишком часто возникают какие-то личные дела? — скривил он губы.

— Нет, — улыбнулся я, с вызов смотря на него.

— Вы же понимаете, что я не оставлю это безнаказанным?

— Понимаю., и готов ко всему.

— Так уж «ко всему»? — с подозрением прищурился он. — Ну ладно вы сами напросились. Сегодня вторую пару проведёте вы. Тему я вам подскажу.

Боярышников с довольным видом уставился на меня, щелкая ручкой.

— Хорошо, — кивнул я.

Улыбка тут же сползла с его лица.

— Тема сложная и очень объёмная, — предупредил он, будто ждал, что я начну отказываться или отпираться.

— И какая же? — заинтересовался я.

А вдруг и вправду сложная, и я не смогу ничего по ней рассказать.

— «Антидоты и противоядия: теория, практика и побочные эффекты», — прочёл он из учебника, который часто использовал на занятиях.

— Хм, очень интригующая тема. С удовольствием расскажу много интересного, — я расплылся в улыбке.

Никто в этом мире не знает про яды больше чем я.

— Ну ладно, посмотрим. У вас есть несколько перемен, чтобы подготовить информацию. От того, как полно вы раскроете тему, будет зависеть оценка за задание, — он многозначительно посмотрел на меня и, вернувшись к учебнику, начал лекцию.

— Можно после этой пары сбегать до библиотеки и попросить книгу по ядам и антидотам, — шепнул мне Сеня.

— Зачем? — удивился я.

— Ну тебе же придётся вести лекцию. Нужно подготовиться.

— Уверяю тебя, даже без подготовки я расскажу столько, сколько ни в одном учебнике не написано, — усмехнулся я.

Сеня неодобрительно покачал головой, но больше ничего не сказал. После занятия мы пошли в столовую, выпили по стакану компота и съели по ватрушке с повидлом.

Мне нравилась эта простая студенческая еда. В ней было всё, что необходимо для хорошего самочувствия и энергии. Сбалансированное питание — так было написано в журнале «Барышня», который выписывала Лида. Я ради интереса заглянул в один из выпусков и обнаружил много интересного. Например, как вывести пятно от ягод или замариновать огурцы, а также астрологический гороскоп. Вот это чушь полная! Даже я бы составил прогноз лучше.

Два последующих занятия пролетели быстро, было очень познавательно. Историю я всегда любил, а Виктория Сергеевна подготовила нам очередное практическое занятие в лаборатории.

— Волнуешься? — спросил Сеня, когда мы зашли в кабинет, где я должен вести лекцию.

— Нет.

— Я бы на твоём месте волновался. А ты какой-то… хладнокровный, что ли.

— Да, я такой, — я с улыбкой похлопал его по плечу. — И тебе советую поменьше тревожиться из-за всякой ерунды. У меня к тебе, между прочим, серьёзное деловое предложение, — понизив голос, проговорил я и отвёл его к окну.

— Деловое? — недоверчиво посмотрел он на меня. — Нужны мои конспекты?

— Нет. Я хочу тебе предложить работать на нас.

— Но ведь я учусь, к тому же ничего пока не умею, — он развёл руками.

— С этим ты точно справишься.

Я вкратце рассказал про оранжереи и его обязанностях. Сеня сначала с готовностью согласился, но уже через минуту начал сомневаться в своём решении. Он сказал, что это слишком большая ответственность, и он очень боится подвести нас. Я заверил, что сам приготовлю все средства для подкормки и буду изредка приезжать и контролировать дела в оранжерее. Также пригласил на ужин, где мы обсудим его зарплату и условия работы.

В это время прозвенел звонок, и Боярышников объявил.

— Лекцию проведёт студент, который регулярно пропускает мои занятия. Видимо он думает, что знает больше меня, и я ничему его научить не смогу. Ну что ж, сегодня мы это проверим. Прошу, Александр, поведайте вашим одногруппникам, что вы знаете по теме «Антидоты и противоядия: теория, практика и побочные эффекты».

Он демонстративно прошёл на задний ряд и занял место, на котором обычно сидел я. Ну что ж, я готов.

Я уже понял, как ведутся лекции, поэтому решил начать с определений.

— Антидот — это вещество или заклинание, нейтрализующее действие яда…

— А можно вопрос? — прервал меня Илья Харитонов.

Он развалился на скамье и с усмешкой смотрел на меня.

— Нет, — сухо ответил я и продолжил. — Универсальных противоядий не существует, поэтому свойства ядов и особенность поражения…

— Всё-таки я настаиваю! — вновь вставил этот умник, повысив голос.

— Чего тебе?

— Что будет, если выпить одновременно два антидота?

