Алигархское движение: светский модернизм

Саид Ахмад-хан – или сэр Саид Ахмад-хан из Алигарха, как сам он предпочитал именовать себя в последние годы жизни – представляет направление мысли, возникавшее независимо во многих частях мусульманского мира в XIX веке. Как и другие, Саид Ахмад искал способ переосмыслить ислам как этическую систему – так, чтобы остаться верным его духу и традициям, однако сделать его совместимым с секулярным миром, в котором господствуют европейцы.

Саид Ахмад родился в 1817 году в видной мусульманской семье в Дели. Во времена, когда этой частью света правили Моголы, его предки были их приближенными. Теперь же, когда на протяжении уже многих поколений в Индии укреплялась британская власть, семья Саида Ахмада приспособилась к новому порядку. Дед его занимал ответственные посты в Ост-Индской компании: одно время был директором школы компании, однажды в качестве британского посланца посещал Иран. Дважды он исполнял должность премьер-министра при императоре; однако император к этому времени превратился в марионетку, получающую британский пенсион, и все обязанности премьер-министра сводились к оформлению документов, чтобы пенсия проходила без задержки. Отец Саида Ахмада также работал на Компанию, а брат начал издавать одну из первых в Индии газет на урду. Короче говоря, Саид Ахмад происходил из высокопоставленной, модернистской, ориентированной на Запад семьи и с детства немало знал о британской жизни.

Мать его, однако, была убежденной мусульманкой, прославленной благочестием и ученостью. Она отправила мальчика учиться в медресе и вообще влияла на его жизнь не менее деда и отца, так что Саид Ахмад рос под влиянием двух соперничающих стремлений: искренней приверженности мусульманской общине – и глубокого почтения к британской культуре и жажды заслужить уважение колониалистов.

К несчастью, после безвременной смерти отца у семьи начались финансовые трудности. Саиду Ахмаду пришлось оставить школу и идти работать. Он нанялся клерком в Ост-Индскую компанию и постепенно поднялся до места юриста, разбирающего мелкие жалобы; впрочем, в юридическом отделе компании это была не слишком высокая должность, в сущности, такой же клерк, только чуть поважнее. Выше Ахмад продвинуться так и не смог, поскольку не имел формального образования; почти всему, что знал, он научился сам.

Однако он жадно читал – как естественнонаучную, так и вообще любую английскую литературу, попадавшую ему в руки. Организовывал среди своих друзей, индийцев-мусульман, читательские клубы и дискуссионные группы, проводил серии лекций по естественнонаучной тематике. Во время Индийского восстания 1857 года он занял сторону британцев, однако затем написал памфлет под названием «Причины индийского восстания», в котором упрекал британских администраторов за их ошибки и просчеты; этот памфлет он разослал британским чиновникам в Калькутту и в Лондон. За ним последовало «Сообщение о лояльных магометанах Индии», которое перевел на английский язык один британский полковник. В этой книжечке Ахмад пытался восстановить в глазах англичан доброе имя своих единоверцев, изображая индийских мусульман самыми верными подданными королевы. Он доказывал, что никакого желания вести джихад против англичан у мусульман нет, да и быть не может, и, цитируя религиозных ученых, показывал, что джихад против британцев непозволителен, так как британцы не запрещают мусульманам исповедовать ислам и вообще не вмешиваются в вопросы веры.

Наконец в 1874 году он решил увидеть Англию своими глазами. В первый раз Саид Ахмад покинул пределы Индии. В Лондоне, где своими сочинениями завоевал некоторую известность, он жил не по средствам, посещал фешенебельные приемы, общался с интеллектуалами, людьми искусства и аристократами. В этих кругах он производил фурор: всегда в мусульманских одеяниях, с длинной бородой, в тюбетейке, он выглядел точь-в-точь как мусульманский аристократ ушедшей эпохи Великих Моголов. Сама королева наградила его орденом Звезды Индии, отчего впоследствии он стал именовать себя сэр Саид Ахмад-хан.

Будучи в Лондоне, он наткнулся однажды на клеветническую и глумливую биографию Пророка Мухаммеда, написанную каким-то англичанином. Саид был глубоко потрясен. Бросив все прочие дела, он сел писать собственную биографию Пророка, дабы опровергнуть этого английского автора. Писал он на своем родном урду, однако, поскольку предназначал книгу для европейской публики, начал оплачивать ее перевод, главу за главой, на английский, французский, немецкий и латынь. Работа оказалась неподъемной: ему пришлось умерить свои амбиции и ограничиться, в конце концов, циклом статей о Мухаммеде. Но, не закончив и этот труд, он остался без средств и через семнадцать месяцев после отъезда из Индии вернулся домой, измученный и без гроша в кармане.

