Даже без «Ланселота» Майкл чувствовал, что маленький корабль доброжилов уносится от планеты Миранда на высокой скорости. Как только закончились неизбежные при разгоне перегрузки, мальчик понял, что здесь, как в свое время на борту «Иоганна Карлсена», искусственная гравитация соответствует силе тяжести на поверхности Альпина.

Робот в рубке начал надевать «Ланселот», и Майкл сразу же понял, что машина погибнет в ходе эксперимента, более того, понадеялся, что разрушительная сила заодно уничтожит и Координатора. Однако перед началом испытания устройство отключилось от своего безропотного раба, и все надежды Майкла рухнули.

Разумеется, Майкл был уверен, что доброжил тоже не добьется успеха, и насильственная смерть человека в рясе не явилась для него неожиданностью. Хотя мальчику доводилось испытывать переживания из-за смерти, он впервые столкнулся с ней лицом к лицу здесь, и она почти не произвела на него впечатления. Просто одним врагом стало меньше, а Координатор потерпел неудачу.

Поскольку сам Майкл все еще оставался в живых, берсеркерам, очевидно, было что-то от него нужно, и он собирался выяснить, что именно. После того как коренастый доброжил был застрелен, светловолосую женщину, которой не доверяли машины, увели из рубки. Эта женщина напомнила мальчику его мать, и на некоторое время он ушел в мысли о Кармен, погибшей на Миранде.

Трое оставшихся в живых доброжилов, повинуясь отрывистой команде Координатора, покинули рубку без сопровождения роботов. Машины осторожно сняли с мертвого робота «Ланселот», а труп засунули в устройство для переработки отходов. Он не поместился там целиком, и, пока устройство бесшумно расправлялось с телом, из мусороприемника торчали ноги.

«Ланселот» снова аккуратно разложили на капитанском кресле. Три робота, которые остались в рубке, выполнили задание и застыли, превратившись в часть обстановки. По сути, Майкл и Координатор остались одни.

Мальчик стоял в течение всего эксперимента, и теперь, подойдя к креслу – разумеется, не капитанскому, – он сел, не отрывая взгляда от машины, что устроилась на консоли, подобно гигантскому крабу.

Майкл стал ждать. Координатор тоже ждал. В рубке сгустилась тишина, ставшая почти осязаемой, и мальчик пытался уловить какой-нибудь звук, исходивший от Координатора, но тщетно. Было так тихо, что Майклу показалось: приложив некоторое усилие, он даже без помощи «Ланселота» услышит собственное сердцебиение.

Он не мог сказать, как долго ему пришлось ждать. Страх волнами накатывался на него, но Майкл боролся с ним, пытаясь защитить рассудок. Наконец он пришел к выводу, что у него начинает получаться.

И тотчас же прозвучал голос берсеркера. Неужели машина тоже следила за ударами его сердца?

– Я предлагаю тебе расстаться со страхом.

– Вы собираетесь меня убить?

– Нет. По моим расчетам, ты уже понял, что мне от тебя нужно другое. – Подождав ответа, которого не последовало, берсеркер продолжил: – Зложилы, которые пользовались тобой, убили бы тебя сейчас, если бы смогли. Разве не так?

– Возможно.

Раньше Майкл не задумывался над этим, но теперь слова берсеркера больно ударили его.

– Однако им тебя не достать. Я буду оберегать тебя от них.

– Что вы собираетесь со мной сделать?

– Я доставлю тебя в безопасное место, где ты будешь жить долго и счастливо.

– Но зачем? – недоверчиво спросил Майкл.

– Тебя необходимо изучить, потому что ты обладаешь уникальными способностями. Однако все будет делаться ласково, заботливо и осторожно, без повреждения твоего организма. Твою уникальность нельзя нарушать – она может быть очень хрупкой.

– Что случилось с остальными людьми? – вдруг выпалил Майкл. – С теми, кто был на Миранде?

– Вероятно, многие остались живы. Их убийство не являлось моей первостепенной задачей.

– А те, кто был на борту корабля-разведчика? Который летел рядом со мной, когда я… когда я…

– Корабль подбит, но не уничтожен. Почему это тебя так беспокоит? Теперь эти живые единицы стали твоими врагами.

– На корабле была моя… мать.

Произнося эти слова, Майкл ощутил небольшую, но резкую перемену в инерционном пространстве, где находилось его тело; включились тахионные ускорители. Теперь преследование станет для людей более сложной, но все-таки выполнимой задачей. Если в приключенческих книгах говорят правду.

Берсеркер умолк, словно вычислял, какими должны быть следующие слова.

– Твоя мать, – наконец заговорил он, – это живая единица женского пола, внутри тела которой сформировалось твое тело. Эта живая единица находится на борту корабля. Ты видел ее в этой рубке.

