Глава 3

Возражение прозвучало серьезно, несмотря на то, что парень мелко дрожал от страха. Возможно, из-за меня, а, может, из-за прошедшей битвы. Лишний раз махать кулаками я не собирался. Особенно, когда вопрос можно было решить мирно.

— Потому что я так решил, — произнес я командным тоном. — Бегом за этими треклятыми веревками и дуй к командиру. Не заставляй соратников ждать, боец!

Я — князь, военачальник и правитель. Приставка бывший в этом случае меняла многое… Но далеко не всё. Например, умение отдавать приказы, что уже давно въелось в мою натуру. В ситуации вроде этой, когда вы все формально равны, говорить надо уверенно, властно, так, будто твоё право командовать — это нечто само собой разумеющееся. И уж совершенно точно никогда не нужно оправдываться или, хуже того, упрашивать выполнить приказ. Тут самое главное сразу, в моменте определить самого бесхарактерного или слабого, того, кому проще подчиняться, чем вступить в конфликт. Если всё пройдёт удачно, то дальше будет проще.

Воин, недовольно скривившись, все же выполнил приказ, и я, довольный, двинулся к лагерю.

Добравшись до своей палатки, я первым делом снял с себя броню и одежду, которая успела неслабо намокнуть от моего пота пополам с дождем. Запасной комплект нашелся сразу, и уже минуту спустя я полез за едой. Восстанавливать силы, в том числе и духовные, лучше всего на сытый желудок. И чуть не погиб, едва успев воскреснуть!

Прежде, чем есть, я решил сполоснуть рот — после боя в горле сильно пересохло. Хлебнув из фляги, я приступил к делу и, секунды через три, ощутил знакомый, прочно врезавшийся мне в память вкус корня пурпурника. Сам куст был ничем, кроме своего ярко пурпурного окраса, не примечателен, хоть и довольно редок. Но вот его корень, если его правильно обработать и провести нужный ритуал, превращался в сильный, магический яд. Излюбленная разной мразью гадость, отлично подходящая, чтобы убить человека, не вызывая лишних подозрений раньше времени.

Яд срабатывал не сразу. Можно было выпить эту гадость утром и целый день ходить как ни в чем не бывало, симптомов у этой гадости почти не было. Отрава убивала человека лишь в тот момент, когда он засыпал… Я хорошо знаком с этим ядом, потому что однажды меня им уже травили. Меня и семерых моих товарищей, с которыми я остановился в небольшом трактире — и выжил в итоге лишь я один, благодаря амулету сестры, что сумел, полностью выгорев, ослабить яд. Не будь тот магическим, и утром бы нашли восемь тел вместо семи.

Аппетит после подобной находки пропал абсолютно. Будь у меня хотя бы треть резерва, я мог бы провести ритуал, чтобы проверить, нет ли яда и в самой еде. И я обязательно это сделаю, хотя и сильно сомневаюсь, что отравитель стал бы настолько уж перестраховываться. А пока покопаемся в доставшейся мне памяти, может, что-то и припомню.

Можно было по-тихому убраться из отряда прямо сейчас, пока я тут почти один, но в одиночку вернуться назад, в город, у меня шансов было маловато. Неофит, не знающий ни дороги, ни тем более местности, гарантированно умрет по пути. Да, не сразу — три неиспользованных активных заклинания в оружии спасли бы меня раз или другой, но не более того. Любые инструменты хороши ровно настолько, насколько хороши их владельцы, а я сейчас, прямо скажем, не сказать чтоб хотя бы удовлетворителен.

Да и смысл бежать? Желай моей смерти весь отряд или большая его часть — меня бы прикончили безо всякого яда. Командира и его сестру тоже исключаем. Я им необходим как минимум до момента извлечения сердца вожака, основного средоточия магической силы чудовищ. Значит, это один или несколько рядовых Воинов, не более того. Может даже кто-то из погибших бойцов. Осталось только понять — кто и зачем.

Почему-то сразу вспомнить, где и откуда я набирал флягу в последний раз, никак не получалось. Что-то вертелось на краю сознания, совсем рядом, казалось — протяни руку и поймаешь… Однако ничего не ловилось, так что пришлось копать глубже.

В пути мы недолго — сегодня была третья наша ночевка. И за это время прежний хозяин тела ни с кем не конфликтовал. Да что там конфликтовать — он даже почти ни с кем в отряде не общался, держась обособленно. Типичный интроверт, которому даже найти в себе силы для вступления в отряд было непросто, куда уж там знакомства заводить. И как он до своих лет дожил при таком-то характере?

