Глава 35
Христоподобная жизнь Лахири Махасайя
«Оставь теперь, ибо так надлежит нам исполнить всякую правду». Этими словами, обращенными к Иоанну Крестителю, и просьбой крестить его Иисус признавал божественные права своего гуру.
Благодаря благоговейному изучению Библии с точки зрения восточного человека и интуитивному восприятию я убежден, что Иоанн Креститель в прошлых жизнях был гуру Христа. В Библии есть множество отрывков, из которых следует, что Иоанн и Иисус в своих прошлых воплощениях были, соответственно, Илией и его учеником Элишой. (Это варианты написания в Ветхом Завете. Греческие переводчики написали эти имена как Элиас и Елисей, и они вновь появляются в Новом Завете в этих измененных формах.)
В самом конце Ветхого Завета есть предсказание о перевоплощении Илии и Элиши: «Вот, Я пошлю к вам Илию пророка пред наступлением дня Господня, великого и страшного». Таким образом, Иоанн (Илия), посланный «перед пришествием… Господа», родился немного раньше, чтобы служить предвестником Христа. Ангел явился отцу Захарии, чтобы засвидетельствовать, что его грядущий сын Иоанн будет не кем иным, как Илией (Элиасом).
«Ангел же сказал ему: не бойся, Захария, ибо услышана молитва твоя, и жена твоя Елисавета родит тебе сына, и наречешь ему имя: Иоанн…
И многих из сынов Израилевых обратит к Господу Богу их; и предъидет пред Ним в духе и силе Илии, чтобы возвратить сердца отцов детям, и непокоривым образ мыслей праведников, дабы представить Господу народ приготовленный». Иисус дважды недвусмысленно обозначил Илию (Элиаса) как Иоанна: «Но говорю вам, что Илия уже пришел, и не узнали его… Тогда ученики поняли, что Он говорил им об Иоанне Крестителе». Опять же, Христос говорит: «Ибо все пророки и закон прорекли до Иоанна. И если хотите принять, он есть Илия, которому должно прийти». Когда Иоанн отрицал, что он Элиас (Илия), то имел в виду, что в скромном одеянии Иоанна он больше не обладает внешним величием Илии, великого гуру. В предыдущем воплощении он отдал «мантию» славы и духовного богатства своему ученику Елисею. «И сказал Елисей: дух, который в тебе, пусть будет на мне вдвойне. И сказал он: трудного ты просишь. Если увидишь, как я буду взят от тебя, то будет тебе так… И поднял милоть Илии, упавшую с него…»
Роли поменялись местами, потому что Илия-Иоанн больше не требовался в качестве явного гуру Елисея-Иисуса, теперь достигшего совершенства в божественной реализации.
Когда Христос преобразился на горе, он увидел своего гуру Элиаса вместе с Моисеем. И снова, в свой последний час на кресте, Иисус выкрикнул священное имя: «Или, Или! лама савахфани? то есть: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил? Некоторые из стоявших там, слыша это, говорили: Илию зовет Он… А другие говорили: постой, посмотрим, придет ли Илия спасти Его».
Вечная связь гуру и ученика, существовавшая между Иоанном и Иисусом, присутствовала также у Бабаджи и Лахири Махасайя. С нежной заботой бессмертный гуру переплыл воды Леты, которые бурлили между двумя последними жизнями его челы, и руководил последовательными шагами, предпринятыми ребенком, а затем мужчиной Лахири Махасайя. Только когда ученику исполнилось тридцать три года, Бабаджи счел, что настало время открыто восстановить никогда не прерывавшуюся связь. Затем, после их короткой встречи близ Раникхета, самоотверженный мастер выслал своего горячо любимого ученика из маленькой горной группы, освободив его для миссии во внешнем мире. «Сын мой, я приду, когда ты будешь нуждаться во мне». Какой смертный возлюбленный может даровать такое бесконечное обещание?
Незаметно для широкой публики из отдаленного уголка Бенареса начало распространяться великое духовное возрождение. Точно так же, как нельзя заглушить аромат цветов, так и Лахири Махасайя, который вел тихую жизнь образцового семьянина, не мог скрыть своего внутреннего величия. Медленно со всех концов Индии пчелы-преданные слетались к нему в поисках божественного нектара мудрости освобожденного учителя.
Управляющий-англичанин был одним из первых, кто заметил странную невероятную перемену в своем сотруднике, которого он ласково называл «Блаженным Бабу».
– Господин, вы выглядите грустным. В чем проблема? – однажды утром обратился с этим сочувственным вопросом Лахири Махасайя к своему работодателю.
