Глава 39
Тереза Нойман, католический стигматик
– Возвращайся в Индию. Я терпеливо ждал тебя пятнадцать лет. Скоро я выплыву из тела и отправлюсь в Сияющую Обитель. Йогананда, приезжай!
Я вздрогнул, услышав голос Шри Юктешвара, который зазвучал в моей голове, когда я сидел в медитации в своей штаб-квартире Маунт Вашингтон. В мгновение ока преодолев десять тысяч миль, его послание пронзило мое существо подобно вспышке молнии.
Пятнадцать лет! Да, внезапно понял я, сейчас 1935 год. Я провел в Америке пятнадцать лет, распространяя учение моего гуру. Теперь он призывает меня обратно.
В тот день я рассказал о своем переживании посетившему меня ученику. Его духовное развитие в рамках Крийя-йоги было настолько значительным, что я часто называл его «святым», вспоминая пророчество Бабаджи о том, что с помощью древнего пути йоги в Америке тоже появятся осознавшие Бога мужчины и женщины.
Этот ученик и некоторые другие великодушно настояли на том, чтобы сделать пожертвование на мою поездку. Решив таким образом финансовую проблему, я начал готовиться к отплытию через Европу в Индию. О, эти напряженные недели подготовки в Маунт Вашингтон! В марте 1935 года я зарегистрировал Братство самореализации в соответствии с законами штата Калифорния как некоммерческую организацию. В это учебное заведение шли все общественные пожертвования, а также доходы от продажи моих книг, журналов, печатных курсов, занятий в группах и из любых других источников.
– Я вернусь, – сказал я своим ученикам. – Я никогда не забуду Америку.
На прощальном банкете, устроенном для меня любящими друзьями в Лос-Анджелесе, я долго смотрел на их лица и с благодарностью думал: «Господи, тот, кто помнит Тебя как Единственного Дарителя, никогда не ощутит недостаток сладкой дружбы среди смертных».
9 июня 1935 года я отплыл из Нью-Йорка на судне «Европа». Меня сопровождали два ученика: мой секретарь, мистер К. Ричард Райт, и пожилая дама из Цинциннати, мисс Этти Блетч. Мы наслаждались днями покоя посреди океана, которые стали приятным контрастом по сравнению с минувшими неделями торопливой подготовки. Но период досуга оказался недолгим, скорость современных кораблей отличается некоторыми прискорбными особенностями!
Как и любая другая группа любознательных туристов, мы прогулялись по огромному и древнему городу Лондону. На следующий день меня пригласили выступить на большом собрании в Кэкстон-холле, на котором сэр Фрэнсис Янгхасбанд представил меня лондонской аудитории. Наша компания провела приятный день в гостях у сэра Гарри Лаудера в его поместье в Шотландии. Вскоре мы пересекли Ла-Манш и отправились на континент, так как я хотел совершить особое паломничество в Баварию. Я чувствовал, что это мой единственный шанс навестить великого католического мистика Терезу Нойман из Коннерсройта.
За несколько лет до этого я прочитал удивительный доклад о Терезе. Из статьи я узнал вот что:
1. Тереза родилась в 1898 году. В возрасте двадцати лет в результате несчастного случая ослепла и была парализована.
2. В 1923 году она чудесным образом прозрела благодаря молитвам святой Терезе, «Маленькому цветку». Позже к Терезе Нойман мгновенно вернулась и способность двигаться.
3. С 1923 года Тереза полностью воздерживается от еды и питья и лишь раз в день глотает одну маленькую освященную облатку.
4. В 1926 году на голове, груди, руках и ногах Терезы появились стигматы, или священные раны Христа. С тех пор каждую пятницу она проходит через Страсти Христовы, перенося на себе все его муки.
5. Владея лишь простонародным диалектом немецкого языка, на котором говорят в ее деревне, Тереза во время пятничного транса произносит фразы, которые ученые отнесли к древнеарамейскому языку. В определенные моменты видений она говорит на иврите или греческом.
6. С разрешения Церкви Тереза несколько раз находилась под пристальным научным наблюдением. Доктор Фриц Герлик, редактор «Протестантской Немецкой газеты», отправился в Коннерсройт, чтобы «разоблачить католическую мошенницу», но в итоге благоговейно написал ее биографию.
