Глава 22
Жук кивнул и подал мне странный агрегат, который мы нашли в кладовых гномов. Это была помесь граммофона, трубы и парового двигателя. «Усилитель голоса Гром-3000», если верить инструкции.
Я поднёс раструб к губам, нажал на рычаг. Устройство чихнуло, выпустило облачко пара и издало пронзительный свист, от которого поморщились даже големы внизу.
— Раз, раз… Проверка связи! — мой голос, усиленный в сотню раз, ударил по ушам армии Малакора, — Эй, вы там, внизу! Слышно меня?
Малакор на своей платформе даже дёрнулся от неожиданности.
— Кто смеет⁈ — рявкнул он.
— Смеет тут только один, и это явно не парень в юбке! — заорал я в рупор, — Слушай сюда, Златовласка! Ты перепутал адрес! Клуб анонимных любителей золотых масок и пафосных речей находится за тем перевалом, налево! А здесь частная собственность!
По рядам наёмников прошёл ропот. Сбить пафос злодея — это половина победы.
— Ты… — Малакор задохнулся от возмущения, — Ты смеешь дерзить мне, ничтожество⁈ Я сотру этот замок в порошок!
— Да-да, слышали, — перебил я его, чувствуя, как уходит мой собственный мандраж, — «Сотру в порошок», «вы все умрёте», «му-ха-ха». Смени пластинку, дед! Ты выглядишь как новогодняя ёлка, которую забыли вынести в мае! И кстати, что за маска? Прыщи прячешь? Или неудачную пластику?
Стелла сверху прыснула со смеху. Даже Эйна, стоящая рядом, криво усмехнулась, расправляя плечи.
— Ты пожалеешь о своём языке, щенок! — голос эльфа сорвался на визг, — В атаку! Убейте их всех! Кто принесёт мне его голову, получит гору золота!
— Ну вот, обиделся, — я отбросил рупор и выхватил кинжалы, — А я только разогревался.
Земля дрогнула. Армия двинулась вперёд. Големы тяжело топали, химеры неслись огромными скачками, наёмники прикрывались щитами. Это было похоже на серую волну, готовую захлестнуть наш маленький островок.
— Карлос! — крикнул я, — Давай!
— С удовольствием! — проскрежетал жук и дёрнул за рычаг, торчащий прямо из стены.
Перед самым рвом, где земля казалась ровной и надёжной, вдруг просели плиты. С противным чавкающим звуком открылись замаскированные волчьи ямы.
Первая волна химер, которая неслась, не разбирая дороги, с воем рухнула вниз. Снизу раздался хруст кольев и визг пробитых туш.
— Минус десять! — азартно прокомментировала Стелла, запуская в яму огненный шар для надёжности.
Но големов это не остановило. Они просто шли по телам своих же, как по мосту. Наёмники начали ставить лестницы. Осадные башни, скрипя колёсами, ползли к стенам.
— Эми! Огонь! — скомандовала Эйна.
Десять клонов Эми синхронно опрокинули котлы. Но там было не масло. Там была особая смесь, которую мы с Карлосом бодяжили всю ночь из запасов ведьмы. Алхимическая смола.
Чёрная жижа хлынула на головы штурмующих. Они подняли щиты, ожидая удара, но смола просто облепила их, проникая в щели доспехов.
— А теперь— спичку! — крикнул я.
Стелла щёлкнула пальцами. Маленькая искорка упала вниз.
*ВУХ!*
Стена огня взметнулась до самых небес. Вопли наёмников перекрыли шум битвы. Смола горела яростно, прилипая к коже и металлу. Големы, попавшие под раздачу, начали трескаться от жара.
— Получайте, ублюдки! — орала Стелла, поливая их магией сверху.
Но их было слишком много. Лестницы уже стучали о зубцы стен. Крюки-кошки впивались в кладку.
Один из наёмников, огромный орк с тесаком, перемахнул через парапет прямо передо мной.
— Сдохни! — прорычал он, — В очередь!
Я нырнул под его замах. Моя «Удача» подсказала, куда ставить ногу, чтобы не поскользнуться на мокром камне.