Оп-па! Ну-ка, ну-ка, что тут у нас? Второй день пути! На привале, когда ко мне, обедавшему в сторонке, подсели двое. Вагаб и Петр — общительная и колоритная парочка приятелей, сумевшая разговорить паренька. Помнится, они довольно ловко выведали, ждет ли его кто в городе, затем свели разговор к оружию, показав своё. У них были относительно неплохие для таких отбросов мечи. Ну и, разумеется, после такого придурок простодушно показал уродам свою саблю.

Ну а дальнейшее я понял даже быстрее, чем память подкинула оставшиеся воспоминания. Парочка ухарей, в жизни подобных клинков в руках не державшая, едва ли поняла ранг увиденного артефакта — но его силу они ощутили. И поняли главное — оружие явно очень дорогое, к тому же за пацаном ни Рода, ни сильных друзей, ни вообще хоть кого-то, кто знал, куда и с кем он отправился в путь.

По хорошему, разумнее было избавиться от мага уже после того, как цель похода будет достигнута — иначе разъяренный глава отряда точно не спустит им подобную выходку с рук. Но, с другой стороны, когда они там эту стайку ящеропсов отыщут с их вожаком второго уровня? А ведь каждый лишний час увеличивал риск того, что о сабле прознают остальные члены отряда. Да и опять же — им повезло, что за время их похода магу не пришлось ни разу обнажить своё оружие, но при встрече со стаей саблю наверняка увидят все, и шансов сбежать с ней уже не будет.

Поэтому на следующий день эта парочка просто вела себя, как обычно, особо не докучая парню. А вечером, когда мы начали разбивать лагерь, вызвались набрать фляжки всем желающим — мол, тут неподалеку ручей с ледяной водой. План простой, но надежный — даже случайно что-то напутать риска не было. Фляжка-то у парня была не такая, как у остальных. Немного отличалась формой, так что при всем желании не спутаешь.

Вот так я и обрел вторую жизнь — вечером, в палатке, заснул один Максим Клинков, молодой маг, двадцати трёх лет отроду. А ночью, во время тревоги, глаза открыл другой: князь Чернолесья и Архимаг Хаоса в возрасте ста семи лет. По идее, этим двоим я, как минимум частично, обязан своим перерождением. Вот только благодарности я не чувствовал. Если бы не нападение тварей, эта парочка просто втихую стащила бы всё ценное, что сумели бы при мне найти, и рванула бы в сторону города. Учитывая, что они местные и эти края исходили вдоль и поперек, то имея фору в добрую половину ночи, они бы имели все шансы добраться до города, а уже оттуда, не теряя времени, рвануть куда глаза глядят.

М-да. Идиот, ей-богу. Какой-то он совсем тепличный был… Даже если опустить вопрос, как он раньше не лишился жизни с таким отношением, мне всё равно интересно, чем надо думать, чтобы взять на вылазку в Зону саблю, что стоит целое состояние? Я, конечно, точных цен в нынешние времена не знаю, но всё равно уверен, что денег за её продажу хватило бы простолюдинам вроде этой парочки до конца их дней. Ещё б и детям солидное состояние осталось.

Разобравшись в ситуации, я окончательно успокоился и принялся невозмутимо ждать, потихоньку восстанавливая ману. Каплю за каплей, крупицу за крупицей.

К счастью, Серега, видимо, решил, что особо спешить пока некуда и лучше дать мне побольше времени на восстановление. Так-то труп вожака они притащили в лагерь минут через восемь после того, как я забрался в палатку, что целой толпе Воинов туша одного-единственного монстра, пусть и в добрых пару-тройку центнеров весом? Однако дергать меня не стали, и я час потратил, восполняя энергию. Накопил где-то двадцать процентов и решил, что дольше затягивать нет смысла.

Серега с Ирой сидели буквально в десятке метров от моей палатки, рядом со сваленной в центре лагеря тушей твари. Завидев меня, парень, старательно пряча своё нетерпение, вопросительно поднял бровь.

— Можно начинать, — уверенно кивнул я. — Несите контейнер.

— Он при мне, — ответил парень.

Небольшая деревянная коробочка тридцать на пятнадцать сантиметров, покрытая магическими символами. По боковым поверхностям шли незнакомые мне руны, сверху же, на крышке, красовался ненавистный мне символ Церкви Солнца — шар в виде Солнца, от которого во все стороны расходились семь языков света. Артефакты хранения с моих времен значительно изменились. Тогда, помнится, изготавливать их из дерева не умели, только из магических металлов. Отчего сейчас они стали куда доступнее.

