Глава 17
Утро в Айрохолле наступило не с лучами солнца, а с изменением тональности заводских гудков. Серый свет едва пробивался сквозь плотные шторы номера.
Я открыл глаза и потянулся. Тело ломило, но это была приятная усталость. Рядом со мной никого не было. Постель быласмята, но пуста.
Я приподнялся на локтях. В ванной шумела вода — видимо, Эйна или Стелла уже проснулись. А может, Эми снова наводит марафет.
Дверь ванной открылась, и оттуда вышла Эми. Снова в своём идеальном костюме горничной, ни единой складки, волосы уложены. Но когда она посмотрела на меня, я увидел разницу. В её взгляде больше не было того страха и сомнения. Там была уверенность. И тайна, которую мы теперь делили на двоих. Или на троих?
— Доброе утро, Хозяин, — она сделала лёгкий книксен, — Эйна и Стелла ждут внизу. Завтрак подан.
— Уже иду, — я спустил ноги с кровати.
Впереди нас ждал особняк Малакора, ловушки, тайны и, возможно, битвы не на жизнь, а на смерть. Но сейчас я чувствовал, что готов ко всему. У меня была моя команда. Моя сила. И моя Эми.
И, судя по всему, моя удача.
Я подмигнул ей, натягивая штаны.
— Кстати, Эми. В следующий раз… попробуем тройную синхронизацию?
Она лишь загадочно улыбнулась уголками губ и вышла из номера, оставив меня наедине с моими пошлыми мыслями и серым небом Айрохолла.
Ну что ж, пора спасать мир. Или хотя бы призрачную горничную.
* * *
Ржавый Пояс оправдывал своё название на все сто процентов. Если в центре Айрохолла металл блестел и пыхтел паром, то здесь он умирал. Ржавчина покрывала всё: заборы, крыши, даже воздух казался шершавым на вкус, словно ты жуёшь наждачную бумагу.
Мы стояли перед воротами особняка Малакора. Дом выглядел так, будто сошёл со страниц дешёвого готического романа, который продают в мягкой обложке на вокзале. Высокие шпили, тёмные окна, похожие на пустые глазницы, и горгульи, которые, казалось, вот-вот харкнут на лысину прохожему.
— Жуткое местечко, — прокомментировала Стелла, зависая в воздухе рядом с моим плечом. Её крылышки едва слышно гудели, разгоняя местный смог, — Идеальное место, чтобы спрятать труп. Или коллекцию порнографических гравюр.
— Надеюсь на второе, — хмыкнул я, поправляя перевязь с мечом, — Но зная нашу удачу, там будет армия зомби-дворецких.
— Хан, не шути так, — Эйна нервно сжала рукоять своего огромного меча. В тусклом свете уличного фонаря её лицо казалось бледным, — Некромантия — это мерзость. Если там есть мёртвые, я упокою их. Окончательно.
Я посмотрел на свою наставницу. Эйна была великолепна в бою, но когда дело касалось мистики и призраков, она превращалась в суеверную крестьянку. Видимо, сказывалось воспитание в ордене.
— Расслабься, «железная леди», — я положил руку ей на наплечник. Металл был холодным и влажным от тумана, — У нас есть я. А я, как известно, ходячий антимагический талисман. Ну и Стелла, чтобы визжать, если выскочит мышь.
— Эй! — фея пихнула меня локотком в бок, — Я не визжу. Я издаю боевой клич ультразвукового диапазона!
— Ага, конечно. Ладно, пошли.
Я подошёл к калитке. Замок на ней был внушительным, но время его не пощадило.
Я просто пнул калитку носком сапога. Не сильно, чисто для проверки. Внутри механизма что-то жалобно хрустнуло, звякнуло, и тяжёлая створка со скрипом отворилась, едва не сорвавшись с петель.
— Мастерство взлома уровень «Бог», — самодовольно заявил я, проходя внутрь, — Учитесь, пока я жив.
