Глава тринадцатая
«Петля времени»
Режиссер: Райан Джонсон.
В ролях: Джозеф Гордон-Левитт, Брюс Уиллис, Эмили Блант, Пол Дано, Ноа Сеган, Джефф Дэниелс.
Премьера: 28 сентября 2012 г.
Я не хочу даже говорить об этой херне с путешествиями во времени. Потому что если мы начнем говорить о них, то на это весь день потратим, собирая диаграммы из соломы. Это неважно.
Старый Джо (Уиллис), который сразу переходит к сути дела в «Петле времени»
– 1 —
На протяжении большей части тридцати лет я путешествовал по миру, интервьюируя кинозвезд: Тома Круза в Вене (Австрия) и Париже (Франция); Тома Хэнкса во Флоренции (Италия); режиссера «Титаника» и «Аватара» Джеймса Кэмерона в Лондоне; Скарлетт Йоханссон в Сан-Диего; и Пола Ньюмана в моем родном городе Шарлотт (Северная Каролина), где студия Pixar проводила мировую премьеру «Тачек». Квентин Тарантино пригласил меня в свой домашний кинотеатр в Голливуд-Хиллз. Мы также провели живое интервью со сцены его кинотеатра «Нью Беверли», когда он устраивал вечеринку по случаю запуска книги в Лос-Анджелесе.
Я отдаю себе отчет, насколько мне повезло брать интервью у таких талантов, и не принимаю этот бесценный опыт как должное. Но за каждую беседу, записанную с Клинтом Иствудом, Мэрил Стрип, Джеком Николсоном, Дензелом Вашингтоном, Сандрой Буллок, Харрисоном Фордом, Эдди Мерфи, Анджелиной Джоли или Хью Джекманом, вы проводите несоразмерное количество времени, сокрушаясь о тех, кто ускользнул.
Например, о Брюсе Уиллисе.
Мне так и не довелось взять интервью у Уиллиса. Это вопрос, который мне чаще всего задают люди, узнающие об этой книге: «А Брюса-то ты заполучил?»
Он так и остался моим белым китом и, вероятно, останется им, учитывая состояние его здоровья и уход из профессии. Однако однажды мы столкнулись с ним буквально нос к носу, когда научно-фантастический триллер Райана Джонсона «Петля времени» открывал Международный кинофестиваль в Торонто в сентябре 2012 года.
В фильме Уиллис и Джозеф Гордон-Левитт («Начало», «500 дней лета») играют одного и того же персонажа – наемного убийцу по имени Джо, только с разницей в тридцать лет. Один устраняет назначенные цели в 2044 году. Другого отправляют назад из 2074 года, но он сбегает, чтобы выполнить собственную миссию, прежде чем его убьют. Весь актерский состав «Петли времени», включая Уиллиса, приехал в Канаду для участия в пресс-мероприятиях во время фестиваля. В один из дней я прогуливался по просторным коридорам торонтского «Ритц-Карлтона», ожидая запланированных интервью с Джонсоном, Гордон-Левиттом и их коллегой по фильму Эмили Блант, но только не с Уиллисом – так бывает. Звезды такого масштаба дают на кинофестивалях столько интервью, сколько захотят, поэтому обычно одобряют только те издания, с которыми им комфортнее всего. Уиллис запланировал несколько бесед о «Петле времени», но не со мной.
И все же, когда я повернул за угол, он оказался прямо там – буквально подпрыгивая на ходу, он быстро приближался ко мне по коридору, пока я подходил к номеру Блант. У Уиллиса выдался перерыв в расписании, и он хотел заскочить поздороваться со своей коллегой по «Петле времени». Мы оказались у двери номера одновременно, поэтому он мельком взглянул на меня, бросил мне свою рефлекторную, отстраненную ухмылку и, заходя внутрь, сказал: «Ты не против, ведь так?»
Я не нашелся, чем ответить. Не смог. Я был ослеплен встречей со звездой – и с гордостью могу сказать, что за всю мою карьеру подобное со мной случалось редко. Но Уиллис производил такой эффект.
И не только на меня.
«Мне кажется, что крутость всех остальных моментально падает до нуля, как только Брюс появляется в комнате», – поделилась Блант [1].
Гордон-Левитт заметил и восхитился другой стороной Уиллиса, которого он боготворил с детства. «Если честно, по-моему, вживую он производит даже большее впечатление, чем на экране. Он огромный! Я не думал, что он такой крупный, – сказал Гордон-Левитт. – Брюс на самом деле очень большой, широкоплечий, внушительный мужик. Что интересно, потому что его поведение – полная противоположность. Он самый мягкий, скромный, вежливый, расслабленный парень» [2].
