Глава 7

Голова странно гудела. Не то чтобы раскалывалась, но внутри определённо завёлся какой-то мелкий пакостник. Знаете, такой крошечный, но очень усердный дятел-зануда, который решил, что мой череп — это отличная сосна для выдалбливания дупла. Возможно всё из-за того пойла, которым меня вчера щедро угостили тифлинги. Яда, вроде, не ощущалось, так что помирать я пока не собирался. Наверное.

— Ты мне не доверяешь, — голос Саалани вырвал меня из размышлений о пернатых вредителях. Она стояла напротив, скрестив руки на мощной груди, и сверлила меня взглядом. Её глаза — два кусочка расплавленного золота — изучали меня так пристально, что я почувствовал себя жуком под лупой, — Я тебе тоже. Но этот союз нужен нам обоим. Поэтому ты пройдёшь со мной ритуал единения.

Я пару раз моргнул, пытаясь прогнать туман из головы.

— Ритуал чего-чего? Простите, у меня в ушах ещё отголоски недавнего застолья. Звучит как-то… слишком официально. И обязывающе. Вы не собираетесь приносить меня в жертву какому-нибудь рогатому богу?

— Это древний обычай моего народа, — в её голосе не было и намёка на шутку, он был ровным и холодным, как сталь, — Это способ проверить истинные намерения и силу духа. Узнать, кто ты есть на самом деле, а не та весёлая и наглая маска, которую ты всем показываешь.

Она сделала шаг ко мне. От неё пахло какими-то пряными травами. Дятел в голове на время заткнулся, уступив место простому мужскому любопытству. Что ж… авантюры — это моё второе имя. А тут предлагали что-то совершенно новое и необычное. Да и сама Саалани, будем честны, будоражила воображение. В ней чувствовалась первобытная, дикая сила, которую она даже не пыталась скрывать.

— Ладно, ваша взяла, — я картинно развёл руками, изображая вселенскую покорность, — Почему бы и нет? Я всегда за новый опыт. Ведите, о прекрасная и загадочная колдунья. Куда там нужно идти и что подписывать кровью?

Кажется, я увидел, как уголок её губ едва заметно дёрнулся в подобии улыбки.

— Не пожалеешь. И никуда идти не нужно.

Она не стала тянуть. Резко вскинув руки, Саалани начала какой-то странный, короткий танец. Её движения были рваными, хищными, как у пантеры, готовящейся к прыжку. Я почувствовал, как воздух вокруг загустел, затрещал, наполнился магией. Потоки чистой энергии, видимые даже мне, сорвались с её пальцев и ударили… нет, не в меня. В мою одежду.

Всё моё подаренное русалкой добро в один миг слетело с меня и аккуратной, просто идеальной стопочкой приземлилось на ближайший камень. Через секунду та же участь постигла и её собственный наряд.

Я стоял посреди зала в чём мать родила и, надо признаться, был под впечатлением. Нет, не от её наготы, хотя, чёрт возьми, там было на что посмотреть. Её тело, покрытое сложными тёмными узорами, было как у богини войны — сильное, гибкое, идеальное. Но поразило меня её владение магией! Вот это фокус! Дорогой читатель, ты только представь, насколько это полезный в быту навык — раздевать людей силой мысли! Я в ту же секунду захотел себе такой же. Никаких больше возни с дурацкими пряжками и шнурками.

Саалани, кажется, совершенно не смущаясь, подошла ко мне вплотную. Её кожа, тёплая и гладкая, казалось, слегка светилась в полумраке.

А потом началось то, что она назвала «единением». И это было… ух… Это было совсем не похоже на нежные ласки в постели с какой-нибудь портовой шлюхой или заезжей аристократкой. Это была настоящая битва. Поединок двух упрямых характеров, завёрнутый в оболочку из первобытной, животной страсти.

Сначала я решил взять быка за рога. Ну, или тигрицу. Я действовал грубо, напористо, пытаясь показать, кто тут главный. Развернув её спиной к себе, я вжал её в прохладную, шершавую стену пещеры. На мгновение мне показалось, что я побеждаю, что я доминирую. Но это была всего лишь иллюзия. Она отвечала на каждое моё движение, на каждый толчок — не просто телом, а всей своей огненной сущностью. Это был яростный, бешеный танец, где каждое движение было как удар меча, а каждый стон — как боевой клич.

А потом она перехватила инициативу. Одним плавным, змеиным движением развернулась и оказалась сверху, оседлав меня так, словно я был диким мустангом, которого нужно укротить. И теперь уже она задавала темп. Её бёдра двигались с невероятной силой и скоростью, она испытывала меня на прочность, выжимая, вытягивая из меня все соки. Ощущения были невероятно острыми, грубыми, почти на грани боли, но, чёрт побери, как же мне это нравилось! Во мне проснулся азарт, какая-то первобытная звериная сила, о которой я и не подозревал. Я отвечал ей с той же грубостью, впиваясь пальцами в её спину, рыча от странной смеси ярости и чистого удовольствия.

Мы не шептали друг другу нежностей. Мы рычали, кусались, царапались и боролись за право быть ведущим в этом первобытном танце. Это была самая настоящая проверка, и я чувствовал, как она буквально проникает в мой разум, сканирует, изучает, а я, в свою очередь, делал то же самое с ней.

И вот, когда ритуал достиг своего пика, когда наши тела и души сплелись в один тугой, пульсирующий узел, мир просто взорвался. Я ощутил такой мощный прилив энергии, словно в меня ударила шаровая молния. В глазах на секунду потемнело, а когда зрение вернулось, я увидел то, что любит каждый авантюрист вроде меня — системные уведомления, всплывшие прямо в воздухе:

Я тяжело дышал, глядя на исчезающие буквы.

