Глава 3

Мы расселись по своим местам, затем пришли официанты и стали раздавать напитки, а вскоре в комнате приглушили свет и на сцену вышел распорядитель. Мужчина лет пятидесяти в строгом костюме и с молоточком в руках представил публике первый лот. А я с задних рядов даже не понял, что это вообще такое.

— Дамы и господа! — он слегка поклонился и посмотрел на всех собравшихся. — Я рад приветствовать вас на ежегодном аукционе! Не будем тратить время на пафосные речи, ведь мы собрались здесь не за этим, верно? — усмехнулся распорядитель. — Представляю вам первый лот! — он снова указал на небольшой столик. — Это шкатулка Императора Фридриха Седьмого! В ней он хранил свои накладные усы…

— Двенадцать миллионов! — воскликнул усатый мужик из зала. — Двенадцать! Я беру!

Так все узнали, что его пышные шикарные усы накладные. Впрочем, его это ни капли не смущало, так как никто ставку повышать не стал и по залу прокатилась волна смешков.

Да уж… Интересно, а какую начальную ставку хотел предложить распорядитель? Судя по его лицу там и миллиона не было, да и вообще он не надеялся продать эту безделушку. Впрочем, усатый мужик доволен и сейчас крепко обнимает шкатулку, предвкушая, как сегодня вечером он снимет свои пышные усы и положит их в нее. Разве это плохо? Он захотел позаботиться о своих усах и не стал экономить на этом.

Как и всегда, поначалу на торги выставляется всякая ерунда. После шкатулки слуги вынесли какое-то ожерелье, затем трость короля Франциска, с которой он ходил после ранения в колено. Трубка генералиссимуса, расческа какой-то принцессы, за которую почему-то отдали аж пятнадцать миллионов.

Контейнер с клочком шерсти диковинного существа из аномалии ушел чуть дешевле, но я всё равно был удивлен, что это вообще продали. Вообще изучение аномалий в этом мире находится лишь на начальных этапах, потому любопытные люди так хотят заполучить хоть что-нибудь оттуда. Например, банку с воздухом из новой северной аномалии продали за пять миллионов. Воздух этот каким-то образом поддерживал температуру ниже нуля, хотя в комнате довольно тепло.

Вот так… Банка с воздухом пять миллионов, чья-то шерсть — два. А если я ведро говна демонического на продажу выставлю, тоже смогу заработать? У меня этого добра предостаточно, могу хоть вагонами по всей стране отправлять, мне не жалко.

Кольцо вымершего герцогского рода, корсет императрицы, золотая фляжка для виски, принадлежащая какому-то принцу… Все спорят, ругаются, перебивают ставки, шумят. Куда я вообще попал? Что тут происходит?

Огляделся по сторонам и понял, что я тут один зеваю, а остальным интересно. Понятно, что все это глупые безделушки и вряд ли кто-то будет любоваться чьей-то тростью до самой старости, не отрывая от неё взгляда. Ее просто купят, покажут свою состоятельность и положат в дальний угол. Может потом пару раз похвастаются перед друзьями, но даже это вряд ли.

— Екатерина, а вы где нашли такого спутника? — усмехнулся аристократ, что сидел неподалеку. А судя по его ехидной ухмылке, он явно пытался как-то подколоть ее. Или меня, используя для этого девушку. — Он даже ни одной ставки не предложил… А так как деньги у него есть, значит, он скорее всего просто не понимает, что тут происходит и насколько ценны эти вещи!

— Сударь, я бы на вашем месте была более сдержанной в выражениях, — улыбнулась она в ответ. — Не стоит даже завуалированно оскорблять человека, который может сломать вам ногу. — Тут даже я удивился и прислушался. Разговор сразу стал интересным. А ломать ноги еще интереснее, так вдруг хотя бы повод появится? Не могу уже смотреть, как люди торгуются за костыли какого-то лорда, пусть в них бриллиантов примерно столько же, сколько в короне Императора.

— Хах! — рассмеялся тот. — Вообще-то я Одаренный в двенадцатом поколении, и…

— Может, сударь. Еще как может, поверьте мне на слово. Я же раньше никогда вас не обманывала, и сейчас говорю совершенно серьезно, — перебила его Катя.

Мужик может и хотел еще что-то сказать, но он явно знал Катю, так что сразу стал серьезнее и со временем отсел подальше. И на всякий случай купил эти костыли, а то мало ли что.

