Книжный магазин «Die kleine Bücherecke» притаился в районе Хоэлюфт-Вест, на первом этаже углового дома — из тех старых гамбургских построек, что умеют хранить чужие тайны. Торговый зал занимал около ста квадратных метров: почти квадратное пространство, со всех сторон стиснутое стеллажами. В дальнем углу стояли три бистро-столика с деревянными стульями, а рядом на тумбе — кофемашина полного цикла и пёстрый ряд разноцветных чашек.

Когда Эрдманн вошёл следом за Маттиссен, из глубины зала к ним обернулась молодая женщина. Она стояла перед одним из стеллажей; у ног её примостилась корзинка с книгами. Медно-рыжие волосы до подбородка были подстрижены в аккуратный боб, и эта стрижка лишь подчёркивала сердцевидный овал лица. Эрдманн прикинул: около тридцати, рост метр семьдесят, пожалуй, чуть полновата. Женщина шагнула навстречу с улыбкой — почти робкой, словно извиняющейся.

— Добрый день, могу я вам помочь?

— Добрый день. Я старший комиссар Маттиссен, это мой коллега, старший комиссар Эрдманн. Фрау Мириам Хансен?

Улыбка погасла.

— Да. — Она перевела взгляд на Эрдманна, и тот невольно отметил, насколько ярко-зелёными были её глаза — почти неправдоподобного оттенка. — Это вы… я только что с вами разговаривала?

— Нет, с моим коллегой. — Эрдманн потянулся во внутренний карман куртки за записями. — Речь идёт об одной книге.

— О той, о которой спрашивал ваш коллега? «Das Skript» Кристофа Яна? Да, у меня есть. Это для вас лично или…

— Не могли бы вы принести её? — перебила Маттиссен, не дав Эрдманну ответить.

Неужели она ему не доверяет — даже в том, чтобы что-то сказать гражданскому лицу по текущему делу?

— Да, конечно, одну минуту. — Мириам Хансен повернулась и направилась к стеллажу у столиков. — Может, хотите кофе?

— Нет, спасибо, — сказала Маттиссен.

— Да, с удовольствием, — одновременно ответил Эрдманн.

Молодая женщина на секунду обернулась.

— Значит, кофе?

Эрдманн кивнул.

— Но сначала, пожалуйста, найдите книгу. — Взгляд, которым Маттиссен одарила коллегу, был красноречивее любых слов. Эрдманн с трудом удержался, чтобы не высказать ей прямо здесь всё, что думает.

— Вот она. — Мириам Хансен вернулась с томиком в руках, и Эрдманн шагнул вперёд, забирая книгу. Обложка — чёрная как смоль, с названием, набранным во всю ширину крупными зелёными хромированными буквами. На слове «Skript» распласталась женская фигура, повернувшись к зрителю обнажённой спиной.

— Спасибо. И… кофе я выпью как-нибудь в другой раз. — Он покосился на Маттиссен, ожидая колкости, но та уже переключилась на продавщицу.

— Правда, что вы поклонница этого автора?

Светлые щёки молодой женщины тронул румянец.

— О да. Я прочитала все его книги, а с тех пор как он живёт в Гамбурге — видела его уже несколько раз.

— На авторских вечерах?

— Нет, к сожалению. Кристоф больше не проводит публичных чтений. После того как закончил «Das Skript», он так и не выпустил ни одной новой книги. Та история тогда…

— Кристоф? — Эрдманн вскинул бровь. — Какая история?

— Ах, вы не знаете? Я думала, раз вы из полиции…

— Какую именно историю вы имеете в виду? — ровно повторила Маттиссен.

— Ну… четыре года назад один сумасшедший воспроизвёл преступление из романа Кристофа. В мельчайших деталях. Убийство.

Эрдманн почувствовал, как внутри всё вспыхнуло — острое, почти болезненное предчувствие. Он поднял книгу и коротко качнул ею в воздухе.

— Что? Из этого романа? Из «Das Skript»?

Мириам Хансен покачала головой.

— Нет-нет. Он тогда ещё не вышел. Из «Der Nachtmaler» (Ночной художник) — криминального романа, который предшествовал «Das Skript».

Эрдманн быстро переглянулся с Маттиссен и прочитал в её взгляде то же самое, что ощущал сам. Наконец-то. Зацепка.

— Вы помните тот случай? — обратился он к коллеге.

