Сара.

 

Сара припарковала машину на подъездной дорожке и потащила в дом открытую коробку с консервами. Она ездила к своему киоску — хотя бы повесить на входе табличку «Временно закрыто». Когда она снова почувствует себя в состоянии поднять жалюзи и встать за прилавок, она понятия не имела.

Когда-то, ещё студенткой, после лечения дёсен она пережила такую боль, что даже самые мощные анальгетики не приносили облегчения. Тогда ей казалось, что эта мука не кончится никогда.

Примерно так же обстояло дело теперь — только вместо боли было чувство угрозы.

Она не могла даже приблизительно представить, что когда-нибудь вернётся к чему-то вроде «нормальной» повседневной жизни.

Запасшись полуфабрикатами и напитками, она целый час бесцельно колесила по лесным дорогам — по Потсдамскому шоссе до озера Гросс-Глинике и обратно в Шпандау. Однако живописный маршрут вдоль воды на этот раз не оказал своего обычного действия. А когда незадолго до Кладова, уже на обратном пути, она проехала мимо магазина электроники, внутреннее напряжение не просто не ослабло — оно сжало её, как тиски.

Магазин рекламировал в витрине инфракрасные камеры.

Конечно!

С этого мгновения Сара не могла думать ни о чём другом, кроме спрятанных в её доме объективов и видеомониторов, с помощью которых «Сосед» наблюдал за ней в реальном времени.

Если преследователю удалось отслеживать каждый её шаг при помощи тайно подброшенных ЭйрТегов, он наверняка нашпиговал её дом и другими «жучками».

Поэтому, вернувшись на Хабихтвег, Сара уже во второй раз принялась переворачивать дом вверх дном. Только теперь не резиновым молотком в поисках пустот, а невооружённым глазом и отвёрткой — в поисках скрытых камер.

«Мне действительно нужна твоя помощь», — сказала она на автоответчик отца, который включился с первого же гудка. Она уже буквально тосковала по его неуёмной деятельности — как он первым делом бросился бы менять замки на случай, если она когда-нибудь ещё решится провести здесь ночь. Что сейчас она едва могла себе представить. Впрочем, по опыту она знала: пройдёт немало времени, прежде чем он вообще прослушает сообщение. Скорее всего, он объявится у неё в Берлине раньше, чем она получит ответ на вопрос, выехал ли он уже.

«А до тех пор я справлюсь сама», — мысленно подбодрила она себя.

В эту минуту она стояла с отвёрткой в руке на стремянке посреди гостиной, прямо под датчиком дыма, и испытывала почти физическое отвращение к пребыванию в собственном доме.

«Но я должна. Я должна их найти».

Доказательства. Чтобы ей наконец поверили.

Сара была уверена, что не сошла с ума.

Уверена, что существует некто, кто не просто тайно наблюдал за ней, подбрасывал «жучки» в её сумки и получил доступ к самым интимным закоулкам её частной жизни, — но и замёл следы несчастного случая со смертельным исходом. Правда, она не понимала, как ему это удалось — не оставив ни единой улики. Так же как не могла постичь мотивов этого «сталкера-ангела-хранителя». Но он был реален. И ощущение невидимой угрозы, исходившей от него, росло с каждой минутой — хотя, по существу, он ещё ни разу не причинил ей вреда. Ходил за неё за покупками, выносил мусор… или избавлялся от трупов…

Хрясь! Пронзительный писк резанул тишину, когда она сняла крышку датчика дыма. Предупредительный индикатор продолжал мигать с интервалом в пять секунд.

«Ладно. И что теперь?»

Сара понятия не имела, до каких размеров нынче уменьшились подслушивающие устройства и камеры. Она помнила, что где-то читала: датчики дыма, лампы, телевизоры и розетки — излюбленные тайники шпионов. А объективы камер давно могут быть не больше булавочной головки и прятаться в прорезях винтовых шляпок.

Если это так, искать можно до скончания века.

На первый взгляд ничего подозрительного она не обнаружила.

Она как раз собиралась вынуть батарейки, когда услышала звук, неприятно напомнивший ей о взломщике прошлой ночи.

Медленно она спустилась со стремянки. Бесшумно, в одних носках, прокралась к входной двери, в которую кто-то колотил кулаками.

Сара огляделась в поисках чего-нибудь более внушительного, чем зажатая в пальцах отвёртка, — и тут с ужасом увидела, что входная дверь открывается.

Она хотела развернуться и бежать к заднему выходу, но в следующее мгновение узнала мужчину на пороге.

— Хайко?

Перед ней стоял бывший. Лицо его было искажено такой яростью, что она машинально вскинула локоть к голове, инстинктивно ожидая удара. Однако пока он ограничился криком:

— Ты что, рехнулась?!

Он протиснулся мимо неё в дом.