– Моя жена в Англии тяжело больна. Меня раздирает тревога.
– Я расскажу вам о ее состоянии, – Лахири Махасайя вышел из комнаты и некоторое время сидел в уединенном месте. Вернувшись, он улыбнулся в знак утешения. – Вашей жене становится лучше, сейчас она пишет вам письмо.
Всеведущий йог процитировал некоторые строки послания.
– Блаженный Бабу, я уже знаю, что вы не обычный человек. И все же я не могу поверить, что по своему желанию вы можете преодолеть время и пространство!
Обещанное письмо наконец пришло. Изумленный управляющий обнаружил в нем не только хорошие новости о выздоровлении жены, но и те же самые фразы, которые неделями ранее произнес Лахири Махасайя.
Жена управляющего приехала в Индию несколько месяцев спустя. Она вошла в офис, где Лахири Махасайя спокойно сидел за своим столом. Женщина благоговейно приблизилась к нему.
– Господин, – сказала она, – это вашу фигуру, окруженную ореолом великолепного света, я видела несколько месяцев назад в Лондоне у своей постели во время болезни. В тот момент я полностью исцелилась! Вскоре после этого я смогла отправиться в долгое путешествие через океан в Индию.
Каждый день кто-нибудь из преданных верующих молил возвышенного гуру о посвящении в Крийю. Помимо этих духовных обязанностей, а также рабочих и семейных дел, великий мастер проявлял большой интерес к образованию. Он организовал множество учебных групп и сыграл активную роль в развитии рассчитанной на большое количество мест средней школы в районе Бенгалитола в Бенаресе. Его регулярные беседы на темы священных текстов стали называться «Собранием Гиты», которое охотно посещали многие искатели истины.
Этой разнообразной деятельностью Лахири Махасайя стремился ответить на терзающий многих сложный вопрос: «После выполнения рабочих и общественных обязанностей где найти время для преданной медитации?» Гармонично сбалансированная жизнь великого гуру-семьянина стала безмолвным источником вдохновения для тысяч вопрошающих сердец. Получая скромную зарплату, бережливый, ненавязчивый, доступный для всех, мастер естественно и счастливо шел по пути мирской жизни.
Хотя Лахири Махасайя и восседал на троне Всевышнего, он проявлял почтение ко всем людям, независимо от их разнообразных заслуг. Когда преданные последователи приветствовали его, он в ответ кланялся им. С детским смирением учитель часто касался стоп других, но редко позволял им оказывать ему подобную честь, хотя такое почтение по отношению к гуру является древним восточным обычаем.
Лахири Махасайя даровал посвящение в Крийю людям любой веры. Он дал новую надежду отверженным и угнетенным обществом.
Важной особенностью жизни Лахири Махасайя было то, что он даровал посвящение в Крийю людям любой веры. Среди его выдающихся учеников были не только индуисты, но и мусульмане, и христиане. Гуру беспристрастно принимал и становился наставником для монистов и дуалистов, представителей всех вероисповеданий или не имеющих определенной веры. Одним из его высокоразвитых учеников был Абдул Гуфур Кхан, мусульманин. Лахири Махасайя, хотя и принадлежал к высшей касте брахманов, но изо всех сил старался разрушить жесткую кастовую нетерпимость, что свидетельствует о его большом мужестве. Люди из всех слоев общества находили приют под вездесущими крыльями учителя. Как и все вдохновленные Богом пророки, Лахири Махасайя дал новую надежду отверженным и угнетенным обществом.
«Всегда помните, что вы никому не принадлежите, и никто не принадлежит вам. Подумайте о том, что однажды вам внезапно придется оставить все в этом мире – так что познакомьтесь с Богом сейчас, – говорил великий гуру своим ученикам. – Подготовьте себя к предстоящему астральному путешествию смерти, ежедневно летая на воздушном шаре восприятия Бога. Пребывая в иллюзии, вы воспринимаете себя как мешок плоти и костей, который в лучшем случае является средоточием неприятностей. Медитируйте непрестанно и вскоре вы увидите себя как Бесконечную Сущность, свободную от любой формы страдания. Перестаньте быть пленником тела, используя секретный ключ Крийи, научитесь получать освобождение в Духе».
Великий гуру поощрял своих таких разных учеников придерживаться традиционной дисциплины их собственной веры. Подчеркивая всеобъемлющий характер Крийи как практической техники освобождения, Лахири Махасайя затем давал ученикам свободу вести жизнь в соответствии с окружением и воспитанием.