Я не стал доставать меч. Я сделал то, чего он точно не ожидал. Я открыл карман прямо над его головой и вывалил содержимое слота «Мусор».
На голову орка рухнул дубовый комод, который я спёр в поместье Сириуса ещё в первом томе и забыл продать.
Раздался хруст, и орк сложился гармошкой, придавленный мебелью.
— Никогда не недооценивайте дизайн интерьера! — крикнул я, пинком сбрасывая комод (вместе с орком) обратно вниз, на головы лезущим следом.
Битва закипела. Эйна врубилась в строй врагов, как газонокосилка в высокую траву. Её меч мелькал, отсекая конечности и разбивая шлемы. Клоны Эми работали парами: один отвлекал, второй перерезал горло.
Я метался по стене, используя всё, что было в моём бездонном инвентаре. Мешок с мукой (ослепить), бочонок с гвоздями (под ноги), старая наковальня (больно!).
— Хан! Слева! — крикнула Эйна.
На стену вскарабкалась химера. Склизкая, с щупальцами вместо рук. Магия крови бурлила в ней, я видел это фиолетовое свечение.
— Иди к папочке!
Я прыгнул ей навстречу. Щупальце метнулось к моему горлу, но я перехватил его голой рукой.
Тварь забилась в конвульсиях. Связующие нити магии лопнули. Химера распалась на куски зловонного мяса прямо у меня в руках. Я швырнул ошмётки вниз, сшибая очередного лезущего солдата.
— Что, Малакор⁈ — заорал я в пустоту, чувствуя дикий прилив адреналина, — Это всё, что ты можешь⁈ Твои зверушки ломаются от одного прикосновения!
Мы держались. Первая волна захлебнулась. Наёмники, видя, что их жгут, давят мебелью и шинкуют, дрогнули. Они начали отступать, оставляя дымящиеся трупы у подножия стен.
— Мы их сделали! — радостно взвизгнула Стелла, делая мёртвую петлю, — Они бегут!
Я вытер пот со лба, тяжело дыша. Сердце колотилось где-то в горле. Да, мы отбили атаку. Но радоваться было рано.
— Посмотрите туда, — мрачно сказала Эйна, указывая мечом в сторону.
Малакор не отступил. Он всё так же висел на своей платформе, недосягаемый для наших стрел. И он не выглядел расстроенным. Он сиял.
Вокруг него собиралась магия. Не фиолетовая, как у его тварей, а чёрная, густая, как нефть. Она закручивалась в спираль, втягивая в себя свет и звук. Воздух вокруг замка начал вибрировать, давя на уши низким гулом.
Ворота замка, которые выдержали удары таранов, вдруг жалобно застонали. По толстому дереву, обитому железом, побежали трещины. Не от ударов. От давления самой магии.
— Это была разведка, — понял я, и холод пробежал по спине, остужая боевой запал, — Он проверял нашу оборону. Заставлял нас потратить ловушки и смолу.
— Что он делает? — спросил Карлос, глядя на эльфа с суеверным ужасом.
— Готовит что-то большое, — ответила Эйна. Она перехватила меч поудобнее, — Очень большое.
Малакор поднял руки. Чёрная сфера над его головой пульсировала, как сердце умирающей звезды.
— Вы развлекли меня, букашки! — его голос теперь звучал не в ушах, а прямо в голове, — Но игры кончились. Теперь я покажу вам, что такое настоящая магия Бездны!
Я сглотнул. Комод у меня больше не было. Наковальни тоже кончились. А против того, что сейчас прилетит, сковородка вряд ли поможет.
— Система, — прошептал я, — Если у тебя завалялся рояль в кустах, сейчас самое время его выкатить.
Ответа, разумеется, не последовало. Только гул нарастающего заклинания и треск ломающихся ворот.
Второй раунд начинался, и шансов в нём у нас было гораздо меньше.
— Всем в укрытие! — заорал я, когда чёрный луч сорвался с рук Малакора и ударил в главную башню.
Камень взорвался.
Битва только начиналась.
* * *
Если бы у Апокалипсиса был запах, он пах бы не серой, как пишут в умных книжках, а озоном, старой кровью и мокрой псиной. Именно это амбре сейчас накрыло внутренний двор замка Бронислав.