— Я?! — ошеломлённо крикнула она ему в спину. Этот вопрос скорее стоило адресовать ему самому. Само его появление было наглядным свидетельством нервного срыва. — Как ты вошёл?

— Вот! — Он швырнул связку ключей на пол.

— Откуда они у тебя? — выдохнула она.

— Твой запасной комплект. Случайно прихватил в день своего изгнания, — рявкнул он и тут же перешёл к оскорблениям: — Ты самая коварная тварь, которую я когда-либо встречал!

Безумным взглядом он обвёл прихожую — и, видимо, нашёл то, что искал. Широким шагом он прошёл на кухню, к задней двери, ведущей в сад. Там обеими руками вырвал москитную сетку из креплений.

— Ты спятил? — теперь закричала и Сара. Она держалась на расстоянии от бывшего, который с побагровевшим лицом и пульсирующей жилой на шее вылетел из кухни в гостиную и двумя руками сорвал телевизор со стены.

— Нет, я в полном здравии! — заорал он, с размаху пнув экран на полу. — Я просто забираю обратно свою работу. Ты ведь не хотела её — как я понял!

Сара тем временем сообразила схватить телефон и начала снимать приступ бешенства стоматолога. Его ничуть не смутило то, что она направила на него камеру, — он уже вырывал из креплений привинченную вешалку в прихожей.

Напротив. Он развернулся к Саре и заговорил прямо в объектив:

— Давай, снимай. Выложи в интернет — точно как свои грязные лживые отзывы!

— О чём ты говоришь?

— Jameda, Sanego, Arztauskunft, DocInsider!

— Я не понимаю, о чём ты, Хайко!

— Да неужели? — Он выудил из кармана куртки свой телефон. Открыл фотогалерею — скриншоты десятков интернет-страниц, почти сплошь сайты с отзывами о врачах и клиниках.

— Значит, это не твоё фото? Не твой адрес электронной почты? И не твой текст, который ты копировала снова и снова — повсюду? Даже на Google и Doctolib?

Он повернул экран к себе и прочитал вслух:

— «Доктор Хайко Марш — некомпетентный извращенец!»

У Сары отвисла челюсть.

— «То, что он запорол мне лечение корневого канала и я уже несколько недель мучаюсь от невыносимой боли, — это я, возможно, ещё пережила бы. Но то, что он преследует меня лично, без предупреждения является ко мне домой и буквально навязывается помочь с обустройством нового жилья, должно стать предупреждением для каждой пациентки!»

— Я тебя неправильно лечил? Навязывался тебе?

Она отступила на шаг, но всё равно почувствовала, как его слюна попала ей на щёку.

— Эта грязь теперь навсегда в интернете!

Он ворвался в гостевой туалет — сорвать с окна жалюзи-плиссе.

«Хайко, пожалуйста, выслушай меня. Это не я. У меня есть сталкер. Он вмешивается во все мои дела — вероятно, потому что считает, будто обязан мне помогать. Ради этого он проникает в мой дом, следит за мной и наверняка получил доступ к моему ноутбуку. Это он написал те отзывы. Не я. Ты должен мне поверить!»

Всё это Сара хотела сказать Хайко, прежде чем тот — по-прежнему вне себя от ярости — вылетел через заднюю дверь. Но ни единого слова не слетело с её губ.

Причиной был телефон.

Она всё это время держала его на вытянутой руке — в защитном жесте, не выключая. Даже в гостевом туалете. И когда её взгляд снова скользнул по экрану — как раз в тот миг, когда Хайко протискивался мимо неё обратно в коридор, — она увидела это.

Мерцание.

Связанное с ним осознание парализовало её — точно так же, как когда-то парализовал фоторобот.

В хижине. Тот самый, на котором она узнала в Ральфе самого разыскиваемого психопата Германии.

Теперь, одиннадцать лет спустя, это было не фото, а мерцание — крохотная пульсация света, сковавшая её по рукам и ногам.

Невооружённым глазом его было не заметить. Но стоило посмотреть через камеру телефона — и оно проступало, словно по волшебству.

Отчётливо. Однозначно.

Этот трюк когда-то показала ей Руби, чтобы проверить, жива ли батарейка в пульте от телевизора. Просто открыть приложение камеры и навести на пульт, удерживая кнопку включения. Матрица телефона расшифровывала излучение в частотном диапазоне, невидимом для человеческого глаза. Точно такие же световые волны исходили сейчас от зеркала Сары. На уровне глаз.

Прямо над раковиной.

«Вот оно. Вот доказательство!» — подумала она и коснулась указательным пальцем серебристой стеклянной поверхности — там, где в толще зеркала пряталась скрытая камера.

Затем она остановила запись и потянулась за визитной карточкой, которую Эдди дал ей накануне.

И в этот момент случайно приняла звонок с неизвестного номера, который собиралась сбросить.

 

 

Отправить