Звезды мерцали в вышине, а король эльфов мерил шагами пляж Опалового берега. Лунный свет и вкопанные в песок факелы помогали разглядеть строящийся флот. Теро из дома Велани надзирал за ведущимися день и ночь работами: корабли нужно было как можно быстрее подготовить к вторжению.

Бревна и доски каркаса сперва переносили на место магией, а потом подгоняли руками. Отовсюду Элим слышал приказы артельщиков и согласные выкрики плотников, чувствуя в них гармонию. С их силой и магическими талантами для постройки флота хватит и нескольких недель! В обычное время эта весть порадовала бы Элима, но теперь он не мог заставить себя улыбнуться. С тех пор как Фэйлен открыла правду о Валанисе, дни его полнились темными мыслями и парализующими сомнениями.

Первоначальный план выглядел просто: Рейна должна была изображать посла и добыть ценные сведения о человеческих королевствах, а Галанор и его отряд – освободить Маллиата из Корканата. Заручившись поддержкой дракона, Элим наконец смог бы открыть тайны горы Гарганафан и вырастить армию драконов, достаточную, чтобы захватить Иллиан. Это значительно уменьшило бы потери эльфийской армии. Они взяли бы Велию на восточном берегу Иллиана и оттуда направились бы дальше.

Валанис по этому плану должен был находиться в заточении в Элетии. Там было бы легко его уничтожить, раз и навсегда избавив Верду от злодея. Вот только слишком удобно все сходилось по времени, и это выглядело чересчур подозрительно. День и ночь эти мысли мучили его, не давали уснуть. Валанис провел на свободе сорок лет, распространяя влияние, планируя новое нападение.

И ровно сорок лет эльфы планировали захват Иллиана. В такие совпадения Элим не верил. Члены совета заронили в его разум идею вторжения, убедили, что это правильная стратегия. Его собственный совет! Верой и правдой служивший ему тысячу лет!

И если самые худшие опасения – правда, значит, и Элим, и весь эльфийский народ пляшут под дудку Валаниса. Вот только зачем ему захват Иллиана? Хочет уничтожить человечество? Но ведь людей было бы завоевать куда проще, чем эльфов! Могло оказаться, впрочем, что он просто хотел посеять хаос, повторяя Темную войну. Бесполезно было пытаться понять Валаниса. Он был, очевидно, безумен, даже заявлял, что с ним говорят боги!

О судьбе Рейны и думать не хотелось. Пусть дочь появилась в его жизни совсем недавно, ее рождение стало настоящим событием. Зачав ее, он показал всему народу, что тоже старается восстановить утраченное, ведь их с Адиландрой часто порицали за то, что они сами не делают того, к чему призывают других. По правде сказать, Элима не заботило, кто родится – мальчик или девочка. Удел ребенка был бы один: вечный титул принца или принцессы. Бессмертный король мог править вечно. И рассчитывал править вечно.

Но вот Рейна с Адиландрой исчезли из его жизни, и печаль засела в сердце как шип. Он скучал по ним и ненавидел это чувство. Не время! Он должен завоевать целую страну, победить человечество, расправиться с безумным эльфом… Но последнее лишь снова напомнило ему о Рейне, поэтому Элим сосредоточился на эльфе-кузнеце в отдалении. Тот мерно стучал молотом по куску металла в оранжевом свете горна, и эта картина вернула короля в настоящее. Идущий рядом в доспехах и форменном плаще Варо бросил на него обеспокоенный взгляд: видимо, он слишком рассеянно слушал объяснения Теро, водившего его по верфи.

Патриарх дома Велани выступил из тени.

– Милорд…

Элим понял, что ему задали вопрос… вот только ни слова из него не услышал.

Чтобы не ставить своего короля в неловкое положение, Варо стиснул рукоять меча и вышел вперед.

– Какая у них вместимость? – спросил он.

Элим вновь отвлекся. На этот раз – услышав хруст веток на лесной опушке поодаль от пляжа. Воительница, чьего имени он не помнил, подбежала к нему. Она была в полном доспехе, но неслась по мягкому песку безо всяких усилий. Остановившись перед королем, она поклонилась и что-то прошептала на ухо Варо, соблюдая субординацию.

Игнорируя вопросительный взгляд Теро, командир гвардии подошел к Элиму.

– Тай’гарн соприкоснулся с противником, – прошептал он.