Майкл не смог определить, произвели на него впечатление слова Координатора или нет. Обдумав заявление берсеркера, мальчик пришел к выводу, что оно может быть справедливым. Майкл давно знал, что его усыновили, и слышал от кого-то, что как минимум на Альпине пытаются подбирать приемных родителей, похожих на биологических по генетическому коду и даже внешне. Женщина, которую он только что видел, очень походила на его мать. Однако, даже если предположить, что берсеркер сказал правду, какое значение это имеет сейчас?

Машина не собиралась ни в чем убеждать мальчика.

– Когда ты впервые испытывал устройство, именуемое «Ланселотом»? – спросил Координатор.

Когда-нибудь – например, после того, как он сможет всесторонне обдумать положение, в котором оказался, – надо будет попробовать солгать. Но пока Майкл не видел в этом необходимости.

– Всего несколько дней назад, – ответил он.

– Где?

– На Лунной базе.

– Какое впечатление произвело на тебя первое испытание?

– На меня? Да, в общем-то, никакого.

Майкл стиснул руками подлокотники кресла, но далеко не так сильно, как несколько минут назад, когда сел в него. Мальчик ощущал дрожь в мышцах спины, которые пробовали расслабиться.

– А какое воздействие произвели на тебя таранная кость и кольцо?

– Что?

Где-то, в самых глубинах памяти, сохранились едва различимые следы. «Таранная кость – это…»

В эту минуту берсеркер не собирался ни на чем настаивать.

– Где ты находился до того, как попал на Лунную базу? – спросила машина.

– На Альпине. Это планета, расположенная…

– Почему «Ланселот» решили надеть именно на тебя?

– Полагаю, потому что другие люди начинают сходить с ума. Вы сами видели. Они перебрали многих.

Теперь Майкл явственно ощущал микроскачки; их продолжительность и частота увеличивались. Если бы взглянуть в иллюминатор или на экран… но что это дало бы ему?

– Объясни смысл названия «Ланселот».

Майкл постарался вспомнить, что ему говорили на Лунной базе.

– Это имя человека из древних преданий. Знаменитого бойца. Из тех времен, когда люди сражались друг с другом большими ножами и ездили верхом на животных. Лишь один человек мог победить Ланселота – его сын.

– Хочешь увидеться со своей матерью?

Сердце Майкла забилось учащенно, но тут он вспомнил, что имеет в виду машина.

– Вы говорите о женщине… которая была здесь.

– Я же сказал, она твоя мать.

– Я… да, я бы хотел поговорить с ней.

Роботы бесшумно пришли в движение. Дверь отворилась, и при виде высокой светловолосой женщины, стоявшей в коридоре, сердце Майкла опять судорожно дернулось – но только пару раз.

Большой корабль задрожал, набирая скорость. Тупелов занимал командирское место на боевом мостике. Рядом с ним сидела Кармен. Защитные средства на обоих креслах были сложены, молодая женщина почти касалась головой плеча министра, приняв позу то ли просительницы, то ли утомленной любовницы.

– Я слышала, вы приказали флоту прекратить преследование и пойти на перехват, – нарушила молчание Кармен.

– Ну… да, отдал. Вероятность успеха в этом случае выше. Видите ли, к преследованию подключается еще одна эскадра. Совершающий тахионные скачки корабль все равно оставляет следы, и наши люди будут тщательно изучать все, что смогут обнаружить.

– Но как мы перехватим берсеркеров, если не знаем, куда они движутся?

В центральной части рубки находилось объемное изображение известной части Вселенной, модель пространства, имевшего диаметр в тысячи световых лет. Большую часть времени после отлета с полигона Тупелов пристально изучал это изображение и сейчас тоже смотрел на него.

– Я делаю предположение, только и всего. – Он украдкой взглянул на Кармен. – По-моему, вы очень устали.

– Вы правы. И все же спасибо за то, что взяли меня с собой.

Снова уставившись на дисплей, Тупелов пробормотал:

– Как я решил, есть вероятность того, что вы можете принести пользу. – Он не стал уточнять, насколько велика эта вероятность. – В ближайшее время никаких событий не намечается, так почему бы вам не сходить к завхозу? Кажется, вы не меняли белье уже дня два, а то и три.

Кармен оглядела себя. Да, она не переодевалась с момента нападения на полигон. Ей дважды приходилось спать одетой, и она просыпалась с мыслью, что надо что-то предпринять, но потом забывала об этой мелочи.

– Хорошо, я поищу свежее белье, – сказала она, неуютно поежившись. – Строить предположения – это все, что нам остается?

Министр странно взглянул на нее.

– Просто это получается у меня весьма неплохо, – сказал он. – Точно так же, как у других людей получается что-то еще.

– И все же предположения остаются лишь предположениями, не так ли?

Похоже, Тупелов на что-то решился. На время забыв про объемный экран, он отпер маленький ящик в операторской консоли.

