Глава восемнадцатая

«Королевство полной луны» / фильмы «Город грехов» / «Дураков нет»

– 1 —

Рискуя показаться заезженной пластинкой, позволю себе повторить несколько важных выводов. С того самого момента, как он взлетел к вершинам славы благодаря «Крепкому орешку», Брюс Уиллис часто использовал свое влияние в Голливуде для того, чтобы поддерживать более рискованные проекты, открывать двери для начинающих режиссеров или же получать место в звездных ансамблях, где он с радостью вносил ровно тот вклад, большой или малый, который был необходим. В этой книге мы уже видели примеры его сотрудничества с режиссерами-авторами в разделе комедий («12 друзей Оушена» Стивена Содерберга), научно-фантастических триллеров («12 обезьян» Терри Гиллиама) и экспериментального независимого кино (вклад Квентина Тарантино в «Четыре комнаты»). Как уже обсуждалось, профессиональный выбор Уиллиса часто определялся тем, какой режиссер стоял у руля проекта.

Три авторских проекта, уже рассмотренные в этом разделе, выдвигали Уиллиса на первый план, активно используя всю мощь и влияние его звездного статуса.

Однако следующие три фильма, которые я сгруппировал вместе, служат яркими примерами того, как Уиллис обменивал свою известность на возможность поработать с яркими творческими голосами в понравившихся ему проектах или разделить экран с коллегами-легендами, которыми он сам восхищался и с которых брал пример. Эти три проекта демонстрируют, насколько универсал Уиллис мог адаптировать свое мастерство под потребности очень разных и крайне своеобразных рассказчиков. Например, капитан Шарп из спокойного островного сообщества Нью-Пензанс в «Королевстве полной луны» не имеет ничего общего с видавшим виды полицейским Джоном Хартиганом из «Города грехов», который готов пойти на все, чтобы защитить невинных граждан в Бэйсин-Сити. А эти два блюстителя порядка, в свою очередь, кардинально отличаются от самодовольного подрядчика, которого играет Уиллис в картине Роберта Бентона с Полом Ньюманом «Дураков нет».

Но все эти роли были созданы под руководством режиссеров-визионеров, которые дали Уиллису возможность развиваться и расти как артисту, а также развлекать публику. Бентон подтверждает эту мысль, когда описывает, как он завлекал Уиллиса на съемки «Дураков нет» после их предыдущей совместной работы над картиной «Билли Батгейт» в 1991 году.

«Я позвонил Брюсу и сказал: „Это не «Билли Батгейт». Здесь денег нет“, – вспоминал Бентон, рассказывая о том, что Уиллис согласился работать над картиной за минимальную ставку в 1400 долларов в неделю, что было куда меньше, чем те 15 миллионов долларов, которые, как писали, он получал за каждый фильм в то время. – Я сказал: „Мы все снимаем эту картину на минимально возможный бюджет“. Он ответил: „Не беспокойся об этом. Мы хорошо проведем время“».

«Количество актеров, которые будут готовы так поступить, можно пересчитать по пальцам одной руки, – заключил Бентон. – Думаю, прекрасное качество Брюса в том, что если ваш материал его заинтересует, то ему будет все равно, сколько ему заплатят» [1].

– 2 —

Картина Уэса Андерсона «Королевство полной луны» 2012 года открывается монологом о симфоническом оркестре. Это удачная аналогия для типичного фильма Андерсона, который часто представляет собой двухчасовую ожившую диораму с комедийным действием. Его оригинальные сценарии – это точно выверенные композиции из причудливых диалогов, сдержанной актерской игры и изысканных визуальных пейзажей, в которых прослеживается любовь режиссера к симметрии. Но в ансамблях Андерсона обычно не бывает ярко выраженной звезды, и это сделано намеренно. Каждый актер на площадке – это инструмент, который Андерсон использует, словно дирижер. Отпечатки его пальцев видны на каждом аспекте каждой сцены.

