Иван Васильевич Панфилов родился 20 декабря 1892 г. в городе Петровск Саратовской губернии в семье небогатого служащего. Уже в тринадцатилетнем возрасте начал работать. В 1915 г. был призван в Русскую Императорскую армию, мужественно защищал Родину на Юго-Западном фронте, дослужился до звания фельдфебеля. В 1918 г. добровольно вступил в Красную армию и был зачислен в 1-й Саратовский пехотный полк 25-й Чапаевской дивизии. Воевал храбро и в 1921-м за героизм, проявленный в боях с Войском польским на Западном фронте, удостоился единственного ордена РСФСР — Красного Знамени.

После Гражданской войны Панфилов окончил двухгодичную Киевскую объединенную пехотную школу, вскоре после этого был назначен на Туркестанский фронт, где шла активная вооруженная борьба с басмачами. Принимал активное участие в борьбе с басмачами. В 1929-м командир батальона 4-го Туркестанского стрелкового полка Иван Панфилов за боевые отличия удостоился второго ордена Красного Знамени. С 1932-го командовал полком, в 1937-м перешел в штаб Среднеазиатского военного округа, а год спустя получил назначение на должность военного комиссара Киргизской ССР. В январе 1939 г. И.В. Панфилов получил звание «комбриг», а с введением в РККА генеральских званий — «генерал-майор».

С началом Великой Отечественной войны Иван Васильевич Панфилов начал формировать в Алма-Ате 316-ю стрелковую дивизию. Она укомплектовывалась жителями Алма-Аты и Фрунзе, а по национальному составу была очень пестрой — 40 процентов казахов, 30 процентов киргизов, остальные 30 процентов — люди еще 26 национальностей. В августе 41-го 316-я дивизия генерала Панфилова вошла в состав 52-й армии Северо-Западного фронта. Однако в связи с ухудшением обстановки под Москвой дивизия вскоре была переведена в состав 5-й армии, а затем и 16-й. В начале октября 316-я стрелковая дивизия заняла оборону на рубеже протяженностью 41 километр (от населенного пункта Львово до совхоза Болычево) на Волоколамском направлении.

Командующий 16-й армией К.К. Рокоссовский вспоминал: «На левом фланге, прикрывая Волоколамск с запада и юго-запада до реки Руза, стояла 316-я стрелковая дивизия, прибывшая из фронтового резерва. Командовал ею генерал И.В. Панфилов, а комиссаром был С.А. Егоров. Такую полнокровную стрелковую дивизию — и по численности, и по обеспечению — мы давно не видели. Уже 14 октября я встретился с генералом Панфиловым на его командном пункте, и мы обсудили основные вопросы, касавшиеся действий его соединения. Беседа с Иваном Васильевичем оставила глубокое впечатление. Я увидел, что имею дело с командиром разумным, обладающим серьезными знаниями и богатым практическим опытом. Его предложения были хорошо обоснованы».

О самом Панфилове Рокоссовский вспоминал так:

«Простое открытое лицо, некоторая даже застенчивость вначале. Вместе с тем чувствовались кипучая энергия и способность проявить железную волю и настойчивость в нужный момент. О своих подчиненных генерал отзывался уважительно, видно было, что он хорошо знает каждого из них.

Бывает, человека сразу не поймешь — на что он способен, каковы его возможности. Генерал Панфилов был мне понятен и симпатичен, я как-то сразу уверился в нем — и не ошибся».

С 15 октября 316-я стрелковая дивизия участвовала в тяжелых оборонительных боях под Москвой, проявив при этом выдающиеся боевые качества. И заслуга Панфилова в этом была огромной. По свидетельству очевидцев, командира дивизии бойцы называли «Батей». В службе Панфилов всегда придерживался принципа «Не войска для командира, а командир для войск». Многие запомнили, как генерал, обращаясь к подчиненным, повторял: «Мне не нужно, чтобы ты погиб, нужно, чтобы ты остался живым!»