Черный луч Малакора не просто разбил камни. Он разбил саму границу между жизнью и смертью.
— Второй раунд! — проорал я, стряхивая пыль с плеч, — И, кажется, противник включил читы!
Земля во дворе зашевелилась. Тела наёмников, которых мы только что с таким трудом уложили, начали дёргаться. Сломанные кости с хрустом вставали на место, вывернутые шеи выпрямлялись. А из-под земли, разрывая брусчатку костлявыми пальцами, полезли те, кто лежал здесь веками. Старые защитники замка. Мои предшественники.
— Вставайте, дети мои! — голос Малакора гремел отовсюду, — Смерть — это лишь начало службы!
— Службы⁈ — сплюнул я, активируя «Огненную длань». Моя левая рука вспыхнула ярким пламенем, — Это нарушение трудового кодекса! У мёртвых должен быть выходной!
Но шутки больше не помогали сбивать страх. Потому что это было страшно. Реально страшно.
Мертвецы не шли в атаку строем. Они лезли. Они карабкались друг на друга, образуя живые (точнее, неживые) пирамиды, чтобы достать до нас на стенах. Это была волна гнилого мяса и ржавого железа.
— Стелла! Левый фланг! — крикнула Эйна, разрубая пополам восставшего латника.
— Я… я пытаюсь! — голос феи дрожал.
Я кинул взгляд наверх. Стелла держалась из последних сил. Её магические кинжалы, обычно сияющие как прожекторы, сейчас тускло мерцали, напоминая умирающие свечки. Она металась в воздухе, уклоняясь от костяных копий, которые в неё швыряли скелеты-лучники.
— Мана на нуле! — поняла я, — Стелла, назад! Не геройствуй!
— Я не могу! Если я уйду, они прорвутся к донжону! — крикнула она, швыряя последний сгусток света в кучу зомби.
Но их было слишком много. Одна из костяных пик зацепила её крыло. Стелла вскрикнула и начала терять высоту.
— Карлос! Лови её! — заорал я.
Жук-вор, который до этого прятался за зубцом стены, высунулся и, проявив чудеса ловкости, поймал падающую фею в прыжке, прижав её к груди вместе со своей драгоценной сумкой.
— Поймал! — провизжал он, — Хозяин, у нас проблема!
— У нас тут тысячи проблем, Карлос! Какая именно тебя волнует⁈ — я врубился в толпу мертвецов, орудуя серебряным мечом. Сталь шипела, прожигая нежить, но на место одного вставали двое.
— Яйцо! — истерично закричал Карлос, тыча пальцем в сумку Стеллы, — Пятнистое яйцо! Оно горячее! Оно сейчас рванёт! Это бомба! Я говорил, что нельзя тащить всякую дрянь с собой!
— Какое к чёрту яйцо⁈ — я отбил щитом удар ржавой секиры, — Выкинь его, если оно горячее!
— Не могу! Оно прилипло! Оно вибрирует! А-а-а! Мы все сгорим!
Я мысленно закатил глаза. Только этого не хватало. Взрывающейся яичницы посреди зомби-апокалипсиса.
— Карлос, в донжон! Живо! Уноси Стеллу!
Ситуация становилась критической. Мертвецы переваливали через стены. Мы отступали шаг за шагом, сжимая кольцо обороны.
— Хозяин, — голос Эми прозвучал прямо у меня за спиной. Спокойный, ледяной, — Мы не удержим двор. Нужно уходить в башню.
Я обернулся. Эми выглядела ужасно. Она была бледнее смерти, из носа текла тонкая струйка крови. Магия крови высасывала её жизнь. Но её глаза горели решимостью.
— Эми, ты…
— Уходите, — перебила она, — Я прикрою.
Она раскинула руки. Её тень вздыбилась, разделилась на десятки лоскутов. И каждый лоскут стал её копией.
Армия горничных.
Двадцать… нет, тридцать Эми встали плечом к плечу перед входом в донжон. Они двигались синхронно, как единый организм. Их кинжалы сверкали, создавая стену стали, через которую не могла пробиться даже нежить.