– Вы слышали когда-нибудь об этих вещах? Быть может, до вас доходили слухи? Их доставили Элли Темешвар и Фрэнк Маркус из места, которое мы называем Тадж. Если эти два предмета что-то доказывают, а я в этом уверен, то вероятность, предположения и законы физики совсем не таковы, какими видятся нам сейчас.

На ладони Кармен лежали два безобидных с виду предмета. Одним из них был маленький кубик со скругленными ребрами. Материал на ощупь казался костью. На каждой из шести граней, почти ровных, были вдавленные точки; внешне кубик ничем не отличался от обычной игральной кости. Другим предметом было простое металлическое колечко, подходившее для самого крупного человеческого пальца.

– Не вижу, что в них…

Тупелов взял кубик с ее ладони.

– Мы назвали его таранной костью, – сказал он. – По аналогии с суставной костью, которая использовалась в древние времена для азартных игр.

Министр бросил кубик на ровную крышку консоли. Тот прокатился по ней и остановился; на верхней грани была одна точка. Тупелов бросил его снова – с тем же результатом. Потом еще и еще раз.

– Шулерская кость? – спросила Кармен.

– Нет. По крайней мере, самые точные наши инструменты не обнаружили в ней ничего необычного. Центр тяжести расположен так, что, согласно теории вероятностей, кубик должен останавливаться в разных положениях, как и обычная игральная кость. Но это не обычная игральная кость. При каждом честном эксперименте на кубике выпадает только единица.

– При каждом? – (Тупелов еще раз бросил кость в доказательство своих слов.) – А что с кольцом?

Кармен покрутила его в пальцах и снова положила на ладонь.

– Я бы не стал надевать его на свой палец. Впрочем, это тоже пробовали делать – без всяких видимых последствий… Внимательно посмотрите на внешнюю поверхность кольца. Ничего не кажется странным?

Опять покрутив кольцо, Кармен обнаружила, что его внешняя поверхность иногда начинает расплываться, словно она крутится со скоростью, отличной от скорости движения остальной части кольца. Это прекращалось сразу же, как только кольцо становилось неподвижным. Молодая женщина описала, как могла, свои впечатления, добавив:

– Однако я уверена, что подобного эффекта можно добиться с использованием наших технологий, разными способами. Вы это имели в виду?

– Нет. Хотя, по-видимому, это имеет отношение к действительно странному явлению, которое мы обнаружили далеко не сразу. И состоит оно в том, что окружность кольца, которое вы держите в руках, ровно в три раза превосходит его диаметр.

Кармен не сразу поняла, что он хочет сказать, и наконец заметила, что с виду кольцо совершенно круглое.

– О, это действительно так, мы использовали точнейшие приборы. Для данного кольца число «пи» равно ровно трем. Все очень просто и в то же время совершенно невозможно. – Увидев, что Кармен не находит слов, он добавил: – Можете сами проверить на досуге.

Забрав у нее кольцо, Тупелов положил оба предмета в ящик. Затем, снова посмотрев на дисплей, сказал:

– Майкл в каком-то смысле происходит из того же места, что и эти предметы. Он был зачат там, а потом попал в обычный мир. В наш мир.

Где-то в глубине души Кармен повеяло холодным страхом.

– Что вы хотите сказать?

– Я сам едва ли точно понимаю. Но задумайтесь об этих предметах. Внешне они кажутся совершенно нормальными. Что бы ни являлось причиной аномалии, мы не можем ни определить, ни измерить ее. Кольцо и кость ломают наше представление о Вселенной как о пространстве, подвластном выведенным нами законам физики и теории вероятностей. Как будто… как будто нам подарили познавательные игрушки. Чтобы мы задумались. Или…

– Или?

– Или в нас хотят обнаружить какие-то новые способности. А быть может, нас проверяют. Не знаю…

– И вы хотите сказать, что Майкл… явился… из того же места? Вы назвали его Тадж.

– Да. Майкл действительно явился оттуда. Ну же, Кармен, не надо, это не поможет. Итак, вот мое предположение: Майкла хотят доставить к Директорам. Это всего лишь предположение, а не умозаключение. Я же сказал, не надо. Мальчику не сделают ничего плохого. По крайней мере, я думаю, что берсеркеры будут хорошо обращаться с ним.

Закрыв глаза, Кармен откинулась на спинку кресла. Ее обескровленные губы стали бледными, как кожа.

– В таком случае куда мы направляемся?

– Первым делом мы заскочим на Альпин – все равно это по пути. Я хочу проверить, нет ли каких-нибудь новых сведений. Затем мы полетим дальше, усилившись, если я уговорю правительство Альпина выделить нам боевые корабли. Полетим туда, где, как я полагаю, сейчас находятся Директора и где мы сможем найти Майкла – если нам вообще суждено его найти. – Подавшись вперед, министр ткнул световой указкой в объемное изображение. – Туда, где, согласно донесениям, в последний раз был обнаружен Тадж. В непосредственной близости от Ядра.