«Мусульманин должен совершать намаз четыре раза в день, – отмечал учитель. – Четыре раза в день индуист должен сидеть в медитации. Христианин должен опускаться на колени четыре раза в день, молясь Богу, а затем читая Библию».
С мудрой проницательностью гуру наставлял своих последователей на пути Бхакти (преданности), Кармы (действия), Джняны (мудрости) или Раджи (царственного или совершенного) йоги, в соответствии с естественными склонностями каждого человека. Учитель не спешил давать свое разрешение преданным верующим, желающим вступить на формальный путь монашества, всегда предостерегал их, чтобы они сначала хорошенько поразмышляли об аскетизме монашеской жизни.
Великий гуру учил своих учеников избегать теоретического обсуждения священных текстов. «Мудр только тот, кто посвящает себя осознанию, а не только чтению древних откровений, – говорил он. – Решите все свои проблемы с помощью медитации. Поменяйте неэффективные религиозные рассуждения на реальный контакт с Богом. Очистите свой разум от догматического теологического мусора, впустите в него свежие, целебные воды непосредственного восприятия. Настройтесь на активное внутреннее руководство, у Божественного Голоса есть ответ на любую жизненную дилемму. Хотя изобретательность человека в том, чтобы попасть в беду, кажется бесконечной, Вечная Помощь не менее изобретательна».
Вездесущность учителя была продемонстрирована однажды перед группой учеников, которые слушали его толкование Бхагавад-гиты. Объясняя значение Кутастха Чайтаньи или Сознания Христа во всем вибрационном творении, Лахири Махасайя внезапно начал задыхаться и закричал:
– Я тону в телах многих душ у берегов Японии!
На следующее утро челы прочитали в газете сообщение о гибели множества людей во время крушения корабля, которое произошло накануне недалеко от Японии.
Ученики Лахири Махасайя, находясь далеко от него, часто осознавали его всеохватывающее присутствие. «Я всегда с теми, кто практикует Крийю, – утешительно говорил он тем челам, которые не могли оставаться рядом с ним. – Я поведу вас к Вселенскому Дому через ваше расширяющееся восприятие».
Рис. 31. Лахири Махасайя. Ученик Бабаджи и гуру Шри Юктешвара
Один преданный последователь рассказал Свами Сатьянанде, что, будучи не в состоянии отправиться в Бенарес, тем не менее он получил полное посвящение в Крийю во сне. Лахири Махасайя явился, чтобы проинструктировать этого челу в ответ на его молитвы.
Если ученик пренебрегал какими-либо из своих мирских обязанностей, учитель мягко поправлял и дисциплинировал его.
– Слова Лахири Махасайи звучали тепло и целительно, даже когда он был вынужден открыто говорить о недостатках челы, – однажды поведал мне Шри Юктешвар. Он печально добавил: – Ни одному ученику не удалось избежать колкостей нашего учителя.
Я не мог удержаться от смеха, но искренне заверил Шри Юктешвара, что, колкое оно или нет, каждое его слово звучало музыкой для моих ушей.
Лахири Махасайя аккуратно разделил Крийю на четыре последовательных посвящения. Он даровал три высшие техники только после того, как преданный верующий демонстрировал определенное духовное развитие. Однажды некий чела, убежденный, что его не оценили должным образом по достоинству, высказал недовольство.
– Учитель, – сказал он, – я ведь уже готов ко второму посвящению.
В этот момент дверь открылась, и вошел скромный ученик, Бринда Бхагат. Он работал почтальоном в Бенаресе.
– Бринда, сядь здесь рядом со мной, – великий гуру нежно улыбнулся ему. – Скажи мне, ты готов ко второй технике Крийи?
Маленький почтальон умоляюще сложил руки.
– Гурудев! – воскликнул он в тревоге. – Не надо больше никаких посвящений, пожалуйста! Как же я могу усвоить какие-либо высшие учения? Я пришел сегодня просить вашего благословения, потому что первая божественная Крийя так опьянила меня, что я не могу разносить письма!
– Бринда уже плавает в море Духа.
При этих словах Лахири Махасайя другой его ученик опустил голову.
– Мастер, – сказал он, – я понял, что был плохим работником, который во всем винит свои инструменты.
Почтальон, который был необразованным человеком, позже развил свое прозрение с помощью Крийи до такой степени, что ученые иногда обращались к нему за толкованием сложных моментов в священных текстах.
Неведающий ни греха, ни синтаксиса, маленький Бринда заслужил известность в кругу ученых мужей.