Комиссар артдивизиона дивизии С.И. Усанов вспоминал о Панфилове: «Большую часть времени он проводил в полках и даже в батальонах, причем в тех, которые в тот момент испытывали наиболее ожесточенный напор противника. Это не показная безрассудная храбрость. С одной стороны, личный командный опыт комдива здорово помогал исправлять положение на трудных участках, с другой — его появление в критический момент боя сильно поднимало дух солдат и офицеров».

В обороне Панфилов действовал умело, хладнокровно и с выдумкой. Так, по его приказу в дивизии были сформированы мобильные противотанковые группы, которые позволяли вести борьбу на наиболее танкоопасных направлениях рубежа. Одобрил генерал и инициативу командира батальона 1973-го стрелкового полка старшего лейтенанта Момыш-Улы по созданию своего рода «ударных отрядов» из наиболее храбрых и инициативных командиров и бойцов. Эти ударные отряды внезапно контратаковали врага на подходе к позициям дивизии, навязывали ему бой и нередко благодаря инициативе и мужеству побеждали. Всего за месяц непрерывных боев воины 316-й дивизии уничтожили около 9 тысяч вражеских офицеров и солдат и более 80 танков противника. Генерал-полковник вермахта Эрих Гепнер, командовавший 4-й танковой группой, чьи ударные силы потерпели поражение в боях с 8-й гвардейской дивизией, отзывался о ней как о «дикой дивизии, воюющей в нарушение всех уставов и правил ведения боя, солдаты которой не сдаются в плен, чрезвычайно фанатичны и не боятся смерти».

Самым тяжелым днем для 316-й дивизии стало 16 ноября, когда немцы пытались прорваться к Москве, не считаясь с потерями. В тот день бойцы 4-й роты 2-го батальона 1075-го стрелкового полка 316-й дивизии во главе с политруком В.Г. Клочковым, занимавшие оборону в районе разъезда Дубосеково, 16 ноября остановили на 4 часа продвижение 50 вражеских танков, уничтожив 18 из них. Именно это событие вошло в историю как подвиг 28 героев-панфиловцев. На следующий день, 17 ноября, 316-я дивизия была удостоена ордена Красного Знамени. Получил такой орден — уже третий в своей жизни — и сам генерал-майор Иван Васильевич Панфилов.

18 ноября 1941 г. 316-я Краснознаменная стрелковая дивизия была преобразована в 8-ю гвардейскую. Но, к сожалению, ее командир не узнал об этом. В тот же день генерал Панфилов был смертельно ранен осколком снаряда у деревни Гусенево Волоколамского района Московской области.

М.Е. Катуков, чьи танкисты в эти дни сражались бок о бок с панфиловцами, вспоминал: «Времени для торжественных митингов не было: дивизия — теперь уже 8-я гвардейская — не вылезала из окопов, с предельным напряжением сил сдерживая наседавшего врага. Утром 18 ноября два десятка танков и цепи мотопехоты снова стали окружать деревню Гусенево. Здесь в это время находился КП Панфилова — наспех отрытая землянка рядом с крестьянской избой. Немцы обстреливали деревню из минометов, но огонь был неприцельным, и на него не обращали внимания.

Панфилов принимал группу московских корреспондентов. Когда ему сообщили о танковой атаке противника, он поспешил из землянки на улицу. За ним последовали другие работники штаба дивизии. Не успел Панфилов подняться на последнюю ступеньку землянки, как рядом грохнула мина. Генерал Панфилов стал медленно оседать на землю. Его подхватили на руки. Так, не приходя в сознание, он умер на руках своих боевых товарищей. Осмотрели рану: оказалось, крошечный осколок пробил висок».

Ивана Васильевича похоронили в Москве на Новодевичьем кладбище. 23 ноября 8-я гвардейская стрелковая дивизия получила его имя, став второй именной дивизией времен Великой Отечественной. 12 апреля 1942 г. генерал-майору Панфилову было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

И.В. Панфилов стал одним из наиболее известных во всем СССР героев войны. Именно ему первому из героев Великой Отечественной установили памятник (в городе Фрунзе), его имя получили десятки улиц в разных республиках Союза и казахский город Жаркент. В истории Великой Отечественной генерал-майор Панфилов остался как один из наиболее выдающихся командиров дивизионного уровня, легендарный герой битвы за Москву.