Глава 19
Все в лощине выглядело неправильно и дело не только в измененной мане. Мутная вода, словно стекала с обрыва, не следуя никаким законам этого мира, а сам Разлом просто не должен был существовать посреди Топей. И я не говорю о изумрудном свечении, маняще переливающемся вдалеке.
На языке явственно ощущался привкус ила, а воздух был пропитан влагой. Стены лощины представляли собой острые скалы, кое-где укрытые корнями деревьев. повсюду были разбросаны островки темно-зеленого мха.
На коже сам собой выступил мерзкий, липкий пот. Я стер рукавом стекающую со лба влагу. Но это не особо помогло — просушенная на ночлеге одежда вновь взмокла.
— А ну, дай пройти, — Аскольд продрался сквозь ряды новых соратников и удивленно ахнул. — Ух… Малахитовый цветок…
Елисей ехидно смотрел на вытянутое лицо Аскольда. Малахитовый цветок — это не совсем растение, а, скорее, гибрид между настоящим цветком и горной породой. Искать логику в порождениях Разлома не следовало, многие вещи просто были данностью.
Вот только не нравилось мне, что малахит оказался посреди Топей. Место для него, прямо скажу, необычное. За всю свою жизнь не разу не встречал малахит в Топях, он больше любит холодный, горный воздух.
Я же, в отличии от Аскольда, смотрел на Стража. Это была гигантская, трехглазая лягушка, покрытая чешуей болотного цвета вместо кожи. Она, как ни странно, не ждала в воде, а короткими рывками прыгала в отдалении от Малахитового цветка.
Странно, ведь монстры-одиночки питались энергией таких мест, а волшебная порода отлично подходила для их магического развития. Но лягушка держалась на почтительном расстоянии от цветка. Сколько она здесь находится и насколько сильно развилась — вот главный вопрос.
По моим ощущениям, лягушка была не ниже третьего уровня. Змей, к слову, был первого, и мы с трудом победили его нашим отрядом. Неудивительно, что Елисею потребовалась помощь. Было похоже, что лягушку мы совсем не интересовали до тех пор, пока не совались вниз, на ее территорию. А соваться вниз без плана — это верная смерть.
— Ну как, — усмехнулся Елисей, — стоит малахит тридцати процентов добычи?
— Посмотрим, — неоднозначно ответил я. — У тебя же есть план?
Мы временно расположились наверху, оставив двух дозорных следить за поведением мутанта. Мало ли, что взбредет лягушке в голову. Да и сама лощина могла выкинуть трюк или два.
— Значит, — спросил у Елисея я, — не хотел делиться с отрядом посильнее?
— Верно, — улыбнулся тот. — Зачем отдавать половину, а то и больше, если с работой сможете справиться вы за тридцать процентов? Да и до города идти далековато. Есть риск, что цветок сорвут до нас.
— Охренеть… — никак не мог отойти Аскольд. — Малахит… здесь.
Да, ингредиент был редким. И крайне необходимым для многих полезных зелий от пятого ранга и выше. Даже опытный моряк видел его впервые в жизни. Да и остальной отряд был удивлен и разгорячен возможностью получить его. Но, думается мне, что в нашу долю малахит входить не будет. Если мы до нее еще доживем.
— Один лепесток, — щедро предложил Елисей, видя горящие глаза моих соратников. — А со Стража все как договорились поделим.
— Ты чем лепестки-то с малахита срезать собрался? — серьезно поинтересовался я.
— Да, думаю, — бросил Елисей взгляд на мою саблю, — твоей саблей выйдет. За лепесток можно и поделиться, верно?
— Ты сначала лягушку убей, — покачал головой я. — А там посмотрим.
— Так если заряды-то остались в сабле, — влез Глеб, — то точно убьем.
Я изобразил на лице доброжелательную улыбку, как зеркало отражая выражение лица Елисея.
— Как раз один и остался, — говорить правду этим двоим я не собирался.
В Зоне Разлома не то, что доверять нельзя, но и проверять нужно многократно. Или твои кости будет местная живность на завтрак догрызать.
— А больше и не нужно, — довольно поддакнул Елисей.
Похоже, что его отряд воспрял духом. И я это понимаю, все-таки они были в шаге от малахита. Вот только вверять свою судьбу в их руки просто так я не собирался.
Дальше мы обменялись идеями о предстоящей схватке.
