Глава 10

Высоко-высоко, прямо над ущельем, где Амратокс построил свой уродливый завод, в небе висел дирижабль. Он был похож на огромную, ленивую рыбу, которая застряла в воздухе и не знала, куда ей плыть дальше. На его капитанском мостике было тихо и тоскливо. Настроение у всех было паршивое.

— Всё это бесполезно, — сказал Залгордос, и его голос прозвучал глухо и устало. Он наконец опустил подзорную трубу, которой уже битый час сверлил взглядом землю. Его обычно гордое лицо аристократа осунулось, а в глазах застыла серая, беспросветная тоска, — Их магические щиты крепкие, как горы. Мы для них — просто назойливая муха, которая жужжит над ухом.

Эйна ничего не ответила. Она просто стояла, мёртвой хваткой вцепившись в холодный металлический поручень, и смотрела вниз. Там, внизу, распластался завод — серое, уродливое пятно на теле земли. Её красивые доспехи, которые в бою горели алыми рунами, сейчас казались просто куском тёмного металла. Они висели здесь уже несколько часов, и единственное, что они могли сделать — это сбрасывать вниз дурацкие листовки. На них были написаны громкие слова с требованием сдаться и угрозами, которые сейчас казались просто смешными. Бумажки, подхваченные ветром, красиво кружились в воздухе, а потом бессильно падали на невидимый купол, который защищал завод. Там они вспыхивали и сгорали без следа. Это было унизительно.

— А может, попробуем протаранить? — с отчаянной надеждой в голосе спросил Драгос Железнорукий. Лицо старого вояки было мрачнее тучи, — Разогнаться как следует и…

— И размазать этот замечательный корабль по их защите, как масло по бутерброду, — ледяным тоном перебила его Стелла. Бывшая фея от скуки ковыряла кончиком кинжала деревянную обшивку. Её сиреневые глаза зло блестели, — Гениальный план, Драгос. Просто гениальный. Вот только у нас нет второго дирижабля. И вторых нас у нас тоже нет.

И вдруг Эйна замерла. Она почувствовала это. Что-то едва уловимое, как дуновение тёплого ветерка в холодный день. Знакомое покалывание где-то на самой грани сознания. Это был Хан. Она не могла «услышать» его мысли. Магические помехи, которые испускал завод, были слишком сильными. Они глушили любую телепатическую связь, как толща воды глушит звук. Но она чувствовала его. Его присутствие. Он был где-то там, внизу. Живой. И судя по этому наглому, самоуверенному «сигналу», он был очень даже деятельным.

— Он здесь, — прошептала она так тихо, что сама едва расслышала.

— Кто здесь? — не понял Залгордос, поворачиваясь к ней.

Но Эйна его уже не слушала. Она рывком выхватила из его рук тяжёлую подзорную трубу и прижала к глазу. Линзы жадно впились в пространство внизу, прочёсывая каждый метр земли. Лес, скалы, пыльная дорога… И по этой дороге…

Эйна неверяще моргнула. Протёрла окуляр рукавом и посмотрела снова. Нет, ей не показалось. К главным воротам завода приближалась самая странная процессия, какую только можно было себе представить. Это была шумная, пёстрая, несуразная толпа, увешанная какими-то лентами и бубенцами. Они двигались в облаке разноцветной пыли, а над всем этим плыла какая-то невообразимо фальшивая, но жутко весёлая музыка. Это был… цирк?

В это же самое время на самом верху главной башни завода, в личном кабинете Амратокса, царило совсем другое настроение. Сам хозяин, одетый в дорогой бархатный камзол, стоял у огромного окна и с ленивой усмешкой наблюдал за беспомощным дирижаблем в небе.

— Вы только посмотрите на них, Болтус, — протянул он, даже не поворачиваясь к своему помощнику, — Какие они грозные. Какие решительные. Они решили закидать нас бумажками. Бумажками! Наверное, надеются, что мы тут все умрём от смеха.

Мелкий противный тифлинг с крысиными глазками тут же подобострастно захихикал. Он всегда так делал, когда хозяин шутил.