Катя уже поняла, что мне невероятно скучно и потому решила немного отвлечь меня разговорами. Поинтересовалась, как там дела в Сирии, а я рассказал ей про бедных бедуинов, которые остались без верблюдов. Да и про катакомбы тоже рассказал, как там оказалось весело лазать и убегать от толпы солдат.

Также Катя уточнила насчет ботов. Она их видела только издалека, всё-таки это секретные разработки и всем подряд о них никто не рассказывает. И как раз недавно я отправил их на первое боевое задание.

На самом деле, про эти машины можно долго рассказывать. По мощи они не уступают тяжелому танку, имеют весь спектр вооружения и принципиально новые защитные системы. Да, первые образцы получились довольно крупными и с некоторыми ограничениями, но все равно я уверен в том, что на поле боя им не будет равных.

Такие роботы могут выпускать ракеты и бить на дальние дистанции, или же достать клинки и сражаться в ближнем бою. У них есть всевозможные датчики для выявления скрытых позиций противника и мощные пушки для поражения укреплений. В общем, мне было что рассказать Кате, вот только говорить приходилось шепотом. Эта информация явно не для ушей аристократов и, словно понимая это, они все время пытались как-то подслушать.

Как назло, следующим лотом оказалась демоническая змея. Клетку вынесли на сцену, направили на нее фонари и змея сразу начала противно верещать. Всё-таки подобные твари обычно живут под землей и не любят яркий свет. Да и не змея это вовсе, а земляной червяк. Просто зубастый и с глазами, но вполне обычный для демонического мира. Таких в инфернальном плане бесы копают и потом на них демоническую рыбу идут ловить.

— Стартовая цена за этот лот — один миллион рублей! — воскликнул распорядитель.

— Кья-я-я! — ответил червяк. Да так громко и мерзко, что посетители скривились, а некоторые закрыли уши.

Никто не хотел покупать такую орущую тварь и вот уже минут десять распорядитель всё пытался как-то её нахваливать. Но увы, слишком громко она орет и непонятно, как ее можно использовать.

— Да заткнешься ты уже или нет? — рыкнул я в какой-то момент. Просто червяк так громко визжал, что я уже не мог спокойно говорить с Катей. Она попросту не слышала меня из-за этих мерзких звуков, так что я не выдержал.

Червяк посмотрел на меня и тут же свернулся клубочком. Только два красных глаза продолжали испуганно выглядывать, но больше ни звука он не издал. Зато затихшего червя всё-таки купили, пусть и довольно дешево.

— Колье! — воскликнул распорядитель. — Оно известно тем, что королева Ларианна надела его на свою восьмую свадьбу! Начальная ставка — двести тысяч рублей!

— Прошу прощения, — молодой аристократ поднялся со своего места и обратился к собравшимся. — Но я хочу сделать объявление. Это колье я хочу подарить своей спутнице и потому буду сражаться за него до конца!

Я посмотрел направо, а там Рембо уже достал револьвер и взвел курок. Лишь в последний момент успел дать ему сигнал, что это колье меня совершенно не интересует, да и вообще, не стоит тут стрелять по людям. Пока что.

В итоге колье ушло к новому владельцу, затем серьги понравились уже другому аристократу и он тоже изъявил желание сражаться за них до конца. Никто не стал сильно перебивать ставки, так что молодой человек тоже ушел довольным.

— О, смотри! Это кольцо было создано одним из самых известных ювелирных домов! — указала Катя на следующий лот.

— Классно… — безучастно покачал я головой. Ага, известный дом. Классно, конечно, но даже самая палёная гномья подделка выглядит настолько лучше, что здесь у всех аристократов, вместе взятых, не хватило бы денег на это. А тут что? Так, всякий хлам, не более того.

— Кто-то хочет сделать объявление? — уточнил распорядитель.

— М? А? Что? Зачем толкаешься? — послышался сонный голос из зала. — А, сейчас, да. Кхм! Да, я бы хотел подарить это кольцо своей спутнице!

— Отлично! Стартовая цена — семьсот тысяч рублей! — воскликнул распорядитель и, подождав несколько секунд, ударил молоточком по специальной деревянной площадке. — Продано! — к этому моменту покупатель уже спал, но никого это не смутило. Он ведь с самого начала спит.

На этом первые лоты закончились, и пока организаторы занимались подготовкой ко второй части закрытого аукциона, гостям было предложено прерваться на фуршет.