Элим кивнул и обернулся к Теро.

– Продолжайте упорно трудиться – и принесете почет дому Велани.

Теро низко поклонился, но король уже отвернулся и бросил на пустое место кристалл. Тот взорвался, ярко вспыхнув, и в пространстве открылась черная брешь, по краям которой то и дело пробегали маленькие молнии. Элим отправился во дворец, и Варо последовал за ним.

– Флот скоро будет готов, – заметил он.

Элим хотел ответить, что этих кораблей недостаточно, но его посетила вдруг иная мысль, от которой нельзя было отвернуться.

– Неужто он этого и добивается? – спросил он вслух.

– Милорд?

– Валанис… – Элиму и самому трудно было соединить все детали этой головоломки. – Если бы ты хотел устроить хаос, если бы ты хотел столкнуть лбами две стороны… – Он снова вспомнил дочь. – Варо, ты мой лучший тактик. Думай как Валанис.

– Опасные вещи вы предлагаете, милорд, – хмыкнул Варо.

– Его люди напали на мою дочь, пытаясь убить. Но зачем? Он рискует раскрыть себя и Длань. С другой стороны… вдруг он надеялся, что такое нападение разозлит эльфов Айды и заставит нас начать восстание до того, как мы будем готовы? Может быть, он думает, что ради Рейны мы забудем о драконах и о годах планирования, чтобы только отомстить Иллиану.

– А может быть, это вы думаете, что мы не готовы.

– Я пытаюсь оказаться на шаг впереди противника, плетущего против нас интриги сорок лет, – ответил Элим. – Возможно, Валанис полагает, что, если мы нападем раньше срока, люди смогут нас победить.

– А если по этой же причине пытались убить принцессу? – предположил Варо. – Без нее нам не узнать об истинных силах человечества.

– Но все же, чего он добивается? – Элиму все труднее было сохранять царственную невозмутимость. – Пусть Валанис управляет аракешами, но их недостаточно, чтобы победить человечество, не говоря уж о нас.

Они что-то упускали, что-то очень важное, и это бесконечно злило Элима. Валанис еще не раскрыл своих истинных планов, но король уже понимал, что ничего хорошего он задумать не мог.

– Надеюсь, Тай’гарн сможет добиться чего-нибудь в Иллиане. – Варо указал на двойные двери. Элим кивнул, поняв его намек, и вошел в комнату, надежно защищенную от всех видов магии. Зная, что его не смогут подслушать, он возложил руки на прорицатель посреди комнаты и позволил сознанию отправиться в эфир. Мгновение – и вот уже призрачный старейшина сидит перед ним, скрестив ноги.

– Милорд. – Тай’гарн поклонился.

– Ты уже достиг берегов Иллиана? – Элим был не в настроении обмениваться любезностями.

– Мы на подходе к городу, прозываемому Дарквеллом, – отозвался Тай’гарн. – Здесь мы пополним запасы и отправимся в Вангарт через Вековечную чащу.

– Поторопись, Тай’гарн. Не думаю, что они задержатся там надолго. – Элим хотел приказать советнику собрать как можно больше сведений об этих древних землях, но сперва нужно было позаботиться о Рейне. – Свяжись со мной вновь, когда появятся новости.

– Разумеется.

– Тай’гарн, если во время странствий услышишь что-нибудь важное, немедля доложи. Мы слишком мало знаем о том, что происходит на самом деле.

– Милорд…

Советник поклонился и растаял как дым, оставив Элима в сомнениях.

Тай’гарн положил прорицатель обратно в кошель и, подобрав посох, вернулся к отряду, изучавшему Дарквелл издалека. Без лишних слов они надели темные плащи с капюшонами и под покровом ночи отправились в город.

Дарквелл показался Тай’гарну похожим на первые человеческие города, начавшие появляться еще до ухода эльфов из Айды. Разумеется, этот был больше, чем те, тысячелетней давности, и строения в нем были в основном каменные. Ничего высотой со шпили Эландрила люди не построили, но Тай’гарн мысленно похвалил их за башни и дороги.

Сопровождаемые множеством взглядов, пятеро эльфов пересекли каменный мост и вышли на улицы Дарквелла. Этот город определенно охраняло слишком много солдат. На их щитах и плащах скалил пасть лев Намдора – герб короля Меркариса. Стражники, держась в отдалении, проводили эльфов в город и не спускали с них глаз, но стоило странной пятерке оказаться в городе, как она рассредоточилась, и фигуры в темных плащах исчезли на разных улицах.