— Ваша проницательность не знает границ, повелитель! Они просто жалки!

— Они идиоты, Болтус, — поправил его Амратокс, делая глоток вина из бокала, — Они думают, что могут взять меня силой. Но они забыли, что настоящая сила — это не мечи и не магия. Настоящая сила — это ум. И терпение. Пусть себе висят там. Рано или поздно у них закончится либо топливо, либо терпение. Интересно, что раньше.

Внезапно Болтус напрягся. Он уставился в один из магических кристаллов, которые показывали, что происходит у ворот.

— Повелитель… там… — он замялся, пытаясь подобрать правильные слова, — К воротам идёт какая-то толпа. Очень шумная. Они похожи на… бродячих артистов.

— Артистов? — Амратокс удивлённо приподнял бровь. Он неторопливо подошёл к кристаллу и всмотрелся в мутное изображение, — Цирк? Здесь? Какая восхитительная глупость.

— Прикажете прогнать их, повелитель? — с готовностью спросил Болтус, — Или, может, лучше сразу перестрелять? На всякий случай. Вдруг это шпионы.

Амратокс на мгновение задумался. Прогнать. Да, это было бы самое разумное. Но разум — это для трусов и тех, кто всего боится. А он, Амратокс, был победителем. Он стоял на пороге своего величайшего триумфа. И эта нелепая ситуация давала ему прекрасную возможность показать это всем. И врагам, которые беспомощно болтались в небе, и рабам, которые гнули на него спины внизу.

— Нет, Болтус, — медленно сказал он, и на его губах заиграла хищная, полная самодовольства улыбка, — Мы не будем их прогонять. Наоборот. Мы их впустим.

— В-впустим? — глаза Болтуса чуть не вылезли из орбит, — Но, повелитель, это же риск!

— Риск? — рассмеялся Амратокс, — Какой риск могут представлять для меня несколько жалких клоунов? Нет, мой верный Болтус, это не риск. Это жест абсолютной уверенности в своей силе. Пусть эти дураки на дирижабле видят, что я настолько не принимаю их всерьёз, что могу позволить себе устраивать представления прямо у них под носом. Пусть рабы немного развлекутся. Это поднимет их боевой дух перед финальной битвой за своего господина. Откройте ворота. Поставьте импровизированную сцену на главной площади. И пусть представление начнётся. Я хочу на это посмотреть.

Эйна в ужасе смотрела в подзорную трубу. Она видела, как массивные, окованные железом ворота завода с противным скрежетом поползли в стороны. Видела, как стража лениво расступилась, пропуская внутрь эту нелепую процессию. Она видела огромного каменного голема, который неуклюже переставлял ноги. Видела колышущиеся зелёные комки слизи. Видела странных гриболюдей. И во главе всего этого балагана… она видела Хана. В каком-то дурацком жилете, с самой наглой ухмылкой на лице, он что-то оживлённо объяснял стражнику, размахивая руками, как заправский директор цирка.

Кровь отхлынула от её лица. Она не могла поверить своим глазам. Пробраться в самое логово врага под видом бродячего цирка… Это было дерзко, самоубийственно. Это было так… в его стиле.

— Что этот идиот опять задумал⁈ — в отчаянии выдохнула она. Её пальцы с такой силой вцепились в леер, что металл заскрипел.

Главный двор завода Амратокса был тем ещё местечком. Представьте себе большую парковку, которую никогда не мыли, заставленную всяким хламом и посыпанную серой пылью. Со всех сторон доносился монотонный грохот станков, будто какой-то гигантский дятел решил выдолбить себе дупло в самой горе. Идеальное место, чтобы повеситься от тоски. Или, как в нашем случае, чтобы устроить самое безумное цирковое представление в истории этого мира.

Я стоял за грязным куском брезента, который мы натянули между двумя ржавыми бочками. Это были наши «кулисы». Я пытался дышать ровно, но сердце колотилось как сумасшедшее. Наряд на мне был просто верхом идиотизма. Поверьте, я в прошлой жизни на корпоративах в аниме-студии насмотрелся всякого, но это было нечто. Старый эльфийский камзол, который явно сняли с покойника, вонял нафталином и тленом. К спине я привязал подушку, чтобы изобразить горб, а лицо мне так измазали гримом, что я стал похож на старого пирата, который проиграл в драке с мясорубкой. В общем, красавец мужчина. Просто эталон убожества.

