Революционер, экономист и юрист, участник подготовки первых декретов Советской власти, мучительно ожидавший высочайшего решения о своей судьбе в зависимости от «правильности» его главной книги – Сталинской премии или сталинского лагеря, учитель, подготовивший огромное количество советских юристов. Все это об одном человеке – академике Венедиктове.

Анатолий Васильевич Венедиктов родился 30 июня (12 июля) 1887 г. в деревне Зирган Стерлитамакского уезда Уфимской губернии, сегодня это село Мелеузовского района Республики Башкортостан. Отец – Василий Яковлевич – был земским, а затем городским врачом в Уфе. Мать – Ольга Ивановна – занималась домашним хозяйством и воспитанием детей.

Поскольку отец в силу занятости на работе практически не бывал дома, мама была наставником во многих вопросах и неизменно поддерживала Анатолия в трудные и даже трагические моменты жизни. Ольга Ивановна занималась освобождением Анатолия от предъявленных политических обвинений в Уфе. После событий 1917 г. из Петрограда уехала любимая девушка Анатолия, с которой они собирались пожениться, и Ольга Ивановна сумела убедить сына отказаться от необдуманных поступков.

В 1905 г. в Уфе Анатолий окончил гимназию. Политической деятельностью стал заниматься в достаточно юном возрасте, еще до окончания гимназии, и даже был подвергнут аресту. В том же 1905 г. он вступил в РСДРП (б). Конечно же, данное обстоятельство отразилось на его дальнейшей жизни, можно сказать, спроектировало его судьбу.

Переезд в Санкт-Петербург и поступление в Санкт-Петербургский политехнический институт, увлеченность учебой на некоторое время отвлекли Венедиктова от политической деятельности. В 1910 г. он закончил экономический факультет политехнического института, а уже в 1912 г. – юридический факультет Санкт-Петербургского университета.

Сплав экономического и юридического образования дал невероятные плоды как в практической, так и в научной деятельности. Неудивительно, что Анатолий Васильевич стал заниматься в первую очередь гражданским правом. Практически сразу по окончании политехнического института Венедиктов начал преподавательскую деятельность. В 1912 г. защитил диссертацию на тему «Слияние акционерных компаний». Впоследствии издал одну из первых своих работ с аналогичным названием.

С 1912 по 1914 г., до начала Первой мировой войны, Анатолий Васильевич проходил стажировку в Германии, в том числе в Берлинском и Мюнхенском университетах, где изучал римское право и гражданское право Германии.

В Мюнхене Венедиктов познакомился с Евгением Брониславовичем Пашуканисом. Они были почти ровесники, оба – правоведы и марксисты, впоследствии сотрудничали в Коммунистической академии. С выходом в свет книги Пашуканиса «Общая теория права и марксизм» (1924 г.) Анатолий Васильевич стал последователем меновой теории. После осуждения и расстрела в 1938 г. Пашуканиса Венедиктов ждал ареста и до присуждения ему Сталинской премии был готов к худшему. Об этом пишут правоведы Юрий Кириллович Толстой и Антон Александрович Иванов, но обстоятельства сложились по-другому.

После Октябрьского переворота 1917 г. Венедиктов, как большевик с юридическим образованием, был привлечен новыми властями к подготовке ряда декретов в сфере гражданского законодательства, включая декрет об отмене наследования и о дарениях. Он теоретически обосновывал необходимость запрета наследования и пресечения дарения на случай смерти. «Требуя, под угрозой недействительности сделки, нотариального или судебного акта для дарения или иного безвозмездного предоставления имущества на сумму от одной до десяти тысяч рублей, Декрет ставил тем самым и эти дарения под контроль государства».

При переезде властей в Москву Анатолий Васильевич остался в Петрограде и на время оказался в стороне от бурной нормотворческой деятельности большевиков. В том числе подготовка ГК РСФСР прошла без его активного участия. Как утверждают его ученики, он сильно переживал по этому поводу.

Некоторое «охлаждение» взаимодействия с верхними эшелонами власти позволило ему больше заниматься научной и педагогической деятельностью.

О. С. Иоффе, В. К. Райхер и Ю. К. Толстой в замечательном очерке, посвященном Венедиктову, разделяют педагогическую деятельность Анатолия Васильевича на этапы, указывая на то, что с 1919 по 1930 г. работа Венедиктова «сосредоточена на экономическом факультете (его «alma mater») Политехнического института. Здесь в 1922 г. Государственным ученым советом Наркомпроса РСФСР он утвержден профессором и заведует кафедрой гражданского права до разукрупнения института и ликвидации в связи с этим экономического факультета».

В это же время Венедиктов вел активную научную работу в Научно-исследовательском институте Наркомфина (1919–1927), участвовал в подготовке документов этого наркомата. Всего лишь через несколько лет Анатолий Васильевич стал ведущим цивилистом Советского Союза.