Я-то ожидал, что мне дадут какой-нибудь одноразовый эрзац, который после активации протянет дней пять, максимум семь. А тут — поди ж ты, полноценный магический предмет! В моё время, рисковать такой штукой, отдавая её в руки Воину двух Звезд, никто ни при каких обстоятельствах бы не рискнул — такие предметы были на вес золота.

Подойдя к лежащему на спине трупу, я, не теряя времени, приступил к делу. Излечение — это своего рода ритуальное заклинание, которое в обязательном порядке изучают все маги приграничья. Весь смысл данного действа — извлечь сердце монстра, являющегося средоточием его жизненной силы, с минимальными потерями энергии и без повреждений.

И так уж вышло, что Воины ниже четырех Звезд сами на это не способны. Коснувшись левой рукой брюха и сжав покрепче посох в правой, я сосредоточился, стараясь прочувствовать, где конкретно находится точка, откуда нужно начинать ритуал. Много времени это не отняло. Несмотря на все попытки сердца запутать меня, я был слишком опытен в этом деле. А вот какого-нибудь новичка, к примеру прежнего хозяина тела, подобная проблема могла заставить промучиться не один час. Я управился секунд за сорок, но порядка ради, чтобы не возникало лишних вопросов, подождал пятнадцать минут, изображая напряженную работу и хмуро водя рукой по туловищу вожака.

— Нашел! Сергей, приготовься! — велел я наконец.

Воин немедленно встал на колени рядом со мной и откинул крышку хранилища. Я же неспешно, плавно активировал вторую половину заклинания, и сразу же ощутил тяжесть в ладони, лежащей на гладкой и крепкой чешуе. Попалось, родимое! Всё, вытягиваем. Слава Хаосу, финальную часть что новичок, что профессионал заканчивают одинаково быстро.

Сердце вожака, горячее, исходящее паром, будто остановилось не полтора часа назад, а вот только что, поднялось на поверхность, словно рыба, вынырнувшая из озера. Раздвигая плоть и чешую, аки воду, оно плавно взлетело и приземлилось прямо в распахнутый артефакт хранения, и украшенная символом Цервки крышка с лязгом захлопнулась, запечатывая добычу.

Теперь ценный алхимический реагент не потеряет ни капли своей свежести и энергии, сколько бы времени не прошло — в этом и была ценность данного предмета. Ведь одно дело добыть сердце сильного монстра или, допустим, редкое магическое растение — и совсем другое доставить добычу обратно на нашу территорию. Такие вещи портятся довольно быстро, три-пять, редко семь дней, и можно выкидывать.

А что-то, достаточно ценное хотя бы для Подмастерий и Мастеров, встречается обычно не ближе чем в десяти-двенадцати днях пути к Разлому. Вот и приходилось раньше таскать с собой десятками дешевые эрзацы под этот артефакт — набрал добычи и назад, не забывая вовремя перекладывать добычу из разряжающихся в свежие контейнера. Геморрой был тот ещё.

— Мы твои должники, Макс, — посмотрел мне прямо в глаза Серега. — Ты сделал намного больше, чем должен был по нашему договору… Да что уж тут, ты всем нам шкуры спас! Я знал, что вожак близок к эволюции на третий уровень, но по моей информации до этого оставался ещё как минимум месяц. Есть ли что-то, чем я могу отплатить тебе этот долг?

Ира просто молча поклонилась — низко, практически в пояс.

— Давайте поговорим об этом наедине, — предложил я. — Не хочу, чтобы кто-то даже случайно нас подслушал, это слишком личное дело. Но сперва — я ведь могу забрать себе печень твари?

— Разумеется, — кивнул удивленный и слегка заинтригованный парень.

— Отлично…

К счастью, с печенью никаких особых ритуалов не требовалось. Где она находится я определил с самого начала, так что сейчас просто и без затей вырезал её прямиком из мяса. Конечно, делать это саблей было не очень удобно, но что поделать — нормально пробивало эту чешую только моё оружие. Повозившись минут пять, я всё же извлек её, и отнёс в свою палатку. Блин, все руки в крови… Благо, дождь наконец перестал размениваться на мелкие капли и пошёл полноценно.

— Может, перенесем разговор? — предложил Серега. — Ночь и так была тяжелая, не хочется ещё и лишний раз под дождем мокнуть.

— Мне нужно знать, сможешь ли ты мне помочь, как можно скорее, — решительно заявил я. Впрочем, покосившись на девушку, добавил. — Но Ире действительно нет никакой необходимости с нами мокнуть.