— Ничего… Знания о противоядиях спасают жизни людей, но сначала нужно разобраться в ядах. Итак…

— Чем отличается антидот от противоядия? — выкрикнул Максим Филатов и поднял руку.

— Я вам об этом расскажу, — сухо ответил я. — Яды делятся на несколько типов: растительного происхождения, животного, алхимический и магические яды. Для каждого типа требуется свой подход…

В это время в меня полетел бумажный комок. Едва успел уклониться в сторону. Послышались смешки. Я видел, откуда он вылетел, и понял, что это проделки Харитонова. Он явно намерен сорвать лекцию, а потом Боярышников скажет, что я не справился с заданием.

— Говорят, что есть слизни, которые не дохнут от сока мандрагоры. Это правда? — вновь поднял руку Максим.

Студенты заметно развеселились и подумали, что они могут вести себя как захотят: кто-то уткнулся в телефон, кто-то переговаривался с соседом по парте, кто-то бросал на меня насмешливые взгляды. Нет, такую расхлябанность я не потреплю. Тем более, когда Боярышников с довольным видом сложил руки на груди и наблюдал за происходящим.

Вместо ответа я вытащил пробирку с «Оковами», подошёл и плеснул понемногу зелье на каждого. Оба замерли.

— Вот и хорошо. Как раз действия «Оков» хватит до конца пары. Есть еще желающие отдохнуть как Харитонов со своим дружком? — я обвёл взглядом студентов, которые озадаченно смотрели на замерших друзей. — Если желающих нет, то я продолжу лекцию.

— Что вы с ними сделали? — строго спросил препод, встревоженно глядя на Харитонова с Филатовым.

— Просто на время сделал их истуканами.

— Такое невозможно, — он поднялся с места и подошёл к парням. Похлопал у них перед лицом, пощелкал по носу, но никто из них даже не моргнул. — Как вы это сделали?

— Тайна рода. Не могу раскрывать, — развёл я руками.

— Ну ладно. Но если в конце занятия они не придут в себя, — он поджал губы и покачал головой.

— Придут, — заверил я.

Остаток пары прошёл в тишине. Студенты наконец-то заинтересовались темой. Они делали записи в тетрадях и задавали вопросы по существу.

— Ладно, Филатов, вы заслужили четвёрку, — процедил сквозь зубы Боярышников, когда звонок прозвенел, и все двинулись к выходу.

— Почему не «отлично»?

— Потому что часть занятия прошла скомкано.

— Но ведь это не моя вина, — я кивнул на двух друзей, который уже начали моргать.

— Ничего не знаю, — отмахнулся он. — Лучше «разморозьте» студентов, пока мне из-за вас не попало от ректора.

Я прикоснулся сначала к одному, потом ко второму. Собрав остаток эфира в мочевом пузыре, избавил парней от зелья. Раскрасневшиеся от стыда и злости, они рванули из аудитории.

— Ты домой? — спросил Сеня.

— Да, сейчас вместе поедем, но сначала заскочу к декану. Хочу спросить про Щавелева.

— Хорошо. А я пока в библиотеку схожу. Говорят, там жуткие дела творятся. Сам хочу убедиться.

— Что за жуткие дела? — заинтересовался я.

— Призраки, вой из глубины стеллажей, звон цепей мёртвых каторжников, — зловеще проговорил он.

— Да? Не припомню такого.

Я поднялся на второй этаж и зашёл в деканат. Как всегда было шумно и ноготки секретарши стучали по кнопкам печатной машинки. Не отвлекая её от дела, я сразу подошёл к кабинету декана.

— Здравствуйте, Клавдий Тихомирович. Можно зайти?

— Александр, заходите, конечно, — декан оторвался от бумаг и махнул мне рукой. — Вы снова спросить о профессоре Щавелеве?

— Да. Известно что-нибудь? — я плотно закрыл за собой дверь и подошёл к его столу.

— Присаживайтесь, — он указал на стул. — К сожалению, всё по-прежнему. Я только вчера встречался с полицейским, которые ведёт его дело. Он говорит, что был какой-то звонок, и звонивший представился Щавелевым, но связь оборвалась, и ничего выяснить не удалось.

— Получается, что он жив? — оживился я.

— Не знаю, — декан покачал головой.

В это время в кабинет заглянула секретарша.

— Клавдий Тихомирович, к вам почтальон. Говорит, заказное письмо. Мне отдавать не хочет, на конверте указано, чтобы доставили лично вам в руки.

— Хорошо, пусть проходит.

Почтальон — тучный дядька в синей фуражке, сначала попросил расписаться в его документах, и только после этого отдал конверт. Я встал и уже хотел выйти, но тут декан воскликнул.

— Это от Олега. От Олега Щавелева!

Отправить