Как всегда, будь то на Востоке или на Западе, мне не терпелось встретиться со святым. Я радовался, когда 16 июля наш маленький отряд въехал в причудливую деревню Коннерсройт. Баварские крестьяне проявили живой интерес к нашему автомобилю «Форд» (привезенному нами из Америки) и его разношерстной группе пассажиров – американскому молодому человеку, пожилой даме и восточному человеку с оливковой кожей и длинными волосами, заправленными под воротник пальто.
Маленький коттедж Терезы, чистый и опрятный, с цветущей у примитивного колодца геранью был – увы! – наглухо закрыт. Соседи и даже проходивший мимо деревенский почтальон не смогли дать нам никакой информации. Начался дождь, мои спутники предложили отправиться обратно.
– Нет, – упрямо отказался я. – Я останусь здесь, пока не найду какую-нибудь зацепку, ведущую к Терезе.
Два часа спустя мы все еще сидели в машине под проливным дождем. «Господи, – жалобно вздохнул я, – зачем Ты привел меня сюда, если она исчезла?»
Вдруг рядом с нами остановился какой-то мужчина и на английском языке вежливо предложил помочь.
– Я точно не знаю, где Тереза, – сказал он, – но она часто гостит у профессора Вурца, магистра семинарии в Эйхштатте, который живет в восьмидесяти милях отсюда.
На следующее утро наша группа отправилась на автомобиле в тихую деревушку Эйхштатт с узкими мощеными улочками. Доктор Вурц сердечно приветствовал нас у себя в гостях: «Да, Тереза здесь». Он послал ей сообщение о посетителях. Вскоре появился посыльный с ее ответом.
«Хотя епископ просил меня никого не принимать без его разрешения, я приму Божьего человека из Индии».
Глубоко тронутый этими словами, я последовал за доктором Вурцем наверх, в гостиную. Тереза появилась в комнате сразу же, излучая ауру покоя и радости. На ней было черное платье и безупречно белый головной убор. Хотя в то время ей исполнилось тридцать семь лет, она казалась намного моложе, обладая поистине детской свежестью и очарованием. Здоровая, хорошо сложенная, розовощекая и жизнерадостная была эта святая, которая не ест!
Тереза поприветствовала меня очень нежным рукопожатием. Мы оба сияли улыбками, понимая друг друга без слов, зная, что каждый из нас – возлюбленный Бога.
Доктор Вурц любезно предложил свои услуги переводчика. Когда мы уселись, я заметил, что Тереза поглядывает на меня с наивным любопытством. Очевидно, индусы были редкостью в Баварии.
– Вы ничего не едите? – я хотел услышать ответ из ее уст.
– Ничего, кроме освященной облатки из рисовой муки, один раз в день в шесть утра.
– Насколько велика облатка?
– Она тонкая, как бумага, размером с мелкую монету, – Тереза добавила: – Я принимаю ее по причине ее святости. Если она неосвященная, я не смогу ее проглотить.
– Но вы ведь не смогли бы так прожить целых двенадцать лет?
– Я живу Божьим светом, – как же прост ее ответ, совсем как у Эйнштейна!
– Я вижу, вы осознаете, что энергия поступает в ваше тело из эфира, солнца и воздуха.
Промелькнувшая улыбка озарила ее лицо.
– Я счастлива знать, что вы понимаете, как я живу.
– Ваша святая жизнь – это ежедневная демонстрация истины, изреченной Христом: «Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих».
И вновь она обрадовалась моим словам.
– Это действительно так. Одна из причин, почему я сегодня нахожусь здесь, на земле, – желание доказать, что человек может жить невидимым светом Бога, а не только благодаря пище.
– Можете ли вы научить других обходиться без еды?
Она казалась слегка шокированной.
– Я не могу этого сделать. Бог этого не желает.
Когда мой взгляд упал на ее сильные, изящные руки, Тереза показала мне маленькие квадратные, недавно зажившие ранки на каждой ладони. На тыльной стороне каждой руки она указала на небольшую рану в форме полумесяца, недавно зажившую. Все раны были сквозными. Это зрелище вызвало у меня отчетливое воспоминание о больших квадратных железных гвоздях с серповидными наконечниками, которые все еще используются на Востоке, но я не помню, чтобы видел их на Западе.