У некоторых актеров гораздо лучше получается точно соблюдать ритм диалогов Андерсона. По этой причине режиссер часто полагается на одну и ту же группу проверенных исполнителей, которые понимают его тон. На ум приходят Билл Мюррей, Джейсон Шварцман, Оуэн Уилсон и Тильда Суинтон. Но есть и актеры, которые соглашаются на один-два фильма и на время идеально встраиваются в неповторимый темп Андерсона: Джин Хэкмен в «Семейке Тененбаум», Джордж Клуни в «Бесподобном мистере Фоксе», Кейт Бланшетт в «Водной жизни», Рэйф Файнс в «Отеле „Гранд Будапешт“», Брайан Крэнстон в «Острове собак» и Уиллис в роли капитана Даффи Шарпа в «Королевстве полной луны».

Андерсон встречался с Уиллисом лишь мельком до того, как пригласил кинозвезду присоединиться к актерской труппе на съемках в Род-Айленде. «Он сразу же увлекся и со всем был согласен. То, как он видел персонажа, звучало для меня идеально, – говорил Андерсон. – У нас нет трейлеров, и люди… по сути, все время проводят вместе на площадке. И он принял это, как и все остальные» [2].

«Королевство полной луны» – самый теплый фильм Андерсона. Он выжимает нежные эмоции из истории про первую любовь подростков, не жертвуя причудливостями, которые ценят и ожидают поклонники режиссера. Хотя, надо признать, нельзя назвать выбор Уиллиса на роль очередного полицейского оригинальным. Однако Шарп не напоминает ни Джона Макклейна, ни Джо Холленбека, ни Джека Мосли – запоминающихся офицеров полиции из фильмографии Уиллиса.

«Я просто решил, что мне нужен кто-то, кто был бы безоговорочно убедителен в роли полицейского, – объяснил Андерсон свой выбор. – Поэтому мне понравилась идея, что он в энный раз сыграет полицейского, но совсем другого, не такого, каким мы его видели раньше. Его персонаж довольно пассивен и подавлен, но авторитет у него в крови» [3].

Кроме того, в Шарпе чувствуется участливая теплота, пока он ищет пропавшего скаута Сэма Шакуски (Джаред Гилман), который, как мы узнаем, воспитывается в приемной семье. Однако Шакуски не пропал. Он сбежал со Сьюзи (Кара Хэйуорд), которая покорила впечатлительное сердце Сэма, когда они были друзьями по переписке.

В «Королевстве полной луны» взрослые ведут себя как дети, а главные герои-подростки строят свои романтические отношения с терпением и зрелостью, не свойственными их возрасту. Сэм и Сьюзи планируют сложную встречу и более чем способны выживать самостоятельно. Капитану Шарпу, которого играет Уиллис, часто приходится проявлять решительность, тщетно пытаясь разрядить сложную ситуацию с участием эксцентричной семьи Сьюзи, находчивых скаутов-хаки Северной Америки и равнодушного сотрудника социальных служб (в исполнении Тильды Суинтон). Несмотря на все его усилия, члены сообщества, которое он поклялся защищать, все равно считают Шарпа «тем грустным, глупым полицейским».

Мы мало что знаем о Шарпе и еще меньше можем сказать по его сдержанной манере речи и казенной форме (которая сидит на нем не очень хорошо, особенно в районе брюк). У Шарпа роман с замужней женщиной (Фрэнсис Макдорманд), и он говорит, что некогда был влюблен – вероятно, имея в виду персонажа Макдорманд, – но она не ответила ему взаимностью. Он на время дает приют Шакуски, когда детей настигают, и находит с мальчиком общий язык, давая ему искренние советы в своей самой выдающейся сцене.

«Слушай, давай смотреть правде в глаза, ты, наверное, куда умнее меня. По правде говоря, я в этом уверен, – говорит Шарп Шакуски. – Но даже умные дети иногда суют пальцы в розетку. Нужно время, чтобы во всем разобраться. История это доказала. Всякое бывает. Наша задача – попытаться уберечь вас от опасных ошибок, если получится».

Обычные эмоции и страсти редко проявляются на поверхности в фильмах Андерсона. Режиссер, как правило, жертвует подлинными чувствами, если это позволяет ему добиться юмористической визуальной развязки или произнести реплику так сухо, что она может треснуть, как старая ветка.