— Катюша, а почему ты ничего не покупаешь? — к девушке подошли ее «подруги».

— Да я так, просто посмотреть пришла, — отмахнулась она.

— Ну да… Но в следующий раз внимательнее подходи к выбору спутника. А то так и будешь всё время ходить и только смотреть, — рассмеялись те.

Катя сделала вид, что ничего не заметила, а я укоризненно помотал головой.

— Успокойся, они просто дуры, — шепнула она мне на ухо. — Всё хорошо, меня таким не задеть.

Она правда думает, что я недоволен из-за глупых шуток этих идиоток? Нет, я машу головой, чтобы Рембо свой огнемет спрятал наконец!

— А что, разве в армии так мало платят? — подошел какой-то аристократ.

— Да-да, — закивала его спутница. — Вот мне мой кавалер кольцо подарил…

— А мне серьги, — похвасталась другая девушка.

— На самом деле, нет, нормально платят, — пожал я плечами. — Даже слишком хорошо платят, чтобы на такую дешевку распыляться.

— Оно миллион двести стоит! — возмутилась та, что с кольцом.

— Ну так я об этом и говорю, — усмехнулся я. — На дешевки не размениваемся. Да и вообще, пока что я ничего ценного тут не увидел, один сплошной хлам.

— Кхе! — за моей спиной послышался недовольный старческий кашель. — Молодой человек, а вам не кажется, что это честь для вас, присутствовать здесь? — возмутился какой-то старик. А если верить надписи на его бейджике, он является старшим организатором торгов. — У вас ни происхождения, ни высокого звания. Вы должны быть благодарны, что вас впустили, и если у вас нет денег на покупки, то не пытайтесь выгородить себя за наш счет!

— Слушай, дед, — вздохнул я. — Тут и правда ничего ценного не было. Какой смысл мне врать, если вы и сами это знаете?

— Возможно, вы в чем-то и правы… Но тогда следующие лоты будут достаточно ценны для вас и надеюсь увидеть вас сражающимся за них, — прищурился старик.

— Не увидите, — помотал я головой.

— Что и требовалось доказать…

— Нет, я не об этом. Зачем мне сражаться за лоты? — усмехнулся я. — Если мне что-то понравится, то я просто это куплю.

За моей спиной сразу послышался шепот возмущенных аристократов, но это лишь вызвало у меня улыбку. Мол, я невоспитанный, неправильно веду себя в высшем обществе и, вообще, солдафон. Рембо, да убери ты уже противотанковые гранаты!

— Командир, не обращай внимания, — Катя говорила нарочито громко, чтобы остальные тоже это услышали. — Я же говорила, что просто тут не будет. Да и сама не люблю такие мероприятия.

В этот момент в зал зашел расфуфыренный парень в ярких пестрых одеждах и весь обвешанный всевозможными украшениями. Он лениво осмотрел зал, скривился почему-то, а к нему уже бежали организаторы аукциона, чуть ли не пытаясь кланяться прямо на ходу.

— Прошу прощения, я немного опоздал, — бросил он.

— Что вы? Ничего страшного, Ваша Светлость! Мы всегда рады вас видеть! — залебезили те. — Вы с какой целью прибыли? Хотели бы поучаствовать в торгах? Присмотрели какой-то лот?

— Да, меня интересует лот под номером тридцать один. Меня отец за ним послал… Ну и может невесте побрякушек каких куплю, — пожал он плечами, но вдруг заметил Катю. — О, Екатерина! Какая приятная встреча!

— Ну да, очень приятная, — едва заметно скривилась та и мельком взглянула в мою сторону. А я что? Стою и отчитываю Рембо, что его подчиненные жрут слишком много в мое отсутствие. А ватрушки так и вовсе, даже нюхать запретил. Слишком вкусно, чтобы делиться таким.

— Вот я тут с невестой, а вы, надо полагать, всё еще одна? — усмехнулся он. — Еще не передумали? Да ладно, шучу… — рассмеялся герцог. — Точно не передумали, да?

— Нет, я не одна, — холодно ответила Катя.

— Ага, представляете, с сослуживцем пришла! — рассмеялись «подруги». Мол, у нее все так плохо, что даже жениха нормального найти не может.

А я тем временем встретил одного знакомого аристократа-артиллериста из соседней части. Пересекались с ним как-то раньше, так что решил немного с ним пообщаться и спросить, понравились ли ему сирийские снаряды. Хоть что-то интересное на этом тухлом приеме можно обсудить, а то остальные какие-то скучные. На уме только интриги и отношения, совсем не понимают, что пушки куда веселее!