Однако Англия произвела на него глубокое впечатление – по мнению его критиков, даже чересчур. В сравнении с Англией его родина выглядела тяжело, почти безнадежно отсталой. «Без лести англичанам, – писал он, – могу сказать правду: уроженцы Индии, знатные и незнатные, образованные и неграмотные, от богатейших купцов до мелких торговцев, если сравнивать их с англичанами по образованию, манерам и нравам, подобны грязным животным в сравнении с достойными и прекрасными людьми».

Но отчего его собратья-мусульмане настолько отстали в развитии? И как улучшить их положение? Саид Ахмад решил: отчасти проблема в том, как мусульмане понимают ислам. Они погрязли в магическом мышлении, увязли в суевериях, которые и называют исламом. И сэр Саид Ахмад-хан принялся разрабатывать учение, глубоко оскорблявшее современных ему индийских улемов. Религия, учил он, это область, самой природой данная людям для размышлений и исследований. Она неотъемлема от самой человеческой жизни. Религия развивается естественным путем вместе с человеческим обществом – так же, как искусство, земледелие или техника – и становится всё сложнее и утонченнее по мере того, как всё более цивилизованным становится человек.

У древних, рассуждал далее Саид Ахмад, способность к интеллектуальному исследованию морально-этических вопросов была ограничена. Чтобы преодолеть свои страсти, прийти к верным моральным суждениям и добродетельному поведению, им требовалась религия откровения: указания от высшей силы, переданные харизматичными пророками, которым люди повиновались, не требуя объяснений. Однако морально-этические наставления всех великих, подлинных религий в основе своей вовсе не иррациональны. Они разумны – и, как только у людей появилась соответствующая способность, их стало возможно проверить и поверить разумом.

Вот почему Мухаммед объявил себя последним из пророков! Он не имел в виду, что его указания относительно жизни в Мекке и Медине в его время станут последним словом этики на все времена. Речь шла о том, что он принес последние орудия, вооружившись которыми, люди далее смогут исследовать этические вопросы и строить праведное общество самостоятельно, без необъяснимых указаний от Бога. Ислам – последняя из религий откровения, поскольку дальше наступил век религий, основанных на разуме. Разумные люди вполне могут достичь морального совершенства, просто правильно рассуждая и беря за основу здравые принципы. Такие здравые принципы и принес ислам. В исламе они те же, что и в христианстве, и в других великих религиях откровения, с одной лишь оговоркой: ислам – мостик от религий откровения к рациональности. Он освободил бы человечество от слепого повиновения суевериям и догмам, если бы мусульмане не сбились с пути, скатившись к неверному толкованию Корана.

Саид Ахмад не писал об этом прямо, но подразумевал, что мусульманам необходимо избавиться от зацикленности на рае, аде и чудесных вмешательствах Бога в историю и переосмыслить свою веру как этическую систему. При таком подходе хорошим мусульманином не обязательно окажется тот, кто по много часов в день читает по-арабски Коран, определенным образом одевается, так-то молится и так далее. Хороший мусульманин – тот, кто не лжет, не обманывает, не ворует, не убивает, кто упорно развивает лучшее в себе и справедливо поступает с другими, кто в общественной жизни стремится к справедливости, ведет себя ответственно, не жалея сил, проявляет щедрость, сострадание и милосердие.

Прежде чем уехать в Англию, Саид Ахмад основал в городе Алигарх на севере Индии организацию под названием «Научное общество». Эта организация проводила публичные лекции и знакомила индийских мусульман с достижениями европейской мысли, переводя и издавая важные для западной культуры книги на урду и персидском. После возвращения из Англии сэр Саид Ахмад преобразовал Научное общество в университет, который надеялся сделать «Кембриджем мусульманского мира». Помимо религиозных наук и других традиционных предметов исламской высшей школы, расписание Алигархского университета включало в себя курсы по физике, химии, биологии и другим «современным» предметам.

Многие индийские улемы нападали на взгляды Саида Ахмада, однако его университет процветал и привлекал студентов. Именно студенты и выпускники Алигархского университета зародили семена движения, которое впоследствии, в ХХ веке, выступало за отделение мусульман от Индии и создание независимого исламского государства, что в конце концов привело к рождению Пакистана.

Саиду Ахмаду не удалось создать движение по распространению своих идей, связанное с его именем; однако интеллектуалы-модернисты в других мусульманских странах разрабатывали схожие идеи и приходили к схожим выводам. В Иране премьер-министр Каджарских шахов открыл школу под названием Дар-аль-Фунун, где студенты обучались всем наукам и искусствам, литературе и философии Запада. Выпускники этой школы стали первыми иранскими модернистами, стремившимися переустроить свое общество на европейский лад.

Похожие модернисты активно действовали и в сердце Османской империи. В конце XIX века модернистская фракция в Османском правительстве начала продвигать политику, именуемую «танзимат», то есть «реформы». Эти реформы включали в себя обустройство школ по европейскому образцу, принятие европейских техник управления в госучреждениях, реорганизацию армии на европейский манер, переодевание солдат в форму европейского типа, поощрение европейского стиля одежды для чиновников, и так далее, и тому подобное.