Голос был тонким и звонким — что неудивительно: его обладатель едва дотягивался до метра ростом и вряд ли отметил четвёртый день рождения.

У мальчишки были льняные волосы, свисавшие на лоб из-под футуристического велосипедного шлема. В дополнение к шлему он восседал на детском велосипеде — без боковых колёсиков, зато с вымпелом «Щенячий патруль» на флажковом держателе багажника. Малец уставился на меня с таким укором, будто я только что выхватил у него из-под носа последнюю плитку «Киндер-шоколада».

— Ты подслушивал! — сам ответил он на свой вопрос.

— Нет-нет, ни в коем случае! — Я натужно рассмеялся.

— А что тогда?

— Я, э-э… просто прислонился к двери.

— Не верю. — Он развернул велосипед. — Пойду скажу маме.

— Нет, нет, нет, постой!

Он развернулся снова и неспешно подкатил ко мне.

— Это будет стоить.

— Что?! — вырвалось у меня: малолетний карапуз, судя по всему, вознамерился меня шантажировать.

Впрочем, мальчишка воспринял мой возглас не как выражение изумления, а как конкретный вопрос о цене.

— Десять евро.

Знаете определение безумия? Говорят, Альберт Эйнштейн однажды сказал, что безумие — это делать одно и то же снова и снова, каждый раз ожидая иного результата.

В этом смысле я вёл себя как образцовый обитатель психиатрической лечебницы: достал портмоне с кредитками лишь для того, чтобы в очередной раз убедиться — наличных у меня нет. Зато имелся презерватив, который снова спланировал на пол. Но на сей раз — в отличие от ресторана «Майя-Гриль» — это не осталось незамеченным.

— А это чё? — немедленно пожелал узнать маленький вымогатель.

— Ничего, — ответил я, потянувшись за кислотно-зелёной блестящей упаковкой, но юный гангстер оказался проворнее.

— Теперь это моё! — постановил он.

В ту же секунду за моей спиной открылась дверь, и в коридор вышла Нала.

— Что это «твоё», солнышко? — спросила она с улыбкой.

Она, похоже, знала мальчугана — но, очевидно, недостаточно близко, чтобы быть в курсе, что велосипедные вымпелы он финансирует мелким криминалом.

— Ничего, — сказали мы хором.

Я — потому что не горел желанием объяснять, с какой стати раздаю средства контрацепции детсадовскому отпрыску семейства Фирлакенов. Он — потому что, по всей видимости, решил, что лишил меня некоего сокровища, которое молниеносно упрятал в карман штанов.

Что, впрочем, не помешало ему крикнуть:

— А он подслушивал! — за мгновение до того, как дать по педалям и умчаться прочь.

---

 

Отправить