Эльфы первыми услышали этот звук: ритмичный грохот. Топот сапог по камням. Лязг доспехов. Будь двери дарквеллского театра открыты, они бы наверняка учуяли и запах пота.

Они переглянулись, понимая, что опасность близко, но у Тай’гарна волосы встали дыбом, когда он увидел исказившееся от муки лицо Налмара.

Когда двери распахнулись от удара, эльфы были уже готовы к бою. Солдаты в золотых плащах с криками ворвались в театр. Их обнаженные мечи ничего хорошего не сулили, и стрела Эзерика свистнула в воздухе прежде, чем Серые плащи успели достать оружие.

Лорд-маршал Хорварт сорвался с места, Нед Фенник и Дариус Деваль тут же подскочили к нему, но солдаты немедленно окружили всех троих. Не было ни предупреждений, ни вопросов: кровавый бой вспыхнул быстро и сразу.

Эзерик скользил по сцене, стреляя с невероятной скоростью и точностью. Каждый его выстрел нес смерть. Хела и Алвин метались в толпе, разя скимитарами искусной работы направо и налево, выкашивая врага.

– Налмар! За мной! – позвал Тай’гарн и спрыгнул со сцены с посохом наизготовку.

Разрушительные заклятия, посланные им и Налмаром, раскололи щиты, расплавили мечи. Любой, кто, увернувшись от заклятия, пытался подойти к старейшине, находил лишь гибель от его посоха.

– Предатели! – кричали Серые плащи среди хаоса.

Тай’гарн выпустил ударные чары такой силы, что щит солдата раскололся и бедняга отлетел, сбив с ног трех своих товарищей, ломая кости, нанося раны.

Парируя удары и уворачиваясь от стрел, Тай’гарн взглядом отыскал своих спутников. Они, тренированные убийцы, любящие свое дело, прекрасно проводили время, наслаждаясь своим превосходством над людьми. Хела даже смеялась.

– Умри, предатель! – Светловолосый рыцарь, Дариус Деваль, выскочил вперед, заслонив собой старейшину, и вонзил клинок в живот золотого воина, пробив доспех и кольчугу.

– За короля Тиона! – закричали еще двое солдат, наступая на Дариуса. – За Север!

Дариус попытался вытянуть меч, но тот застрял. К счастью, Тай’гарн заслонил его, сбив обоих с ног ударом посоха в лицо. Налмар, появившийся непонятно откуда, добил их ледяными чарами, превратив в куски льда.

– Кто эти воины? – спросил Налмар, глядя, как солдаты бегут по верхним ярусам театра.

– Люди Меркариса Тиона, – ответил Дариус, вытащив наконец свой меч.

Тай’гарн выпустил очередной огненный шар, начисто сжигая лицо противника.

– Разве не он вас сюда пригласил?

Рыцарь не ответил: к ним спешил новый отряд солдат. Понемногу они начали теснить Серых плащей: рыцарей было меньше, многие из них еще не залечили раны, полученные в Западном Феллионе, и Тай’гарн видел, что бой складывается совсем не в их пользу. Сражаться в темноте театра было очень сложно, северяне со щитами получили явное преимущество. У Серых плащей не было пространства для маневра, они все время утыкались в широкие щиты противника.

Лорд-маршала и Неда Фенника загнали в угол. Оба сражались яростно, но от копий и мечей праведный гнев, увы, не спасал. Тай’гарн бросился на помощь, как вдруг с балкона над ними раздался дикий крик… и пьяница Калеб Йорден, перевалившись через перила, приземлился на головы золотым солдатам.

Чудом встав на ноги, старик продолжил отбивать удары мечей и даже умудрялся критиковать. Может, он и был пьяницей и изгнанником, но умения его не покинули. Тай’гарн кивком похвалил его и запустил оставшихся солдат в потолок, ломая шеи.

Хорварт и Фенник не удостоили старого рейнджера ни похвалой, ни порицанием. Калеб, будто подтверждая свое звание пьяницы, одним глотком выпил забытую кем-то кружку эля.

– Почему они на нас нападают?! – закричал Тай’гарн, перекрикивая шум боя.

– Король Тион нас предал! – Хорварт утер кровь со рта.

– Но почему?

– Если Тион желает Серым плащам смерти, значит, задумал вторжение и не хочет, чтобы мы вмешивались. Думаю, он положил глаз на Велию, у них крупнейшая армия во всех шести королевствах.