В мгновение ока Тай’гарн оказался на крыше ближайшего дома, наблюдая, как стражники о чем-то бурно совещаются, прежде чем разделиться. Эльфов им было, конечно, не найти.

– Они очень подозрительны к гостям, – заметил Эзерик, бесшумно подкравшись к Тай’гарну по крыше. Языком жестов, известным всем эльфийским воинам, он просигналил Алвину и Налмару на крыше через дорогу ждать их дальше по улице.

– Где Хела? – Тай’гарн вспомнил о ее склонности к насилию и забеспокоился.

Они с Эзериком принялись обыскивать освещенные факелами улицы. Хела могла отказаться прятаться и вместо этого поубивать солдат. Таким путем Тай’гарну начинать знакомство с человеческим миром не хотелось.

К счастью, рыжая эльфийка вышла из теней, присоединившись к отряду у дверей запертой лавки мясника. Тай’гарн холодно взглянул на нее, напоминая, кто тут старший и что насилия он не разрешал… пока.

Тай’гарн до сих пор не решил, как стоит относиться к убийству людей. Он следовал приказам своего короля, следовал плану вторжения, однако память о том, какими эльфы были раньше, все еще жила в нем. Он видел картины прошлого так же ярко, как настоящее. Его народ мог целый лес взрастить песнями, день и ночь восторгаться красотами природы. Теперь же они сделались не более чем умелыми убийцами. В глубине души Тай’гарн надеялся, что после новой войны эльфийский народ вернется к старой жизни.

Но какой ценой…

– Почему мы прячемся? – спросил Налмар. – Я думал, у нас есть разрешение короля объявить себя послами.

– Так будет быстрее, – добавил Алвин.

– Мы разыграем эту карту, когда нам будет выгоднее всего, – ответил Тай’гарн и огляделся в поисках стражников. – Пока же смешаемся с толпой и выясним что сможем. Нужно найти ночлег, утром пойдем за припасами.

Вместе они отправились на поиски таверн – найти их в тихом, тускло освещенном городе было несложно. Тай’гарн следовал за Эзериком, пока они не добрались до центра Дарквелла. Там, на улицах вокруг большого овального здания, таверн было сколько угодно: из дверей то и дело вываливались хохочущие мужчины и женщины с кружками в руках.

Эльфы не спешили входить, разглядывая посетителей через окна.

– Солдаты? – предположила Хела.

Острым эльфийским взглядом Тай’гарн окинул мужчин и женщин, одетых в одинаковые длинные плащи. Оружие у них тоже было одинаковое, и двигались они как вымуштрованные солдаты – по крайней мере, те, кто мог идти не шатаясь. Дверь вдруг распахнулась, и эльфы тут же отступили в тень, пропуская двоих людей в обычной одежде.

– Проклятые Плащи! – выругался широкоплечий. – И на кой Меркарис их сюда пустил?!

– Если так и дальше пойдет, во всем городе эля не останется! – согласился его худой приятель.

– Что ж поделать, они уже театр заняли! – Широкоплечий указал на овальное здание.

Стоило им удалиться, как эльфы тут же вернулись к окну. Тай’гарн за сорок лет не первый раз услышал о Серых плащах. Цели у них были благородные, но вот названием они были обязаны обычному убийце.

– И это лучшие воины Иллиана? – недоверчиво спросила Хела.

– Одни из лучших, – кивнул Тай’гарн. – Не стоит недооценивать людей – ни в бою, ни в мирное время.

Новая партия рыцарей вывалилась из таверны, не замечая, что за ними наблюдают.

– Как им удалось победить драконов – выше моего понимания, – заметил Алвин.

Тай’гарн натянул капюшон пониже, чувствуя, что начинается дождь.

– Люди способны на великие дела, если дать им общую цель.

Он наблюдал за тем, как человечество вышло из Диких чащоб и основало королевства. Они освоили речь, придумали свой язык. Дикари и скитальцы познали архитектуру, поэзию, живопись и даже магию. Увы, военное дело они тоже освоили в совершенстве и обратили эти знания против благородных драконов. Конец был трагичен. Тай’гарн покинул Иллиан в самом начале войны, но слухи об осадных машинах и прочих ужасных механизмах дошли даже до Айды.

– Остановимся здесь? – недоверчиво спросил Эзерик.