Двойственность Уиллиса-кинозвезды выражается в том, что он сочетает в одном лице суровую крутость наемного убийцы и чувственный романтизм человека, готового ради любви отказаться от прежней жизни. Эти качества крайне важны для сюжета фильма Джонсона, и я не уверен, что «Петля времени» была бы так актуальна и оставила столь же глубокий культурный след, если бы не вклад Уиллиса.
– 2 —
Джонсону, по сути, Уиллис требовался всего для двух ключевых сцен в «Петле времени». И ни одна из них не связана с путешествиями во времени.
Как объяснил Джонсон: «Фильм на самом деле не о путешествиях во времени. Одной из самых больших сложностей в написании сценария была необходимость задвинуть временные парадоксы на второй план, чтобы зрителям не пришлось постоянно размышлять о том, по каким правилам они работают. Сердцем фильма на самом деле являются его персонажи» [3].
Или, вернее говоря, речь идет об одном персонаже, если мы имеем в виду Джо. Первая ключевая сцена с Уиллисом, возможно, является самой запоминающейся в фильме – это разговор между Джо (Гордон-Левитт) и Старым Джо (Уиллис) за столом в придорожной закусочной. Это была первая сцена, в которой Уиллис снимался с Гордон-Левиттом, и первый раз, когда Джонсон показал обоих мужчин в профиль, подчеркивая зеркальную синхронность сюжета. Съемочная группа снимала эту сцену в течение трех дней – Джонсон сделал все возможное, чтобы гарантировать, что ни одна деталь не будет упущена.
«В разные моменты у нас работали по две камеры одновременно, – рассказывал режиссер. – Нашей любимой статистикой было то, что за эти три дня мы отсняли больше пленки, чем за весь фильм „Кирпич“».
Джонсон назвал разговор в закусочной «самостоятельным маленьким фильмом, встроенным в середину большого фильма», на который также «легла большая ответственность по множеству разных причин». У молодого Джо был редкий шанс расспросить старшего «себя» о своем возможном будущем. А Старый Джо мог посмотреть на свою полную разочарований прошлую жизнь зависимого убийцы с «гребанным детским мышлением» и напомнить себе, почему он так упорно боролся, чтобы оставить эту версию себя позади.
«Я знал, о чем эти двое будут спорить, и знал, к чему это должно привести, но вот в остальном – мало представлял себе, что из этого выйдет, – говорил Джонсон. – Для меня это был настоящий опыт. Я поставил себе цель снять этот длинный диалог так, чтобы он захватывал не меньше, чем любая экшен-сцена» [4].
Сцена в закусочной – одна из ключевых в фильме. Но она бледнеет по сравнению со второй сценой, которая потребовала от Уиллиса эмоциональной выразительности и способности передать течение целой жизни одними лишь выражениями лица. Джонсон использует монтаж, чтобы показать зрителям альтернативную временную линию, в которой Джо выполняет свою работу, мирно живет, накапливает тридцать лет воспоминаний и подходит к моменту, когда его отправляют назад во времени для встречи с молодым собой. Это бьющееся сердце фильма, потому что в этой сцене Джо переезжает в Шанхай и встречает любовь всей своей жизни (Сюй Цин).
«Она спасет тебе жизнь», – говорит Старый Джо в закусочной, и Джонсон использует монтаж, чтобы показать нам, как именно. Каждый кадр с Уиллисом, снятый Джонсоном, передает радость, удивление, умиротворение и любовь, обретенные в прожитой жизни. Уиллис блестяще играет в этих визуальных фрагментах, и, что еще более впечатляет, в монтаже нет диалогов. Уиллис и Цин передают глубокое эмоциональное путешествие пары через жесты и реакции. Слова излишни.
Именно для таких сцен и нанимают Уиллиса. Конечно, ветерану боевиков несложно справиться с обязательными перестрелками, которые возникают во взрывной третьей части фильма. Но не каждая суперзвезда экшена обладает таким эмоциональным диапазоном, чтобы убедить аудиторию поверить в свою миссию, сложную и неоднозначную с точки зрения морали и нравственности.
Гордон-Левитт точно уловил суть Уиллиса, сказав: «Он звезда „Криминального чтива“. Он снимался в „Городе грехов“. Он играл в „12 обезьянах“. Я не знаю, сколько еще существует крупных звезд боевиков, которые также снялись в таком же количестве величайших фильмов последнего времени. Вот такой он, Брюс» [5].