Двор особняка зарос странной чёрной травой, которая, казалось, пыталась схватить нас за ноги. Мы быстро пересекли территорию и оказались у массивных дубовых дверей. Тут уже пинком не обошлось. Пришлось Стелле поколдовать над замком, пока Эйна прикрывала наши спины, вращая головой как сова.
Щелчок — и путь открыт.
Внутри пахло пылью, старым деревом и чем-то сладковатым. Лавандой? Нет, скорее, дорогими благовониями, которые выдохлись лет десять назад.
— Чисто, — заметил я, проводя пальцем по перилам лестницы в холле, — Слишком чисто для заброшенного дома.
— Может, у призраков есть график уборки? — предположила Стелла, создавая на ладони маленький шарик света.
Тени метнулись по углам, словно испуганные тараканы. Я напрягся.
Я раскинул ментальную сеть, пытаясь уловить хоть чьё-то присутствие. Обычно в таких местах фонит страхом, болью или хотя бы крысиной жадностью. Но тут было… липко. Такое чувство, словно стены сами смотрели на нас. Жадно. Оценивающе. Как старый извращенец смотрит на молоденькую служанку.
— Никого, — тихо сказал я, — Но мне это не нравится. Ощущение, будто мы в аквариуме, а снаружи кто-то сидит с вилкой.
— Веди, Хан, — Эйна шагнула вперёд, заслоняя меня плечом, — Я чувствую зло. Оно здесь, в стенах.
Мы двинулись вглубь дома. Паркет скрипел под тяжёлыми сапогами Эйны, каждый шаг отдавался эхом в пустых коридорах. Мы проверили гостиную (пусто), столовую (пусто, если не считать скелета рыбы на тарелке) и библиотеку (книги по чёрной бухгалтерии и «100 способов уйти от налогов в империи»).
— Скукотища, — зевнула Стелла, — Где сокровища? Где тайные комнаты? Где, в конце концов, этот Малакор хранил свои секреты?
— В кабинете, — уверенно сказал я, указывая на двустворчатую дверь в конце коридора второго этажа, — У всех злодеев самое интересное всегда в кабинете. Это закон жанра.
Я толкнул дверь. Она поддалась легко, бесшумно, словно приглашая нас войти.
Кабинет был роскошным. Тяжёлые бархатные шторы, огромный письменный стол из красного дерева, кресло, обитое кожей какого-то редкого зверя. Но всё внимание сразу притягивала картина, висящая на стене прямо за столом.
Это был портрет женщины. «Плачущая Дева». Я слышал о таких легендах. Говорят, если посмотреть ей в глаза, твоя душа высохнет, а тело превратится в мумию.
Нарисованная девушка была прекрасна и ужасна одновременно. Бледное лицо, искажённое гримасой вечной скорби, тёмные провалы глаз, устремлённые прямо на зрителя. И самое жуткое — по её щекам текли настоящие слёзы. Влага блестела в свете магического шара Стеллы, собираясь в капли на подбородке и падая на пол, где уже образовалась небольшая лужица.
— О, боги… — выдохнула Эйна, попятившись. Она подняла меч, словно собиралась атаковать холст, — Это проклятие! Я чувствую тёмную магию! Она… она смотрит прямо мне в душу!
— Жутковато, — согласилась Стелла, прячась за мою спину, — Хан, может, не будем трогать? От этой штуки у меня мурашки даже на крыльях.
Я прищурился. Да, выглядело эффектно. Атмосфера нагнеталась качественно: полумрак, тишина, только звук капающей воды: *кап… кап… кап…*
— Спокойно, девочки, — я шагнул вперёд, — Это всего лишь картина. Мазня красками.
— Хан, не смей! — Эйна схватила меня за руку, — Легенды не врут! Малакор был чернокнижником! Это ловушка для душ!
— Эйна, я Призванный Герой или кто? — я мягко, но настойчиво высвободил руку, — У меня есть «Антимагия». Если эта дамочка захочет высосать мою душу, она подавится.