Во время Великой Отечественной войны в силу возраста Анатолий Васильевич не был призван в армию, а в 1942 г. был эвакуирован из осажденного Ленинграда в город Елабуга Татарской АССР. Преподавал в Елабужском учительском институте и в Воронежском государственном университете, располагавшемся во время войны в Елабуге. Выступал с лекциями по истории государства и права на заводах и в воинских частях.

В 1958 г. Венедиктов был избран действительным членом Академии наук СССР, минуя стадию члена-корреспондента. Варшавский университет избрал его своим почетным членом.

Анатолий Васильевич занимался активной научной деятельностью в Институте советского строительства и права Коммунистической академии, преобразованном затем в Институт права Академии наук СССР (1928–1937, 1947–1954, 1958–1959), и во Всесоюзном институте юридических наук (1943–1946).

Весьма разнообразна была и законопроектная работа Венедиктова. Наряду с участием в подготовке уже указанных декретов Анатолий Васильевич участвовал в кодификации советского законодательства: в 1919–1925 гг. – по проектам различных финансовых уставов (налоговых, валютного, денежного, кредитного) как председатель Кодификационной комиссии; в 1947–1948 и 1952 гг. – по проекту Гражданского кодекса СССР как председатель подкомиссии при Комиссии законодательных предположений Совета Союза Верховного Совета СССР.

Венедиктов, будучи известным человеком, не мог быть в стороне от общественной жизни. Он был депутатом Василеостровского районного Совета депутатов трудящихся (1934–1939). Дважды избирался в Советский комитет защиты мира (в 1952 и 1955 гг.), где работал до конца своей жизни. Был членом Технико-экономического совета при Ленинградском совете народного хозяйства; редакционных коллегий журналов «Известия АН СССР. Отделение экономики и права», «Правоведение» и «Вестник Ленинградского университета», и этот перечень может быть продолжен.

Написанная с привлечением многообразного законодательного и практического материала, работа стала первым исследованием правовой природы социалистических государственных предприятий и сыграла большую роль в борьбе с формально-догматическими теориями, хотя отдельные из ее выводов, отражая состояние юридической и экономической науки того времени, впоследствии уступили место новым решениям, к которым автор пришел в своих позднейших работах. В этом издании чувствуется влияние «меновой теории» Пашуканиса. Впоследствии Анатолий Васильевич скорректировал свою позицию.

Среди его работ следует также выделить следующие: «Кодификация кредитного и валютного законодательства» (1924), «Договорная дисциплина в промышленности» (1935), «Гражданско-правовая охрана социалистической собственности в СССР» (1954), «Организация государственной промышленности в СССР» в двух томах (1957–1961).

Но, безусловно, главной книгой жизни Венедиктова была «Государственная социалистическая собственность», за которую он получил Сталинскую премию в 1949 г. В ней основное внимание ученого сосредоточено на разработке общего определения права собственности и выявлении сущности права государственной социалистической собственности, характеристике правового режима основных и оборотных фондов государственных предприятий, анализе административно-правовой и гражданско-правовой природы органов управления социалистическим хозяйством, а также на определении природы юридических лиц с освещением истории их развития в СССР и характеристикой правового режима их отдельных видов. В книге были сформулированы права государственной социалистической собственности и юридического лица.

Ю. К. Толстой описал ситуацию с выходом этого издания: «Главным носителем космополитизма на факультете считался Венедиктов, несмотря на свое сугубо славянское происхождение. Кое-кто жаждал его крови. Мишенью должны были избрать ту же „Государственную социалистическую собственность”. Наметили заседание, на котором Венедиктова должны были громить, распределили роли, выделили тех, кто призван был обрушить критические дубинки. Словом, оставалось лишь нажать спусковой крючок. И надо же такому случиться: буквально за несколько дней до чистилища объявляется постановление Совета Министров СССР о присуждении Анатолию Васильевичу за эту книгу Сталинской премии. И что бы вы думали – те, кто должен был громить Венедиктова, выполняют новое ответственное поручение – выступают со славословиями в его адрес».

Ярким примером трудностей, возникавших перед правоведами из-за запрета частного права, является дискуссия вокруг понятия юридического лица. Это был тот самый случай, когда слово есть, а материального объекта – нет. А в соответствии с марксистским материалистическим мировоззрением должен быть. Представления «буржуазных» цивилистов, согласно которым юридическое лицо является правовой формой осуществления экономической деятельности, закрепленной в законодательстве и существующей только в нормах права, то есть юридической фикцией, марксизму не соответствовали. «Теория фикции находила живых людей за фигурой юридического лица только путем отказа от самой категории юридического лица как реальной правовой формы, путем отказа от понятия юридического лица как реального коллектива», – упрекал представителей теории фикции Венедиктов. Вообще, совмещение права и марксизма – сложная задача. Наверное, это можно сделать только по известному рецепту – смешать, но не взбалтывать. Ведь коммунистическая идеология способна низвести любой научный спор до уровня классовой вражды, переходящей на личности. Отсюда и растроение личности – думать одно, говорить другое, а делать третье. Защитная реакция, конформизм, ритуальность и осторожность.

