Глава 14

Я стоял посреди мастерской, тяжело дыша, чувствуя, как энергия Теневого Патриарха, поглощённая мной, бурлит внутри меня, как лава в жерле вулкана. С каждой секундой её становилось всё больше, и я понимал — если не дам ей выхода, то просто разорвусь на части.

Я активировал Дар и направил всю свою силу в дом. Камни, из которых были сложены стены, послушно пришли в движение. Они начали вибрировать, а затем — медленно принялись менять свою форму.

Стены утолщались, укреплялись, обрастая дополнительной бронёй. Кирпичи перестраивались, образуя новые, более сложные и прочные конструкции. Фундамент дома, под воздействием моей магии, уходил всё глубже в землю, как будто врастая в неё корнями.

Снаружи, казалось, что ничего не происходило. Но внутри творилось настоящее чудо. Я чувствовал каждую песчинку, каждый камешек, каждый кирпичик. Моя магия пронизывала стены, пол, потолок, вплетаясь в саму структуру дома, делая его прочнее, надёжнее, безопаснее.

Запасы камня на складах, которых хватило бы на строительство трёх десятков таких усадеб, таяли на глазах. Големы-грузчики сновали туда-сюда, подвозя всё новые и новые материалы. Они работали с такой скоростью, будто от этого зависела их жизнь. Хотя, по факту, так оно и было. Ведь, если бы я не успел вовремя "перекачать" всю лишнюю энергию, то… тогда от них, как и от усадьбы, мало что осталось бы.

Через несколько часов работа была завершена. Всё имение здорово преобразилось. Стены, толщиной в несколько метров, были усилены не только камнем и металлом, но и заклинаниями защиты, которые я вплёл в каждую деталь конструкции.

Магические руны, светящиеся едва заметным золотистым светом, покрывали поверхность стен, как паутина, создавая невидимую броню, способную противостоять даже мощным магическим атакам.

Крыша — покрыта слоем особого сплава, отражающего любые техники и снаряды. А под землёй, в лабиринте туннелей, дежурили мои големы-охранники, готовые в любой момент ворваться в бой.

Но самое главное — красота. Даже в этом, казалось бы, суровом и функциональном сооружении, я не забыл об эстетике. Каждый сантиметр, каждая деталь были продуманы до мелочей. На стенах появились замысловатые узоры, вырезанные из камня и инкрустированные драгоценными металлами. Потолки украшала изящная лепнина, а пол был выложен мозаикой из редких пород мрамора.

Теперь этот дом был не просто крепостью. Он стал произведением искусства. Символом мощи и красоты. Таким, что даже конец света переживёт.

"Да, — подумал я, с удовольствием осматривая своё творение, — теперь я могу быть спокоен за безопасность Насти и своих людей. Даже если весь мир рухнет, моя усадьба останется стоять".

Но радость победы была недолгой. Я почувствовал, как меня снова начинает трясти. Энергия, которую я впитал от Патриарха, всё ещё бурлила во мне. И это было опасно. Слишком опасно.

Я достал телефон и набрал номер Бориса.

— Боря, — сказал я, — срочно ко мне. В усадьбу. И побыстрее. Если не успеешь — меня разорвёт на части.

На том конце провода повисла короткая пауза.

— Эм… Теодор? — раздался неуверенный голос Бориса. — Что случилось? Мы тут все в панике. У тебя в усадьбе что-то рвануло…

— Потом всё объясню, — отрезал я. — Просто приезжай. Быстро!

Через пять минут "Скарабей" с визгом тормозов остановился у ворот усадьбы. Боря, выскочив из машины, бросился ко мне.

— Что случилось?! Ты ранен?! Что здесь произошло? — он с удивлением оглядывал усадьбу, стены которой значительно преобразились.

— Всё потом, — сказал я, с трудом сдерживая дрожь в теле. — Все могут возвращаться в дом, теперь здесь безопасно. А нам… нужно срочно уехать.

— Но зачем? — Боря всё ещё не понимал, что происходит.

— Если мы не успеем, — ответил я, — …то я сдохну. Просто верь мне. И дави на газ, как будто от этого зависит и твоя жизнь. Потому что, честно говоря, так оно и есть.