«Что случилось с твоей рукой?» – спрашивает Сэм, видя, что окровавленная рука Сьюзи перебинтована.

«Я ударилась о зеркало», – отвечает Сьюзи.

«Правда? Как это вышло?» – интересуется Сэм.

«Я разозлилась на саму себя», – объясняет Сьюзи.

Но Уиллису удается пронзить апатию, окутывающую мирок «Королевства полной луны», и обнаружить то, чего мы не ожидаем найти в историях Андерсона: узнаваемую человечность. Фильмы Андерсона – это хрупкие кораблики в бутылках. Нью-Пензанс – такой же фантазийный ландшафт, как Нетландия или Нарния. В «Королевстве полной луны» нас забавляют любопытный скаут по прозвищу Косой, юрисконсульт (Билл Мюррей), который справляется с разочарованием посредством вина и рубки дров, и нарушающий правила инструктор лагеря (Джейсон Шварцман), который незаконно венчает двух подростков в строго секретной церемонии.

Однако среди всей этой буффонады Уиллис создает персонажа, с которым мы действительно могли бы столкнуться в реальном мире. Пока остальные взрослые беспокоятся о пустяках, Шарп сохраняет неизменное сочувствие к Шакуски и в конечном итоге проявляет проблески героизма, которые мы ассоциируем с Уиллисом, в финальном акте фильма. Стойкий, грустный, но компетентный Уиллис смело оставляет след в «Королевстве полной луны», не нарушая ее тщательно выстроенную конструкцию и не противореча математическому уравнению, лежащему в основе повествования Андерсона. Его мягкая, но уверенная комедийная игра, его подлинные лидерские качества и неизменная эмпатия, скрывающаяся внутри Уиллиса, в полной мере служат видению Андерсона. И это – высшая похвала, которую можно выразить.

– 3 —

Бэйсин-Сити далек от острова Нью-Пензанс во всех отношениях. И «Город грехов» так же жесток и беспощаден, как «Королевство полной луны» эмпатично и трогательно. Если вымышленный городок из фильма Андерсона напоминает коллекцию кукольных домиков, то пропитанный дождем и кишащий преступностью «Город грехов» Роберта Родригеса смердит гнилью, разложением и порочностью. Истории начинаются в «паршивой комнате, в паршивой части паршивого города» и заканчиваются тем, что обезумевших насильников избивают до тех пор, пока от пожелтевшего трупа не остаются лишь «мокрые ошметки костей». То, что Уиллис чувствует себя как дома и там, и там, говорит само за себя, свидетельствуя о его универсальности и адаптивности как актера.

«Город грехов» тематически перекликается с другими популярными работами графического романиста Фрэнка Миллера. «Возвращение Темного рыцаря», «Бэтмен: Год первый» и сага о спартанцах «300» сталкивают несовершенных и морально неоднозначных героев с поднимающейся из недр человечества мерзостью. Миллер описал свой неонуарный триллер 1991 года «Город грехов» как «совершенно эгоистичный», наполненный всем тем, что он лично любил рисовать: скоростные автомобили, красивые женщины и здоровенные громилы в плащах, каких мы обычно видели в фильмах с Джеймсом Кэгни и Хамфри Богартом.

«Это похоже на ту старую песню Rolling Stones, – говорил Миллер, – там, где каждый полицейский – преступник, а все грешники – святые. Где отбросы общества часто оказываются героями, а самые ослепительно красивые и милые женщины – проститутками» [4].

Несмотря на то что несколько режиссеров рассматривали возможность экранизации «Города грехов» в конце 1990-х, именно визионер Роберт Родригес, создатель «Отчаянного» и «Детей шпионов», убедил Миллера согласиться на сотрудничество, настояв на том, чтобы художник присоединился к проекту в качестве сорежиссера. «Я начал смотреть на это так: вместо того чтобы пытаться превратить [„Город грехов“] в кино, что было бы ужасно, давайте возьмем кинематограф и попробуем превратить его в комикс», – объяснял Родригес [5].