Но ему надо было куда-то уходить, так что вскоре я вернулся к Кате. А того герцога, стоило ему меня увидеть рядом с ней, аж перекосило.

— М-да, Екатерина, низко же ты пала… — с нескрываемым отвращением протянул он. — Не ожидал я такого… Даже слов нет.

— А это что за фуфел? — уточнил я у Кати.

— Эй! Да как ты смеешь? — возмутился герцог и даже поднял ладонь, чтобы отвесить мне пощечину. Вот только резко замер, стоило встретиться с моим взглядом.

— Ты что-то сделать хотел? — уточнил я.

— Поставить тебя на место, — нахмурился тот. — Как ты там меня назвал?

— А что именно тебя не устраивает? Я просто не пойму никак, — вроде назвал так, как он выглядит. Весь пестрый, расфуфыренный. Фуфел, одним словом, сразу видно, и другого слова даже на ум не приходит.

— Это оскорбление герцога!

— И? Руку опусти, а то примета плохая. Говорят, что если вот так держать руку, она в четырех местах может сломаться, — дал ему дружеский совет. — А насчет оскорбления… По-твоему обсуждать меня за спиной — это нормально, а оскорблять тебя уже некрасиво? Такая логика у тебя?

— Да кто ты такой? Никто! — он посмотрел на Катю и снова скривился. — Ничтожество!

— Так что это за фуфел, в итоге-то? — помотал я головой.

— Да один из тех, кто получил отказ, — махнула она рукой. — Не обращай внимания!

— Знаешь, Екатерина? — вздохнул герцог. — Я раньше думал, что мне просто нужно стать лучше. Но оказалось, что мы с тобой изначально на совершенно разных уровнях. Ты не интеллигенция.

— Ты сейчас понимаешь, кому это говоришь? — холодно и спокойно проговорила Катя.

— Сейчас я говорю это Екатерине… Кто ты там по званию? Солдату я говорю, в общем. Но никак не даме из высшего общества.

— Слушай, а если я его сейчас ударю, он же вызовет меня на дуэль? — поинтересовался я.

— Не, вряд ли. Скорее весь свой Род притащит, чтобы убить тебя, — помотала она головой.

— Тогда другой вопрос… А его род для Империи ценен? Или если вдруг исчезнет, то и ничего страшного?

— Объявляю аукцион открытым! Дамы и господа, прошу занять свои места! — прокричал распорядитель, так что пришлось пока отложить удар по напыщенному наглому лицу герцога.

На самом деле, меня раздражает не только его лицо. Они тут все какие-то слишком наглые, всюду скрытая агрессия и пренебрежение к окружающим. Плетут интриги, пытаются возвыситься за чужой счет. И я ведь тут не единственный, кого выбрали в качестве жертвы, есть и другие. Одна девушка пришла в отличном, роскошном платье. И что? Все вокруг стали чуть ли не тыкать в нее пальцем и смеяться, что это платье из старой коллекции. В итоге ее довели настолько, что она расплакалась и убежала.

— Уверяю вас, следующие лоты никого не оставят равнодушным! — скалился тем временем распорядитель. — Только посмотрите! Это корона Мурада Великого, прежнего правителя Османской империи!

— О, это нам надо! — воскликнул я. — Два миллиона!

— Но у него же нет денег! — возмутился кто-то из зала.

— А как выиграю, так и проверим!

— Четыре миллиона! — крикнул вроде бы какой-то граф.

— Шесть!

— Двенадцать!

— Да ты обнаглел, щенок? — рыкнул на меня старик-коллекционер. — Мне нужна эта корона! Двадцать миллионов!

— Двадцать три!

— Двадцать пять! — заверещал он и с замиранием сердца посмотрел в мою сторону. А я что? Дороговато, двадцать пять миллионов перебивать.

— Продано за двадцать пять миллионов графу Глухарёву!

— Ха! Понял? Сожрал? — расхохотался он. — Фух! Знай свое место, щенок!

Следующим лотом была курительная трубка нынешнего османского правителя. И как бы я ни торговался, но победить мне снова не удалось. В итоге она ушла за шесть миллионов одному любителю курительных трубок.

Всё, что связано с османской империей разлеталось, как горячие пирожки, и аристократы не скупились на ставки. Но и я тоже торговался, как в последний раз, что заметно злило остальных.

