Глава 19
День рожденья нужный праздник. Часть 2

А тем временем, император увлекся. Да и к тому же француженки явно действовали на него своей невербальной женской магией, не требующей никаких заклинаний. А вот Скуратова это явно заметила. И сразу отреагировала, как-то ненавязчиво втянув Аннет и Мари в женскую беседу, прервав тем самым их веселую беседу с ее женихом. Ни грамма упрека или ревности. Все тонко.

— Будь поосторожнее, — шепнул я сразу нахмурившемуся императору, — на глазах — то у невесты не стоит такого делать.

— У нас с ней свободные отношения, — прошептал он мне в ответ, — есть только договоренность о том, чтобы сильно не светиться во избежание скандалов.

— А интрижка с двумя французскими подданными не считается скандалом? — удивленно утончил у него.

— Во-первых, пока не интрижка, — хмыкнул тот, — а во-вторых, нет никакого скандала.

— Тебе виднее, — покачал я головой.

— О чем шепчетесь, Ваше Величество? — поинтересовался у нас Романов.

— Да так, ни о чем, — улыбнулся Иван, — и пока мы тут, так сказать, в неформальной обстановке, обойдемся без этих ваших Величеств и прочего… либо просто Иван, либо, если уж не можешь правила нарушить, просто император.

— Да мне без проблем Иваном назвать, — заулыбался Романов, — мы и сами люди весьма демократичные в этом отношении. Да, князь? — посмотрел он на Гагарина и тот кивнул.

— Я слышала кое-что о каком-то сюрпризе. Он ведь будет?

Вот это да! Мы совсем забыли, что рядом с нами все это время стояла Потемкина. Надо же, хорошо притаилась!

— Скоро будет, — сообщил ей император, — сейчас взрослые дяденьки отправятся играть в карты и перемывать косточки присутствующим здесь дамам, и начнется настоящее веселье.

— Интригует, — улыбнулась Влада.

И действительно, через двадцать минут зал начал пустеть. В конце концов, среди присутствующих осталась только молодежь. Я сразу заметил Годунова, который что-то весело рассказывал Горчакову. Все понятно, красуется перед Меньшиковой. В уголке беседовали еще несколько незнакомых мне парней и девушек. Из взрослых дядек осталось человек десять, в том числе и Шемякин. Вероятно, телохранители или охрана. Я покосился на Виль. Все так же незаметна, но всегда рядом.

Иван подошел к Алене, которая отвлеклась от беседы, и о чем-то пошептавшись с девушкой, громко обратился ко всем оставшимся в зале.

— А теперь, господа, обещанный сюрприз!

Двое слуг открыли двери в противоположном конце зала, и гости направились туда. За ними нас ждало уютное место, словно перенесенное из ночного клуба. Просторная зона для танцев с мигающей светомузыкой и притаившимся в углу ди-джеем за большим звукорежиссерским пультом. Барная стойка, за которой радовали глаз стеллажи с разноцветными бутылками. И два улыбающихся бармена.

Надо признать, сюрприз удался. Все были явно шокированы фактом того, что в святая святых Российской империи устроили такое непотребство, нарушающее веками сложившиеся традиции. Тут заиграла танцевальная музыка и действительно началось веселье. Но я не стал участвовать в нем. Попрыгал немного за компанию на танцполе и переместился к барной стойке. Наблюдать за девушками, отжигавшими в танцах, было куда приятнее, чем самому участвовать в них.

Немного поодаль у стойки примостилась Виль. Но наслаждаться одиночеством у меня долго не получилось. Компанию мне составил Павел Годунов собственной персоной. Что-то часто я начал с ним встречаться. Моя телохранительница сначала вскинулась, но я покачал головой, останавливая ее. Не стоит пока делать поспешных выводов.

— Привет, Вергилий, — улыбнувшись, посмотрел он на меня.

— Привет, Орфей, — парировал я и заметил, что мой собеседник вздрогнул. Что, не ожидал такого?

— Значит, теперь нет смысла скрываться друг от друга, — хмыкнул тот, — хорошо. И что будем делать?

— Это что-то меняет? — непонимающе посмотрел на него, — странный вопрос. Как играли, так и играем.

— И кто еще знает обо мне? Помимо тебя и Геракла есть такие?