Чтобы помочь людям понять, как он представляет мир Миллера оживающим на экране, Родригес отправился в свою студию Troublemaker в Остин, штат Техас, и снял трехминутный ролик с актерами Джошем Хартнеттом и Марли Шелтон. В итоге это стало первым сегментом законченного фильма – «Клиент всегда прав (Часть 1)». Клиентка (Шелтон) стоит на балконе с видом на Город грехов, ее красное платье и губы – единственные цвета, выделяющиеся на черно-белом фоне. К ней приближается сладкоречивый Продавец (Хартнетт), который усыпляет бдительность этой роковой женщины пустыми обещаниями. Они обнимаются. Они целуются. А затем он пускает ей пулю в сердце, хладнокровно заявляя: «Я обналичу ее чек утром».

Родригес использовал этот деморолик для апробирования концепции, показав его проверенным коллегам и потенциальным партнерам. У его коллеги Квентина Тарантино отвисла челюсть, когда он его увидел. «Это было не похоже на „Вот так примерно это и будет выглядеть“, – говорил Тарантино. – Это было просто как „Бум!“. Это было готово к показу в кинотеатре!» Режиссер «Криминального чтива» и «Четырех комнат» в итоге согласился выступить сорежиссером части истории с Клайвом Оуэном и Бенисио Дель Торо – «Большое жирное убийство». Родригес заплатил Тарантино 1 доллар за его услуги. Маэстро просто хотел быть причастным к проекту. Настолько хотел, что даже нарушил собственное незыблемое правило всегда снимать на пленку, использовав вместо этого цифровую камеру Sony HDC-F950 [6].

Уиллис согласился на участие в «Городе грехов» почти так же быстро и по многим из тех же причин. Родригес пригласил актера в Остин, зная, что хочет видеть его в роли Хартигана в истории о мести «Тот желтый ублюдок». Персонаж был описан в духе Грязного Гарри, поэтому Нэнси (девушка, которую он поклялся защищать) носит фамилию Каллахан. Хартиган появляется в «Желтом ублюдке» в день, когда он должен уйти на пенсию из полиции. У него больное сердце и несчастная жена, ждущая его дома. Но есть одно последнее незаконченное дело, которое он должен завершить, прежде чем сможет повесить кобуру на гвоздь.

Родригес считал, что ему нужен культовый актер для исполнения столь же культовой роли, как Хартиган. Поэтому он показал Уиллису трехминутный ролик «Клиент», чтобы проиллюстрировать, как может выглядеть «Город грехов». Через минуту просмотра Уиллис нажал на паузу, повернулся к Родригесу и сказал: «Что бы я ни увидел после этого, хочу, чтобы ты знал. Я в деле. Я хочу сниматься в этом фильме» [7].

Как вы помните, столь же мгновенной была реакция Уиллиса на сценарий «Криминального чтива» Тарантино. Не имело значения, каким выйдет этот фильм. Уиллис просто хотел быть его частью. Он хотел поучаствовать в том, что, как он считал, могло стать чем-то волшебным. Это доказывает, насколько страстным мог быть этот могущественный голливудский звездный актер, когда сталкивался с материалом, который вдохновлял его, бросал ему вызов и волновал – материалом, который разжигал его любопытство к творческому процессу.

«Я не мог поверить своим глазам, – говорил Уиллис о тех трех минутах пробных кадров «Города грехов». – Мне хотелось знать, как он это сделал. Как создали дождь? Как это получилось? Как все это произошло? Теперь, при взгляде назад, кажется, будто мы все знали, что делаем… Но тогда я был совершенно ошеломлен процессом и тем, как это будет выглядеть».

Уиллис был в восторге оттого, что Миллер находился на площадке в качестве сорежиссера во время съемок. Это дало ему возможность поработать сразу с двумя авторами в одном проекте. «Мы с Фрэнком Миллером подробно обсуждали фильм-нуар, – говорил Уиллис. – Я всегда был поклонником нуара, и он это сразу понял. Всех этих жестких, криминальных сюжетов, бульварного чтива. В этом стиле. Квентин говорил то же самое… Вспомните те потрепанные, пожелтевшие страницы затасканной книжки, которую оставили под дождем или в машине».