Маттиссен медленно покачала головой.

— Нет. Странно — обычно я должна была бы помнить такое…

— Это было не здесь, — тихо перебила продавщица. — В Кёльне. До того как Кристоф переехал в Гамбург. Я думаю, именно это и стало главной причиной его отъезда.

— Подождите. — Эрдманн шагнул чуть ближе. — Он жил в Кёльне — и там же было совершено преступление по сюжету его романа?

— Да, насколько я знаю. Об этом писали все газеты. И здесь, в Гамбурге, тоже — Кристоф довольно известен.

Маттиссен чуть пожала плечами.

— Я, признаться, его не знаю. Преступника поймали?

— По-моему, нет.

— А действие романа происходит тоже в Кёльне?

— Нет. Все романы Кристофа разворачиваются в Кирстхайме. Это вымышленный город — где-то в глубине Германии, которого нет ни на одной карте. Кристоф придумал его специально для своих книг.

— Понятно. А «Der Nachtmaler» у вас есть в наличии?

— У меня есть все его книги. — В голосе Мириам Хансен промелькнула нотка гордости. — И расходятся они неплохо.

— Сколько романов он написал?

— Четыре.

— Будьте добры, дайте нам и «Der Nachtmaler».

— Конечно.

— И ещё, — добавила Маттиссен, — сколько экземпляров «Das Skript» у вас осталось?

— Кажется, три.

— Берём все.

Когда Мириам Хансен вернулась с книгами, Маттиссен снова взяла слово:

— Как вы познакомились с автором?

Щёки молодой женщины залились румянцем — на этот раз куда заметнее.

— Ох, это уже довольно давно было. — Она опустила глаза, теребя корешок книги. — Когда я узнала, что Кристоф переехал в Гамбург, написала ему на сайт. Через несколько дней он очень мило ответил. Мы какое-то время переписывались, а потом он предложил встретиться за кофе. С тех пор иногда видимся.

— Сколько ему лет?

— Чуть больше пятидесяти.

— Семья есть?

— Нет. Он разведён. Живёт в Фольксдорфе — с домработницей. Замечательный дом на краю леса, с большим садом.

— Вы бывали у него? — спросил Эрдманн.

— Да, несколько раз. На кофе и даже на ужин.

— Большое спасибо за помощь, фрау Хансен, — сказала Маттиссен. — Похоже, вы довольно близко знаете автора. Мы можем связаться с вами повторно, если возникнут вопросы?

— Разумеется, с удовольствием. Если захотите поговорить с самим Кристофом — я могу ему позвонить.

— Спасибо, пока не нужно. Не могли бы вы написать ваш личный адрес и номер телефона?

Через несколько минут они вышли из «Die kleine Bücherecke» с пакетом, в котором лежало пять книг Кристофа Яна: четыре экземпляра «Das Skript» и один «Der Nachtmaler». Мириам Хансен хотела отдать их бесплатно, но Маттиссен настояла на оплате и аккуратно убрала чек.

— Что скажете? — спросила она, когда они шагали мимо череды маленьких палисадников к «Гольфу», припаркованному метрах в ста у обочины. — Я чертовски хочу добраться до этих книг. — Она кивнула на пакет. — И до того дела в Кёльне.

Когда Эрдманн вырулил на дорогу, Маттиссен вытащила из пакета «Das Skript» — он успел заметить это краем глаза — и принялась листать первые страницы. Сам он всё ещё думал о разговоре с продавщицей. То, как она говорила о Яне — это уже давно вышло за рамки читательского восхищения. И то, что она уже несколько раз бывала у него дома…

— О Господи!

Он посмотрел на Маттиссен. Та застыла, не отрывая взгляда от раскрытой страницы — в глазах плескался неподдельный ужас.

— Что? Что там?

— Посмотрите сами. — Она повернула книгу к нему.

С первого взгляда он не успел ничего прочесть, но сразу увидел: на правой странице ровный поток набранного текста рассекали несколько слов, вписанных от руки.

Неужели это то, о чём он подумал?

Эрдманн прижался к обочине и остановил машину. Вгляделся в страницу — и холод пробежал между лопаток. Напечатанный текст оказался словом в слово тем же, что и на куске кожи, натянутом на подрамник.

А слова, вписанные от руки, складывались в три строки:

ЧИТАТЕЛЬ.

Криминальный роман.

Анонимус.

---

 

Отправить