Святая рассказала мне кое-что о своих еженедельных трансах. «Как беспомощный зритель, я наблюдаю все Страсти Христовы». Каждую неделю, с полуночи четверга до часа дня пятницы, ее раны открываются и кровоточат, и она теряет десять фунтов от своего обычного веса в 121 фунт. Сильно страдая в своей сочувственной любви, Тереза все же с радостью ожидает этих еженедельных видений Господа.
Я сразу понял, что ее необычная жизнь предназначена Богом для того, чтобы убедить всех христиан в исторической достоверности жизни Иисуса и его распятия, как записано в Новом Завете, и драматически продемонстрировать вечно живую связь между галилейским Учителем и его преданными последователями.
Ее необычная жизнь предназначена Богом для того, чтобы убедить всех христиан в исторической достоверности жизни Иисуса и его распятия.
Профессор Вурц поделился своими впечатлениями от общения с этой святой.
– Небольшой компанией, включая Терезу, мы часто целыми днями путешествуем по Германии, осматривая достопримечательности, – сказал он мне. – Это поразительный контраст: мы едим три раза в день, а Тереза ничего не ест. Она остается свежей, как роза, не тронутая усталостью, которую вызывают у нас поездки. Когда мы, проголодавшись, отправляемся на поиски придорожных постоялых дворов, она весело смеется.
Профессор добавил несколько интересных физиологических подробностей:
– Поскольку Тереза не принимает пищу, ее желудок уменьшился. У нее нет выделений, но ее потовые железы функционируют. Ее кожа всегда мягкая и упругая.
Прощаясь, я выразил Терезе свое желание присутствовать при ее трансе.
– Да, пожалуйста, приезжайте в Коннерсройт в следующую пятницу, – любезно предложила она. – Епископ даст вам разрешение. Я очень рада, что вы разыскали меня в Эйхштатте.
Тереза много раз нежно пожала мне руку и вышла с нашей компанией к воротам. Мистер Райт включил в автомобиле радио, и святая рассматривала его, тихонько и восторженно посмеиваясь. Собралась такая большая толпа детей, что Тереза ушла в дом. Мы видели, как она стоит у окна, смотрит на нас и, как ребенок, машет нам рукой.
Пообщавшись на следующий день с двумя братьями Терезы, очень добрыми и дружелюбными, мы узнали, что святая спит по ночам всего пару часов. Несмотря на множество ран на ее теле, она активна и полна энергии. Она любит птиц, ухаживает за аквариумом с рыбками и часто работает в своем саду. Ей приходит множество писем, преданные католики пишут ей с просьбами помолиться за них и благословить на исцеление. Многие искатели Бога излечились с ее помощью от серьезных болезней.
Ее брат Фердинанд, возрастом около двадцати трех лет, объяснил, что Тереза обладает способностью при помощи молитвы отрабатывать на своем теле недуги других. Эта святая начала воздерживаться от пищи с той поры, когда она молилась о том, чтобы на нее перешла болезнь горла одного молодого человека из ее прихода, который тогда готовился принять священный сан.
В четверг днем наша компания отправилась в дом епископа, который с некоторым удивлением посмотрел на мои распущенные локоны. Он с готовностью выписал необходимое разрешение. Никакой платы с нас не взяли: Церковь установила ограничения лишь для того, чтобы защитить Терезу от наплыва случайных туристов, которые в предыдущие годы по пятницам тысячами стекались в ее дом.
В пятницу утром, около половины десятого, мы прибыли в Коннерсройт. Я заметил, что в крыше маленького коттеджа Терезы есть специальная стеклянная секция, чтобы обеспечить приток света. Мы были рады видеть, что двери теперь не закрыты, а широко распахнуты в гостеприимном приветствии. К порогу тянулась очередь примерно из двадцати посетителей, вооруженных полученными разрешениями. Многие приезжали издалека, чтобы увидеть мистический транс.
Мою первую проверку Тереза прошла в доме профессора, когда продемонстрировала интуитивное знание того, что я хотел увидеть ее по духовным причинам, а не просто для удовлетворения мимолетного любопытства.