У «Города грехов» и «Королевства полной луны» есть свои различия, но между фильмами существуют и сходства. Визуальный ряд усиливает повествование, но сценарий – это главное, а ритм диалога имеет значение, если актер намерен попасть в нужную тональность. В случае Хартигана это в основном выражается через напряженный, хриплый шепот закадрового голоса, который говорит как о стойкости, так и об усталости персонажа.

«Если вы читаете текст Фрэнка, не глядя на панели комикса, он сам по себе является настоящей литературой в стиле фильма-нуар, – говорил Уиллис. – Я думаю, все актеры чувствовали, что нашей задачей было отдать дань уважения не только книгам и жанру, но и тексту Фрэнка».

«Не помню, чтобы кто-то вносил изменения в текст. Кроме самого Фрэнка, – продолжал Уиллис. – Он мог предложить убрать реплику или изменить ее. Я спорил с ним и говорил: „Нет, нет. Давайте делать точь-в-точь как в книге“».

Возможно, Андерсон перестарался со своими излишне милыми диалогами в «Королевстве полной луны». Родригес и Миллер были более избирательны в «Городе грехов». Однако, если убрать уставший закадровый голос Хартигана, Уиллис играет практически безмолвно, как в немом кино, полагаясь на свои от природы выразительные черты лица и намеренно скованную пластику, чтобы передать внутреннюю борьбу своего персонажа. Родригес рассказывает нам больше о Хартигане, показав профиль Уиллиса на фоне кирпичной стены, чем он смог бы сделать страницами диалогов.

«Город грехов» стал для Уиллиса первым по-настоящему полным погружением в работу на хромакее. Скорость работы Родригеса (благодаря эффективности цифровой съемки) пробудила в актере креативность. Уиллис снимался в «Городе грехов» всего десять дней, но утверждает, что за это время команда выполнила объем работы, сопоставимый с пятью неделями съемок на обычной площадке. «Это был самый быстрый темп в моей жизни, – сказал он. – И вокруг был один лишь зеленый фон. Я помню, как спросил у Родригеса, когда мы стояли на причале: „Так, а что же будет там сзади?“ А он ответил: „Немного города“. И вот на премьере я вижу – целый город. Весь город был дорисован».

«Актерам пришлось отбросить все свои предубеждения о правилах киносъемок, – продолжал Уиллис. – То, о чем мы постоянно говорили, было похоже на передачу Playhouse 90. У тебя есть причал, три актера и, кажется, пистолет. Вот и все. Пожалуйста, снимай из этого фильм. Приходилось действительно доверять Роберту и понимать: „Ладно, теперь мы в твоих руках“. И все, что тебе нужно делать, – это играть. Делать свою работу. И после первого дня я даже перестал об этом думать» [8].

То, что Уиллис так восторженно отзывается о минималистичном процессе работы с хромакеем, вселяет оптимизм. На разных этапах его карьеры возникало ощущение, что затянутый процесс кинопроизводства губил ту радость, которую он когда-то испытывал на съемочной площадке. Он с большим энтузиазмом говорил о визуальном языке «Города грехов» и эффективности непривычной технологии хромакея, которые сильно его захватили в 2005 году. «Никто не знал, как это будет выглядеть. Никто не представлял, что получится в итоге, – объяснял Уиллис. – И когда я увидел фильм, то был попросту потрясен. Результат превзошел все ожидания».

К сожалению, хотя «Город грехов» – это техническое чудо и визуальный шедевр, чрезмерное насилие с участием каннибалов, киллеров, проституток и гангстеров не просто расширяет границы дозволенного. Оно затрудняет восприятие исходного материала. Фильм поддается необузданной маскулинности. Его несомненно выразительный стиль тонет под напором безостановочных извращений и ужасов, которые мы видим на экране. Мне нравится история персонажа Уиллиса о героизме, которым движут сомнительные мотивы. Но остальная часть «Города грехов» (и его ненужный сиквел, «Город грехов 2: Женщина, ради которой стоит убивать») напоминает распухший, вульгарный труп, опускающийся на дно водных артерий Бэйсин-Сити.