— Я с вами! — немедленно заявила она. И первой решительно зашагала в сторону от лагеря.

Тяжело вздохнув, её брат, не выпуская из рук драгоценную шкатулку, двинулся за ней. Пройдя мимо часового, уныло оглядывающего окрестности, мы двинулись дальше.

— Так что за секретная личная просьба? — повернулся ко мне Сергей.

— Думаю, вы уже догадались, что моя сабля — несколько необычное оружие, верно? — начал я издалека.

— Это ещё очень мягко выражаясь, — усмехнулся парень. — Артефакт, не ниже четвертого ранга. Хорошая и очень дорогая вещица, но совать нос не в своё дело мы не собирались, если ты об этом.

— Да это не секрет. Она моё единственное наследство, — не моргнув глазом соврал я. — Дело немного в другом…

Брат с сестрой очень внимательно выслушали мою историю. Собственно, рассказ вышел недолгий — первый разговор с Вагабом и Петром, как показал им саблю, про воду и яд, ну и добавил свои выводы о том, что именно они планировали.

— К сожалению, я слишком поздно понял, чем меня отравили. Из всего, что лишено вкуса и запаха, но при этом по карману этому отребью, подходит только сок гурульей ягоды.

— Ты уверен? — уточнил Сергей. — Я слышал про эту ягоду, и если бы это была она, то ты, вроде как, уже должен быть мертв.

— Ну, я всё же не зря обучался алхимии, — и ведь даже не соврал. Обучался, да ещё как! — Из фляги я, к счастью, первый глоток сделал уже у себя в палатке, перед сном, так что времени прошло не так и много. По моим расчетам, как минимум полтора часа у меня в запасе ещё есть. Так-то я, если честно, планировал ночью сам навестить эту парочку и выбить у них противоядие, но не успел.

Серега с Ирой с серьезным видом слушали меня, стараясь не пропустить ни слова.

— Впрочем, теперь это и не обязательно, есть другой выход, — продолжил говорить я. — печень вожака стаи псовых видов монстров отличное противоядие от этой и ряда других гадостей. Средство забытое и непопулярное, его уже почти никто не помнит по словам моей наставницы, ведь есть куда более приятные виды противоядий, чем сырая печень монстра, но выбирать не приходится.

И именно поэтому я соврал, что отравлен гурульей ягодой. У меня было время продумать свои действия и слова, чем я и воспользовался. В отличии от остальных бойцов в нашем лагере, брат и сестра Володины вполне могут мне пригодиться в будущем. Ребята явно не простые, скорее всего бастарды какого-нибудь Рода. Притом достаточно перспективные, чтобы их признали. А я, к сожалению, уже не князь и не Архимаг, и даже не знаю, сколько времени минуло с моей первой смерти.

Так что нужно налаживать связи и полезные знакомства. Чем я сейчас и занимаюсь, смешивая приятное с полезным.

— Восхищен твоей выдержкой, Макс, — покачал головой парень. — Вот так спокойно рассуждать и держать себя в руках, зная, что в твоих жилах смертельный яд… Я бы не смог. Сразу после боя заставил бы этих уродов дать мне противоядие, несмотря ни на что!

— Угу, — поддакнула Ира.

— Тебе нужна наша поддержка, чтобы разобраться с этим отребьем? — уточнил Серега. — На случай, если остальные встанут на их сторону?

— Как бы ни чесались у меня руки, пока что придется с этим не спешить, — покачал я головой. — Оторвать уродам головы дело недолгое, но только в том случае, если вы хорошо ориентируетесь в этих краях и уверены, что сможете пройти назад в обход всех неприятностей.

— Нет, мы тоже неместные, — скривился Сергей. — Это наша первая вылазка в эти края.

— Тогда убивать эту пару сейчас и настраивать против себя всех остальных — это хреновая идея, — задумчиво протянул я. — Придется сделать вид, что никакого яда я не заметил и вести себя как обычно.

Серега с Ирой слушали меня с серьезными лицами. Им явно не нравилось присутствие крыс в отряде. К счастью, я знал как решить нашу общую проблему.

— Но это сейчас, а вот на третий день обратного пути… — продолжил я заговорщически, — да ближе к ночи, когда надобность в проводниках уже отпадет, тогда совсем другое дело. А пока, думаю, вы ведь и сами понимаете, что пить и есть из чужих рук вам теперь не стоит?

— Но они ведь поймут, что что-то не так, когда увидят тебя живого утром, — напомнила Ира.

— О, за это не переживай, — холодно проговорил я, — у меня всё схвачено…