Глава 1964

Лежа на земле, Хаджар как-то отстранено задумался о своем положении. Превосходство мага было неоспоримым, а его контроль над стихиями — оружием, против которого сталь и мускулы казались совершенно недостаточными. И, наверное, любый бы на месте Безумного Генерала, сейчас, перед лицом подобной угрозы, все же использовал бы вторую часть своего закона.

Но этот любой — он не был бы Безумным Генералом.

С трудом поднявшись на ноги, Хаджар понял, что в этой дуэли ему не победить одной лишь силой. Если он хочет выжить, ему нужно будет перехитрить противника — обратить против мага его собственную силу.

Это осознание заставило генерала ехидно улыбнуться. Интересно, что на это сказал бы Артеус…

Когда Хаджар снова стоял лицом к лицу с магом, у него начал складываться план — конечно, рискованный, но дающий надежду на то, что не придется использовать силы Практикующего раньше назначенного срока.

Маг, видя оскал противника, лишь улыбнулся. Прославленный Безумный Генерал, восставший против богов, скорее забавлял его, чем беспокоил и, взмахом руки, в очередной раз призвал призрачные клинки.

Когда волшебные мечи закружили над ним, словно стервятники, а маг начал готовить очередное заклинание, Хаджар понял, что настал момент действовать. По мере того как он, словно молодой олень, скакал по горящему полю, избегая атаки клинков, его глаза внимательно следили за пассами и речами волшебника.

И когда маг отправил в полет очередной огненный шар, то генерал его уже ждал. И, в самый последний момент, он ударил ногой по обломком остекленевшего песка, ледяной крошки, металлических обломков и всего того, что создали на земле заклинания волшебника.

Облако грязи, смешанной со всем, что на ней лежало, поднялось на пути огненного шара едва-едва успевшего сорваться с посоха колдуна. И тот взорвался прямо у мага перед лицом. Магические клинки вокруг генерала тут же исчезли, и он побежал по широкой дуге. На ходу Хаджар подхватил обломок латной кирасы, обломленный, оплавленный и заостренный сотнями зубцов словно у пилы.

Восстановившись после взрыва, маг наколдовал очередной огненный шар и направил его в сторону приближающейся фигуры мечника.

Но Хаджар был готов.

Он размахнулся и швырнул осколок кирасы. И маг, на навершии посоха которого все еще плясало пламя формирующегося огненного шара, интикнтивно защитился от броска кирасы единственным, доступным ему в данный момент способом.

Колдун дернул посохом, выставив его перед собой в попытке защититься от броска. И у него это получилось. Вот только огненный шар, так и не сорвавшись в полет, растекся жидким огнем прямо на голову колдуна.

Удивленный и уязвленный, маг был вынужден бороться со своей собственной магией. Ему это удалось без особого труда, но потребовало тех самых секунд, которые требовалось генералу.

И как только последние клубы пламени исчезли в воздухе, Хаджар бросился на мага, занося меч для удара. Но вместо того, чтобы встретить податливую плоть, клинок Хаджара столкнулся с посохом в руке мага. Тот снова успел выставить блок, но непривычный к физическому противостоянию маг споткнулся, на его лице мелькнула паника.

Он начал лихорадочно собирать энергию и пытаться сотворить, под шквалом атак Хаджара, хоть какие-нибудь чары, но так и не успел. Хаджар, нанося очередной удар, уже видел, как маг заносил посох для блока и потому просто остановил меч в полете, а когда волшебник, не успев среагировать, выставил посох, то генерал попросту резко присел и, одним единственным ударом, пронзил насквозь живот мага, перерубая тому позвоночник.

Колдун захрипел и упал на спину, а генерал вытащил меч из дергающегося тела.

Места рассеченный призрачными клинками, местами обледеневший, со следами от ожогов как пламени, так и кислоты, генерал выглядел не самым лучшим образом.

Да и победа, одержанная с таким трудом, оказалась не то, чтобы сильно значимой…

Когда дымка от многочисленных стихий рассеялась, то генерал увидел, что теперь его окружают не сражавшиеся войска, а исключительно только вражеские. Десятки лже-богов, сомкнувшие вокруг свои плотные ряды. Их глаза зловеще поблескивали в полумраке опускавшейся на поле брани ночи. И, если бы не сразу два подряд выматывающих поединка с убийцей и магом, Хаджару не предоставило бы труда пробиться сквозь их окружение.

Но теперь…

Теперь враги наступали. Медленно, угрожающе, и столь же неумолимо. Каждый их шаг, казалось, отзывался в сердце Хаджара мрачным барабанным боем, предвещавшим его конец.

Несмотря на изнеможение, сковавшее его конечности, и раны, избороздившие тело, Хаджар поднял меч. В его сознании даже не промелькнуло мысли о поражении. Его воля все еще была крепка, а меч все так же твердо лежал в ладони.

— Ну давай, — прорычал Хаджар. — кто первый отправится к праотцам?

И не успел среди лже-богов появится первый доброволец, как голова одного из них взорвалась передутым шаром, а меньше, чем через удар сердца, у его соседа из груди врывался фонтан крови и показалось стальное жало.

Воина оторвало от земли и откинуло на плечи ближайшего соратника, а Хаджар увидел, как раскручивая боевое копье, в ряды врубается Лэтэя. Она где-то успела сменить свою тяжелую броню на такую же легкую, как у Хаджара и теперь, словно ожившее торнадо стали и смерти, кружила среди строя противника. Её копье, мерцая в десятках выпадов и сотни взмахах, сеяло вокруг смерть и разрушение. Ломались кости, пронзались тела, крошились черепа, но никто не мог поспеть за скоростью Падающей Звезды.

А когда рядом с нем, сквозь шквал атак, все же оказался противник и замахнулся шипастой, стальной палицей, как сперва от плеча отделилась его рука, затем съехала в сторону нога, а потом и его голова разлетелась на три части.

Хаджар понятия не имел из какого металла были созданы кинжалы Хельмера, да и из металла ли вовсе, но они так же легко резали сталь, как и плоть.

Демон, перепрыгнув через головы противников, хищным коршуном бросился на лже-богов. Он рвал их и терзал, осыпая противников градом ударов. И купался в их страхе и агонии смерти. Кровь проливалась дождем на него, а Хельмер лишь был рад.

Хаджар, опустив меч, опустился на землю. Сил уже почти больше не оставалось.

Когда его товарищи закончили с противниками и расчистили поле вокруг в достаточной степени, чтобы в ближайшее несколько минут их никто не беспокоил, то подошли к генералу.

Лэтэя опустилась рядом и влила в горло генералу пахучую, жутко терпкую субстанцию. Но стоило ему сделать несколько глотков, как он ощутил прилив сил. Несильный, но достаточный, чтобы подняться.

— Что это? — спросил он слегка кривясь.

— Снадобье, — ответила воительница, выбрасывая емкость. — Элейн приготовила. Оно заставляет тебя думать, что у тебя еще есть силы.

Ну замечательно, значит усталость не прошла — Хаджар её просто не замечал. А это далеко не одно и то же.

Но сейчас были проблемы и поважнее.

Как, впрочем, и всегда.

Отправить