Саалани без сил лежала на мне, её грудь тяжело вздымалась в такт моему дыханию. Она приподняла голову и посмотрела мне прямо в глаза. В её взгляде больше не было ни капли подозрительности. Только дикая усталость и… что-то очень похожее на уважение.

— Теперь я знаю, кто ты, Хан, — прошептала она, — Ритуал пройден. Ты не так прост, как кажешься.

Не успел я толком насладиться моментом и осознать все бонусы своего нового уровня, как уютная идиллия была грубо нарушена. Я всё ещё лежал на мягких шкурах перед весело потрескивающим камином. Тепло огня приятно согревало кожу после странного ритуала. И вот, из теней комнаты, двигаясь с кошачьей грацией, выскользнули две фигуры. Ну конечно, кто же ещё. Те самые тифлинги-коротышки, что столь «любезно» проводили меня в уютное и безопасное место. Только сейчас в их глазах можно было увидеть их нутро. Они смотрели на меня, как на свежий, сочный кусок мяса, который только что свалился с небес прямо им под нос.

Это не было похоже на соблазнение, нет. Это было чистое, животное любопытство, смешанное с голодом. Запах силы, оставшийся после «ритуала», видимо, действовал на них как валерьянка на котов, или, может, как запах свежей выпечки на голодного путника. Не сговариваясь, они с двух сторон ринулись ко мне. Одна вцепилась в мою ногу, пытаясь укусить, вторая тут же попыталась отпихнуть первую и занять её место. Они не пытались меня соблазнить, дорогие читатели, не-а. Они хотели попробовать меня на вкус, на прочность. Как два хищных зверька, которые нашли странную, но очень аппетитно пахнущую добычу.

Буквально через секунду их нелепая возня за право «попробовать» меня первой переросла в настоящую потасовку. Они катались по полу, шипя и царапая друг друга, совершенно забыв о причине своего спора. То есть, обо мне. Я всё ещё лежал на полу, голый и совершенно ошарашенный, а рядом с моим, простите за выражение, хозяйством, две рогатые бестии устраивали кошачий бой, не поделив игрушку. Картина маслом: камин, шкуры и две дерущиеся полуголые демоницы. Сюрреализм чистой воды.

Во мне медленно, но верно вскипало раздражение. Я только что прошёл через какой-то первобытный ритуал, получил новый уровень, чувствовал себя чуть ли не богом, а тут эти две устраивают цирк с конями. Вернее, с рогами. Волна силы, полученная от ритуала, всё ещё гуляла по венам, приятно щекоча изнутри и требуя выхода. И я решил, что пора бы уже дать ей этот самый выход.

Набрав побольше воздуха в грудь, я использовал своё новое умение.

— Р-Р-РА-А-А!

Это был не просто крик. Это был короткий, утробный, властный рык, который, казалось, заставил вибрировать сами стены домика. Пламя в камине взметнулось до самого дымохода, а с потолочных балок посыпалась пыль. Тифлинги мгновенно замерли. Их драка прекратилась так резко, будто кто-то дёрнул невидимый стоп-кран. Они медленно, как в замедленной съёмке, повернули головы в мою сторону, и в их глазах плескалась невероятная смесь первобытного ужаса и… щенячьего обожания. Вот это поворот.

— А ну прекратили, обе, — пророкотал я, сам удивляясь, насколько властно и низко прозвучал мой голос. Он будто заполнил собой всё пространство.

Они не просто подчинились. Они, как по команде, подползли и покорно уселись у моих ног, словно две нашкодившие кошки, ожидающие приговора. Они смотрели на меня снизу вверх, и во взгляде читалось только одно: «Приказывай, хозяин». И знаете, что? Это было чертовски приятно. Не в пошлом сексуальном плане, нет (хотя кого я обманываю? И секс тоже был причастен). Это было чистое, незамутнённое удовлетворение от обретённого контроля. Я был не просто мужиком, которого они хотели «попробовать», я был Альфой. Их Альфой.

Нужно было как-то успокоить этот хаос. Привести их в чувство, а заодно и себя. Я окинул их взглядом. Две покорные фигуры, дрожащие от одного моего рыка. Что ж, раз я теперь Альфа, то и вести себя нужно соответственно.

— На четвереньки, — приказал я, и мой голос снова прозвучал как раскат грома.

Они подчинились безропотно, опустившись на шкуры и выгнув спины. Я решил, что лучший способ снять напряжение — это направить их неуёмную энергию в нужное русло. Я грубовато притянул к себе одну, пока вторая с придыханием наблюдала, поглаживая себя и не сводя с нас глаз. Затем, не давая им опомниться, поменял их местами. Это уже не было похоже на ритуал с Саалани. Это не было битвой. Это было утверждением власти, простым и понятным, как удар молота. Когда я закончил, изливая остатки своей первобытной энергии на их подставленные лица и в покорно открытые рты, я не почувствовал ничего, кроме чистого, животного удовольствия и окончательного установления порядка. Хаос был усмирён.

Всё это время Саалани молча наблюдала за сценой, прислонившись к дверному косяку и лениво попивая что-то из чашки. Когда всё закончилось и притихшие тифлинги, не поднимая на меня глаз, начали приводить себя в порядок, она довольно улыбнулась.

— Неплохо. Ты прошёл не только основной ритуал, но и проверку на способность управлять хаосом, который всегда следует за силой. Многие ломаются на этом, упиваясь властью без меры. Ты же просто навёл порядок.

Она подошла, накинула на меня моё же тряпьё и посмотрела сверху вниз.

— Встретимся утром. Обсудим наши дальнейшие планы.

С этими словами она развернулась и ушла, оставив меня наедине с двумя притихшими красотками и новым, весьма полезным умением. Да, денёк определённо задался.