Я бы поставил наверху магов уровнем посильнее, а вниз послал бы группу мобильных воинов, способных отвлечь монстра третьего уровня и занять его боем. Вторая же группа смогла бы забрать малахит и подняться наверх. Первая же группа могла отступить под прикрытием магов. Необходимости побеждать Стража не было, раз они явились за цветком. Но посмотрим, что предложит Елисей.
План Елисея чем-то он был похож на мои мысли — две группы, где наша стала будет приманкой для лягушки. Сам Елисей подготовит заклинание четвертого ранга, а его бойцы добьют скованную и раненую лягушку.
Проблема в том, что все время, пока Елисей готовит заклинания, лягушку нужно развлекать. Иначе она, почувствовав магическую энергию, тут же сиганет на белобрысого волшебника. Так, по его словам, они ошиблись в прошлый раз и два Воина расплатились за это жизнью.
— Что у нее по способностям? — поинтересовался я.
— Языком цепляет шагов на десять-пятнадцать, — начал перечислять Елисей, — выплескивает кислоту, давит тушей…
— Еще и пиявки отовсюду лезут, — пробасила Любава.
— Бр-р-р-р, — Глеба аж передернуло от упоминания пиявок.
С этим, предположим, разобраться было по силам. Пиявки в разломах скорее походили на червей, размером в метр-полтора. Они были всеядны — ели любое мясо, траву, кости и, несомненно, людей. Пиявками их прозвали за изощренный способ лакомиться плотью ходоков. Они высасывали все соки, начиная обычно с головы, где находился мозг. Зрелище не из приятных.
В небольших лужицах мутной жижи в лощине я действительно без всякой магии чувствовал копошение.
— Мы с Глебом и Любавой займем позицию во-он там, — указал Елисей на небольшую площадку юго-восточнее, с которой свисали вниз древесные корни. — Целительнице в драке делать нечего, а Глеба оставлю на случай, если тварь решит переключиться на более вкусную добычу и запрыгнет ко мне. Сильная магия уровня Подмастерья требует некоторого времени на подготовку, так что мне нужен рядом кто-то, способный в случае чего выиграть мне время в одиночку. Остальные мои Воины пойдут с твоим отрядом. Вам спускаться с другой стороны. Справитесь?
Не сказать, что самый подробный и хитроумный план из тех, что я слышал, но это даже неплохо — у нас тут две несработанные друг с другом команды, и попытка действовать по сложной и неотработанной заранее схеме гарантированно кончилась бы провалом. Кровавым провалом с немалыми потерями, особенно среди моих бойцов, как более слабых.
— Справимся, — кивнул я.
— Замечательно, — лицо Елисея аж засияло.
Мы взяли небольшой перерыв после перехода. Все должны быть максимально свежими. Да и времени до заката у нас было предостаточно. Мне же предстояло определиться с составом добрых молодцев, что пойдут покорять Стража-лягушку.
В целом, наша роль в плане была ясна — наживка. Сколько людей было у самого Елисея? Пять Воинов Третьей звезды, два Адепта и он сам, Подмастерье. Да, маловато для двух групп, особенно учитывая, что один из магов-Адептов был лекарем.
Сами же мы потеряли лишь одного моряка.
Аскольд и я точно шли вниз, двигались мы как надо, да и в одноглазом я не сомневался. Игнат тоже, нечего наверху отсиживаться. Ира точно остается, ей лучше прикрывать нас сверху. Тут же останется Сеня, от него внизу пользы ноль, одна морока.
А вот с остальными нужно было решать. Моряки могли и не пережить стычку с трехранговым монстром. А Весна была далека от пиковой кондиции, уж больно много маны израсходовала.
Впрочем, в ходе короткого разговора выяснилось, что моряки были готовы. Безумие и отвага — две стороны одной монеты.
— Не расслабляйся, — я сжал локоть Аскольда. — И остальным скажи.
— Думаешь, предадут? — прошептал тот.
— Не в этом дело, хотя к этому тоже надо быть готовым, — покачал головой я. — Место недоброе, да я никак не пойму, что мне так не нравится.
— Добро, — кивнул Аскольд.
Хорошо, что опытный моряк доверял моей чуйке. Я заметил на дне лощины не только лягушку-стража, но и маленькие озерца с копошащейся там живностью. Да и земная твердь изредка предательски бурлила, скрывая под собой зыбкую западню. Один неверный шаг — и можно завязнуть и остаться в лощине навечно.