* * *

Альпийские горы

Граница Лихтенштейна и Швейцарии

Борис Ладыжин нещадно давил педаль газа в пол, не обращая внимания на визг покрышек и грозный рёв двигателя. "Скарабей" нёсся по горному серпантину, как маленькая ракета, оставляя за собой шлейф из пыли и выхлопных газов.

За окном мелькали размытые силуэты деревьев, скал, ущелий. Дорога, извилистая и опасная, казалось, в любой момент оборвётся и сбросит их в бездонную пропасть. Но Боря, сосредоточившись, продолжал жать на газ, как будто от этого зависела его жизнь. Ну, собственно, это как раз было недалеко от правды — Теодор его как раз честно об этом предупредил.

Борис краем глаза поглядывал на своего господина, сидящего рядом. Тот молчал, закрыв глаза и тяжело дыша, будто боролся с какой-то невидимой силой. На его лице вздулись вены, а на лбу выступили капельки пота

Боря не понимал, что происходит. Теодор вёл себя странно — обычно он всё объяснял, шутил, подбадривал. А сейчас… Сейчас он был похож на бомбу замедленного действия, готовую вот-вот рвануть.

Он уже хотел было спросить, что случилось, но Теодор, резко открыв глаза, остановил его жестом.

— Молчи, — прохрипел он. — Просто довези меня до места. Иначе…

Он не договорил, но Боря и так всё понял. Если он не успеет, то… тогда мало не покажется никому.

Через двадцать минут они, наконец, добрались до места — небольшой площадки, расположенной на вершине горы, недалеко от границы со Швейцарией.

— Всё, приехали! — выдохнул Боря, глуша двигатель.

Теодор, не отвечая, выскочил из машины и, пошатываясь, побрёл к краю обрыва.

— Теодор, ты как? — Боря, обеспокоенно глядя ему вслед, вылез из машины. — Может, нужна какая-нибудь помощь?

— Скоро всё будет хорошо, — ответил Теодор, тяжело дыша. — Хочешь покажу, что такое маленькая часть Архитектора?

Борис, конечно же, хотел! Он, как и любой нормальный человек, был любопытен. А ещё он доверял Теодору. Поэтому просто кивнул.

Теодор остановился на краю ущелья, с которого открывался внушительный вид на окрестности — заснеженные вершины гор, тёмные леса, извилистые реки, уходящие вдаль.

— Видишь ту гору? — он указал пальцем на отдалённую вершину, которая скрывалась в тумане.

Боря кивнул.

— А теперь смотри, — сказал Теодор, и начал "творить".

Он сделал несколько пасов руками, и земля под ними задрожала. В указанном месте начали подниматься каменные стены — ровные, гладкие, как отполированные. Они быстро росли вверх, превращаясь в мощные укрепления, ощетинившиеся башнями и бойницами.

Боря с раскрытым ртом наблюдал за этим невероятным зрелищем. Он видел, как меняется ландшафт, как перед его глазами вырастает настоящая крепость. Это было похоже на какой-то фильм с компьютерной графикой, но… это была реальность. Реальность, в которой Теодор Вавилонский управлял силами природы.

За два часа Теодор возвёл на границе со Швейцарией целую линию неприступных укреплений. Там, где ещё несколько минут назад простирался ровный склон горы, теперь возвышались стены — высокие, мощные, уходящие в небо. На их вершинах — сторожевые башни с бойницами. А между ними — глубокие рвы.

— Ну как тебе? — спросил Теодор, с улыбкой глядя на ошарашенного Борю.

Боря, не веря своим глазам, смотрел на это чудо.

— Капец… — только и смог он выдавить из себя. — Почти китайская стена, только круче и красивее в тысячу раз!

— Это всего лишь малая часть того, что я могу, — ответил Теодор. — На разминку, так сказать. Просто нужно было куда-то деть лишнюю энергию. А то, сам понимаешь, бывает…

Он неопределённо махнул рукой, отгоняя прочь какие-то мысли.

Борис, всё ещё не до конца веря в происходящее, смотрел на укрепления. Они были идеальны — стены, башни, рвы… Казалось, будто они стояли здесь веками, а не выросли из-под земли за пару часов, как грибы после дождя.

— Теодор, ты понимаешь, что только что нарушил примерно три десятка международных соглашений? — Борис наконец обрёл дар речи. — Могу поспорить, в Швейцарии сейчас звонят все тревожные колокольчики, и какой-нибудь дежурный офицер давится кофе, глядя на спутниковые снимки.