– Остановимся. – Тай’гарн обернулся к Алвину. – Ты самый быстрый из нас – проникни в театр и выясни все, что сможешь.

Алвин кивнул и покорно растворился в тенях. Тай’гарн иного и не ожидал: как старейшина совета, он давно отвык от того, чтобы ему перечили.

Снять комнаты было несложно: простая ложь, лишняя монета, чтобы никто не задавал вопросов… Но вонь этого места монеты заглушить не могли. Специфический людской запах и обычно-то был довольно ярок, но когда они набивались в таверну, да еще и пили… Эти новые ароматы эльфам было тяжело переносить. Когда они наконец оказались в убогих комнатках на последнем этаже, Тай’гарн заметил, что трое его спутников перешептываются о чем-то.

– Вас что-то беспокоит? – спросил он.

Эльфы помедлили, но Эзерик ответил за всех:

– Мы просто никогда раньше не видели… – Он огладил ладонью свою точеную челюсть.

Тай’гарн усмехнулся.

– Ах да, вы же никогда не видели бород…

– Не видели чего? – нахмурился Налмар.

– Человеческие мужчины способны отращивать волосы на лице, – объяснил старейшина, не в силах скрыть улыбку.

– Я думал, это просто сказки. – Кажется, сама мысль показалась Эзерику отвратительной.

– А мне понравилось, – насмешливо отозвалась Хела.

Через пару часов вернулся Алвин. Он снял промокший плащ и устроился на корточках прямо на подоконнике. Еще во время путешествия Тай’гарн заметил, что юноша просто не способен долго стоять на месте или сидеть нормально.

– Что ты узнал?

– Сюда стекаются Серые плащи со всего Иллиана. Их командир, лорд-маршал Хорварт, в театре. Они заняли все комнаты за сценой и многие таверны: видимо, король Орита предложил им временное убежище. Многие до сих пор обсуждают события, которые к этому привели.

– Они упоминали принцессу или рейнджера? – взволнованно спросил Тай’гарн.

– Только говоря про битву, – быстро ответил Алвин. – Похоже, никто не знает, что они в Вангарте. Однако лорд-маршал недавно говорил с королем Велии, судя по тому, что он сказал своему заместителю.

Это все меняло. Тай’гарн перестал быть верующим, но даже он не мог отрицать, что сами боги направляют их путь. Иначе как бы они попали в город с таким источником важных сведений?

– Мне никогда не вывести эту вонь с одежды, – с отвращением пожаловалась Хела под согласные кивки остальных.

Тай’гарн сделал вид, что не заметил неуместного комментария, и вновь погрузился в раздумья. Серые плащи никаких трудностей доставить не могли, но можно ли получить через них преимущество? Если лорд-маршал вел беседы с королем Велии, значит, говорили они о чем-то значительном. У короля Ренгара наверняка повсюду шпионы, и он тоже ищет Рейну…

Алвин откинул с лица мокрые волосы.

– А человека за барной стойкой вы видели? У него волосатое лицо!

Тай’гарн позволил им повеселиться немного, но пора было и остановиться.

– Боюсь, отдых подождет. Я поговорю с этим лорд-маршалом и выясню, что ему известно.

На их утонченные лица пала тень недовольства, но никто не сказал ни слова. Старейшина, проживший дольше, чем все они, вместе взятые, обладал куда бо́льшим опытом, с ним не спорили.

Впятером они вернулись на улицы Дарквелла, скрываясь под просторными капюшонами. В городе сделалось тише – закрылись на ночь многие таверны, – но Тай’гарн понимал, что их компания выделяется даже в плащах. Они просто держались иначе, хоть это и было едва заметно.

– Тебя изгнали! Ты что, так и не понял?! – прогремел голос из театра. Эльфы остановились – и вовремя: двери распахнулись, и оттуда вывалился человек. Он упал прямо в лужу, но поднялся, шатаясь, будто не вполне понимал, где оказался. По людским меркам он был стар, седые волосы растрепались, топорщились белые усы.

– Фенник… – процедил он, будто набрал полный рот грязи. – До тебя всегда долго доходило…

Он утер забрызганное лицо и поправил меч, который висел на поясе и дополнял не сочетающиеся друг с другом доспехи и длинный потрепанный плащ.