Весна сидела на небольшом плоском камне в стороне и пила что-то из бурдюка. Меня она заприметила еще на подходе и спрятала емкость под полы робы. Запаха алкоголя я не чувствовал, а об остальном не переживал. Пусть хоть чай, хоть отвары хлещет. Я сел с ней рядом, осматривая свою ватагу. Добрый отряд собрался.
— Сможешь сверху нас прикрыть? — прямо спросил Весну я, мысленно определяя роли для каждого.
— Если вы не будете далеко отходить от уступа, — серьезно произнесла девушка. — Но разве что-то в этой вылазке идет по плану?
Она уже успела издалека взглянуть на наше место спуска и была права. Да и лягушка вполне могла сигануть наверх, а нам нужно было держать ее на расстоянии от Елисея. Я заглянул друидке в изумрудные глаза, похожие своим свечением на малахит.
— Не переживай, — Весна приблизилась ко мне и провела девушка ладонью по моей щеке, — я могу о себе позаботиться.
Посмотрим. Без ее защитных чар внизу нам не выстоять. Я видел повреждения на зачарованной броне отряда Елисея. Мы в этом плане были намного хуже подготовлены.
— От тебя пахнет Одоленем, — улыбнулся я, меняя тему. — Ты из него и впрямь чай что ли сварила?
— У девушки должны быть свои секреты, — состроила кокетливую мордочку Весна.
— Смотри не заиграйся. Расскажешь, если выживем?
— Может даже покажу, — хищно облизнулась Весна.
— Хорош там ворковать, — беззлобно позвал нас Аскольд. — Делу время — потехе час.
Он был прав. Я помог Весне подняться и мы двинулись к остальным. Елисей сиял, словно окунулся в прорубь с чистой маной. Глеб жадно поглядывал на мою саблю. Ну-ну, хрен она тебе достанется, плут. Любава выдавала своим обереги.
Аскольд же заканчивал разводить в деревянной миске непонятную жижу, весело бормоча что-то себе под нос.
— Ну что, помолимся? — предложил Елисей.
Я безразлично пожал плечами. Каждый сам решает, как успокоиться перед боем. Мне нет дела до Богов и их планов — свой путь я выбираю сам.
— Ну можно, — пробормотал вместо меня Сеня, на что Елисей довольно кивнул.
Два голоса проговорили почти одновременно:
— Великое Солнц…
— Господь Всем…
Сеня и Елисей непонимающе уставились друг на друга. Опа, не сошлись конфессиями.
В это время моряки начали по одному подходить к Аскольду, который выводил им на лицах боевой раскрас. Так вот, что он в мисочке разводил. Не знаю, что тот добавил, но цвет вышел синим. Одним он рисовал руны, а другим просто проводил тремя пальцами поперек лица. Надо сказать, что в каждом случае получалось очень боевито.
Да и смотрелись моряки воинственно — словно собрались отправиться за тридевять морей в поисках наживы. Настоящие варяги, не иначе.
— Э-э-это Ересь! — воскликнул Елисей, переводя взгляд с Сени на Аскольда и моряков.
Я не выдержал этой сцены и полного разочарования возгласа Елисея, и рассмеялся.
— Да что тут смешного? — как-то по-детски развел руки в стороны Елисей.
Но к смеху уже присоединились Серега с Ирой. Да и несколько Воинов из отряда Елисея улыбались. Забавное переплетение вышло.
— Ежели молиться не хотел, — сплюнул Сеня, — то нечего и начинать было.
Елисей так и остался стоять на месте, словно вкопанный. Тяжело им, любителям Солнца. Везде ересь да враги. А в Зоне Разлома людей и нравов полно. И верит каждый в свое.
— Командир! — Аскольд, довольный как кот, окликнул меня. — Тебе рисунок какой сделать? Я в этом деле мастер. Боево-о-о-ой будет, аж закачаешься!
— Полно тебе, — отсмеявшись, я вытер глаза.
— Как хочешь, — безразлично пожал плечами Аскольд.
Наконец, мои закончили со своими ритуалами и Елисей негромко произнес молитву Солнцу. Я старался скрыть злобный взгляд, кому-кому, а этим я добра не желал. Сколько горя принесли они мне и моей семье в прошлом и не сосчитать. Но сейчас вылазка была важнее. Да и разве отвечал один за грехи руководства?
— … и да осветит Солнце путь наш, — закончил тем временем Елисей.
Я взглянул наверх, в темно-серое небо, по которому бежали тонкие, белые полоски молний. Нет. Солнца что-то не видать.
