Ожидаемая продолжительность жизни
Как мы подробнее обсудим в главе 6, долгое время поиск способов лечения и профилактики заболеваний продвигался линейно, поскольку мы пользовались методом проб и ошибок. Мы не могли систематически исследовать все возможные процедуры и лекарства, поэтому открытия происходили во многом по воле случая. Пожалуй, самым известным прорывом в медицине стало открытие пенициллина, положившее начало эпохе антибиотиков. С тех пор было спасено около 200 миллионов жизней102. Но даже когда результаты нельзя было считать в полной мере случайными, исследователям все равно требовалась удача, чтобы достичь успеха традиционными методами. Не имея возможности полноценно моделировать молекулы лекарств, ученые полагались на скрининговые исследования и другие трудоемкие, длительные и малоэффективные лабораторные процедуры.
Надо признать, этот подход приносил свои плоды. Тысячу лет назад средняя продолжительность жизни в Европе составляла от 20 до 30 лет, так как многие дети погибали в младенчестве от болезней, таких как холера и дизентерия, которые сейчас легко поддаются профилактике103. К середине XIX века ожидаемая продолжительность жизни в Великобритании и США выросла примерно до 40 лет104. В 2023 году в развитых странах этот показатель составлял более 80 лет105. Это означает, что за прошедшую тысячу лет мы почти втрое увеличили продолжительности жизни, за последние два века – почти вдвое. Такой прогресс стал возможен благодаря тому, что мы разработали способы защититься от патогенов – бактерий и вирусов, которые могут проникать в наши тела извне – и научились с ними бороться.
К сожалению, приходится признать, что в этой сфере все плоды, до которых было легко дотянуться, уже сорваны. Оставшиеся нерешенными проблемы, вызывающие болезни и недомогание, уходят корнями в строение нашего тела. По мере того как нарушается работа клеток, а ткани разрушаются, начинают развиваться онкологические заболевания, атеросклероз, диабет и болезнь Альцгеймера. В какой-то степени мы можем снизить риски, если будем придерживаться здорового образа жизни, правильно питаться, восполнять дефициты важных веществ – я называю это первым мостом к радикальному продлению жизни 106. Однако такие меры только оттягивают неизбежное. Именно поэтому рост продолжительности жизни даже в самых развитых странах замедлился начиная с середины XX века. Например, с 1880 по 1900 год ожидаемая продолжительность жизни в США увеличилась с 39 до 49 лет. А вот с 1980-го по 2000-й – после того как в медицине пришло время переключить внимание с инфекционных болезней на хронические и дегенеративные заболевания – всего лишь с 74 до 76 лет107.
К счастью, в 2020-х годах мы вступаем на второй мост, объединяя мощь искусственного интеллекта и биотехнологий для борьбы с дегенеративными заболеваниями. Мы уже преодолели этап, когда компьютеры использовались лишь для ведения регистра процедур и клинических испытаний. Сейчас мы применяем ИИ для разработки новых препаратов и до конца этого десятилетия сможем дополнить, а затем и заменить медленные и трудоемкие испытания на людях компьютерным моделированием. По сути, мы трансформируем медицину в раздел информационных технологий, чтобы воспользоваться преимуществами экспоненциального прогресса, свойственного ИТ, и глубже понять «программный код» биологии.
Одним из первых и наиболее ярких примеров является генетика. Со дня завершения проекта «Геном человека» в 2003 году стоимость секвенирования генома падала по экспоненте, снижаясь вдвое каждый год. Несмотря на стабилизацию цен в период с 2016 по 2018 год и кризис, вызванный пандемией COVID-19, затраты продолжают падать – и темпы этого процесса резко вырастут, как только современный ИИ начнет играть существенную роль в процессах секвенирования. В 2003 году расшифровка генома человека обошлась бы в 50 миллионов долларов, а в 2023-м – всего лишь в 399 долларов. Более того, одна из компаний обещает выпустить на рынок тесты по цене 100 долларов ко времени выхода этой книги108.
По мере того как ИИ будет проникать в различные области медицины, можно ожидать появления схожих тенденций и в них. Нейросети уже играют важную роль в клинической практике109, но в этой сфере мы все же находимся в самом начале экспоненциальной кривой. К концу 2020-х годов отдельные приложения сменятся целым спектром сервисов. С помощью ИИ мы сможем непосредственно воздействовать на биологические факторы, которые ограничивают продолжительность жизни 120 годами. К таким факторам относятся мутации митохондриальной ДНК, сокращение длины теломер и неконтролируемое деление клеток, приводящее к раку110.
В 2030-х мы ступим на третий мост на пути к радикальному продлению жизни. К этому времени мы создадим медицинских нанороботов, которые смогут эффективно ремонтировать клетки организма и устранять повреждения в любой части нашего тела. Некоторые биомолекулы уже можно считать нанороботами. Но роботы, которые появятся на стадии третьего моста, будут отличаться способностью выполнять разнообразные задачи под полным контролем ИИ. Это позволит нам обрести такой же контроль над нашей биологией, как сейчас над техническим состоянием автомобилей. Ремонтировать автомобиль или менять запчасти можно практически бесконечно, если только ваша машина не окажется полностью разрушенной в результате аварии. Точно так же умные нанороботы смогут целенаправленно восстанавливать или модернизировать отдельные клетки, в том числе для предотвращения старения. Мы вернемся к этому вопросу в главе 6.
Переход через четвертый мост – появление технологии создания резервной копии мозга – станет реальностью в 2040-х годах. Как мы обсуждали в главе 3, ядро личности человека – это не мозг сам по себе, а та специфическая информационная структура, которую его мозг может поддерживать и видоизменять. Как только мы научимся считывать эту информацию с достаточной точностью, у нас появится возможность воссоздать ее на цифровой основе. Это будет означать, что даже в случае гибели биологического мозга личность не исчезнет, а будет существовать практически неограниченно долго, пока ее копируют снова и снова на более надежные носители.