— Ну что, вы готовы к шоу? — прошептал я в пустоту, поправляя свой дурацкий горб, — Сейчас ваш покорный слуга, он же великий и неповторимый конферансье Маэстро Элонио Загадочный, выйдет на эту сцену и покажет, как надо работать. Ну, или нас всех тут порежут на ремни. Шансы, я бы сказал, пятьдесят на пятьдесят. Моя «Удача» просто обожает такие рискованные ставки.

За моей спиной толпились мои «артисты». Крек тихонько гудел, глибы нервно колыхались, а Гронда сжимала в руках бутафорскую дубинку с таким свирепым видом, будто собиралась не сцену охранять, а сразу идти проламывать черепа. В принципе, этот вариант тоже был частью нашего плана. План «Б», так сказать. «Б» — значит «Бойня».

— Пора, — прошептала Саалани, проскальзывая мимо меня. Она тоже была в гриме. Яркие узоры на бронзовой коже и лёгкая маска на лице делали её похожей на какую-то храмовую танцовщицу из далёких южных стран. Выглядела она потрясающе, — Не облажайся, чужак.

— Я никогда не лажаю, — подмигнул я ей, стараясь казаться увереннее, чем был на самом деле, — Я гениально импровизирую.

Я сделал глубокий вдох, отдёрнул брезент и, хромая и охая, как дряхлый дед, вышел на сцену из наспех сколоченных ящиков. Толпа рабочих, которую согнали на представление, смотрела на меня пустыми, безжизненными глазами. Охрана, расставленная по периметру, откровенно скучала. А высоко на балконе главной башни, как паук в центре своей паутины, стоял сам Амратокс. Рядом с ним, как верный шакал, суетился его помощник.

— Приветствую вас, достопочтенная публика! — заорал я, раскинув руки так широко, как только позволял мой горб. Я вложил в голос немного магии, чтобы он разнёсся по всей площади, — Приветствую вас, работяги этого великого… э-э-э… заведения! Я, Маэстро Элонио, и моя труппа «Бродячие чудаки», проделали очень долгий путь, чтобы подарить вам немного смеха, удивления и чистого, незамутнённого восторга!

Рабочие молчали. Один из охранников громко зевнул. Амратокс лениво отпил вина из своего бокала. Да, начало так себе. Надо было срочно что-то менять.

— Я вижу ваши уставшие лица! — продолжал я, стараясь говорить, как можно душевнее, — Я вижу мозоли на ваших руках! Вы — настоящие герои! Вы — становой хребет этого… места! И ваш щедрый и великодушный хозяин, — я картинно поклонился в сторону балкона, едва не потеряв равновесие из-за подушки, — пожелал вознаградить вас за ваш нелёгкий труд! Так давайте же забудем о проблемах и окунёмся в мир волшебства и чудес!

Кажется, это сработало. В толпе прошло какое-то шевеление. Пара существ (как уже упоминалось, жители деревни были разных рас) даже подняла головы. Амратоксу моя дешёвая лесть, очевидно, пришлась по вкусу — он снисходительно кивнул. Отлично, эго главного злодея мы пощекотали. Можно начинать представление.

— А для начала, чтобы прогнать тоску и уныние, позвольте представить вам наших волшебных лесных духов! Таинственные Микониды!

По моему знаку из-за кулис выкатилась делегация гриболюдей. Они выглядели настолько дико, что даже скучающая стража выпрямилась, чтобы получше их разглядеть. Микониды поклонились и, дружно качнув своими шляпками, выпустили в воздух лёгкое облачко золотистой пыльцы. Она медленно оседала на толпу, и я увидел, как на серых лицах рабочих начали появляться первые, робкие улыбки. Один из стражников, до этого стоявший как памятник самому себе, вдруг расслабил плечи и тихо хмыкнул. Споры лёгкой эйфории начали свою работу.