– 4 —

В начальных титрах фильма Роберта Бентона «Дураков нет», очаровательно наивной картины со стареющим (но все же прекрасным) Полом Ньюманом, кое-чего не хватает. Имени Уиллиса нет в списке с остальными актерами в начале фильма, что необычно, если учитывать статус мегазвезды, которым он обладал в 1994 году. Журналисты газет и журналов все еще ратовали за выдвижение Уиллиса на «Оскар» за роль опустившегося боксера в «Криминальном чтиве» Квентина Тарантино, когда «Дураков нет» вышел в прокат. Продюсеры и маркетинговые команды должны были бы наперебой стремиться добавить имя Уиллиса в титры драматического фильма, рассчитанного на аудиторию старшего возраста.

Но это было сделано намеренно.

Стремясь дистанцироваться от амплуа «героя боевиков», которое довлело над многими его карьерными решениями, Уиллис продолжал обращаться к драматическому материалу, предлагаемому в таких проектах, как «Дураков нет», и в данном конкретном случае дорожил возможностью провести ценное время рядом с Ньюманом (ранее он ненадолго появился в качестве статиста в сцене суда с участием Ньюмана в фильме Сидни Люмета «Вердикт»).

«Мы [с Ньюманом] прекрасно ладили», – вспоминал Уиллис в интервью 1999 года. – Все мои сцены были с ним. И я согласился на этот фильм именно поэтому, поскольку хотел провести с ним это время» [9].

Должно быть, он также соблазнился и на потрясающий послужной список Бентона. За годы карьеры трехкратный обладатель «Оскара» помог написать сценарий «Бонни и Клайда» для Уоррена Битти и Фэй Данауэй, режиссировал Дастина Хоффмана и Мэрил Стрип в «Крамере против Крамера» и участвовал в создании сценария «Супермена» Ричарда Доннера с Кристофером Ривом в главной роли.

В этом случае Бентон адаптировал одноименный незатейливый роман Ричарда Руссо. Главный герой истории Дональд Салли Салливан (Ньюман) бродит по скромному городку в духе Фрэнка Капры, где живые души постоянно сталкиваются друг с другом в течение холодной недели Дня Благодарения. Это мило и предсказуемо и компенсирует отсутствие сюжета обилием характеров.

Одна вещь, которой «Дураков нет» не лишен, – это наличие звезд. Обладательница «Оскара», «Эмми» и четырехкратная лауреатка премии «Тони» Джессика Тэнди в последний раз появилась на экране в этом фильме, сыграв Беррил Пиплс, бывшую учительницу Ньюмана в восьмом классе, которая теперь сдает ему комнату в своем просторном доме, потому что ценит его общество. Молодой Филип Сеймур Хоффман появляется в роли чрезмерно рьяного полицейского, выписывающего Ньюмену бесконечный поток штрафов за нарушение правил дорожного движения. А непринужденно-кокетливая Мелани Гриффит, оправляясь от череды провалов, включавших злополучный «Костер тщеславий», удачно использовала свою сексуальность в роли Тоби Робак, брошенной супруги заклятого врага Ньюмена, Карла Робака (сыгранного Уиллисом с едкой насмешливостью).

Карл, избалованный сынок, пользующийся блатом, владеет и управляет строительной компанией, которую ему передал отец. Игра Уиллиса позволяет нам предположить, что Карл большую часть жизни был важной шишкой в своем городке, особенно потому, что он так и не покинул ту «лужу», которая позволяет ему чувствовать себя большой рыбой. «Дураков нет» ставит Ньюмана и Уиллиса в положение соперников, несмотря на их очевидную разницу в возрасте. Бентон выжимает юмор из того, что Ньюман постоянно крадет снегоуборщик Уиллиса или заходит на кухню к Тоби, чтобы открыто с ней флиртовать и жаловаться, что она тратит время на болвана Карла.