— Не могу точно сказать, — соврал я, — никто об этом не говорил. А как к тебе относятся в нашей группе, сам знаешь.

— Вот на что мне наплевать с высокой колокольни, так это на то, как ко мне относятся в нашей группе.

— Тогда зачем тебе все это? Неужели нравится быть там, где тебя ненавидят? Ты мазохист?

— Веромир, — улыбнулся Годунов, — я не мазохист. Отчитываться перед тобой не буду. Сам должен понять — раз я с вами в группе, значит мне это нужно. И выгнать вы меня не сможете из-за Геракла. Поэтому, смирись!

— Да мне вообще все равно, — честно сообщил ему.

— То есть, ты не собираешься продолжать войну между нашими родами? — Годунов скептически посмотрел на меня.

— Она же закончена, — ответил я ему не менее скептическим взглядом, — и уже давно.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— И не буду отвечать. Ты сам прекрасно все знаешь.

— То есть, не успокоишься, — резюмировал Павел.

— Говори за себя. Ты успокоишься?

— А мне — то что? — взгляд у главы рода Годуновых был тяжелым, — я против непонятной войны и за то, что делал мой отец, ответственности не несу. Если получится прекратить эту свару между нашими родами, буду только рад.

Надо же, вот такого не ожидал. Что я могу сказать? С одной стороны, Варвара, а с другой — клятва матери. К тому же, не верю я этому козлу ни на грамм. Но, тем не менее, не будем рубить с плеча.

— Это официальное предложение? — уточнил я.

— Да! — коротко ответил мой собеседник.

— Я подумаю.

Что тут скажешь? Самое оптимальное в данной ситуации решение. Годунов, будто соглашаясь, кивнул и покинул стул напротив меня, оставив в одиночестве. Я задумчиво проводил его взглядом. А небольшая компашка в противоположном углу так и осталась. Годунов, Горчаков и Меньшикова. Три сапога пара! Причем Горчаков с девушкой только закончили отжигать на танцполе.

— Господин, мне нейтрализовать его? — внезапно услышал я тихий голос Виль.

— Чего? — изумлённо посмотрел на нее, — что значит нейтрализовать?

— Сделать так, чтобы он больше не доставал вас, — взгляд как и голос у нее был на удивление спокойным.

— То есть, убить? — тихо уточнил я и в ответ получил утвердительный кивок.

Надо же, не ожидал. Хотя, вариант, в принципе, неплохой. Но скоропалительных решений принимать не будем. Время покажет.

— Чего скучаешь? — рядом со мной, на то место, где только что сидел Павел, опустилась его сестра, — о чем с ним говорил?

А, вот оно что. Значит наша беседа не прошла незамеченной. Но скрывать от своей невесты мне нечего.

— О войне между нашими родами. Он первый подошел, — поспешил предупредить девушку, увидев, как она напряглась.

— И? — Варвара явно ждала продолжения.

— Предложил прекратить войну, — сообщил ей.

— Но это же хорошо? — она как-то робко посмотрела на меня.

— Не знаю, Варвара, — покачал я головой, — уже говорил тебе, что дал клятву. И нарушить я ее не могу. А насчет предложения Годунова… Знаешь, не верю я ему. Вот не верю и все!

— И что ты ему ответил?

— Сказал, что подумаю.

— Понятно, — девушка нахмурилась, — обманул его?

— Просто правду не договорил. — пожал я плечами, — ты за него переживаешь?

— Я за свой род переживаю, — ответила она, — на Павла мне наплевать!

— Мы же с тобой уже говорили на эту тему, — напомнил я, — от своих слов не отказываюсь.

— Да, — улыбнулась Варвара, — а ты чего не танцуешь? Вон твоя японская невеста с братом зажигает!

Я посмотрел на танцпол. Действительно, Наоми вместе с Исидо отлично смотрелись и двигались, на удивление, ритмично. Даже не скажешь, что японцы. Хотя, что я вообще о японских танцах знаю? Да и о Японии в целом. Самураи, театр кабуки, ниндзя… вот и все. Конечно, я утрирую, но в основном так и есть! Вот увидим ее, так сказать, на Новый год воочию.

— Так чего ты не танцуешь? — не унималась моя невеста.

— Да я… — но договорить мне не дали, а потащили на танцпол.