– 3 —
В 2012 году Уиллис снялся в шести полнометражных фильмах, включая «Королевство полной луны» Уэса Андерсона, небрежную комедию об азартных играх Стивена Фрирза «Фортуна Вегаса» и раздутых, но веселых «Неудержимых 2». В то время своим любимым проектом он считал «Петлю времени». «Это лучше всего, что я когда-либо делал, – восторгался Уиллис в одном интервью. – Райан совершил нечто удивительное. Он придумал оригинальную историю. Написал сценарий, продал его, не отступил, сам выступил режиссером и снял фильм. В нашем городе это сложно сделать. Кто-то всегда влезает в процесс. Здесь такого не случилось».
«Это больше чем оригинальная история, – продолжил Уиллис. – Это история, которую люди будут обсуждать и смотреть дважды. И спорить о ней. Я спорил сам с собой о сюжете, когда читал его в первый раз. И это целиком заслуга Райана Джонсона – от начала до конца» [6].
«Петля времени» дает нам понять, что увлекает Джонсона как рассказчика. Сюда он переносит нуарный тон диалогов «Кирпича» (хотя действие, конечно, происходит уже не в старших классах школы). Он начинает увереннее работать со звездными ансамблями, которые в конечном итоге появятся в его блестящих детективных историях «Достать ножи», «Стеклянная луковица» и «Покерфейс». И в нем появляются нотки бунтарства, которые позволят ему бросить вызов истеблишменту и устаревшему пониманию того, чем должен являться фильм во вселенной «Звездных войн», когда он будет ломать шаблоны своими «Последними джедаями». Идею о противоположных определениях героизма и крайних мер, на которые нужно пойти, чтобы победить зло, можно возвести к «Петле времени». Именно об этом спорил с собой Уиллис, когда читал сценарий.
Мы пока еще не упомянули причину, по которой Старый Джо борется за то, чтобы остаться в 2044 году. В закусочной Старый Джо упоминает Шамана, мифическую фигуру, о которой краем уха слышала и его молодая версия. Этот гангстер из будущего каким-то образом сумел в одиночку уничтожить пять крупнейших преступных синдикатов. Чтобы укрепить свою власть в преступном мире, Шаман закрывает все петли и убивает всех «петельщиков». Его приспешники убили жену Старого Джо в процессе, лишив нашего героя смысла жизни, но дав ему новую мотивацию выжить: месть.
Студия TriStar Pictures на момент выхода фильма активно продвигала «Петлю времени», делая акцент на зеркальном сходстве главных героев и заманчивой перспективе путешествий во времени. Однако «Петля времени» остается вневременной научной фантастикой, потому что эти две уловки не имеют значения. Они лишь декорации для эмоциональных мотиваций, движущих персонажами Джонсона. Определенный уровень классического уиллисовского героизма в фильме, несомненно, присутствует. Он одержим целью изменить будущее своей жены, исправив прошлое. Но Джонсон также наделяет Старого Джо подлинным упрямством, которое мешает простому решению проблемы и вынуждает Уиллиса исследовать сложные психологические нюансы. Попробуйте выбрать сторону, когда Молодой Джо предлагает своему двойнику простое и логичное решение: «Покажи мне фото нашей жены. Когда я встречу ее в нашем общем будущем, я развернусь и уйду. Мы никогда не встретимся. Мы никогда не полюбим друг друга. Она никогда не умрет».
«Если ты откажешься от нее, то она останется в безопасности», – говорит Джо, и он прав. Вероятно, так и должен поступить Старый Джо.
Однако не все так просто, когда в деле замешаны эмоции.
«Я не собираюсь отказываться от нее, – клянется Старый Джо. – Я спасу ее». И ради этого он готов пойти на все. «Петля времени» проводит нас по темным аллеям человеческой нравственности, распутывая свою центральную дилемму. Старый Джо готов убить троих детей на случай, если один из них вырастет и станет Шаманом. И даже Молодой Джо рассматривает этот вариант, когда встречает Сида (Пирс Гэнон) и понимает, что это тот самый ребенок, который вырастет и навлечет ужас на общество будущего.
Уиллис надеялся, что и зрителю придется поломать над этим голову. Хотя третий акт фильма наращивает обороты по части перестрелок, взрывов и гневного телекинеза, в конечном итоге эти моменты оказываются не так интересны, как моральные дилеммы, заложенные в задумке Джонсона. Самые сильные стороны «Петли времени» лежат не в спецэффектах, а в сценарии и в ответах, которые он дает на сложные этические вопросы, такие как: «Хватило бы у вас духу убить пятилетнего Адольфа Гитлера, если бы представился шанс?» Но также: «Если бы мать могла дать ребенку, обреченному на ужас, достаточно любви, смогла бы она заложить в него достаточно эмпатии, чтобы изменить ход истории?»
Сила сценария Джонсона, как и игры Уиллиса, заключается в том, что каждый раз, когда я пересматриваю «Петлю времени», мои ответы на эти вопросы меняются.