И в некотором смысле самодовольную игру Уиллиса в «Дураков нет» можно интерпретировать так: восходящая кинозвезда отмахивается от угасающей звезды экрана, коей был Ньюман. Возможно, в начале карьеры Уиллис не был способен на такую наглость по отношению к одному из своих кумиров, но к моменту съемок в «Дураков нет» у него за поясом было множество блокбастеров. Он находился между «Криминальным чтивом» 1994 года, и двойным ударом «Крепкого орешка 3: Возмездие», и «12 обезьян» в 1995 году. Не было никаких сомнений, что Уиллис был самой большой звездой в актерском составе «Дураков нет».

И все же кажется, что в этом фильме он не испытывает давления, сопутствующего звездному статусу, словно знает, что в любом совместном кадре взгляд зрителя будет прикован к Ньюману. Это позволяет ему быть раскованным и игривым, что лишь добавляет уверенности его самодовольному персонажу. Он не робеет перед Ньюманом и даже словесно задирает своего партнера по съемочной площадке, смотря на него сверху вниз, пока для персонажа Уиллиса не наступает расплата. Но, что важнее всего, Уиллис отдается здесь на полную. Ему не все равно. Он погружен в материал и соответствует уровню своих не менее знаменитых партнеров.

Как Уиллис, вероятно, и предполагал, все рецензии на «Дураков нет» были сосредоточены на Ньюмане – и заслуженно. «Мало что при просмотре кино дарует такое же удовольствие, как наблюдение за тем, как признанная звезда полностью вживается в роль, идеально подходящую его личности и способностям, – писал Кеннет Туран в Los Angeles Times. – И Пол Ньюман в „Дураков нет“ – это именно тот случай» [10]. А критик New York Times Карин Джеймс и вовсе назвала актерскую работу Ньюмана в «Дураков нет» «лучшей в этом году и одной из наиболее выдающихся в его карьере» [11].

Достаточное количество членов Академии кинематографических искусств и наук согласилось с этим мнением, в результате чего Ньюман получил свою девятую номинацию на «Оскар» за роль Дональда Салли Салливана, но в итоге уступил Тому Хэнксу, сыгравшему Форреста Гампа. Бентон, Ньюман и Руссо регулярно получали награды на протяжении своей профессиональной карьеры. Бентон, как упоминалось, получил «Оскары» за сценарии к «Крамеру против Крамера» и «Место в сердце» с Салли Филд. «Крамер» также принес Бентону его единственную статуэтку за лучшую режиссуру. Руссо впоследствии получил Пулитцеровскую премию за художественную книгу в 2002 году – за свой знаменитый роман «Эмпайр-Фоллс». Эта работа позже вдохновила на создание одноименного двухсерийного мини-сериала для HBO, который принес Ньюману прайм-таймовую премию «Эмми» и «Золотой глобус» за лучшую мужскую роль второго плана в сериале, мини-сериале или телефильме.

Однако в 1994 году Уиллиса ждал суровый урок, на который я часто ссылаюсь: организаторы кинопремий могли отмечать фильмы с его участием, но при этом игнорировали его личные заслуги. Что еще хуже, в то время как его коллеги получали престижные номинации на «Оскар», Уиллису доставались «Золотые малины» (Razzies). Из четырех картин, выпущенных Уиллисом в том году, две были осыпаны номинациями на премию Академии («Дураков нет» и «Криминальное чтиво»), а две другие подверглись осмеянию со стороны вручателей «Анти-Оскара» («Цвет ночи» и «Норт»).

Уиллис, несомненно, понимал, что его шансы на номинацию за «Дураков нет» были призрачными. Эта картина была целиком и полностью проектом Ньюмана, и он был главной надеждой любой кампании по номинации на награды. Однако, будучи звездой первой величины, Уиллис, вероятно, полагал, что его шансы быть отмеченным за «Криминальное чтиво» Тарантино значительно выше среднего. Тем не менее когда Академия огласила семь номинаций на «Оскар» для этого фильма, имени Уиллиса в списках не оказалось.

Сознательно или нет, но Голливуд, казалось, посылал четкий сигнал: на тот момент коллеги по цеху не были готовы воспринимать Уиллиса как нечто большее, чем суперзвезду боевиков, независимо от того, сколько раз он брался за нестандартные для себя роли, подобные Карлу Рубеку.