Через несколько минут приподнятое настроение сменилось боевым. Больше было не до шуток. Мы разделились и направились к условленным местам. Наверху я оставил Иру и Сеню. Тот прикроет лучницу, если наша возня что-то пойдет не так, как надо.
Все остальные же, благодаря природной магии Весны, довольно быстро и без происшествий спустились вниз, в жижу лощины. Тут же пришлось отбиваться от нескольких пиявок. Те, словно почувствовав наше появление, медленно, но верно вылезли из-под мягкой почвы. Двигались они медленно, и опасность представляли лишь тем, кто ступит слишком близко к их скоплению.
Я сколдовал Укрепление Тела и отправил несколько Воздушных Серпов в сосредоточения Пиявок перед нами. Одной угрозой меньше.
— Погнали, — скомандовал я.
И отряд двинулся навстречу трехглазой лягушке, что медленно разворачивалась нам навстречу. Монстр, похоже, почуял приближение добычи и заинтересовался нами.
Пятеро трехзвездочных воинов изрядно повысили боевую мощь нашей группы, что придавало нам уверенности. Двигались мы широкой цепью — пытаться держаться строем здесь, да ещё и против такого врага, было бы самоубийством.
— Ква! — раздался голос хозяина Разлома.
Мы в очередной раз рассредоточились. Моряки на левом фланге отмахивались копьями от нескольких выживших Пиявок. Я же повесил на себя Водяной Щит.
В этот момент лягушка одним движением взмыла в воздух и заслонила собой небо. Если бы не Укрепление Тела, то меня бы сейчас собирали по кусочкам. Но я отпрыгнул в сторону и покатился по мягкой земле.
Из небольшого озерца прямо передо мной вынырнула Пиявка, распахивая морду, полную мелких, бритвенно острых зубов. Меня обдало гнилостным запахом.
— Не дождешься, тварь! — прорычал я и ткнул пиявку кончиком клинка.
Та начала пищать и извиваться. Я же вскочил на ноги. Вовремя — лягушка, недолго думая, раскрыла пасть и из нее вылетело… два языка. Хаос! Один и них летел прямо в меня, второй целился в одного из моряков.
Я почувствовал угрозу с востока, но то было колдовство Елисея. Поздно он начал. Но думать дальше времени не было.
Я позволил Водяному Щиту принять на себя атаку лягушки. Тот выдержал удар, но надулся и лопнул волной брызг. Я рванул вперед и отправил два Воздушных Серпа, целясь в извивающийся язык лягушки. Попал. На пупырчатом языке осталось два глубоких пореза.
Второй язык не достиг своей цели лишь благодаря Барьеру, который призвала Весна. Тот, хоть и спас моряка, но тоже разлетелся в щепки после одного удара. Плохо дело.
Лягушка же, словно понимая свое превосходство, замерла на месте. Лишь ее центральный глаз начал наполняться зеленоватой дымкой.
— Ква! — раздалось гордое кваканье.
— Весна! — скомандовал я, но та схватывала на лету.
Я вновь призвал Водный Щит, понимая, что трачу драгоценную ману на защиту. Но атаковать сейчас было смерти подобно. Весна же призвала корни, что покрывали склоны Разлома, и те вскинулись щитом перед отрядом.
В наполненный зеленой мутью глаз прилетела стрела Иры. Но лягушка просто на миг зажмурилась и взрывной наконечник не нанес ей видимого урона. А через мгновение щеки монстра раздулись, а в стороны пошло кислотное облако.
Оно в миг преодолело расстояние между нами и Водный Щит задрожал, сдерживая токсины. Корни Весны защитили часть отряда, но не смогли спасти всех. В нескольких местах их разъело и раздался жуткий крик. Одного из воинов Елисея знатно пожгло. Скорее всего не смертельно, но уродливые шрамы до конца жизни ему обеспечены…
Он затих также быстро, как и разлетелся по сторонам. Нужно отвлечь Стража, иначе еще одна такая волна кислоты просто выжжет нас всех. Весна снова израсходовала кучу маны, чтобы защитить отряд. Но если они собьются плотнее, то их просто сметет языками.
Монстры-одиночки питаются маной. Вот я и решил привлечь лягушку тем же. Я собрал большую часть оставшейся маны и перегнал ее в клинок, который засветился темными всполохами.
Лягушка медленно повернулась в мою сторону. Все три глаза смотрели прямо на меня. И все три они моргнули одновременно. Интересно, как она отреагирует на такую подначку? Монстры-одиночки третьего уровня в целом обладают пусть довольно примитивным, но уже превышающий планку обычного зверя разумом. Именно поэтому на ней скорее всего не сработает столь примитивный трюк — но вот вывести из себя подобное отношение её имеет некоторые шансы.