Теодор рассмеялся, глядя на обеспокоенное лицо друга.

— Боря, Боря… Когда ты уже привыкнешь? Мы с тобой давно перешагнули черту "международных соглашений". Для меня сейчас построить стену — примерно, как для тебя чихнуть. Просто нужно было куда-то деть энергию.

— Теодор… — прошептал Боря. — …скажи честно, ты — бог?

— Нет, — улыбнулся Теодор. — Я — Архитектор.

И с этими словами он, пошатываясь, направился к "Скарабею". Боря, не мешкая, подхватил его под руку и помог дойти до машины.

* * *

Замок Шато-де-Шильон

Швейцарская Конфедерация

Аиша лежала на кровати, свернувшись калачиком, как побитая собака. Её снова трясло — мелкой, нервной дрожью. Но холод был не внешний, а внутренний. Противный страх, сковывающий душу, заставлял её тело извиваться, как червяк на крючке.

"Что я натворила?! — мысли беспорядочно метались в её голове. — На кого я, дура, полезла?! Кто он такой, этот Вавилонский?!"

Ещё вчера она, Аиша, принцесса Османской Империи, чувствовала себя повелительницей судеб, вершительницей мира. Ей казалось, что она держит в руках нити всех интриг и может манипулировать людьми, как марионетками. А сегодня она чувствовала себя ничтожеством, дрожащей от страха мышкой, забившейся в самый дальний угол своей золотой клетки.

Её план был идеален! Гениален! Безупречен! (Ну, по крайней мере, ей так казалось). Она должна была уничтожить весь город Вадуц. И сделать это так, чтобы никто не догадался о её причастности.

А теперь Теодор Вавилонский, которого она считала всего лишь мелкой сошкой, вдруг превратился в её самый страшный кошмар. Он не просто разрушил её планы, он уничтожил её Патриарха! Того самого, с которым у неё была прямая связь! С которым она делила не только силу, но и… частичку своей души.

Аиша скрипнула зубами, чувствуя, как по её спине стекает холодный пот. Она до сих пор не могла поверить в то, что произошло.

Вадуц должен был быть стёрт с лица земли! Всё было продумано до мелочей. Ритуал, проведённый ценой огромных жертв — сотни жизней, сотни душ, — должен был принести ей не только власть, но и признание Властелина Теней. Она стала бы его Наместницей в этом мире.

Аиша даже представляла себе этот момент. Как она стоит на руинах Вадуца, окружённая полчищами Теней. Как она, с высоко поднятой головой, встречает своего господина. Как Властелин Теней поздравляет её с победой и наделяет частью своей безграничной энергии.

И что, в итоге? А в итоге — полный провал. Теневой Обелиск был уничтожен, и целая ячейка вместе с Патриархом прекратила своё существование.

Аиша в отчаянии ударила кулаком по подушке.

— Сука! — прошипела она. — Как он это сделал?!

Её "Лунные Тени", сбившись в кучку, как испуганные курицы, наблюдали за своей госпожой. Они никогда не видели её в таком состоянии. Раньше Аиша всегда была спокойной, хладнокровной, уверенной в себе.

— Госпожа, — осторожно произнесла Фарида, — может быть, вам нужен отдых? Вы слишком много сил потратили…

— Отдых?! — Аиша резко повернулась к ней. — Какой, к чёрту, отдых?! Мне нужен план мести! Я должна найти нового покровителя. Кого-то, кто сильнее Вавилонского. Кого-то, кто сможет его уничтожить.

Но кого? Она перебирала в голове все возможные варианты. Но никто из них не казался ей достаточно сильным, чтобы справиться с этим человеком.

Ей нужно было время, чтобы всё обдумать и найти новый план. А ещё — чтобы самой стать сильнее. Но самое главное, что вдруг почувствовала Аиша — ей хотелось жить. И почему-то сильно захотелось увидеть родные стены.

В какой-то момент она даже пожалела, что вообще ввязалась в эту игру. Вавилонский — не просто человек, от которого можно просто так избавиться. Он сильнее, чем кажется. И от него веет такой аурой, что даже она, дочь султана Мурада, испытывала перед ним странный, ни с чем несравнимый, нечеловеческий ужас, от которого ей хотелось не просто бежать.

Хотелось спрятаться, зарыться в песок, как страус, чтобы никто не смог её найти.

