Если верить статистике, восемьдесят четыре процентов жителей Японии придерживаются традиционных верований – синтоизма и буддизма. Можно встретить такие цифры: синтоистов более пятидесяти двух процентов, буддистов – около тридцати пяти.

В принципе, выходим на несколько бÓльшую, но сопоставимую в процентном отношении цифру. Однако целесообразно ли делить? В Азиатско-Тихоокеанском регионе собственные варианты буддизма так глубоко проникли в традиционные верования, что разделить их механически крайне сложно. Количество христиан различных конфессий колеблется от двух до трех процентов. Около четырех процентов составляют представители других религий – мусульманства, иудаизма, а также традиционных религий Дальнего Востока, Индии, Ирана – конфуцианства, индуизма, сикхизма, джайнизма… Около семи процентов позиционируют себя как атеисты.

В разных источниках цифры будут несколько отличаться, но соотношение между количеством верующих мало изменится.

Однако в этой статистике присутствует известная доля лукавства. Во-первых, многие восточные религии не исключают права верующего придерживаться нескольких, а не одной. Так, было подсчитано, что верующих в Японии больше, чем жителей, – и причинa тому как раз-таки двойная статистика. С другой же стороны, синтоистами и буддистами часто называют себя те, для кого принадлежность к данной религии является наследственной, при этом вера ограничивается лишь соблюдением некоторых традиций. Это поведение не осуждается в обществе, современная Япония отличается большой веротерпимостью. Отсюда принципиально иная статистика – неверующими можно назвать до шестидесяти пяти процентов японцев.

Как бы то ни было, вера для японцев многое значит

И опять же, эта статистика не даст правильного представления о мировоззрении современного японца. Да, вряд ли он наделит человеческими чертами зеркало или кувшин. Или припишет цунами воле недружелюбных богов. Но он будет совершенно искренне восхищаться миром, в котором находится место таким явлениям, как цветение сакуры, – вроде бы обычное сезонное изменение, но потомок синтоистов найдет в нем не просто прекрасное, а непостижимо прекрасное.

Работает этот принцип и в обратную сторону. Конечно, рационально мыслящий сотрудник какогонибудь офиса в Иокогаме или Токио вряд ли поверит в то, что в метро его может подстерегать злонамеренный призрак или его компьютер обладает собственной недоброй волей. Но эти городские легенды – похожие на знакомые нам «страшилки», которые охотно рассказывали в пионерских лагерях после отбоя, – будут иметь притягательность, будоражащую воображение. Локализация соответствует аудитории, месту и времени: слушатель должен поверить, что это может произойти здесь и сейчас, иначе должного эффекта не будет. И да, в них легко проследить связи со сверхчеловеческими и потусторонними существами из старинных легенд, но также проявляется открытость, чуткость к современным тенденциям. Появляются новые реалии – появляются новые духи. И конечно же, они проникнуты особым японским мистицизмом, который делает их по-настоящему пугающими.

Познакомимся же с некоторыми из городских легенд, наиболее распространенными и популярными.

И начнем мы с той из них, которая интуитивно понятна и нам, ведь и в русской культуре есть что-то подобное. Наверняка вы слышали историю о том, что после строительства Покровского собора в Москве, он же храм Василия Блаженного, Иван Грозный повелел ослепить архитекторов, чтобы они никогда и нигде не построили ничего подобного. Ходили также слухи, вышедшие даже за пределы страны, что архитекторов казнили. Но ни единого реального подтверждения так и не нашлось, и ныне ученые склонны считать это вымыслом.

Однако у них не вызывает сомнений существование у многих народов так называемого ритуала строительной жертвы. Возник он еще в первобытности: в основание строения замуровывали человека, дух которого, согласно поверьям, защищал жилище в дальнейшем. Также думали, что строение будет надежнее. Даже в христианской средневековой Европе эта практика оставалась в ходу. В жертву, как правило, приносили женщин и детей. Под это даже пытались подвести религиозную базу: раз Бог Отец принес в жертву своего Сына, значит, так и следует поступать людям. И понадобилось время, чтобы людей стали заменять жертвенными животными. А уж в Азии такого рода обычаи сохранились на протяжении Нового и Новейшего времени.