Помимо многочисленных бенаресских учеников Лахири Махасайя, еще сотни приезжали к нему из отдаленных уголков Индии. Он сам несколько раз ездил в Бенгалию с визитом к отцам жен двух своих сыновей. Таким образом, благословленная его присутствием, Бенгалия наполнилась маленькими Крийя-группами. Многие молчаливые преданные последователи, особенно в районах Кришнагар и Бишнупур, по сей день поддерживают невидимый поток духовной медитации.
Среди многих святых, получивших Крийю от Лахири Махасайя, можно упомянуть прославленного Свами Вхаскарананду Сарасвати из Бенареса и Балананду Брахмачари, высокоуважаемого аскета из Деогарха. Некоторое время Лахири Махасайя служил частным наставником у сына махараджи Ишвари Нараяна Синха Бахадура из Бенареса. Признавая духовные достижения учителя, махараджа, а также его сын искали посвящения в Крийю, как и махараджа Джотиндра Мохан Тхакур.
Некоторые ученики Лахири Махасайя, занимавшие влиятельное положение в мире, хотели сделать Крийю более открытой для публики. Гуру не дал на это разрешения. Один чела, придворный врач Владыки Бенареса, начал организованную работу по распространению имени учителя как «Каши Баба» (Возвышенный из Бенареса). И снова гуру запретил это.
– Пусть аромат цветка Крийи распространяется естественно, без какой-либо демонстрации, – сказал он. – Ее семена пустят корни в почве духовно плодородных сердец.
Хотя великий мастер не использовал систему проповедования с помощью современных средств организации или печатного станка, он знал, что сила его послания возрастет подобно неудержимому потоку, затопляя собой берега человеческих умов. Измененные и очищенные жизни преданных верующих служили простыми гарантиями бессмертной жизненной силы Крийи.
В 1886 году, через двадцать пять лет после своего посвящения в Раникхете, Лахири Махасайя вышел на пенсию. Поскольку теперь он был доступен и днем, к нему приходило все больше учеников. Великий гуру большую часть времени проводил в молчании, неподвижно застыв в позе лотоса. Он редко покидал свою маленькую гостиную, даже для прогулки или посещения других частей дома. Почти непрерывным потоком тихо прибывали ученики, чтобы получить даршан (благословение при взгляде на гуру).
Вызывая благоговейный трепет очевидцев, в обычном физиологическом состоянии Лахири Махасайя демонстрировал сверхчеловеческие умения – отсутствие дыхания, сна, пульса и сердцебиения, способность не моргать часами и ощутимую ауру покоя. Ни один посетитель не уходил без духовного подъема, все знали, что получили молчаливое благословение истинного Божьего человека.
После выхода на пенсию мастер разрешил своему ученику Панчанону Бхаттачарье открыть «Организацию миссии Арья» в Калькутте. Здесь благочестивый ученик распространял послание Крийя-йоги и готовил для блага общества некоторые йогические лекарства из трав.
В соответствии с древним обычаем, в большинстве случаев мастер давал людям масло семян дерева ним для лечения различных болезней. Когда гуру просил ученика очистить масло, тот легко выполнял эту просьбу. Если бы кто-нибудь другой попытался сделать это, то столкнулся бы с необычайными трудностями, обнаружив, что целебное масло почти испарилось после прохождения необходимых процессов очищения. Очевидно, неотъемлемым ингредиентом являлось благословение учителя.
Рис. 32. Почерк и подпись Лахири Махасайя, выполненные на бенгальском языке
Выше представлен почерк и подпись Лахири Махасайя, выполненные на бенгальском языке. Это строки из письма к ученику. Великий мастер толкует санскритский стих следующим образом: «Тот, кто вошел в состояние спокойствия, при котором его веки не моргают, достиг Самбхаби Мудры». Подпись: «Шри Шьяма Чаран Дева Шарман».
«Организация миссии Арья» взяла на себя публикацию многочисленных пояснений гуру к священным текстам. Подобно Иисусу и другим великим пророкам, сам Лахири Махасайя не писал книг, но его проницательные толкования были записаны и собраны различными учениками. Некоторые из этих добровольных помощников оказались более проницательны, чем другие, и с большей точностью передавали глубокие знания гуру. Тем не менее в целом их усилия были успешными. Благодаря их усердию мир получил непревзойденные комментарии Лахири Махасайя к двадцати шести древним священным текстам.
Шри Ананда Мохан Лахири, внук мастера, написал интересную брошюру о Крийе.