* * *

Ароматы свежесваренного кофе и жареных круассанов приятно щекотали ноздри.

За столом, удобно расположившись в плетёных креслах, сидели я, Настя, Скала и Борис. Даже Семён Семёнович, мой незаменимый помощник в лавке, приехал, чтобы поприсутствовать на этом небольшом семейном ужине.

Мы ели не спеша, наслаждаясь тишиной и покоем, которые в последнее время были редкими гостями в нашей жизни. После сегодняшней заварушки с Теневым Обелиском и моей эпической битвы с Патриархом Теней, хотелось только одного — отдохнуть. Выспаться. Прийти в себя. И… двигаться дальше.

— Ну и денёк выдался, — протянул Боря, с наслаждением откусывая кусочек круассана. — Я, когда увидел ту чёрную хрень, которая над усадьбой вылезла, чуть кирпичей не наложил. Думал, всё, конец нам.

— Это была не "хрень", а проекция Теневого Патриарха, — поправил его я, отхлёбывая кофе. — Весьма опасная тварь, между прочим. Представь себе многотонное облако концентрированного зла с самооценкой размером с Эверест и аппетитами, как у… гхм…

— Как у меня после трёхчасовой тренировки? — улыбнулся Скала, похлопав себя по животу, где под футболкой скрывались шесть кубиков мощного пресса. — Только я ем рис и курицу, а этот Патриарх, похоже, предпочитал человеческие души. Ну, земля ему стекловатой, как говорится.

— И как тебе удалось его… ну… того? — осторожно поинтересовался у меня Семён Семёнович.

— О, всё просто, — я небрежно махнул рукой, как будто речь шла о разгадке кроссворда, а не о битве с древним злом. — Если бы не Сущность Света…

— Мы бы сейчас все в аду парились, — снова закончил за меня Скала. — Или, где там эти Тени тусуются? В Тартаре?

— Тартаре? — переспросил Боря. — Это ещё что такое? Я только соус такой знаю…

Настя фыркнула от смеха.

— Не в Тартаре, а в Теневом Плане, — сказала она. — Вы что, совсем не слушали лекцию братьев Сорокиных?

— Слушал, слушал, — отмахнулся Скала. — Только там такая скукотища была, что я чуть не уснул.

— А я вообще ничего не понял, — честно признался Семён Семёнович, размешивая сахар в чашке с таким усердием, как будто готовил какое-то зелье. — Тени, планы, обелиски… Как в фэнтези-романе каком-то.

— Именно так, — кивнул я. — Только в этом романе, если проспойлерить финал, все главные герои могли бы вчера отправиться к праотцам.

Я улыбался вместе со всеми, но внутри меня клубился настоящий вихрь мыслей. Вчера всё могло закончиться… Вот так просто — бац, и нет Теодора Вавилонского и всех, кто имел несчастье находиться со мной рядом.

Я оглядел собравшихся за столом. Мои люди. Моя команда. Моя… семья? Когда я успел обзавестись всем этим? И почему мысли о том, что вчера я мог их всех потерять, вызывает такую острую боль где-то в районе сердца?

— Ладно, перейдём к делу, — сказал я. — Первое — это безопасность. Дядь Кирь, как там обстановка в княжестве?

— Всё под контролем, — ответил Скала. — Патрули усилены. Все структуры работают на износ. В общем, пока тихо.

Я посмотрел на Настю.

— Настя, у нас с тобой будет много работы. Я обещал, что помогу тебе со строительством новых башен. И обещание своё выполню. Только сначала тебе нужно кое-что узнать.

— Я готова, Теодор. Что нужно делать?

— Научу тебя создавать големов-охранников. Они будут защищать не только башни, но и все наши объекты. И ещё… — я повернулся к Скале, — …дядя Кирь, у меня есть для тебя подарок.

— Подарок? — Скала удивлённо приподнял брови. — Какой ещё подарок? У меня же день рождения только через полгода.

— Это аванс, — улыбнулся я. — Не терпится увидеть твоё лицо, когда ты его получишь.

Скала, нахмурившись, посмотрел на меня.

— Ты меня пугаешь, Тео, — сказал он. — Что ты там опять задумал?

— Кое-что очень интересное, — я подмигнул ему. — Вот только не уверен, а не убьёт ли этот "подарок" тебя.

Отправить