Тай’гарн резко ударил посохом вверх, сломав челюсть нападавшему.

– Но какой смысл нападать на королевство с самой многочисленной армией? Не разумнее ли завоевать сперва королевство поменьше?

– Вы, видно, никогда не встречали короля Тиона, старейшина…

«Нет, – подумал Тай’гарн, – но я встречал его предка, первого короля Тиона. Он был так же амбициозен и жаден, только нацелился на драконов и столь любимые ими Мертвые острова».

– Для Меркариса Тиона Велия это голова змея, – продолжил Хорварт, то парируя, то атакуя после каждого слова. – Если голову отрубить, хвост уже ничего не сделает. Ему нужно выиграть одну битву, и остальные королевства сами встанут под его знамя.

Спутники Тай’гарна прорвались наконец к нему, вырубив кровавую просеку. Он заметил, что к ним прилепились и несколько рыцарей, понявших, что враги стараются держаться от эльфов подальше.

Налмар хлопнул его по плечу, привлекая внимание ко входу в театр. Налмар первым почувствовал магическую ауру, но вскоре она накрыла и всех остальных.

У Тай’гарна все похолодело внутри.

Стройная фигура в черном с золотом доспехе стояла в лучах рассветного солнца прямо, как часовой. Голову ее покрывал капюшон, нос и рот скрывало нечто вроде вуали. В руке темная фигура держала копье. На каждом его конце красовалось изогнутое лезвие с алмазной кромкой.

Тай’гарн уже видел это оружие. И его хозяйку.

Самандриэль Затья, генерал и преданная ученица Валаниса. Эта жестокая женщина была в Длани с самого начала, от ее руки пало бесчисленное множество невинных, и среди них – друзья и семья Тай’гарна.

Золотые глаза Самандриэль блеснули из-под капюшона. Тай’гарн был уверен, что она пытается проникнуть в его разум, посеять в нем страх, чтобы он вышел из боя и отдал победу северянам.

Но эльфийского старейшину не так просто вывести из равновесия.

Он двинулся к темной эльфийке, остальные последовали за ним, молча и слаженно, словно отрабатывали не раз. Солдаты падали под ударами их клинков и магии, не в силах задержать эльфов, но, отбросив последнего с пути, Тай’гарн обнаружил, что на пороге никого нет.

– Она снаружи, – подтвердил Налмар.

Эльфы, не сговариваясь, решили оставить Серых плащей сражаться с людьми Тиона. Против Самандриэль не смог бы выстоять ни один смертный… кроме, возможно, неуловимого рейнджера Эшера. Судя по рассказу Фэйлен, рейнджер и Серый плащ выжили в битве с Аделлумом Бово. Но все же Тай’гарн предпочел встретиться с генералом Валаниса вместе со своими сородичами.

Лучи рассветного солнца коснулись крыш, глубокие тени протянулись по пустым улицам. Ни единая живая душа не вышла посмотреть, что происходит, и неудивительно: если битва в театре и не разбудила весь город, то марширующие солдаты – уж точно.

Эльфы сгрудились спинами друг к другу, вслушиваясь и всматриваясь.

– Это была та, о ком я думаю? – спросил Эзерик.

– Я читал лишь про одного эльфа с подобным копьем, – отозвался Алвин, имея в виду легенды, на которых они со сверстниками выросли.

Лишь теперь Тай’гарн осознал, как молоды эти эльфы. Темная война была для них лишь страницей истории, кровопролитной бойней, которую они не могли как следует осознать. Сражение было для них не более чем игрой… до сегодняшнего дня.

Самандриэль бесшумно спрыгнула откуда-то сверху, со стороны дверей. Алвин умер тут же: алмазное лезвие расщепило его надвое от макушки до поясницы, дробя позвоночник. Отряд немедленно развернулся к ней, но поздно: огненное заклинание Тай’гарна разбилось о выставленный ею магический щит, и вспышка ослепила их на короткий миг.

Тай’гарн пожалел о своей атаке, но размышлять об ошибках, а тем более о смерти Алвина было некогда: молниеносный боковой удар в грудину отшвырнул его на несколько футов. Ему пришлось собрать всю свою эльфийскую грацию, чтобы, кубарем прокатившись по земле, приземлиться на ноги.

Самандриэль сражалась как демон. Ее копье то удерживало их на расстоянии, то обрушивалось на их клинки. Хела порхала вокруг противницы, ища слабые места в ее обороне, и несколько раз таки находила, но темную эльфийку такими ранами было не остановить.