Я подошёл к столу. Картина действительно давила на психику. Казалось, глаза девушки следили за каждым моим движением, а в шуме падающих капель слышался шёпот: «Уходи… умрёшь…»
Ну да, конечно. Стандартная защита от дурака.
— Хан… — пискнула Стелла.
Я протянул руку к лицу нарисованной девы.
Мои пальцы коснулись холодного, влажного холста.
И тут магия рухнула.
Не было никакого взрыва, воя демонов или вспышки света. Просто иллюзия, наложенная на картину, лопнула, как мыльный пузырь. Слой краски, изображающий скорбное лицо и чёрные одежды, растворился, открывая истинное изображение.
— Что за?.. — я замер с открытым ртом.
Вместо «Плачущей Девы» передо мной теперь была… движущаяся картинка. Словно экран телевизора, встроенный в золочёную раму. И показывал этот экран не адские муки, а…
Женскую баню.
Я не шучу. Это была трансляция в реальном времени. Клубы пара, мраморные скамьи, тазики с водой и с десяток абсолютно голых, распаренных женщин, весело болтающих и намыливающих друг другу спины.
— Ого, — вырвалось у меня.
А «слёзы»? Я присмотрелся. Сверху рамы, из маленькой трубки, капал конденсат. Видимо, артефакт передавал не только изображение, но и часть атмосферы — влажность и тепло.
В комнате повисла гробовая тишина.
— Это… — начала Эйна, её голос дрожал, но уже не от страха, а от праведного гнева, — Это что такое⁈
— Это, моя дорогая Эйна, — я не мог сдержать ухмылку, разглядывая «трансляцию», где одна пышная матрона как раз шлёпнула полотенцем другую, — элитная женская купальня. Судя по интерьеру, та, что на соседней улице. «Жемчужина Айрохолла», кажется?
Стелла вылетела из-за моей спины, посмотрела на картину и разразилась громким, истерическим смехом. Она хохотала так, что ей пришлось схватиться за живот, кувыркаясь в воздухе.
— Ой, не могу! — визжала фея, — «Проклятие»! «Ловушка для душ»! А этот старый хрыч Малакор просто сидел тут и пялился на голых баб!
Эйна покраснела. Причём так густо, что даже в полумраке её уши напоминали два спелых помидора. Она резко отвернулась, прикрывая глаза ладонью.
— Бесстыдство! Какой позор! Извращенец! Как можно… Хан, перестань смотреть!
— Я не смотрю, я анализирую, — возразил я, хотя, каюсь, вид был неплохой, — Значит, вот он какой, великий и ужасный Малакор. Техномаг, контрабандист и вуайерист 80-го уровня.
Я постучал по раме.
— Ну, спасибо тебе, старый извращенец. Твоя похоть нас спасла. Если бы тут была реальная ловушка, мы бы сейчас жарились.
Я ухватился за край тяжёлой рамы и потянул её на себя. Картина-портал со скрипом отъехала в сторону, открывая нишу в стене.
— Бинго, — сказал я.
В нише стоял сейф. Не большой, но добротный, стальной, с крутящимся диском.
— Стелла, ты отсмеялась? — спросил я, глядя на фею, которая всё ещё вытирала слёзы (настоящие, от смеха), — Твой выход.
— Сейчас, сейчас… — она подлетела к сейфу, — Ох, ну Малакор, ну жук…
Она приложила ухо к дверце сейфа, её тонкие пальчики начали крутить диск.
— Три влево… два вправо… щелчок… ещё немного…
Через минуту раздался глухой клац, и дверца поддалась.
— Пусто! — разочарованно протянула Стелла, заглядывая внутрь, — Ни золота, ни артефактов. Только какая-то макулатура.
Она вытащила толстую книгу в кожаном переплёте и кинула её мне.
Я поймал книгу. «Учётная книга особых поставок».
— Деньги он, видимо, хранил в банке, а не дома, — сказал я, открывая книгу, — А вот это может быть ценнее золота.