В Японии этот ритуал носил название «хитобасира». Традиционно жертвами становились мать и младенец. Их живыми замуровывали в одну из опор и верили, что теперь дому не страшны ни землетрясение, ни нашествие врагов. Этим же словом – хитобасира – называли и сами жертвы. Оно и трактуется как «людистолбы».

Ну а теперь обратимся к преданию, причем не такому уж и древнему – оно возникло в XVII веке. Замок Мацуэ оказалось очень непросто построить: он несколько раз разрушался еще в процессе строительства, как будто бы что-то мешало. И архитектор велел провести древний обряд. Похитили юную девушку и с соблюдением всех ритуалов замуровали ее в один из столбов. Строительство завершилось успешно, замок стоит до сих пор, и тем, кто приезжает сюда на экскурсии, конечно, расскажут леденящую кровь историю о замурованной девушке и о ее духе, охраняющем Мацуэ. Считается, что призраки хитобасира могут являться людям.

Наверное, к числу самых жутких и страшных историй принадлежат рассказы о детских игрушках, которые из добрых спутников детства становятся губителями. Невозможно сосчитать, сколько фильмов, ставших классикой хоррора, имеют такую сюжетную основу. Кукла – игрушечное подобие человека, это добавляет легендам страшной притягательности. В Японии рассказывают о кукле Окику, в которую вселилась душа умершей девочки, ее хозяйки.

Двухлетняя Окику получила игрушку в дар от старшего брата Эйкичи, которому прическа куклы показалась похожей на прическу маленькой сестренки. Называют не только имена участников этой истории, но и год, когда якобы происходили жуткие события, – 1918. Внезапно Окику умерла от простуды, и родители, согласно традиции, поместили куклу на домашний алтарь. Все домочадцы были шокированы, когда увидели, что у куклы начали расти волосы. Был сделан вывод, что в куклу вселилась душа Оки-ку. При переезде семья оставила куклу в монастыре города Ивамидзама. Эта кукла никого не убивает и не пугает, но, согласитесь, слушать такой рассказ, особенно после захода солнца, страшновато. А если рассказчик, чтобы история выглядела более достоверной, добавит подробность, что волосы подвергали анализу, и оказалось, что они не искусственные, а человеческие, – станет и вовсе не по себе.

Есть история о кукле Мэри-сан, которая убила свою хозяйку. Сюжет не слишком оригинальный, подобное можно найти в различных культурах. Вероятно, эта легенда вторична. Интересно здесь разве что то, что кукла, прежде чем начать преследовать девочку, звонит ей по телефону – явная аналогия с фильмом «Звонок».

С играми и игрушками связана еще одна легенда – об игре в прятки с самим собой, то есть хитори какуренбо, название переводят также как «прячься и убивай». Для нее нужна кукла – а как же! – а также рис, красная нить, нож, кусачки для ногтей и чашка подсоленной воды. Ужас игрок начинает испытывать уже на этапе подготовки: куклу следует разрезать и поместить в нее рис и отстриженный ноготь, затем зашить той самой красной нитью и дожидаться наступления трех часов ночи. Надо понимать, процесс ожидания будет холодящим кровь. С наступлением назначенного времени следует пойти в ванную, положить куклу в наполненную водой раковину и трижды произнести магическую формулу: «Первым водит…» – и добавить имя игрока. Продолжение игры – в спальне, куда игрок приходит, предварительно выключив весь свет во всех комнатах. Закрыв глаза, игрок считает до десяти, возвращается в ванную, бьет куклу ножом и предлагает ей искать себя. Считается, что после этого кукла будет преследовать его неотрывно. Впрочем, можно в любой момент прекратить игру, сбрызнув куклу соленой водой (вот почему ее нужно приготовить заранее) и трижды повторив: «Я выиграл». Но можно и не успеть – и тогда кукла убьет игрока.

Еще одна игра – кагомэ-кагомэ – на первый взгляд сравнительно безобидна: водящие стоят с закрытыми глазами, а другие участники игры водят вокруг них хоровод, поют и пытаются напугать. Бытует легенда: как-то раз, после Второй мировой войны, дети играли в кагомэ-кагомэ, нарушили правила, и с тех пор играть в нее действительно страшновато: лица играющих искажаются и становятся кошмарными, как у монстров.

