У японцев весьма смутные представления о рае. Ведь для них это не место длительного пребывания, а место, где душа ожидает перерождения. Поэтому и ангелов, которых может там встретить душа, как таковых нет. Есть отдаленно похожие сверхчеловеческие существа – тэннины, «небесные люди», среди которых особо выделяются тэннё – слово это обычно переводится как «райские девы». Их одежда из перьев, иногда есть и крылья. Они красивы, и человеческие мужчины нередко влюбляются в них. Чтобы добиться сговорчивости тэннё, мужчины, согласно легендам, дожидаются, когда райские девы отправятся купаться, и крадут их одежду.

Легенды о тэннинах с давних времен пользуются популярностью. Вот одна из них, которую знают во всей Восточной Азии, но происходи она, скорее всего, из Китая. Небесная ткачиха (Орихмэ, нам она известна как Вега в созвездии Лиры) и небесный пастух (Хикобоси – Альтаир в созвездии Орла) полюбили друг друга вопреки воле более влиятельных богов. И в наказание их принудили жить на разных сторонах Небесной реки, то есть Млечного Пути. Но влюбленные могут встречаться раз в году, когда сороки создают мост через реку. Происходит это на седьмой день седьмого месяца. Такая грустная и красивая история о верности в любви.

В предыдущей главе мы воспроизвели несколько сказаний о Кагуя-химэ. Но следует добавить, с чего все начиналось. Резчик бамбука нашел в стебле крохотную светящуюся девочку. Она стала для них с женой приемной дочерью. Сам император полюбил ее за неземную красоту и ум. Однако она была лунной принцессой, по сути – тоже тэннё, и, как уже рассказывалось, с помощью волшебного кимоно из птичьих перьев вернулась в свой настоящий дом.

Цукиока Ёситоси. Возвращение Кагуя-химэ на Луну. 2-я пол. XIX в.

Еще одна популярная в Восточной Азии легенда о лунных божествах рассказывает о Лунном, или Нефритовом, а порой и Золотом зайце (кролике) и имеет четко выраженную гуманистическую мораль. Пришла эта легенда, как и многие другие, из Китая. Китайцы считали, что Белый лунный заяц живет в Лунном дворце и, сидя в тени коричневого дерева гуйхуа, день за днем толчет в ступке снадобье бессмертия. Иногда Нефритовым зайцем иносказательно называют Луну.

Этот мифологический герой полюбился японцам настолько, что самураи охотно изображали зайца – вроде бы совсем не героический символ – на своих гербах.

В городе Тоттори, уже известном нам по сказанию о необычном футоне, есть храм Белого лунного зайца, то есть он считается божеством.

Так за что же он удостоился такого почитания? За действительно храбрый поступок. Легенда рассказывает, что как-то раз звери – обезьяна, лис и заяц – гуляли в горах и увидели умирающего от голода старика. Обезьяна принесла плодов, которые нарвала на разных деревьях, лис наловил рыбы, а заяц ничего не смог добыть – и сам прыгнул в костер.

Старик, как вы, возможно, уже догадались, не был человеком – это был уже известный нам бог Тэндзин. Он вознес зайца на луну. Говорят, что в ночи полнолуния можно рассмотреть на луне очертания зайца со ступкой. Только толчет он не зелье бессмертия, а рис, чтобы приготовить национальное японское блюдо – пирожки моти – и накормить всех голодных. Таким образом, поклоняясь зайцу, люди просят не допустить голода. В первый день нового года люди, совершая угодное этому божеству деяние, дарят окружающим моти и их же подносят духам. Считается, что так они привлекают в свой дом счастье.

Вообще, у японцев немало новогодних традиций, связанных с привлечением удачи и избавлением от злых демонов. Следует учесть, что японский Новый год празднуется 3 февраля. Тогда же совершается сэцубун – ритуал изгнания злых духов. Оговоримся: в этой главе мы будем употреблять слова «духи» и «демоны» как синонимы, а о призрачных духах – душах людей – поговорим позднее. Итак, именуют этих злых духов-демонов «они». С большой натяжкой их можно сравнить с западными ограми. Правда, если огры, как правило, глупы, у они разум, вполне сопоставимый с человеческим. Они антропоморфны и, как правило, в полтора-два раза выше человеческого роста. Лица у них уродливые, носы длинные, есть рога, на руках и ногах – когти. Кожа может быть любого цвета, но чаще – ярко-красная или ярко-синяя. Одеждой им служат звериные шкуры, а оружием – дубинки-канабо.

Живут они на склонах гор и в лесах, но время от времени вторгаются в деревни, чтобы похищать людей. Похищенным, разумеется, не приходится ждать ничего хорошего. Кроме того, они охраняют вход в Дзигоку – японский аналог ада.

Считается, что наиболее легко им взаимодействовать с миром людей именно в конце зимы – начале весны. Потому и следует позаботиться об их изгнании. В домах и храмах рассыпают бобы и жареный арахис. Считается, что демоны постараются сосчитать, сколько их, собьются, начнут счет снова, а в итоге, разочарованные, удалятся. При бросании бобов и арахиса мишенью выступает человек, изображающий они, и повторяется ритуальная фраза: «Демоны, вон! Счастье, в дом!»

Есть у японцев интересный вариант истории о Мальчике-с-пальчик. Бездетная пара искренне молилась Ватацуми о даровании ребенка, и вот наконец родился сын. Правда, он так и не вырос выше одного суна – это чуть больше трех сантиметров. И его имя – Иссумбоси – и означает «Мальчик в один сун». Несмотря на крохотный рост, сердце у мальчика было геройское. В поисках своего предназначения он покинул родительский дом и в миске из-под риса отправился в путешествие по воде, используя в качестве весел палочки для еды. Он вооружился «мечом» из швейной иголки в ножнах, сделанных из соломинки. Живописный портрет, не правда ли?

Подвиг Иссумбоси. Книжная иллюстрация. 1-я пол. XVIII в.

В одном из городов, куда привела его дорога, Иссумбоси встретился с дочерью губернатора, но его выставили из дома, не восприняв всерьез. Но вот губернатор с дочерью отправился в паломничество, на них напал они и похитил девушку. Маленький герой кинулся в погоню. Они, не желая возиться, попросту его проглотил. Тогда своим «мечом» Иссумбоси начал колоть нутро великана. Тот выплюнул беспокойного юнца и убежал в горы. А губернатор отдал свою дочь в жены Иссумбоси и помог ему стать придворным.

Такая вот интересная история со счастливым финалом.