Глава 28
Каши, возрожденный и вновь обретенный
– Пожалуйста, не заходите в воду! Давайте помоемся, наполнив ведра! – обратился я к юным ученикам школы в Ранчи, которые сопровождали меня в восьмимильной прогулке до расположенного по соседству холма.
Встретившийся нам по пути пруд выглядел манящим, но что-то в нем показалось мне отталкивающим. Основная часть группы последовала моему примеру и наполнила ведра, но несколько ребят поддались искушению окунуться в прохладную воду. Не успели они нырнуть, как вокруг них завертелись большие водяные змеи. Мальчики с комичной прытью выбрались из пруда.
Добравшись до места назначения, мы устроили пикник. Я сидел под деревом, окруженный учениками. Заметив, что я нахожусь в приподнятом настроении, они засыпали меня вопросами.
– Пожалуйста, скажите мне, господин, – спросил один юноша, – всегда ли я буду оставаться с вами на пути отречения?
– О, нет, – ответил я, – тебя насильно заберут домой, и позже ты женишься.
Не веря своим ушам, он яростно запротестовал:
– Меня заберут домой только через мой труп!
Но через несколько месяцев родители этого парня приехали и увезли его, несмотря на слезливое сопротивление, а несколько лет спустя он все-таки женился.
Когда я уже ответил на множество вопросов, ко мне обратился паренек по имени Каши. Ему было около двенадцати лет, он был блестящим учеником, и его все любили.
– Господин, – спросил он, – какова моя судьба?
– Ты скоро умрешь, – ответ слетел с моих губ против воли.
Это неожиданное откровение потрясло и огорчило меня, а также всех присутствующих. Безмолвно упрекая себя в поведении «enfant terrible», я отказался отвечать на дальнейшие вопросы.
Когда мы вернулись в школу, Каши пришел ко мне в комнату.
– Если я умру, вы найдете меня после рождения в новом теле и снова приведете меня на духовный путь? – всхлипывая, спросил он.
Я чувствовал, что вынужден отказаться от этой трудной мистической ответственности. Но в последующие недели Каши упорно настаивал на своем. Видя, что он расстроен до предела, я, наконец, утешил его.
– Да, – пообещал я. – Если Небесный Отец окажет Свою помощь, я попытаюсь найти тебя.
Во время летних каникул я отправился в короткую поездку. Сожалея, что не могу взять Каши с собой, я перед отъездом позвал его в свою комнату и строго велел оставаться, вопреки всем уговорам, в пределах духовных вибраций школы. Почему-то я чувствовал, что если он не поедет домой, то сможет избежать надвигающейся беды.
Не успел я уехать, как в Ранчи прибыл отец Каши. В течение пятнадцати дней он пытался сломить волю своего сына, объясняя, что если Каши поедет в Калькутту всего на четыре дня, чтобы повидаться с матерью, он сможет затем вернуться. Каши упорно отказывался. В конце концов отец сказал, что заберет мальчика с помощью полиции. Угроза встревожила Каши, который не желал становиться причиной какой-либо неблагоприятной огласки для школы. Он не видел другого выхода, кроме как уехать.
Через несколько дней я вернулся в Ранчи. Когда я услышал, при каких обстоятельствах Каши уехал, я сразу же отправился в Калькутту. Там я нанял конный экипаж. К своему изумлению, когда повозка проезжала по мосту Ховрах через Ганг, я увидел отца Каши и других его родственников в траурных одеждах. Крикнув вознице, чтобы он остановился, я выбежал и уставился на несчастного отца.
– Мистер Убийца! – в сердцах воскликнул я. – Вы убили моего мальчика!
Отец уже осознал, какую ошибку совершил, насильно забрав Каши в Калькутту. За те несколько дней, что мальчик пробыл там, он съел испорченную пищу, заразился холерой и скончался.
Рис. 26. Каши, потерянный и вновь обретенный
Моя любовь к Каши и обещание найти его после смерти преследовали меня днем и ночью. Куда бы я ни пошел, его лицо маячило передо мной. Я начал искать его по памяти, точно так, как давным-давно пытался найти свою потерянную Мать.
Я чувствовал, что поскольку Бог дал мне способность рассуждать, я должен использовать ее и напрячь свои силы до предела, чтобы обнаружить тонкие законы, с помощью которых я мог бы узнать астральное местонахождение мальчика. Я понял, что он был душой, вибрирующей от неисполненных желаний, – массой света, плавающей где-то среди миллионов сияющих душ в астральных сферах. Как мне было настроиться на него среди стольких вибрирующих огней других душ?