Опыта Тай’гарна хватало, чтобы предсказать, куда в следующее мгновение устремится ее копье, поэтому он, вовремя добежав до Налмара, парировал удар, грозивший рассечь юного эльфа пополам. Зачарованный посох принял на себя основную силу, вибрация дерева передалась в руку, которую все труднее было держать на весу. Но вот Самандриэль унеслась прочь, и он, взглянув на посох, с трудом скрыл удивление, увидев свежий раскол, навеки изуродовавший дерево. Еще ни одно оружие не смогло навредить ему!

Эзерик и Хела зажали Самандриэль в клещи, надеясь ошеломить ее одновременными атаками, но та оказалась более ловкой: изогнувшись, она одновременно пнула нападавшего сзади Эзерика так, что воздух выбила из легких, и вонзила копье глубоко в грудь Хелы. Не успел покатившийся по мостовой Эзерик встать на ноги, как она уже выдернула копье, не заботясь об осевшей на землю Хеле.

– Давно же я не убивала эльфов… – Самандриэль крутанула копье, медленно обходя выживших.

– Тебе доставляет удовольствие убивать своих сородичей? – Тай’гарн знал, что говорить с ней бесполезно, но не мог отбросить надежду, крывшуюся глубоко в сердце. Надежду каждого эльфа.

Самандриэль рассмеялась.

– Не вижу никаких сородичей. – Она бросила взгляд на Хелу и Алвина. – Вы опоздали на тысячу лет. Примите свою истинную сущность, до того как начнется Темная война, – и, очистив Верду, мы вместе поприветствуем богов, что вернутся домой!

– Богов? – воскликнул Налмар с нескрываемым гневом. – Тебя поглотило безумие! Как и Валаниса!

– Осторожнее, юнец. – Самандриэль пристально уставилась на него.

Тай’гарн вышел вперед, пытаясь перетянуть ее внимание.

– «Вернутся домой», ты сказала? Ты веришь, что боги уже приходили в этот мир?

Самандриэль рассмеялась вновь.

– Здесь ты ответов не найдешь. Валанис предложил тебе стать частью его замысла, но ты отказался и выбрал войну. – Она поудобнее взяла копье, выдавая свои намерения. – К тому же ты сейчас умрешь, так что спроси у богов сам.

– Это подождет. – Тай’гарна ее слова не интересовали, это был отвлекающий маневр для подготовки заклинания.

Из ниоткуда возникла туча и нависла над Самандриэль, заслоняя солнце. Стоило Тай’гарну ударить посохом в землю, как туча разразилась градом молний, разящих Самандриэль со всей скоростью и яростью, на которые способна природа. Последнее, что заметил старейшина, прежде чем заслонить глаза рукой, – как молнии швыряют Самандриэль по улице.

Когда все закончилось, они с Налмаром и присоединившимся Эзериком осторожно подошли к неподвижно лежащей фигуре в черном плаще. Стоило Самандриэль шевельнуться, как Тай’гарн поднял руку, останавливая своих спутников. Темная эльфийка медленно поднялась на ноги; ее доспех и капюшон дымились, обгорелые, покрывало на лице изодралось в клочки…

И все же она улыбалась.

– Твоих сил недостаточно, чтобы одолеть магию, питающую меня. Тебе нужно оружие получше.

Тай’гарн посмотрел мимо нее на двери театра.

– Возможно. Однако у нас достаточно клинков, чтобы удержать тебя, пока мы ищем это оружие.

Самандриэль обернулась, поморщившись от боли, и увидела Серых плащей во главе с лорд-маршалом. Они шли, обнажив мечи, красные от крови северян, и с ними тащился Калеб Йорден с клинком в одной руке и бутылкой в другой.

– Не знаю, кто ты, – бесстрашно проговорил Хорварт, – но лучше беги к Меркарису Тиону и передай ему, что он ответит за предательство. И не забудь добавить, что одного батальона мало, чтобы уничтожить Серых плащей.

Самандриэль уперла копье в землю.

– Я не прислуживаю смертным. Сам скажи это Меркарису, когда его армия пойдет на вас.

Тай’гарн заметил, как что-то блеснуло в ее руке, и бросился остановить ее, но Самандриэль оказалась слишком быстра, особенно для эльфийки, которую только что ударило молнией. Кристалл вылетел из ее хватки, открывая черный провал портала. Серые стражи испуганно попятились, а Самандриэль, хромая, кинулась к порталу. Тай’гарн вытянул посох, шепча заклинание, собирая силы… И не успела темная эльфийка ступить во тьму, как огненный шар устремился за ней, угрожая настигнуть, куда бы она ни попала.