Ю. К. Толстой, вспоминая о дискуссиях со своим учителем Анатолием Васильевичем, пишет: «Как-то я настаивал на том, чтобы в дискуссии о системе права он занял более твердую позицию. Происходило это уже после того, как Венедиктов стал академиком. В качестве аргумента ссылался на то, что теперь-то ему бояться нечего и нельзя быть таким осторожным человеком. „Я осторожный человек?” – переспросил меня Венедиктов. Я с жаром стал доказывать, что так оно и есть. Он спокойно меня выслушал, а потом сказал: „Вы ошибаетесь, я очень осторожный человек”».

Венедиктов определял юридическое лицо как «форму правовой организации: 1) собственности социалистического государства и 2) производственно-трудовой деятельности определенной части советского народа – коллектива рабочих и служащих».

Теория коллектива Венедиктова и теория государства С. И. Аскназия основывались на том, что государство через созданный им коллектив или непосредственно само управляет принадлежащим ему имуществом. Нужно сказать, что в советские времена трудовой коллектив был одной из многочисленных ценностей той эпохи наряду с безграничной преданностью народа государству в лице партии и правительства, его героическим бескорыстным трудом на благо родины и т. д. и т. п.

Венедиктову возражал его соратник Б. Б. Черепахин: «Нельзя отождествлять юридическое лицо с его наличным людским составом, как нельзя отождествлять реку с той массой воды, которая заполняет ее русло в данный момент. Вода сменяется… а река в своем движении остается неизменной, как определенное единство». Согласно теории социальной реальности Д. М. Генкина и позже Б. Б. Черепахина, юридические лица возникли в соответствии с условиями товарного производства, являются субъектами гражданского права и отражают отношения в этой области, необходимость их существования обусловлена социально-экономическим строем Советского государства. Теория директора базировалась на том, что сущность юридического лица проявляется в фигуре директора, поскольку директор выражает волю юридического лица и неотделим от последнего.

В общем, теорий было много, но после возвращения в стране в конце ХХ века полноценного гражданского (экономического) оборота, частной собственности правовая фикция постепенно вернулась в юридический лексикон.

При высокой оценке трудов Анатолия Васильевича, безусловно составивших веху в развитии правовой научной мысли и сохраняющих важное значение, разумеется, не все положения, которые отстаивал ученый, выдержали испытание временем. Едва ли, в частности, можно безоговорочно принять то, что писал Венедиктов о презумпции права государственной социалистической собственности.

Венедиктов был одарен исключительной трудоспособностью. Ю. К. Толстой вспоминал: «В 1951 г. Анатолий Васильевич перенес тяжелый инфаркт. Иные на его месте заметно свернули бы свою научную деятельность, довольствуясь тем, что достигнуто. Не таков был Венедиктов. Едва оправившись от болезни, он начинает работать с удвоенной энергией, опасаясь лишь одного – что не успеет свершить всего, что задумано. Его творческая продуктивность в последние годы жизни поразительна. В 1954 г. он публикует монографию «Гражданско-правовая охрана социалистической собственности», одновременно работая над многотомным исследованием, посвященным истории организации государственной промышленности в СССР. Первый том этого фундаментального труда объемом в 56 уч. – изд. л. публикуется в 1957 г. Готовя к публикации первый том, Анатолий Васильевич продолжает интенсивно трудиться над последующими. Материалы этих разработок составили второй том объемом 62,5 уч. – изд. л., который опубликован в 1961 г., уже после кончины ученого».

Умер Анатолий Васильевич Венедиктов 9 августа 1959 г. в Ленинграде. Похоронен на Серафимовском кладбище.

Семьи у Анатолия Васильевича не было, но было и остается большое количество последователей и огромное число учеников.

Наиболее известные ученики – это, конечно же, Юрий Кириллович Толстой, академик Российской академии наук, заслуженный деятель науки, доктор, профессор, учитель огромного количества юристов, автор работ по гражданскому, жилищному праву, истории и теории права, член Совета по кодификации гражданского законодательства при Президенте РФ со дня его основания, участвовал в подготовке Гражданского и Жилищного кодексов и других актов; Борис Лазаревич Хаскельберг, доктор юридических наук, профессор, один из выдающихся цивилистов и педагогов Советского Союза и Российской Федерации, занимался правом собственности, обязательственным правом, теорией государства и права, долгое время возглавлял кафедру гражданского права Томского государственного университета.

Отметим, что в здании, где расположен юридический факультет Санкт-Петербургского государственного университета (22-я линия Васильевского острова, 7), в фойе центрального входа стоит бюст академика Венедиктова. Башкортостанское отделение Ассоциации юристов России учредило в честь великого правоведа и земляка премию имени А. В. Венедиктова и вручает ее с 2016 г. за вклад в законотворческую деятельность. В 2023 г. в Уфе установлен бюст выдающегося правоведа.