Мы вряд ли ошибемся, если скажем, что основная целевая аудитория страшных легенд – дети и подростки. Отсюда и отсылка к играм, и типичное место действия городских легенд (наши «страшилки» – не исключение) – образовательные учреждения. Одна из популярнейших японских легенд рассказывает о туалетном привидении Ханако-сан, обитающей в третьей кабинке всех школьных туалетов. Куда до нее Плаксе Миртл из саги о Гарри Поттере! Та обитала только в Хогвартсе. Для Ханако же нет никаких разумных границ. Предполагается, что школьница тоже погибла насильственной смертью. Иногда даже уточняют, что произошло это в годы Второй мировой войны, при бомбардировке, и виноваты были в этом одноклассники – они заперли бедняжку, и она не смогла спуститься в бомбоубежище. Есть и другие варианты: ее убила мать в отместку за измену отца или маньяк. Как бы то ни было, в отличие от Миртл, Ханако не прочь отыграться на живых и даже может утащить человека в унитаз. Однако с ней можно поладить, если не пытаться попасть в ее кабинку или проявить вежливость: трижды постучать в дверь и окликнуть Ханако по имени. Те же, кому не хватает острых ощущений, могут вызвать призрак Ханако, проведя простенький ритуал перед зеркалом в ванной комнате.

Существует версия, что фантазия создателей этой легенды не случайно «поселила» Ханако в туалете. Вода у японцев – символ ухода в иной мир, мир мертвых. По аналогии вспоминается, что «жилище» призрака Садако в культовом «Звонке» – колодец. К слову, оба сюжета соединены и блистательно, не без юмора, обыграны в популярных японских аниме и игровом фильме «Дотянуться до тебя», главную героиню которой, школьницу по имени Савако, сравнивают с Садако и панически боятся, считая, что ее взгляд несет проклятие.

Конечно же, вы отметите, что не только у японцев с водой связаны представления о грани между мирами: достаточно вспомнить Стикс из древнегреческих легенд, да и речку Смородинку из русских народных сказок, которая тоже считается переходом между миром живых и миром мертвых, населенным жуткими существами, – поэтому и Змей Горыныч появляется именно на ее берегу.

Да, похожие страшные истории мы найдем у людей различных культур. Так, например, в повести Эдуарда Успенского «Красная рука, черная простыня, зеленые пальцы», представляющей собой своеобразную антологию страшных историй, есть эпизод о черной смерти, которая тоже обитала в туалете.

Если с Ханако можно поладить, то другой туалетный призрак, Ака Манто, то есть Красный плащ, убивает без раздумий, и шансов выжить после встречи с ним почти нет. Прекрасный молодой человек сам заходит в школьный женский туалет и без смущения интересуется, какой цвет больше нравится девушке, красный или синий. Проблема в том, что правильного ответа на этот вопрос нет: выбравшей красный призрак отрубает голову, а выбравшую синий – душит. Думаете, можно выбрать какой-то другой цвет и уцелеть? Нет, при выборе любого третьего варианта разверзнется пол, и несчастная окажется в аду. Единственный вариант спасения – отказаться от выбора (только не забываем о вежливости!) и поскорее уйти.

Еще одна жуткая обитательница женских туалетов – Касима Рейко, призрак девушки, лишившейся ног под поездом. Всех, кто заходит в туалет, она вопрошает: «Где мои ноги?» Если найти желаемый ответ, она смилостивится над жертвой. Впрочем, в другом варианте легенды ее помещают на место гибели – железную дорогу, и встреча с ней, разумеется, тоже не сулит ничего хорошего. Ночами она перемещается на локтях близ железной дороги и издает при этом звук «тэк-тэк», в связи с этим ее другое наименование – Тэк-Тэк. Встретив человека, она разрубает его косой пополам. Однако и в этом варианте легенды спастись может тот, чей ответ на вопрос о ногах понравится призраку.

Не менее жуткий призрак – девочка, поскользнувшаяся в ванной и лишившаяся глаза (снова рядом с водой!). Именно там она и подстерегает своих жертв. Она не то чтобы опасна, но, согласитесь, волосы встают дыбом от мысли, что за вами может шаг в шаг ходить призрак. Поэтому, если увидели в ванной что-то себе японцы Касимy Рейко потустороннее, то ни в коем случае не заговаривайте! Призрак преследует только того, кто обратил на него внимание.