— Да он издевается над нами! У него нет таких денег! — верещал мужик с пышными бакенбардами.

— Вот выиграю, и посмотрим. Семнадцать миллионов!

— Двадцать! — рыкнул он. — Не выиграешь ты у меня! Такие вещи раз в двадцать лет появляются!

— Ладно, ладно. Двадцать, так двадцать, — поднял я руки, — Поздравляю с покупкой, барон, ты победил.

— То-то же! Знай наших! — расхохотался он и получил скипетр какого-то сирийского хана.

— Лот тридцать один! — воскликнул распорядитель. — Этот артефактный чайный набор от древних китайских мастеров способен поразить каждого своей уникальностью и невероятными формами. Вся посуда сделана из неизвестных металлов и обладает скрытыми свойствами, раскрыть которые сможет лишь новый владелец… Из этих чашек пил сам первый император Финь!

 

— Вот за этим меня отец и послал, — со своего места поднялся герцог. — Извините, господа, но этот лот будет моим! Даже не пытайтесь!

— Представляешь, его батя за чайником послал! И он этим бахвалится! — хохотнул я и повернулся к Кате. А у той глаза аж сверкают и челюсть отвалилась. — Опа… Понятно.

— Прошу прощения, но я вынужден заявить, что тоже хотел бы посоревноваться с вами, — встал другой аристократ. — Разумеется, если вы не против.

— Что вы, пожалуйста, — улыбнулся герцог. — Но отцу очень нужен этот набор, так что у меня нет лимитов.

Начались торги, и цена с двух миллионов стремительно поднялась до пятнадцати, затем и до двадцати. И когда распорядитель уже собирался ударить молоточком, закрепляя сделку, я поднял руку.

— Шестьдесят миллионов!

Зал мгновенно стих и все уставились в мою сторону. Даже Катя повернулась и недоуменно захлопала глазами.

— Молодой человек, — тихо проговорил распорядитель. — Вы сейчас чихнули, или правда сказали шестьдесят?

— А вы как думаете? — усмехнулся я.

— Шестьдесят миллионов раз… Два…

— Да объясните ему уже что с ним будет, если он не сможет заплатить! — воскликнул герцог. — Он же глупец и просто не понимает этого!

— Извини, придется тебе сказать папочке, что ты не справился, — развел я руками. — Очень уж Катюше понравился этот набор, ничего личного.

— Ой, да не переживай ты, — проговорил аристократ, что сидел рядом с герцогом. — Если не оплатит, то через два часа переиграют аукцион и спокойно заберешь этот набор за двадцатку.

— Да-да, — ехидно усмехнулся я. — Или вернешься к папочке и скажешь, что он дал тебе слишком трудное задание. Купить чайник не каждый способен, сам понимаешь.

— Шестьдесят пять! — рыкнул он.

— Семьдесят пять! — сразу парировал я, даже бровью не повел.

— Да что ты творишь? Это же бред! — взревел герцог.

— Молодой человек, если вам не хватает денег, то не тяните время! — возмущенно пробурчал коллекционер. — И не шумите. Я, может, думаю над следующими покупками и не могу решить, чего мне хочется заполучить больше. Коллекционную подзорную трубу или бороду пустынника…

— Семьдесят шесть! — взвизгнул герцог.

— Катюша, а разве все герцоги такие нищие? — поинтересовался я у своей спутницы. — Или этот просто убогий такой? Ну если семьдесят шесть, тогда давай восемьдесят.

— С*ка! Восемьдесят и имение в Ярославском княжестве! — завизжал окончательно потерявший самообладание парень.

— Молодой человек, мы аукционный дом, а не риэлторы, — сдержанно ответил распорядитель.

— Да хватит его слушать! Когда борода пустынника будет? — возмутился коллекционер. — Я хочу бороду! Продайте этот чайник уже!

— Восемьдесят миллионов сто двадцать одна тысяча и пятьсот тридцать пять рублей! — взвыл герцог, а я не смог сдержаться и рассмеялся.

— Ты еще у друзей одолжи, если такие вообще существуют!

— Только попробуй перебить мою ставку! — заверещал он.

— Попробую! Девяносто миллионов! — оскалился я, и вдруг раздался звук битого стекла. — Надеюсь, это психика фуфела треснула, а не чайник, за который я девяносто миллионов отдаю?

