Глава 1963

Вокруг генерала, казалось, наступило какое-то потустороннее, неправильное затишье. Лязг стали и крики раненых казались вдруг показались такими далекими, словно Хаджар стоял не посреди поля брани, а где-то за многие сотни метров от него.

Предчувствуя недоброе, глаза генерала, внимательно всматривающиеся в буквально застывшее сражение, уловили мерцание чего-то неестественного. Какое-то дрожание, но не как в случае с убийцей.

И из этого дрожания, как из двери, вышла фигура. Но не с лязгом доспехов или свистом стрел, а в жуткой тишине, которая, казалось, окончательно поглотила оставшиеся крохи шума кровавой битвы.

Фигура была облачена не в окровавленные бригантины, как у окружавших её солдат, усыпавших землю. Нет. Её тело прикрывали одеяния, мерцавшие внутренним светом и излучавшие ауру потусторонней силы, ощутимую даже на расстоянии.

— Ну разумеется, — сплюнул кровью генерал. — Было глупо надеяться, что обойдется без вас…

Глаза колдуна, светящиеся столь ненавистной генералу магической энергией, смотрели на Хаджара так пристально, что взгляд буквально ощущался физически и, кажется, даже давил на воздух между ними, сминая его и вызывая ту самую рябь.

Когда маг поднял руку, земля под ногами Хаджара резко нагрелась, а воздух наполнился запахом серы и горящего пепла. Инстинктивно генерал понял, что предстоящая битва станет для него испытанием, какого он и представить себе не мог — поединок, в облике смертного не просто с Изначальным, так еще и с волшебником.

Замечательно… Просто превосходно…

Первый огненный шар, созданный магом и сорвавшийся с руки последнего, пронесся по воздуху в сторону Хаджара, то его сияние не озарило поле боя зловещим светом, а еще и на миг ослепило генерала.

Не имея щита, способного защитить от подобной атаки, Хаджар принял решение в доли секунды. Нырнув к ближайшему трупу некогда грозного противника, превратившемуся в безжизненную груду плоти и легких доспехов.

Убийца еще сослужит ему службу…

Проскользив по земле, Хаджар поднял тело и скрылся за ним, использовав труп как гротескный щит. Ону спел за доли мгновения до того, как огненный шар достиг своей цели. От силы взрыва по земле прокатились ударные волны, жар и капли горящей земли обрушились на Хаджара. Даже по ту сторону своего «щита», он почувствовал, как его обдало жаром, а в ноздри ударил запах обугленной плоти и выжженной земли.

Вскочив на ноги и отбросив в сторону обугленный труп, Хаджар снова нашел взглядом мага. Одежда колдуна уже развевалась, словно подхваченная невидимой бурей. Воздух вокруг колдуна потрескивал от призванной силы, которой не должны обладать смертные. Но, как и всегда, в любом Законе имелись свои лазейки…

Маг, явно не обрадованный из-за неудачи своей первой атаки, начал произносить что-то на певучем языке, который искривлял пространство, изменяя реальность с каждым произнесенным слогом. Из кончиков его пальцев вырвались ледяные стрелы, бесплотные и мерцающие, подвешенные в воздухе незримыми нитями воли.

Взмахнув рукой, маг послал шквал стрел через тлеющее углями поле боя в сторону Хаджара, который стоял там словно на ладони.

Генерал, осознавая тщетность борьбы с подобными заклинаниями, укрылся за чужим щитом. На этот раз — настоящим. Подкинув его краем сапога, он выставил щит перед собой не только чтобы отбить град ледяных снарядов, но и попытаться частично их отразить.

Ледяные стрелы, встречаясь с местами разбитым металлом, хором разбитых хрустальных бокалов отрекошетили в разные стороны. Несколько из них нашли свои новые цели в виде лже-богов. Вообще — Хаджар целился в самого мага, но так тоже сойдет…

Ничего не подозревавшие жертвы падали, пронзенные ледяными жалами, и в их последних мгновениях они взирали на колдуна так, словно тому было хоть какое-то дело до произошедшего казуса.

Волшебнику, разумеется, было плевать.

Маги…

Заклинания посыпались из его рук и посоха нескончаемым потоком. Земля дрожала по его приказу, а в воздухе гремели раскаты грома. Хаджар, попавший в этот водоворот магии, понял, что просто стоять и пытаться выжить под натиском того, что не мог разбить меч — чистое самоубийство. Но маги, они ведь как и лучники — весьма уязвимы в ближнем бою. Так что генерал, вместо того чтобы убегать от колдуна, наоборот — побежал тому на встречу.

Маневрируя между вспышками различных стихий, уворачиваясь от гейзеров пламени и участков земли, прямо под его ногами покрывшейся коркой льда или кипящей кислоты, Хаджар искал, как и всегда, слабое место противника.

Колдун, при всей своей силе, не был непобедим.

Каждое произнесенное заклинание, каждая вырвавшаяся на свободу стихия требовали какой-то силы, которая, пусть и весьма постепенно, но делала волшебника слабее.

Попытки Хаджара сократить расстояние между собой и магом постепенно превращали поле боя между ними в какое-то аляпистое произведение художника, решившего смешать на холсте самые разные краски.

С каждым шагом генерал сталкивался с новой опасностью. Призрачные клинки пытались рассечь его плоть, огненные вспышки то и дело взрывались с самых неожиданных направлений, а порой и ледяной град обрушивался аккурат на голову. Маг, тем временем, казалось, наслаждался происходящим. Игрался, словно кот с пойманной мышь. Он пребывал в полной уверенности, что простой мечник не сможет ничего противопоставить магии. Но, все же, и он сам, казалось, не был способен задеть верткого воина.

В очередной раз, волшебник величественным жестом вызвал призрачные мечи. Только на этот раз они были куда как больше предыдущих и вместо того, чтобы сразу понестись в атаку, зависли вокруг фигуры мага.

А затем, повинуясь жестам колдун, бесплотное оружие, сорвалось в полет, атакуя сразу со всех направлений. Генерал заметил, как со лба волшебника упали крупные градины пота. Происходящее явно давалось колдуну с большим трудом, но и самому Хаджару от этого легче не становилось.

Генерал пустился в отчаянный пляс, уворачиваясь от шквала призрачных клинков, и каждый промах бесплотной «стали» звучал рядом с ним шепотом раздосадованной костлявой старухи, вновь упустившей столь долгожданную добычу.

И пока Хаджар справлялся со смертельным каскадом волшебных мечей, маг готовил свою следующую атаку. Он поднял посох высоко над головой и с силой вонзил его в землю. В то же мгновение из навершия артефакта вырвались густые, тягучие облака.

Воздух начал потрескивать от электричества, а Хаджар узнал столь знакомую и родную ему зарождающуюся бурю. Взмахнув рукой, развеяв клинки, изрядно вымотавшие их обоих, маг выпустил на свободу молнию. Полоса ослепительного света, освободившись из плена миниатюрной бури, пронеслась по полю боя, пронзая и сжигая всех, кому не повезло оказаться на её пути.

Хаджар, уже практически доведенный до предела своих смертных возможностей, в последний момент успел броситься в сторону. Молния ударила в землю, где он стоял несколько мгновений назад, и ударная волна с силой протащила его по горящей земле, оставляя позади глубокую борозду.

Отправить