— Стена Плоти! — скомандовала Эми-оригинал.
Клоны бросились вперёд, врезаясь в толпу зомби. Это была мясорубка. Клонов рвали на части, их протыкали копьями, но они не отступали ни на шаг. Они умирали молча, с одинаковым выражением холодной ярости на лицах.
— Эми! Твои силы! — я схватил её настоящую за плечо, — Ты убьёшь себя!
— Я — лишь инструмент, Хозяин, — она слабо улыбнулась, но в этой улыбке было столько боли, что у меня сжалось сердце, — Инструмент должен служить. Бегите!
В этот момент ворота двора содрогнулись. Раздался треск, похожий на гром. Створки, которые держались на честном слове и магии, разлетелись в щепки.
В проём шагнуло нечто.
Костяной Голем.
Это была тварь высотой с двухэтажный дом, собранная из тысяч человеческих костей, скреплённых чёрной слизью. Вместо головы у него был гигантский череп какого-то древнего ящера.
— Твою же дивизию… — выдохнул я.
Голем замахнулся кулаком-молотом и ударил по земле. Ударная волна сбила с ног половину клонов Эми.
— В донжон! Все! Это приказ! — заорал я, понимая, что двор потерян.
Мы побежали. Эйна подхватила меня под руку, когда я споткнулся (чертова усталость, «Плоть демона» жрала выносливость как не в себя). Карлос тащил Стеллу. Эми бежала последней, пятясь и управляя остатками своей призрачной армии.
Мы влетели в тяжёлые дубовые двери донжона.
— Закрывайте! — крикнула Эйна, наваливаясь на створку.
Я и Карлос присоединились. Тяжёлое дерево со скрипом пошло.
Снаружи, в метре от дверей, стояли клоны Эми. Их оставалось штук пять. Они стояли спиной к нам, лицом к надвигающейся волне смерти и гигантскому голему.
Я встретился взглядом с одним из клонов перед тем, как щель начала сужаться. Она посмотрела на меня — и подмигнула.
— Эми… — прошептал я.
Двери с грохотом захлопнулись. Эйна тут же опустила массивный засов.
Снаружи раздались удары, крики, хруст костей, а потом — глухой удар в дверь, от которого с потолка посыпалась пыль. И тишина. Точнее, чавканье и скрежет за стенами.
Клоны были мертвы.
Эми-оригинал сползла по стене на пол. Её трясло. Связь разорвалась. Чувствовать смерть тридцати своих копий одновременно — это был ментальный удар, способный свести с ума.
— Мы… мы внутри, — прохрипел я, прислонившись лбом к холодному дереву двери, — Но надолго ли?
Мы были в Тронном зале. Огромное, пустое помещение с высокими колоннами и старым троном, на котором когда-то сидел мой предок (или кто там был до меня). Сейчас это была наша последняя крепость.
— Баррикадируем двери! — скомандовала Эйна, хотя сил у неё самой едва хватало, чтобы стоять, — Тащите всё! Скамейки, столы!
Карлос, всё ещё прижимая к себе сумку, подбежал к куче старой мебели.
— Оно горячее! — снова взвизгнул он, — Хозяин! Яйцо! Оно сейчас вылупится! Или взорвётся! Я не знаю!
Я устало посмотрел на него.
— Карлос, если оно взорвётся и убьёт нас всех, я буду даже благодарен. Потому что-то, что ломится в двери, сделает с нами вещи похуже.
Я подошёл к Эми и опустился рядом с ней на колени.
— Ты как?
Она подняла на меня глаза. В них больше не было зрачков — только тьма, как у Хикки. Но через секунду наваждение спало.
— Я в порядке, Хозяин, — прошептала она, вытирая кровь с губ, — Я выиграла нам время. Минут десять. Может, пятнадцать.
— Целых пятнадцать минут жизни, — я горько усмехнулся, — За это время можно успеть выпить чаю. Или помолиться. Кому там молятся попаданцы? Богу Рандома?
Снаружи в дверь снова ударили. Таран. Или кулак того голема. Засов жалобно застонал.
