Глава 1986

Элиол шел по саду и не мог поверить, что люди действительно могут так жить. Что во дворе могут быть не куры и поленья для печи, а самый настоящий сад. С яблонями и вишнями, кустами роз и клумбами тюльпанов. И даже маленьким прудом с рыбками.

Элиол задержался около него и, присев на корточки, потрепал пальцем в воде. Рыбки тут же подплыли к нему, но убедившись, что еды нет, сразу убежали по сторонам. Красные и золотые. Может карпы, хотя для карпов у них слишком широкие плавники и огромные хвосты.

Мальчик улыбнулся своим мыслям.

Он слышал истории от матушки, что если карп сможет подняться по самому высокому водопаду, преодолеть все препятствия на своем пути, презреть законы мироздания и восстать против самого Седьмого Неба, то тогда у карпа исполнится его заветное желание. Вот только карпом он уже не будет.

Элиолу это казалось странным.

Зачем исполнять свое заветное желание, если ты собой уже больше не будешь.

Но матушка говорила, что в этом и есть урок истории. Что рыбка, начавшая свой путь карпом, пройдя сквозь столько испытания, преодолев чудовищные трудности и пережив самые смертельные опасности, уже больше не сможет оставаться тем маленьким карпом, что начал свой путь.

Он станет другим. Может лучше, отважнее, честнее и смелее, а может злее, лживее, изворотливее и хуже. Поэтому никто не знает, чем закончится карп, когда он заберется на водопад. И потому большинство предпочитают так никогда и не начать взбираться.

Ведь можно и сорваться.

— Ты любишь рыбок? — прозвучал голос за спиной.

Элиол резко обернулся и обомлел. Но лишь на долю мгновения. Он увидел то, что сперва ему показалось видением или миражом. Настолько красивой была Тисэ. И, пожалуй, теперь он понимал, почему Тонжек сравнивал её с пудингом.

Просто люди еще не придумали тех слов, что могли бы описать внешность Тисэ. Не было метафор для её глаз и эпитетов для волос и кожи.

Но наваждение прошло.

Не успело сердце ударить дважды, как Элиол заметил в глазах, достойных украсить ночной небосвод, маленький огонек грусти. Холодный и дрожащий. Как котенок, оказавшийся на улице в холод и дождь.

— Я люблю истории, — ответил Элиол и, задумавшись, улыбнулся. — Но рыбок тоже! Особенно жаренных в луке и масле. Очень вкусные получаются!

Она улыбнулась и, зачем-то отвернувшись, засмеялась в ладонь.

— Почему ты отворачиваешься? — спросил мальчик, продолжая бултыхать ладонью в воде.

Когда Тисэ повернулась обратно, то её лицо вновь напоминало маску. Изумительной красоты, но словно неживое.

— Высокородная девушка не должна показывать своих эмоций на людях, — произнесла она явно заученную фразу.

— А как тогда ты веселишься с друзьями?

— С друзьями? — переспросила она и огонек грусти в её глазах зажегся еще сильнее. — У меня нет друзей.

Элиол едва не задохнулся от удивления. Как это может не быть друзей! Если нет друзей, то… то… как же тогда…

— А как ты тогда ловишь кузнечиков? — он не сдержался и задал свой вопрос вслух. — И играешь в камешке на речке? И как строишь замки из песка или ползаешь по заброшенной мельнице? Там ведь все дети города постоянно собираются.

И, чем больше он говорил, тем сильнее замечал, что в глазах Тисэ, если присмотреться, кроме огонька грусти больше ничего и не было вовсе.

— Ты никогда не ловила кузнечиков, — внезапно понял мальчик. — но ведь… это ведь так весело!

Тисэ только чуть грустно улыбнулась. И Элиол уже хотел возликовать тому, что девочка хотя бы так проявила какие-то эмоции, но тут к ним подошли слуги.

Две женщины средних лет, в черных, строгих одеждах и со столь же строгими взглядами.

— Молодая госпожа, — поклонились они Тисэ. — вы должны были ждать юного мастера в зале.

Элиол заозирался по сторонам. К кому это они обращались? Тут был какой-то юный мастер? Но нет, в саду находились лишь они с Тисэ.

— Простите меня, — ответила Тисэ и сделал какой-то странный жест, будто хотела присесть, но по скрещенными ногами.

Это было так смешно, что Элиол не сдержался и расхохотался, но тут же, заметив серьезные взгляды слуг, осекся. Он, в буквальном смысле, поймал смешок на кончике языка и, чуть было, не поперхнулся воздухом.

Наверное, это было настолько комично, что даже Тисэ не выдержала и засмеялась. И если бы Тонжек слышал этот смех, то не стал бы сравнивать девочку с пудингом. Скорее с первыми снегирями или, может, весенней капелью на утренней сосульке, смешно свисающей с козырька. Или с журчанием ручья, только-только освободившимся от зимнего плена.

— Молодая госпожа! — хором возмутились слуги.

— Простите меня, — повторила девочка, мгновенно вернувшая на лицо свою неизменную маску.

Слуги нахохлились сродни голубям в луже, и, в молчании, отправились в сторону дома. Тисэ поспешила следом, а с ней рядом и Элиол.

— Ты не выходила из дома, верно? — догадался он.

Тисэ молча отрицательно покачала головой.

— А хочешь, — широко улыбнулся мальчик. — я приду и украде тебя? И тогда мы сможем ловить кузнечиков, играть в камешке и даже попытаться забраться на последний ярус заброшенной мельницы! Я там, если честно, еще никогда не был. Не то чтобы я трус, но… страшно очень.

Она снова ему улыбнулась, а потом опять погрустнела.

— Меня стерегут день и ночь, — ответила она. — со мной всегда слуги, а у дверей комнаты стражники.

Элиол задумался. И тут что-то щелкнуло в нем. Как если бы он вспомнил что-то забытое или, наоборот, узнал что-то, о чем еще не знал прежде и… странное чувство.

— Тогда я создам твою копию, — прошептал он на ухо девушке. — такую, что сможет обмануть любого слугу и стражника.

Тисэ посмотрела на него так, как обычно смотрят на городских сумасшедших.

— Такое может произойти только во сне, — ответила она.

И теперь уже пришел черед Элиола погрустнеть.

— Я не вижу снов.

— Как? — удивилась девочка. — Совсем?

Элиол кивнул.

К этому моменту они уже добрались до зала, где, наверное, могло уместится несколько домов с их улицы. Просторный, с каменным полом, стенами обшитыми драгоценными металлам и окнами с разноцветным стеклом.

По центру стражники уже ставили гончарный круг и таз с водой и глиной. Рядом стоял барон и как-то странно смотрел на Элиола.

Так, как Элите порой смотрела на продукты на рынке, перед тем как их купить.

— Приступай, — повелел градоначальник.

Отправить