В итоге, конец вечера прошел позитивно. Годунов вместе со своим другом Горчаковым меня демонстративно не замечали и, слава богу. Кстати это игнорирование не укрылось от Романова и Гагарина, и они вовсю прикалывались над этой ситуацией. Причем иногда делая так, что Годунов с Горчаковым это слышали. Но выдержка у тех оказалась железной.

А Меньшикову, по-моему, эта только ситуация забавляла. Особенно когда к нам примкнули император с изрядно набравшейся Скуратовой и француженки… вот кто устроил танцы по высшему разряду. Настолько откровенные, горячие и эротические, что запомнятся надолго. Честно говоря, я пожалел, что не было шеста. Его явно не хватало.

Но все когда-то заканчивается, закончился и этот вечер. Скуратову, которая начала уже засыпать, за полчаса до конца увели. Мы распрощались с императором, который, пользуясь отсутствием невесты, вдоволь наобнимался и нацеловался на прощанье с француженками.

Мне показалось, что Аннет и Мари уже готовы на все, но, увы. Подобное грехопадение прямо в Кремле, да еще и при стольких свидетелях, было невозможно. Не знаю, о чем там шептался во время прощания с девушками император, но сдается мне, скоро Аннет и Мари будут осчастливлены визитом в спальню Ивана.

В конце концов, мы расстались с императором, который с великим трудом и неохотой отпустил домой француженок.

В поместье мы прибыли уже к часу ночи, захватив с собой Исидо, которому выделили отдельные апартаменты. А потом сразу завалились спать.

На следующий день после обеда, в том же составе, с присоединившийся Дашей отправились в Академию. Я договорился с Варварой об одновременном входе в шесть вечера, и мы расстались.

У стен Афин мы появились практически одновременно с Таис и отправились к входным воротам. Они были в полтора раза выше и мощнее, чем ворота Эфеса. Да и когда мы оказались в самом городе, мне сразу бросилась в глаза странность — людей было на порядок меньше, чем в Эфесе. Хотя сам город выглядел, естественно, шикарней. Широкие вымощенные белым камнем улицы, добротно одетые местные жители. Даже ни одного оборванца НПС не увидел, хотя шли, вроде бы, по городской окраине. Домов ниже трех-четырех этажей я не увидел. Все сплошь добротные и белокаменные. Множество таверн говорило о достатке населения. Пройдя по улицам минут пятнадцать, мы встретили их добрый десяток. Даже торговые лавки, как обычно вытянувшиеся вдоль домов, выглядели солидно. А когда мы добрались до рынка, что располагался не так далеко от входа в город, я был поражен его колоссальными размерами и малым количеством покупателей. По крайней мере, с толчеёй Эфеса не сравнить! Только я не стал ничего покупать, хотя руки просто тянулись к товарам, да и деньги были!

Но свое желание достигнуть тридцатого уровня и только после этого нормально экипироваться, я не изменил. Поэтому пришлось себя сдерживать и в основном покупать зелья. Да и Варвара, как оказалась, делала точно так же. На остальное мы просто облизывались. Тем более, что выбор товаров просто поражал. А ведь я считал рынок Эфеса большим!

Но тут со мной связался Геракл и мы встретились у выхода с рынка. Наш отряд оказался в полном составе, на этот раз даже вечно опаздывающий Орфей присутствовал.

Выяснилось, что нужный нам Храм расположен в пяти километрах от Афин. Там начиналась невысокая горная гряда, в которой и находился пик Одиночества.

Покинув город, уже через час мы подходили к нему. Местная фауна решила не обращать на нас внимание, чем сохранила свою цифровую жизнь и не задержала в пути. Пик Одиночества напоминал невысокую пологую гору, больше похожую на каменистый холм. По крайней мере, пиком его называть было как-то смешно.

Сам же храм, возвышающийся на вершине этого пика-холма, ничем примечательным не выделялся. Живописно разбросанные вокруг него упавшие беломраморные колонны, заросшие травой, бабочка, севшая на пилястр… Обычный полуразрушенный античный храм, ничем не выделявшийся из кучи своих собратьев, которых я видел ранее. Только статуя полуголого античного красавца перед ним, на фоне всеобщего запустения выглядела совершенно новой.

