Альваро работал в «RealEstate» — агентстве недвижимости, которое занималось продажей не только чужих, но и собственных объектов. В начале нового тысячелетия, когда процентные ставки ещё оставались низкими, а берлинские пригороды — доступными, компания вкладывалась в строительство жилых комплексов. В том числе того, где теперь жила Сара.

Так что Альваро был скорее её арендодателем, нежели риелтором.

А прежде всего — соседом. Он жил с семьёй над офисом фирмы, в половине двухквартирного дома на Закровер Ландштрассе. Одна автобусная остановка от киоска Сары. Всего одна.

— Спасибо, что подвозите!

От его дыхания тянуло остывшим сигаретным дымом.

Сара молча кивнула. А был ли у меня выбор?

Альваро добирался с сыном до автобуса на общественном транспорте, и отказать ему было бы попросту невежливо. К тому же время в машине можно было использовать, чтобы прощупать его. Не случайно трудные разговоры так часто ведутся в автомобиле: уклониться некуда, но и смотреть друг другу в глаза необязательно.

— Итак, что не так с моим домом? — спросила она и в последнее мгновение ударила по тормозу, чтобы на Хеерштрассе не влететь под камеру контроля скорости.

— Дело, так сказать, в предыдущем владельце, — ответил Альваро.

Густав Альмен.

Сара знала это имя — по письмам, которые время от времени всё ещё оказывались в её почтовом ящике. Насколько ей было известно, Альмен перебрался в дом престарелых, однако в какой именно — никто не мог ей сказать, и она раз за разом отправляла конверты обратно с пометкой «Получатель выбыл в неизвестном направлении».

— Что с ним?

— Странный тип. Пожилой — под восемьдесят ему было, когда он вышел на нас и заявил, что хочет в дом престарелых. Попросил найти покупателя. Это было полтора года назад.

Сара кивнула. Она слышала, что недвижимость долго не находила нового хозяина. RealEstate месяц за месяцем сбрасывала цену. Но процентные ставки стояли на рекордных отметках, рынок плохо утеплённых домов с газовым отоплением переживал упадок. Для неё — удача.

В конце концов агентству пришлось сдавать дом в аренду.

— Пока мы искали покупателя, Альмен продолжал распоряжаться домом. Сдавал его отдыхающим.

— И?

На городских окраинах это, может быть, практиковалось не так широко, как в модных центральных кварталах или около университета, но ничего из ряда вон выходящего. И всё-таки её риелтор говорил таким тоном, словно выдавал постыдную тайну, которую можно доверить лишь шёпотом.

— Были жалобы!

— Какого рода?

Ответ одновременно удивил её и заставил насторожиться.

— Больного рода!

Он перегнулся вбок, вытягивая сложенную распечатку из правого заднего кармана брюк. Очевидно, к сегодняшней встрече Альваро готовился заранее.

Лист формата А4, который он развернул, оказался страницей с портала краткосрочной аренды жилья. Под заголовком «Идеальный оазис между Берлином и Потсдамом» Сара узнала свой дом — крупный план фасада; рядом россыпью, размером с почтовую марку, — фотографии интерьера.

Альваро распечатал длинный комментарий. Судя по всему, его оставил один из бывших постояльцев.

— Простите, но если вы не хотите, чтобы мы попали в аварию, вам придётся прочитать мне это вслух.

Альваро указал вперёд. Светофор, к которому они приближались, сменился на красный. Сара встала в правый ряд за двухэтажным автобусом BVG.

Альваро благодарно кивнул — так, будто она затормозила исключительно ради него.

— Пожалуйста, — сказал он, протягивая ей листок. — Я хочу, чтобы вы прочитали это сами.

---

Никогда больше!

Мы забронировали на неделю, но уехали через два дня. В первую же ночь мы услышали странные звуки — казалось, они шли откуда-то из-под пола. Скрип и скрежет, точно кто-то мучает старые пружины кровати. Забавный факт: в доме нет подвала!

Ну, подумали мы, не люксовая постройка — может, водопроводные трубы, откуда мне знать.

А потом — наша последняя ночь. Хочу пить, спускаюсь вниз, достаю минералку из холодильника. Ищу стакан — и тут получаю шок всей своей жизни. Настоящее чудо, что я ещё жива. За моей спиной вдруг стоит старик. Я кричу, швыряю бутылку. Мой парень скатывается по лестнице. А старика уже нет.

Понятия не имею, как. Потайная дверь или что-то в этом роде. Или люк в полу кухни.

В панике мы звоним арендодателю на мобильный. И тут — звонит. Без шуток. Где-то глухо, как за стеной. Или внутри стены! Звонок сбрасывают.

Мы, конечно, тут же свалили. Сумасшедшие люди. Арендодатель — полный псих. Устроил себе в доме тайные ходы и живёт там, пока вы находитесь внутри!

 

 

Отправить