Портал закрылся, оставив за собой лишь толпу пораженных рыцарей. И только Калеб Йорден совершенно не впечатлился: возможно, он просто пропустил все происходящее, потому что слишком медленно моргал.

Повисла тишина, и эльфы наконец обратили взоры на мертвых сородичей. Хела и Алвин лежали в лужах крови, неподвижные, как булыжники под ними. Эзерик отвел рыжие волосы Хелы с лица, погладил ее по щеке. Налмар же, закрыв глаза Алвина, прошипел проклятье Самандриэль.

Тай’гарн молча молился: свою веру он держал в секрете. Он знал, что будет скорбеть по ним, и благодарил судьбу за то, что не узнал их ближе. Пусть они путешествовали вместе, впервые он увидел своих спутников, когда их познакомил командир гвардии Варо. К тому же иные мысли беспокоили старейшину куда сильнее.

Он обернулся к Эзерику.

– Почему во главе солдат Тиона Самандриэль Затья?

– Случилось то, чего и боялся король. Валанис завладел людскими войсками.

Валанис вел какую-то игру, но Тай’гарн не мог понять ее сути, и это его крайне беспокоило.

– Примите мои соболезнования, старейшина, – глухо сказал Хорварт, вкладывая меч в ножны. – Наш орден из-за этих предателей и ублюдков тоже потерял множество рыцарей. Боюсь, что даже больше, чем мы можем вынести.

Тай’гарн проигнорировал его и обратился к Калебу Йордену:

– Так ты говоришь, что принцесса Рейна отправилась на юг, в Иссушенные земли?

Калеб глотнул из бутылки и вытер усы.

– В Карат… так я думаю.

– Проведи нас туда – и получишь награду, – предложил Тай’гарн.

– Мне уже и так кое-кто должен. – Калеб сделал еще глоток. – Натаниэль Голфри пообещал кошель монет размером с кулак.

– Голфри? – переспросил Дариус Деваль. Его светлые волосы были перепачканы кровью. – Он жив?

– Этот дурной мне заплатил, чтобы я пошел вас предупредить… присмотреть за вами. – Калеб пожал плечами. – Уж не знаю почему. Я так разумею, вы, самодовольные ублюдки, его не очень-то ценили. Прямо как меня.

– Если Голфри и жив, он больше не Серый плащ, – заявил Нед Фенник. – Он перешел на сторону аракеша…

Калеб фыркнул.

– Не пошли он меня, и ты, и ваш лордик лежали бы уже мертвые!

Хорварт вновь схватился за меч.

– Ты не…

Тай’гарн ударил посохом о мостовую, с треском высекая искры.

– С провожатым мы пересечем Иллиан быстрее, – сказал он, не сводя глаз с мертвых эльфов.

Хорварт выступил вперед, на середину улицы.

– Старейшина, мы должны отправляться в Велию, вы же слышали… – Он запнулся, явно не зная, как назвать Самандриэль. – Силы Тиона на марше, нужно предупредить остальные королевства. Ворон с посланием от короля Ренгара будет достаточным доказательством предательства Тиона.

Эзерик, сидевший на корточках возле Хелы, поднялся.

– Мы пересекли океан не для того, чтобы вмешиваться в ваши склоки.

Тай’гарн поднял руку, чувствуя его ярость.

– В этом замешан Валанис, – сказал он задумчиво, глядя мимо Эзерика.

– До Иссушенных земель быстрее всего по Селкскому тракту. Едемте вместе на юг и расстанемся в Велии, хотя королю Ренгару наверняка будет интересно вас послушать.

Тай’гарн чувствовал, что Эзерик и Налмар хотят идти своим путем, без рыцарей, известных своим участием в Драконьей войне. Однако в путешествии с небольшим войском были свои преимущества, учитывая, что Иллиан кишел шпионами Валаниса. Но самым сильным аргументом было все же Эхо Судьбы. У их королевства была лишь одна надежда: союз двух берегов.

– Сперва разведем погребальный костер для мертвых, – сказал Тай’гарн. Потом отправимся на юг, в Велию.

Калеб Йорден совершенно некуртуазно рыгнул и отбросил бутылку.

– Но мне ж все равно заплатят, да?