— Ква⁈ — склонила голову набок лягушка.
В следующий миг лягушка прыгнула. Резко. Быстро. Словно пружина. Она взмыла в воздух, но целилась вовсе не в меня. А в Елисея. Тот уже был на заключительном этапе, ведь с его стороны просто веяло плотным скоплением маны.
— Хаос… — вырвалось у меня.
В воздухе запахло озоном, а мои глаза ослепила яркая вспышка. Лягушку стянуло яркими, золотистыми цепями прямо в воздухе. Запахло жареной плотью. А в следующий миг огромная туша, согласно всем законам природы, устремилась вниз. И рухнула наземь, отправив в полет с дюжину Пиявок. Те разлетелись в разные стороны.
Мы не спешили атаковать лягушку. Даже обездвиженная, она все еще выкидывала вперед два языка, стараясь попасть в Воинов из отряда Елисея.
На землю спрыгнул Глеб, нарушая весь наш план. Впрочем, смысл ему оставаться рядом с Елисеем, если главная угроза уже скована и её нужно лишь добить? Вот только перед лягушкой Глеб уже не отсвечивал, предпочитая запускать вперед магические выстрелы издалека. Следопыта больше интересовал Малахитовый цветок, в сторону которого он то и дело косился.
Я же ловко орудовал сбоку лягушки, оставляя на хитиновых пластинах глубокие порезы. Броня монстра была крепка. Когда один из Воинов Елисея уж слишком резво подскочил к Стражу, то тот просто выплюнул порцию желчи, которая тут же разъела даже зачарованный доспех. Воин рухнул на колени и заорал благим матом. И тут же в его тело впилось две Пиявки, буквально высасывая плоть из-под доспехов.
— Да не подходите к ней с башки, вашу мать! — злобно выкрикнул я, беря командование на себя. — И добейте уже бедолагу!
Я чувствовал, как Елисей готовит еще одно заклинание. Но ждать его не стал — когда лягушка открыла пасть для очередной атаки языком, я запустил внутрь один из зарядов сабли. Раздался раскат грома и молния ударила прямо в пасть, оставляя в мякоти лягушки черно-фиолетовые ожоги.
Жалобное кваканье раздалось над лощиной. Судьба лягушки была решена. Мы провозились с ее панцирем довольно долго, но наконец монстр вывернулся в последний раз и замер.
Я вытер смесь пота и болотной жижи со лба.
Вот только Елисей так и не прекратил колдовать. И с утеса сорвалась молния заклинания. Стрела света ударила туда, где находились Ира с Сеней.
Ослепительная вспышка поглотила утес, но я по энергетике чувствовал, что оба моих подчиненных выжили. На некогда дружелюбных лицах же сейчас играли злые оскалы. Оно и понятно — монстр был побежден, а делиться добычей с нами было незачем.
Короткая магическая вспышка на миг привлекла внимание всех присутствующих. К Малахитовому цветку чуть ли не вприпрыжку, обогнув все опасные озерца по пути, добрался Глеб — видимо из-за того, что на верху находился их командир-Подмастерье, готовящийся нас добить, Адепт уже не видел в нас угрозы и не хотел тратить на уже, почитай, покойников своё время и силы.
Только почему цветок вспыхнул?
Даже со спины я чувствовал жадную улыбку следопыта, который тут же протянул руки к цветку. Вот только вместо добычи он замер на месте. А затем с ужасом распрямился.
Сначала я не увидел, что произошло. Но затем все услышали истошный крик Глеба.
— Нет! Нет! Не надо! Пожалуйста!
Глеб обернулся к нам. по его рукам бежала мелкая волна измененной маны, обращая его плоть в камень.
— Солнце защ…
Он не успел договорить и так и замер с протянутыми к нам руками и диким, первобытным ужасом на лице.
Это был не малахит, а Каменный цветок. Ингредиент шестого ранга, что заманивал в свои сети неудачливых путников и обращал их в камень, оттого к нему и не приближалась лягушка.
— Макс, прости, — донесся до меня тихий шепот Весны.
Я бросил быстрый взгляд на звук, да сам словно окаменел. Пока все отвлеклись, Весна успела сбросить робу, обнажив стройное тело. В ее зеленых глазах читалась звериная решимость.
Какого Хаоса здесь происходит⁈