– Калеб Йорден. – К нему вышел человек помоложе (хоть и ненамного). Одет он был как обычный Серый плащ. – Член в штанах держать не научился – так куда тебе научиться держать язык за зубами!

За плечистым рыцарем высыпала небольшая толпа: каждый явно горел задать незваному гостю трепку. При этом между ними и Калебом Йорденом было некоторое сходство, но, как бы происходящее ни интриговало, Тай’гарну было не до того.

– Дариус, – обратился Фенник к рыцарю со светлыми волосами и выдающейся челюстью. – Проследи, чтобы Калеба вывели из города, пусть идет своей дорогой. Проваливай! Прожигай жизнь где-нибудь еще, старый пьяница!

Тай’гарн шагнул вперед, отряд последовал его примеру. Ветра не было, и плащи свисали с их плеч, скрывая не только длинные уши, но и оружие.

Фенник удивленно взглянул на них.

– Это дело Серых плащей, отойдите.

Тай’гарн снял капюшон, остальные последовали его примеру.

– Я – верховный старейшина Тай’гарн из эльфийского совета короля Элима Севари. Я желаю говорить с вашим лорд-маршалом.

Толпа замерла, никто не смел двинуться под его тяжелым взглядом. Однако это было не удивление при виде эльфа – Тай’гарн чувствовал. Эти люди уже видели эльфов, просто не так много. Калеб Йорден обернулся к ним, вытянул шею, часто моргая.

– Тогда прошу, входите, – произнес голос из дверей, и на пороге появился мужчина с командирской осанкой. – Я – лорд-маршал Хорварт.

– У нас очень мало времени, лорд-маршал, а обсудить нужно многое. Мы ищем принцессу Рейну. Полагаю, вы уже встречались.

Хорварт помедлил, ему явно хотелось продолжить разговор внутри.

– Да, мы имели удовольствие познакомиться с принцессой. В Западном Феллионе ее высочество спасла множество жизней. Возможно, нам лучше уйти подальше от чужих глаз… – Он взглянул на Калеба Йордена.

Тай’гарн готов был согласиться на это, только бы узнать о принцессе побыстрее.

– Я знаю, где она… – прохрипел растрепанный рыцарь.

Все взгляды устремились на него. Хорварт развернулся на каблуках.

– Нед, – обратился он к Феннику. – Если он скажет еще какую-нибудь гадость, можешь его отделать.

Тай’гарн поднял руку, останавливая меч, который Фенник уже тянул из ножен.

– Если этот человек что-то знает, я желаю его выслушать.

– Он пьян, старейшина. – Хорварт встал между ним и старым рыцарем. – Скажет что угодно, лишь бы его пустили под крышу погреться.

Пьяница выпрямил спину.

– Они были в Вангарте.

Его слова заставили Тай’гарна насторожиться. О Вангарте королю Элиму сообщила сама Фэйлен Халдор, никто больше не мог знать. Если только… Старейшина прошел мимо Хорварта к павшему во всех смыслах рыцарю.

– Оттуда пошли в Вековечную чащу, в Лириан.

– Откуда ты это знаешь? – спросил Тай’гарн.

– Их привел к нам Эшер, он… – Калеб икнул. – Непростой человек оказался!

Это имя Тай’гарн тоже знал. Скиталец, на тысячу лет запертый в Янтарных чарах вместе с кристаллом Палдоры… Его историю старейшина тоже хотел бы выслушать!

– К кому это «к нам»? – вмешался Хорварт.

– К рейнджерам! – Калеб потянул себя за лацкан. – Подождите… этого вроде нельзя говорить… или можно?

Он поскреб голову и нахмурился.

– Этого? – эхом отозвался Тай’гарн. – Похоже, нам нужно обсудить больше, чем я думал.

Лорд-маршал стиснул челюсти и уставился на Калеба.

– Давайте же вместе доберемся до истины.

Тай’гарн улыбнулся и жестом пригласил старого рыцаря следовать за ними внутрь.

– Старейшина… – прошептал подошедший Налмар. – Я чувствую магию. Что-то приближается… с севера, кажется.

Тай’гарн за время путешествия научился доверять способностям Налмара.

– Та же сила, что ты ощутил возле Золотого форта?

– Нет, не настолько могучая, но достаточно сильная, чтобы я почувствовал. Кто бы это ни был, его магию питает могучий источник.

Тай’гарн кивнул.

– Не теряй бдительности. Если этот человек говорит правду, отправимся в путь на рассвете.