Тот стоял на месте и то бледнел, то краснел прямо на глазах. Тогда как распорядитель выждал минуту и решил на всякий случай уточнить перед тем, как ударить молоточком по столу.

— Ваше слово?

— Я выкуплю этот набор за двадцать, когда этот солдафон не сможет заплатить, — бросил он.

— А вы? Сможете заплатить сейчас? — уточнил распорядитель уже у меня.

— Как и все, в конце аукциона, — сдержанно ответил я.

Еще несколько османских исторических реликвий мне купить так и не удалось, но торговался я до последнего, а затем на продажу выставили довольно интересную вещицу.

— Рубиновый артефактный браслет! Говорят, на эти камни прекрасно ложатся любые заклинания! — воскликнул распорядитель. — Такой подарок достоин даже императорской семьи!

— Ну ладно… Двадцать на чайник, еще пятьдесят на браслет… — пробурчал герцог. — Пятьдесят! Я не намерен больше играть в эти игры!

— У-у-у… — протянул я. — Сто двадцать!

— Да вышвырните его отсюда! Он даже не аристократ! — окончательно потерял самообладание он. — Почему сюда каких-то нищих придурков пускают?

— Тот же вопрос, — поднял я руку.

— Ваш дебильный артефакт дал сбой! Он ломает всю концепцию! Это неправильно! Он всё равно не оплатит!

Герцог кричал еще долго, но на него уже никто не обращал внимания.

Спустя примерно полчаса второй этап торгов был завершен и пришло время оплачивать покупки. Катя всё время как-то странно смотрела на меня, и я не мог понять, в чем дело.

— Чего молчишь?

— Да ничего… — задумчиво ответила она. А я по лицу вижу ее мысли. Думает, хватит ли у нее денег, чтобы спасти ситуацию и выплатить эту огромную сумму.

Мы спокойно встали, направились к распорядителю, а все уставились в нашу сторону и даже затихли.

— Ну что? Вы готовы оплатить выигранные лоты? — поинтересовался тот.

— Конечно, готов. Считайте, что мы в расчете, но с вас еще восемьдесят миллионов, — спокойно ответил я.

— Это какая-то шутка? Я не понимаю… — нахмурился мужчина, а я достал из кармана бриллиантовую карту члена аукционного клуба. — В смысле? — опешил тот. — Карта с номером ноль-ноль-один? Но ведь у самого Императора ноль-ноль-два! Значит… это вы Первый?

— Ну да, вон же циферка, — указал я на первый номер.

— Что-ж… — побледнел распорядитель. — Переведите уважаемому господину Первому восемьдесят миллионов и выдайте ему выигранные лоты. Не желаете ли шампанского? Присядете, пока ваши лоты подготовят и принесут?

— Да что здесь творится? — возмутился герцог.

— Господин, не мешайте общаться с уважаемым человеком, — строго посмотрел мужчина на фуфела.

— Что? Он же бомж! Солдафон!

— Уважаемый, но не настолько, господин герцог. Этот человек заслужил карту с первым номером. Вы всё еще думаете, что он проходимец? — спокойно ответил распорядитель. — В таком случае, попрошу покинуть зал и не мешать.

Дождался, пока нам вручат чайник с чашками и браслет, после чего мы с Катей пошли в общий зал поедать ватрушки.

— Так это что же получается? — задумалась девушка. — Это ты за свои лоты торговался?

— Ну да, — пожал я плечами. — А почему бы и нет?

— Борода пустынника…

— Тридцать пять миллионов, на минуточку! — поднял я палец. — Самая оплачиваемая стрижка в моей жизни! — посмотрел на деда-коллекционера, что сложил бороду в пакетик и сейчас прижимает ее к груди. — Но разве это того не стоило? — кивнул на браслет, что уже красуется на изящной ручке Кати. — Здесь шестнадцать рубинов, вымоченных в крови разных могущественных существ. Правда, мощность у них уже по шестьдесят процентов в каждом, но и этого хватит еще лет на восемьсот. Поверь, это настоящий защитный артефакт и он активируется лишь при угрозе, потому мало кто может осознать его настоящие возможности. А ты носи на здоровье, — улыбнулся ей. Тем более, браслет Кате действительно подходит.

— Я очень благодарна тебе за браслет, но может и правда не стоило?..

— Да? — я перевел взгляд на чайник и девушка прижала его к груди, словно великую ценность.

— Нет, стоило. Благодарю…

Отправить