Моя вторая проверка заключалась в том, что непосредственно перед тем, как подняться наверх в комнату святой, я ввел себя в состояние йогического транса, чтобы иметь возможность телепатически общаться с ней и видеть при помощи внутреннего взора. Я вошел в комнату, заполненную посетителями, Тереза лежала на кровати в белом одеянии. Вместе с мистером Райтом, следовавшим за мной по пятам, я остановился прямо на пороге, пораженный странным и невероятно пугающим зрелищем.
Кровь тонкой и непрерывной струйкой шириной в дюйм текла из нижних век Терезы. Ее взгляд был устремлен вверх, на духовное око в центре лба. Ткань, обернутая вокруг ее головы, была пропитана кровью из стигматных ран тернового венца. На белом одеянии в области сердца виднелись пятна крови от раны в боку в том месте, где тело Христа давным-давно подверглось последнему унижению, когда солдат пронзил его копьем.
Рис. 35. Тереза Нойман. Знаменитый католический стигматик, вдохновила меня на паломничество в 1935 году в Коннерсройт, Бавария
Руки Терезы были протянуты в материнском, умоляющем жесте, ее лицо хранило одновременно мучительное и возвышенное выражение. Она казалась похудевшей, изменившейся во многих незримых, а также внешних проявлениях. Слегка дрожащими губами бормоча слова на иностранном языке, она обращалась к людям, которых видела внутренним взором.
Сонастроившись с ней, я начал видеть сцены из ее видения. Она наблюдала за Иисусом, когда он нес крест среди глумящейся толпы. Внезапно она в ужасе подняла голову: Господь упал под беспощадной тяжестью ноши. Видение исчезло. В изнеможении от переполнившей ее жалости Тереза тяжело опустила голову на подушку.
В этот момент я услышал громкий стук позади себя. Повернув на секунду голову, я увидел, как двое мужчин выносят потерявшего сознание человека. Но поскольку я выходил из глубокого сверхсознательного состояния, я не сразу узнал того, кто упал. Я снова устремил взгляд на лицо Терезы, мертвенно-бледное под струйками крови, но теперь спокойное, излучающее чистоту и святость. Позже я оглянулся и увидел мистера Райта, который стоял, прижав руку к щеке, из которой сочилась кровь.
– Дик, – с тревогой спросил я, – это ты упал?!
– Да, я упал в обморок от ужасающего зрелища.
– Что ж, – утешил я его, – ты храбрый, раз вернулся и снова увидел это зрелище.
Вспомнив терпеливо ожидающую очередь паломников, мы с мистером Райтом безмолвно попрощались с Терезой и покинули эту святую.
На следующий день наша маленькая группа отправилась на юг, радуясь тому, что мы не зависим от расписания поездов и можем остановить «Форд» в любом месте, где только пожелаем. Мы наслаждались каждой минутой путешествия по Германии, Голландии, Франции и Швейцарским Альпам. В Италии мы совершили специальную поездку в Ассизи, чтобы почтить апостола смирения святого Франциска. Европейское турне закончилось в Греции, где мы осмотрели афинские храмы и увидели тюрьму, в которой кроткий Сократ выпил смертельное зелье. Можно только восхищаться мастерством, с которым греки повсюду воплощали свои фантазии в гипсовых скульптурах.
Мы пересекли на корабле солнечное Средиземное море и высадились в Палестине. Бродя день за днем по Святой Земле, я больше, чем когда-либо, убедился в ценности паломничества. Дух Христа пронизывает все в Палестине. Я в благоговении прогулялся с ним по Вифлеему, Гефсимании, Голгофе, на святой Елеонской горе, а также у реки Иордан и Галилейского моря.
Наша маленькая компания посетила ясли младенца Иисуса, столярную мастерскую Иосифа, гробницу Лазаря, дом Марфы и Марии, зал Тайной вечери. Мы погружались в древность, сцена за сценой я видел божественную драму, которую Христос когда-то разыгрывал для последующих поколений.
Далее мы направились в Египет, чтобы увидеть современный Каир и древние пирамиды. Затем на корабле мы спустились вниз по узкому Красному морю, пересекли бескрайнее Аравийское море – и вот она, Индия!