Привязавшись перед входом, мы отправились навстречу приключениям. Едва пройдя гостеприимно распахнутые двери, оказались в просторном каменном зале, который освещала лишь луна. Ее белый, неяркий свет лился через огромные дыры в крыше.

В двадцати шагах от нас горело голубым светом овальное окно портала.

— Ну что, уважаемые, пойдем? — оглядел я свой отряд.

Вы вошли в покинутый Храм Гермеса.

Будьте осторожны. Гермеса не просто так называют богом обмана.

За порталом нас ждал длинный широкий коридор, в котором было на удивление сухо и чисто. Никакой воды на стенах и бьющего в нос запаха плесени и сырости. Цветная веселенькая плитка на стенах, аккуратные мраморные белые плиты на полу. Свет лился прямо с потолка. Все бы подземелья такими были.

Но долго наслаждаться спокойствием и любоваться красотами Храма времени у нас не было. Мы выстроились в традиционное построение и двинулись вперед. Спустя десять минут пути, стали появляться враги. Но пока они были пусть и уродливыми, но совершенно неопасными. Какие-то мелкие коротышки 15–20 уровней, напоминавшие дикарей с копьями и пытавшиеся взять нас количеством. Они бросались на идущих впереди нашего отряда трех «танков», словно какие-то берсерки. Одни гибли под мечами, но лезли все новые и новые. К бою подключились стрелки и мантикоры Кассандры.

Не знаю, сколько на нас напало этих тварей, но явно не десяток. Больше возни, чем каких-то серьезных проблем.

Пережив таким образом три нападения, мы вышли в огромную пещеру. В центре нее стояла просторная беседка. Осторожно подойдя к ней, мы остановились. Я, честно говоря, как и мои спутники пребывал в некотором недоумении. В середине беседки расположился огромный круглый стол, на котором находилась гигантская шахматная доска.

Шахматы судьбы.

Внеуровневый артефакт.

И фигуры, стоявшие на ней, были словно живые. Пешки — гоплиты, «слоны» представляли собой каких-то многоруких гигантов, «кони» — вооруженных копьями всадников. Ладьи — осадные башни. Ферзь и Король бог и богиня. Короче «олимпийцы».

— И что теперь? — негромко поинтересовался Орфей.

— А ты подумай хорошенько, — хмыкнул Геракл, — нам придется в шахматы играть. Интересный ход.

— С чего ты это решил? — посмотрел я на него, — это глупо…

— А вот он так не думает, — тихо произнесла Аврора, кивнув на появившегося в одном из кресел за столом призрачного гостя. Высокий, стройный, напоминающий статую перед Храмом… Гермес.

Призрак Гермеса.

Уровень 150.

— Гости, — окинул нас внимательным взглядом призрак, — гостей я люблю. Сыграем?

— А… — начал я, но призрачный бог меня перебил, — о правилах спросить хотел, Вергилий? Так они просты. Видимо, ты командир этого отряда? Тогда слушай. Играем девять партий. Проигрыш — ты лишаешься одного из своих товарищей. Вас же девять? Выигрыш — тебе повезло. Выиграешь все девять партий, пройдешь дальше за ключом. Он ведь тебе нужен?

— Может просто отдашь? — вдруг поинтересовался у него Геракл, — ты же вроде за фракцию Зевса?

Гермес посмотрел на него как на идиота.

— И что? Если я состою во фракции Зевса, то теперь должен всяких авантюристов просто так к ключу пропускать? Условия я тебе озвучил, — он окинул меня взглядом. Имей в виду — больше партий выиграешь, больше у тебя бойцов для последнего боя будет.

— Последнего боя?

— Ты же не думаешь, что если каким-то чудом у меня выиграешь, то ключ легко получишь? Итак, каким будет твой положительный ответ? Учти, Вергилий, я не люблю слово «нет»!

Призрак-аватар бога Гермеса предлагает вам в рамках задания «Второй ключ вечности» сыграть с ним в шахматы судьбы.

Вы играете девять партий.

В случае проигрыша, один из вашей группы выбывает.

От вашего мастерства напрямую зависят шансы вашей группы в финальном бою.

В случае отказа, вашим противником станет призрак-аватар Гермеса.

В случае проигрыша всех девяти партий, вы остаетесь в финальном бою один.

Внимание. При провале данного задания, повторить его возможно будет через 24 часа.

Принять да/нет.

Отправить