Примерно так представляют себе японцы Касиму Рейко

Столь же навязчива Манга Ибицу. Это девочка, которая подходит к одинокому путнику глубокой ночью и спрашивает: «У вас есть младшая сестренка?» И преследует того, кто не догадался промолчать, а в итоге убивает, потому что не нашла в нем идеального родственника.

В ванных или банях обитает демон Аканамэ. Его имя можно перевести как «слизывающий грязь». Он хватает моющихся за ноги пастью. А еще он может явиться к тем, кто не следит за чистотой своего жилища.

В первой главе мы рассказывали о призраках, которые вредили своим обидчикам и успокаивались, когда их признавали ками. Месть пострадавшего – мотив, унаследованный значительно более поздними городскими легендами. Так, существует страшная история о Кутисакэ-онне – женщине с разорванным (разрезанным) ртом. Считается, что она когда-то была реальным человеком и муж-самурай в припадке ревности разрезал ее лицо от уха до уха. По одной из версий легенды, этим он не ограничился и замучил жену до смерти. Сюжет же легенды таков. К одиноко идущему по городу ребенку подходит женщина, нижняя половина лица которой закрыта тканевой повязкой, и спрашивает: «Я красивая?» Спасительный ответ сразу не найти. Если ребенок проявит характерную для японского воспитания вежливость и подтвердит, женщина изувечит его таким же образом. При ответе «нет» – отрубит голову. Нужно ответить «средне» или «нормально» – Кутисакэ-онна задумается, что позволит выиграть время и убежать.

Выше мы изложили историю о призраке, обитающем возле железной дороги. Другие приметы современности в городских легендах – тоже не редкость. Например, такси. Одна из историй повествует, что ночью в такси может сесть пассажир в черном и попросить отвезти его в место, неведомое водителю. Путь, который он показывает таксисту, долог и пролегает по безлюдным улицам. Вдруг таксист понимает, что никакого пассажира в такси нет. Да и сам он уже никуда не уедет, потому что умер. Как вариант – машина падает с обрыва.

Одинокая прогулка под луной и звездами по пляжу – что может быть романтичнее? Но только если вы не встретитесь с Нурэ-онной. Сначала ее можно принять за тонущую. Но горе тому, кто бросился ей на помощь: это разновидность уже знакомых нам ёкаев, ее имя переводится как «мокрая женщина». И именно по ее вине появляются утопленники, из которых предварительно выпита все кровь. Говорят, что Нурэ-онна, этот гибрид русалки и вампира, безопасен для чистых душой и для тех, кто может ее развеселить. Но не все версии легенды сходятся в этом.

Даже дома человек не может чувствовать себя в абсолютной безопасности. Ведь жилище, как мы помним, тоже полно духов, и не все из них безобидны. В щелях между окнами и стенами, дверями и стенами, в полу живет дух девочки, любящий играть в прятки. Встреча с ним грозит попаданием в ад.

В спальне может поселиться дух ребенка. Догадаться о таком соседстве человек может, если, проснувшись ночью, обнаружит подушку у себя под ногами. В целом призрак безопасен, разве что может бросить в глаза человеку пригоршню пескa.

Феномен зависимости современных людей, особенно молодых, от компьютеров и интернета нашел свое выражение в истории о красной комнате: достаточно начать искать в сети информацию о ней, как во всплывающем окне появится предложение попасть в нее. Детский голос из колонок продублирует его. Даже если отключить компьютер, он будет снова включаться сам собой и повторять предложение. Любопытный, который так неосторожно решил проверить правдивость страшилки, увидит список, написанный красным, а в нем – свое имя. Расплата – самоубийство и раскрашенная кровью комната.

