Глава 26
Экспертиза и ревность
Варвара вошла в кабинет без стука, и Никитин сразу понял по ее лицу — что-то не так. Она стояла в дверях, сжимая губы, глаза блестели от сдерживаемых слез.
— Варя? Что случилось?
— Ты не подавал рапорт об увольнении, — сказала она тихо.
— Как ты узнала?
— Спросила у дежурного. Сказала, что я твоя… — она запнулась, — твоя знакомая. И что беспокоюсь о твоей работе.
Никитин отложил документы.
— Варенька, я решил дать делу еще один шанс. Появились новые зацепки…
— Значит, мы никуда не уезжаем?
— Пока нет.
— А вчера? То, что было между нами? — Голос ее дрожал. — Ты пожалел об этом?
— Нет! Конечно нет!
— Тогда почему передумал? Почему обманул меня?
Варвара подошла к окну, отвернулась от Никитина. Плечи ее слегка подрагивали.
— Варя, я не обманывал. Просто… просто не могу бросить дело на полпути. Понимаешь?
— Не понимаю. Вчера ты говорил, что больше не можешь. Что устал. А сегодня…
— Сегодня появилась надежда. Зацепка, которая может привести к раскрытию.
— И работа снова важнее всего?
— Не важнее. Просто…
Никитин не знал, как объяснить. Как рассказать, что не может оставить убийц безнаказанными? Что долг для него не пустой звук?
— Варя, послушай…
В дверь постучали. Вошел сержант с конвертом в руках.
— Товарищ следователь, экспертиза готова.
— Давайте.
Никитин вскрыл конверт, быстро прочитал заключение. Потом еще раз, медленнее.
— Что там? — спросила Варвара, повернувшись от окна.
— Пуля, которой был убит Краснов, выпущена из найденного дворником пистолета ТТ.
— И что это значит?
— Это значит, что мы нашли орудие убийства. Первую реальную улику за все время расследования.
Никитин встал, начал ходить по кабинету. Мысли лихорадочно сменяли друг друга.
— Варя, поставь чайник, пожалуйста. Нужно подумать.
— Я не твоя домработница, — холодно сказала она.
— Прости. Просто… голова кипит. Нужно все обдумать.
Варвара неохотно подошла к электрическому чайнику в углу кабинета, налила воды, включила.
— Аркадий, объясни мне. Что изменилось? Вчера ты был готов все бросить…
— Вчера я думал, что дело безнадежно. А сегодня понимаю: убийца — непрофессионал. Понимаешь, он выбросил орудие убийства рядом с местом преступления. В мусорный бак! Профессионал никогда так не поступит. Это работа паникера. Так рассерженные девушки швыряют в мусорные баки букеты цветов.
— Ты, наверное, часто видел, как твои букеты летят в мусор? — съязвила Варя.
Никитин остановился у окна, глядя на улицу.
— Импульсивный псих, способный на необдуманные поступки. Вот ты какой, главарь…
Варвара принесла два стакана чая, поставила на стол. Она села напротив и стала молча пить. Видела, что он весь поглощен делом, что ее присутствие его не интересует.
— Аркадий, — сказала она наконец.
— Да? — Он не поднял глаз от блокнота, где что-то записывал.
— Ничего.
Она встала, взяла пальто.
— Куда ты?
— Домой. Тебе не до меня. Я тебе только мешаю.
— Варя, подожди…
Но она уже вышла из кабинета. Никитин услышал стук каблуков по коридору. Он выбежал следом, догнал ее на лестнице.
— Варенька, стой!
— Отпусти.
Никитин обнял ее, прижал к себе.
— Не уходи. Прошу.
— Зачем я тебе? У тебя есть работа, расследование, убийцы. Смотри как интересно! Мусорный бак, полный цветов! С меня достаточно.
— Погоди! Ты нужна мне. Очень нужна.
Он поднял ее лицо за подбородок, заглянул в глаза.
— Варя, я люблю тебя. Понимаешь? Люблю.
— Любишь, но работа важнее.
— Не важнее. Просто… просто не могу бросить дело, когда появилась надежда. Дай мне немного времени.
— Сколько?
— Не знаю. Может, несколько дней. Может, неделя.
Варвара смотрела на него, колеблясь.
— Обещаешь, что потом мы уедем?
— Обещаю.
Он поцеловал ее, и она потихоньку оттаяла, прижалась к нему.
— Хорошо, — прошептала она. — Но не обманывай меня больше.
— Не буду, — прошептал Никитин, потянувшись губами к губам Вари. Но поцеловать не успел.
— Аркадий Петрович! — раздался снизу голос дежурного. — Из больницы звонят! Вас просят! Срочно!
Никитин и Варвара замерли на лестнице.
— Что случилось? — крикнул Никитин.
— Не знаю! Врач звонит. Не представился.
Никитин почувствовал, как внутри все похолодело. Если что-то случилось с Левиным, то это могла быть работа банды.
— Варя, мне нужно поговорить по телефону. Одну минутку! Я быстро!
— Можешь не торопиться, — ответила Варя и решительно направилась к выходу.
— Постой! Пожалуйста… Дежурный, не выпускайте ее! Варя!!
Но девушка уже вышла на улицу.
Никитин кинулся в дежурку, схватил трубку.
— Аркадий Петрович, это доктор Волков из больницы. Помните, вы просили сообщать обо всем подозрительном?
— Помню. Что случилось?
— Пятнадцать минут назад Левину принесли букет цветов. Принесла девушка-цветочница, которая торгует на углу. Говорит, букет передала «поклонница».
— Как выглядела цветочница?
— Обычно. Молодая, в платке, с корзиной. Отдала букет мне и быстро ушла.
— Букет Левин получил?
— Нет, я его пока не передавал. Вспомнил наш разговор и решил сначала вам позвонить.
— Правильно сделали. Букет не передавайте ни в коем случае. Дождитесь меня, я сейчас приеду.
Никитин повесил трубку и схватил пальто. Поклонница у Левина? Но он не артист, не писатель, чтобы иметь поклонниц. Да и возраст у него… Хотя кто его знает. Краснов тоже был не молод, а Элеонора прилипла к нему накрепко.
Он выбежал из здания и сел в машину. Только запустив двигатель, он вспомнил про Варю и в сердцах двинул по рулю кулаком.