Я начал листать страницы. Списки, даты, суммы. Реагенты, яды, запрещённые артефакты. И… живой товар.
Моё сердце пропустило удар. Я искал имя. Или описание.
— Хан? — Эйна подошла ко мне, уже справившись со смущением, — Что там?
— Списки, — мрачно ответил я, — Он торговал душами, Эйна. И людьми.
Я вёл пальцем по строчкам.
Образец № 1… продан в шахты.
Образец № 2… утилизирован.
И тут я замер.
В конце страницы, почерком, полным самодовольства, было выведено:
Образец № 4. Женская особь, призрачный тип. Волосы розовые. Магический фон — нестабильный, высокий потенциал. Доставлена по спецзаказу. Покупатель: Граф де Вольх. Примечание: Психика объекта нарушена, товар «сырой», требуется дрессировка. Отправлена в загородное поместье графа.
Я захлопнул книгу с такой силой, что поднялось облако пыли.
— Нашли? — спросила Стелла, перестав хихикать.
— Нашли, — кивнул я. Мой голос звучал жёстко, вся весёлость испарилась. Перед глазами стоял образ Хикки — весёлой, немного наглой призрачной горничной, которая любила читать мои книги и краснела, когда я…
Она была для них просто «Образцом № 4». «Сырым товаром».
Я почувствовал, как внутри закипает холодная ярость. Это было странное чувство для меня, обычно я стараюсь всё переводить в шутку. Но сейчас шутить не хотелось.
— Хикка была у некоего Графа де Вольха, — произнёс я, глядя на Эйну, — В его загородном поместье.
Глаза Эйны сузились. Она положила руку на эфес меча, и на этот раз не от страха.
— Де Вольх? — переспросила она, — Я слышала это имя. Старый род, приближённый к тёмным кругам. Говорят, он коллекционирует… редкости.
— Значит, мы идём к нему, — отрезал я, убирая книгу в свой «Пространственный карман», — И поверьте мне, я устрою ему такую «дрессировку», что он забудет, как зовут его собственную маму.
Я посмотрел на картину, где продолжалась беззвучная жизнь бани.
— Стелла, — скомандовал я, — Закрой этот срам. Мы уходим. У нас появилось новое задание.
Фея щёлкнула пальцами, и рама вернулась на место, снова скрывая сейф.
— А жаль, — тихо хихикнула она, — Я бы ещё посмотрела на ту рыжую, у неё отличная… техника мытья.
— Стелла! — рявкнула Эйна.
— Всё-всё, молчу! Мы вышли из кабинета, оставив позади «Плачущую Деву» и её секрет. Особняк больше не казался жутким. Он казался просто пустым и грязным памятником человеческой (и нелюдской) подлости.
Спускаясь по лестнице, я уже прокручивал в голове план. Граф де Вольх. Поместье. Коллекционер.
Что ж… граф. Надеюсь, ты любишь сюрпризы. Потому что к тебе едет доставка. И на этот раз товаром будешь ты.
— Хан, — тихо позвала Эйна, когда мы вышли на улицу, в прохладную ночь Ржавого Пояса, — Мы разберёмся. Я обещаю.
— Я знаю, — я сжал её руку, — Никто не смеет трогать мою горничную. Это вопрос принципа. И, возможно, авторских прав.
Я усмехнулся, глядя на звёзды, которые едва пробивались сквозь смог. Приключения продолжались. И с каждым шагом ставки становились всё выше. Но пока со мной моя удача, мой меч (точнее, меч Эйны) и моя безумная команда — этот мир ещё пожалеет, что связался с бывшим сценаристом аниме.
— Эми! — позвал я ментально, зная, что она ждёт где-то рядом в тенях или в гостинице, чувствуя мой гнев, — Готовься. Скоро будет много работы.
Мы растворились в ночном тумане Айрохолла, оставляя за спиной особняк, который хранил слишком много грязных тайн. Но одну тайну мы у него всё-таки забрали.