Изображение Пеко-тян

Реклама, как известно, – двигатель торговли. А еще – источник страшных легенд, появившихся с развитием телевидения. Милая рисованная девочка Пеко-тян – символ компании Fujiya. Этот запоминающийся образ был использован в рекламе конфет «Молочные». Неизвестно, кто додумался связать с ним страшную историю, но фантазия у него определенно странная: якобы прообраз героини рекламы, шестилетняя Пеко, жила в период Второй мировой войны и люто голодала. Тогда мать начала кормить ее частями своего тела. Так девочка стала каннибалом и сначала убила свою мать, а потом добралась до соседского мальчика Поко-тяна – еще одного героя рекламы конфет. Целый ряд историй про рекламу основан на общем посыле – те, кто снимался в ней, и те, кто смотрел, попадали под смертельное проклятье.

С иными носителями или трансляторами информации связаны другие популярные истории. В одной из них фигурирует вполне реальное историческое лицо – поэт XX века Сайдзо Ясо, одно из стихотворений которого – «Ад Томино» (о мальчике Томино, попавшем в ад, и о том, что с ним происходит), опубликованное в 1919 году, считается проклятым: прочитать его вслух – накликать несчастье. Как и в случае с другими похожими поверьями, найдутся люди, которые будут уверять, что испытали это на себе. Например, рассказывают о радиоведущем, который прочитал это стихотворение в эфире и попал в страшную аварию. Как можно прокомментировать? Самовнушение – это серьезно, и игнорировать его силу нельзя.

Куда более старая легенда (известна с XVII века) связана с поверьем, что ее нельзя фиксировать письменно и даже пересказывать. Она впечатляла людей эпохи Эдо и впечатляет наших современников. Как вы понимаете, о чем же она, никто не знает. Расскажут только, что называется она «Коровья голова» и все, кто каким-либо образом узнавал ее до конца, погибал, а стоит начать ее рассказывать, как произойдет нечто ужасное. Начало же таково: «У молодой вдовы были сын, избушка и корова…» Считается, что далее в ней говорится, как мать лишилась головы по вине сына. Но ни подробностей, ни финала вы не узнаете. И снова вам поведают об очевидцах, которые попали в переделку, начав слушать эту историю. А о том, как она влияет на умы, рассказал известный японский писатель Комацу Сакё в одноименном рассказе. Истина же в том, что все эти подробности – попытки пролить свет на очень темную и мрачную историю. Никакой легенды не существует. Существует только легенда о легенде.

Наверное, у всех народов есть легенды о реальных местах, имеющих недобрую славу проклятых. Японцы опасаются тоннеля Кийотаки близ Киото. Это место отличается повышенным количеством аварий. Конечно же, данному феномену попытались найти объяснение и связали происшествия с тем, что длина тоннеля – 444 метра, а четверка считается в Японии несчастливым числом. Да и на призраков снова пеняют: якобы духи рабочих, умерших в результате тяжелого труда (тоннель строили в 1927 году; о том, какие технологии применялись, догадаться несложно), так проявляют свои обиду и гнев. Кое-кто из тех, кто путешествовал по «нехорошему» шоссе ночью, якобы видел призраков в зеркалах заднего вида. Испуг – одна из причин аварий.

В богатом современном японском городском фольклоре, питающем произведения в жанре хоррор и в свою очередь подпитывающемся ими, найдутся и истории о проклятых домах. Например, об особняке Химуро (или Химикиру), в котором была убита целая семья, – такой была месть потусторонних сил за ритуалы жертвоприношения, совершавшиеся там на протяжении столетий. Или история о найденном молодоженами в только что приобретенном загородном доме красном карандаше, с помощью которого призрак убитого ребенка пытается донести до живых тайну своей смерти. Или о призраке, который явится к тому, кто его позовет, – имя призрака Окамуро, или о школе, в которую попадаешь во сне и пытаешься убежать от убившего множество учеников неведомого монстра… Встретятся нам и призраки, не привязанные к домам и общественным зданиям, например забинтованный призрак Тонкаратон, который ездит на велосипеде, а за спиной носит японский меч. Если настигнутый путник не назовет его по имени, он будет разрублен.

Да, сам жанр городской легенды предопределяет то, что его герой-дух будет недружелюбным по отношению к людям. Но, несмотря на явную цель – пощекотать нервы слушателей, они содержат несомненный нравственный посыл, характерный для мировой культуры в целом и для японской в частности: не делай зла, оно вернется к тебе – не исключено, что сторицей – и заденет окружающих.