Используя секретную технику йоги, я транслировал свою любовь душе Каши через микрофон духовного глаза, невидимую точку между бровями. Образовав антенну из поднятых рук и пальцев, я часто поворачивался круг за кругом, пытаясь определить направление, в котором он возродился в виде эмбриона. Я надеялся получить от него ответ в настроенном на концентрацию радио моего сердца.
Я интуитивно чувствовал, что Каши скоро вернется в этот мир, и если я буду продолжать непрерывно передавать ему свой призыв, то его душа ответит. Я знал, что малейший импульс, посланный Каши, будет ощущаться в моих пальцах, кистях, предплечьях, позвоночнике и нервах.
Рис. 27. Мой брат Бишну; Мотилал Мукхерджи из Серампура, далеко продвинувшийся ученик Шри Юктешвара; мой Отец; мистер Райт; я сам; Тулси Нараян Бозе; Свами Сатьянанда из Ранчи
С неослабевающим рвением я неуклонно практиковал метод йоги в течение примерно шести месяцев после смерти Каши. Однажды утром, прогуливаясь с несколькими друзьями по многолюдному району Боубазар в Калькутте, я по привычке вскинул вверх руки. Впервые возник отклик. Я с трепетом почувствовал электрические импульсы, стекающие по моим пальцам и ладоням. Эти потоки воплотились в одну всепоглощающую мысль в глубине моего сознания: «Я – Каши, я – Каши, приди ко мне!»
Эта мысль стала почти слышимой, когда я сосредоточился на своем сердечном радио. Снова и снова я слышал призыв, произнесенный характерным, слегка хрипловатым шепотом Каши. Я схватил за руку одного из своих спутников, Прокаша Даса, и радостно улыбнулся ему.
Рис. 28. Группа делегатов на Международном конгрессе религиозных либералов в Бостоне, где в 1920 году я произнес свою первую речь в Америке. Слева направо: преподобный Клей Макколи, преподобный Т. Рондда Уильямс, профессор С. Ушигасаки, преподобный Джейбез Т. Сандерленд, я, преподобный Ч. В. Вендте, преподобный Сэмюэл А. Элиот, преподобный Бэзил Мартин, преподобный Кристофер Дж. Стрит, преподобный Сэмюэл М. Кротерс
– Похоже, я нашел Каши!
Я начал поворачиваться круг за кругом, к нескрываемому веселью моих друзей и проходящей толпы. Электрические импульсы покалывали мои пальцы только тогда, когда я поворачивался лицом к ближайшей улице, метко названной Серпантин-лейн. Астральные потоки исчезали, когда я поворачивался в других направлениях.
– Ага! – воскликнул я. – Душа Каши, должно быть, живет в утробе матери, чей дом находится в этом переулке.
Мы с друзьями двинулись в сторону Серпантин-лейн. Вибрации в моих поднятых руках становились сильнее, отчетливее. Словно магнитом, меня потянуло к правой стороне дороги. Достигнув входа в один из домов, я с удивлением обнаружил, что не могу идти дальше. Сильно волнуясь, затаив дыхание, я постучал в дверь. Я чувствовал, что мой долгий, трудный и, безусловно, необычный поиск завершился успешно!
Дверь открыла служанка, которая сказала мне, что ее хозяин дома. Он спустился по лестнице со второго этажа и вопросительно улыбнулся мне. Я с трудом сообразил, как сформулировать свой дерзкий вопрос.
– Пожалуйста, скажите, господин, вы с женой случайно не ожидаете уже около шести месяцев появления в семье ребенка?
– Да, это так, – увидев, что я – свами, отшельник, одетый в традиционную оранжевую одежду, он вежливо добавил: – Пожалуйста, поясните, откуда вы знаете о том, что происходит в моей семье?
Когда он услышал о Каши и обещании, которое я дал, изумленный человек поверил моей истории.
– У вас родится светлокожий мальчик, – сказал я ему. – У него будет широкое лицо и вихор на лбу. Его будет заметно интересовать духовное развитие.
Я был уверен, что будущий ребенок будет иметь это сходство с Каши.
Позже я навестил ребенка, родители которого дали ему прежнее имя Каши. Даже в младенчестве он был поразительно внешне похож на моего дорогого ученика из школы в Ранчи. Ребенок моментально ко мне привязался, влечение прошлого пробудилось с удвоенной силой.
Много лет спустя, во время пребывания в Америке, я получил письмо от этого мальчика, который уже стал подростком. Он поведал мне о глубоком стремлении следовать путем отречения. Я направил его к гималайскому мастеру, который по сей день наставляет возрожденного Каши.