— А теперь! Встречайте! Несокрушимый силач, который может сдвинуть горы! Человек-скала! Великий и ужасный… Крек!

На сцену, от которой затрещали доски, взобрался Крек. Толпа ахнула. Даже Амратокс на балконе слегка наклонился вперёд, чтобы лучше видеть. Голем поклонился, едва не развалив сцену, и поднял заранее подготовленный валун размером с небольшую корову. Он поднял его над головой так легко, будто это был мешок с пухом. Толпа восторженно загудела.

— Он будет им жонглировать! — объявил я.

Крек подкинул валун. И тут же очень неловко попытался его поймать. Валун с оглушительным грохотом рухнул на доски, проломив их и едва не утащив за собой в дыру самого Крека. Но я не растерялся.

— Ха-ха! Вот это шутник! Вы только посмотрите на этого проказника! Он просто проверял вашу реакцию! А теперь — по-настоящему!

Пока я отвлекал публику своей болтовнёй, Крек, сделав вид, что всё так и задумано, «случайно» пнул ногой одну из опор навеса, под которым пряталась от солнца стража. Опора с громким треском накренилась. Идеально.

Шоу катилось дальше, как снежный ком, набирая обороты безумия. Глибы растекались в смешные лужи, изображая фонтан. Танцовщицы Замира и Тиали кружились в зажигательном танце, заставляя молодых стражников сворачивать шеи и спотыкаться на ровном месте. Я сыпал шутками, отпускал остроты и периодически посылал воздушные поцелуи в сторону балкона, где сидел главный зритель.

— И отдельное спасибо нашему щедрому покровителю, господину Амратоксу! — кричал я, глядя ему прямо в глаза, — Бизнесмену, чей напиток «Бойка» известен по всему миру! Говорят, он настолько хорош, что после него забываешь обо всём на свете! О семье, о доме, о том, кто ты есть… Какой потрясающий эффект! Давайте поаплодируем гению, который придумал этот рецепт!

Толпа, уже порядком одурманенная спорами, восторженно захлопала. Амратокс, ослеплённый собственным тщеславием, принял мою наглую издёвку за чистейший комплимент и гордо расправил плечи. Помощник рядом с ним угодливо закивал. Какие же они идиоты.

— А теперь — грандиозный финал! — объявил я, когда понял, что публика разогрета до нужной температуры, — Феерия огня и света! Салют в честь нашего великого хозяина! Брунгильда, твой выход!

Коренастая дворфийка, которая всё это время пряталась сзади, с безумной ухмылкой поднесла фитиль к своему изобретению — ящику с фейерверками. И началось.

В небо с оглушительным свистом и воем взмыли десятки ракет. Они взрывались разноцветными огнями, осыпая двор искрами. Лиандра добавила к этому свои иллюзии — в дыму фейерверков замелькали призрачные драконы и танцующие феи. Грохот стоял такой, что закладывало уши. Все (и рабочие, и стража, и даже сам Амратокс) заворожённо смотрели в небо, разинув рты. Это был идеальный момент.

Под прикрытием этого хаоса, шума и всеобщего внимания я увидел, как от нашей «труппы» отделилась тёмная фигура. Саалани. За ней, словно тени, скользнули ещё несколько воительниц из её ударного отряда. Никто не обратил на них внимания. Все взгляды были прикованы к небу. Они бесшумно проскользнули вдоль стены и исчезли в тёмном проёме, который вёл в производственный цех. Прямо туда, где, по моим воспоминаниям, находился портал в пещеру с монстром.

Первая часть плана сработала. Теперь всё зависело от них. А моя задача была — тянуть время и продолжать это безумное шоу, пока они не сделают свою работу.

— Невероятно! Потрясающе! — орал я, перекрикивая грохот, — Аплодисменты, друзья! Аплодисменты!

Я стоял на развалившейся сцене, в дурацком костюме, под дождём из разноцветных искр, и улыбался самой широкой и наглой улыбкой. Шоу должно было продолжаться. Ведь самое интересное только начиналось.