«Текст Бхагавад-гиты является частью великого эпоса „Махабхараты“, который содержит несколько ключевых моментов (вьяс-кут), – писал Шри Ананда. – Оставьте эти ключевые моменты без толкования, и мы не получим ничего, кроме своеобразных и зачастую неправильно понимаемых мифических историй. Оставьте эти ключевые моменты необъясненными, и мы потеряем науку, которую Восток сохранил со сверхчеловеческим терпением после тысячи лет испытаний. Именно комментарии Лахири Махасайя пролили свет, свободный от аллегорий, на саму науку религии, которая была так искусно скрыта от наших глаз в загадке букв и образов священных текстов. Учитель доказал, что ведические формулы поклонения больше не являются просто невразумительным жонглированием словами, они полны научного значения…
Мы знаем, что человек обычно беспомощен против мятежных злых страстей, но они становятся бессильными, и человек не находит мотива потакать им, когда на него снисходит сознание высшего и долговечного блаженства через Крийю. И тогда отказ, отрицание низших страстей происходит одновременно с принятием и утверждением блаженства. Без такого порядка сотни моральных принципов, которые сводятся к простым отрицаниям, бесполезны для нас.
Наше стремление к мирской деятельности убивает в нас чувство духовного благоговения. Мы не можем постичь Великую Жизнь, стоящую за всеми именами и формами, просто потому, что наука показывает нам, как мы можем использовать силы природы. Такое панибратство породило презрение к ее высшим тайнам. Наши отношения с природой построены на практическом деле. Мы, так сказать, терзаем ее, чтобы узнать, как ее можно использовать для наших целей, мы используем ее энергию, Источник которой пока остается неизвестным. В науке наши отношения с природой подобны отношениям между господином и слугой, или, в философском смысле, она – словно военнопленная на судебном процессе. Мы подвергаем ее перекрестному допросу, бросаем ей вызов и тщательно оцениваем ее показания на человеческих весах, которые не могут измерить ее скрытые ценности. С другой стороны, когда человек находится в общении с высшей силой, природа сама по себе, без усилий или напряжения, подчиняется его воле. Невежественный материалист называет это легкое господство над природой „чудесным“.
Жизнь Лахири Махасайя явила собой пример, который изменил ошибочное представление о том, что йога – это таинственная практика. Каждый человек с помощью Крийи может найти путь к пониманию своих истинных отношений с природой и почувствовать духовное почтение ко всем явлениям, будь то мистическим или повседневным, несмотря на материальность физической науки. Мы должны иметь в виду, что то, что считалось мистическим тысячу лет назад, больше не является таковым, и то, что таинственно сейчас, может стать закономерно понятным через сто лет. Именно Бесконечность, Океан Силы, стоит за всеми материальными проявлениями.
Закон Крийя-йоги вечен. Он точный, как математика. Подобно простым правилам сложения и вычитания, закон Крийи нельзя отменить. Сожгите дотла все книги по математике, и логически мыслящие люди всегда заново откроют изложенные в них истины. Уничтожьте все священные книги по йоге, и ее фундаментальные законы проявятся всякий раз, когда появится истинный йог, обладающий чистой преданностью и, следовательно, чистым знанием».
Точно так же, как Бабаджи является одним из величайших аватаров, Махаватаром, а Шри Юктешвар – Джнянаватаром, или Воплощением Мудрости, так и Лахири Махасайя по праву можно назвать Йогаватаром, или Воплощением Йоги. Он поднял духовный уровень общества по меркам как качественного, так и количественного блага. Благодаря способности возвысить близких учеников до Христоподобного уровня и широкому распространению истины в массах, Лахири Махасайя входит в число спасителей человечества.
Его уникальность как пророка заключается в его практическом акценте на определенном методе, Крийе, впервые открывшей двери освобождающей йоги для всех людей. Помимо чудес своей собственной жизни, несомненно, Йогаватар достиг высшей точки всех чудес сведением древних сложностей йоги к эффективной простоте, доступной каждому.
Упоминая о чудесах, Лахири Махасайя часто говорил: «Работа тонких законов, которые неизвестны большинству людей, не должна публично обсуждаться или публиковаться без разбора». Если на страницах этой книги я, казалось бы, пренебрег его предостерегающими словами, то только потому, что он дал мне на это внутреннее одобрение. Кроме того, при описании жизней Бабаджи, Лахири Махасайя и Шри Юктешвара я счел целесообразным опустить многие подлинные истории о чудесах, которые вряд ли можно было бы включить, не написав также пояснительный том по заумной философии.
Новая надежда для новых людей! «Союз с Богом, – провозгласил Йогаватар, – возможен благодаря собственным усилиям человека и не зависит от теологических верований или произвольной воли Вселенского Диктатора».
Используя ключ Крийи, люди, не способные заставить себя поверить в божественность любого человека, наконец-то увидят полную божественность самих себя.
